Эпизод 52. Теперь мы связаны узами дружбы (Финал)

      Твайлайт сидела на лавке на вокзале, ожидая поезда. Было ранее утро, и шёл лёгкий снег, что делал столицу Эквестрии ещё более ослепительно белой, чем обычно. Сиреневая единорожка наслаждалась окружающим небом в относительной тишине, которую прерывала лишь подготовка поезда к отправке.       Ученица принцессы с улыбкой осматривалась, но при очередном повороте голове едва не проткнула рогом глаз серой пегаски, что висела вниз головой. От неожиданности Твайлайт вскрикнула и свалилась с лавки, чем вызвала смех со стороны Эвил.       — Что ты тут делаешь? — спросила ученица принцессы, поднявшись на ноги.       — Захотела узнать, куда собираешься, — с ухмылкой ответила тёмный дух, что висела в воздухе даже для приличия не махая крыльями.       — Ты не могла знать, что я вообще куда-то собиралась, — отметила Твайлайт.       — Ну ладно, я сбежала с занятий, — приземлившись на ноги, призналась Эвил. — Этот Нейсей меня просто бесит своим отношением ко мне. Я словно монстр, которому самое место в Тартаре. Его опасения, конечно, не безосновательны, учитывая, чья я дочь, но всё равно обидно. Так куда мы едем?       — Я собиралась в Понивилль. У меня там… несколько личных дел, — уклончиво ответила единорожка, садясь обратно на лавку. — А тебе лучше вернуться во дворец.       — Не, я лучше составлю тебе компанию. У меня в Понивилле тоже есть несколько дел, — села рядом пегаска.       — Я для тебя билет покупать не буду, — сразу сказала ученица принцессы.       — У меня свои деньги есть, — достала из гривы небольшой мешок с монетами тёмный дух. — И зачем так грубо? Мне казалось, что мы неплохо поладили.       — Просто твой побег — это крайне безответственный поступок, — пояснила Твайлайт. — И только потому, что мы стали подругами, я тебя уговариваю вернуться, а не тащу туда силой.       — Довольно… честно с твоей стороны, — не ожидала такого ответа Эвил.       — Как настоящая подруга, я всегда готова указать тебе на твою ошибку, а не лебезить перед тобой, Ваше Высочество, — свернула в ответ единорожка, не сдержав улыбки.       — Дерзко… мне нравится, — оценила пегаска, а затем разделась на лавке. — Разбудишь, когда будем садиться на поезд.       — Ничего не обещаю, — ответила это ученица принцессы с весельем в голосе.       — Как скажешь, — не восприняла эти слова всерьёз тёмный дух и прикрыла глаза.

***

      Леттер встала позже обычного, но не спешила никуда бежать, так как сегодня был её выходной. Не притрагивалась к гребню для гривы и хвоста, она спустилась вниз и зашла на кухню, где Тандерклауд заканчивала готовить завтрак.       — Доброе утро, мама, — поздоровалась красная пегаска, садясь за стол.       — Доброе утро, — с улыбкой ответила багровая кобыла, мельком глянув на дочь. — Что я тебе говорила об уходе за собой?       — Да, да, обязательные процедура. Да, да, каждый день. Да, да… — начала с явным сарказмом говорить почтальонша.       — Кстати, почему вчера вернулась так поздно? — поинтересовалась старшая пегаска. — Я знаю, что ты взрослая и самостоятельная кобыла, но мне любопытно. Ты что-то праздновала с друзьями?       — Какими друзьями? — усмехнулась Леттер. — Найт Скай тот ещё придурок, Блейз — жук, который бриться признаться о своём реальном облике начальнице, а Дёрпи… её я могу только терпеть.       — Леттер, я же знаю, как ты на самом деле относишься к другим квестерам, — с улыбкой покачала головой Тандерклауд. — Можешь меня не обманывать.       — Другие квестеры? О чём ты? — удивилась её словам красная пегаска. — Из них я знаю только личность Уайт. И то, она присоединилась к нам, фактически, недавно. Кто скрывается под шлемами остальных Я не имею ни малейшего понятия.       — Ладно, Леттер, прекращай. Я ни за что не поверю, что ты не знаешь их, когда… — подумала, что это шутка, старшая кобыла, развернувшись к дочери.       — Но… я правда не помню их, — безуспешно попыталась вспомнить почтальонша.       Улыбка пропала с мордочки Тандерклауд, когда она поняла, что Леттер говорит совершенно серьёзно и что это никакая не неудачная шутка.       — Насколько всё плохо? — не растерялась багровая кобыла, которая не собиралась бросать дочь в беде.       — Погоди, ты хочешь сказать, что я их знала? — не поверила до конца красная пегаска и вскочила на ноги.       — Тебе кто угодно это скажет, — с полной серьёзностью ответила старшая пони.       — К-кто? Кто они? — с шоком села обратно почтальонша.       — Тиалав, Энжел, Лаймстоун, Рэрити, — перечислила Тандерклауд. — Тебе эти имена о чём-то говорят?       — Нет, — задумавшись, честно ответила почтальонша. — Но… я могу спросить о них других знакомых. Раз все знают, что мы квестеры, то мне подскажут, где их искать.       — Хорошо. После завтрака сходи… ты помнишь Сансет Шиммер? — решила уточнить Тандерклауд.       — Эту ушлую пони, которая на самом деле че-ло-век? Конечно же, — ответила Леттер. — Забыть ту, из которой надо вытряхивать свои честно заработанные деньги за использование образа — это будет откровенный перебор.       — Значит, сходишь к ней и уточнишь у неё всё, — сказала багровая пегаска, которой уже привыкла к меркантильным замашкам дочери и приняла их. — А я отправлюсь в Кантерлот к Дравинг.       — Она разве не занята каким-то делом для принцессы? — уточнила Леттер.       — На семью у неё точно найдётся время, — решительно заявила Тандерклауд. — А тебе главное — встретиться со своими подругами. Может что-то вспомнишь.       — Хорошо, — не стала спорить Леттер, понимая, что для её матери это действительно важно.

***

      Дискорд со скуки бросал капли воды вперёд, где они отскакивали от каменного пола, оставляя расплывающиеся круги на земле. Это, несомненно, увлекательное занятие драконикус было прервано, когда очередная капля с шипением превратилась в пар при соприкосновении с золотым накопытником.       — Селестия? — начал удивлённо вглядываться в силуэт, что прятался в тени, дух хаоса.       — Не совсем, — ответила подошедшая к клетке белая аликорн с оранжевыми глазами, у которых были хищные вертикальные зрачки, и с пылающими гривой и хвостом, которые вспыхнули в момент, когда она заговорила.       — Дейбрейкер, — понял, кто перед ним, драконикус и заговорил мрачным тоном. — Не ожидал тебя встретить.       — Ты слишком сильно полагаешься на знания из книги, — усмехнулась тёмная половина принцессы дня. — И разве так приветствуют свою бывшую «подчинённую».       — Ты была одним из квестеров, но уволилась? — сразу осознал Дискорд, не веря в это до конца. — Это… на удивление многое объясняет. Далеко не всё, конечно. Например, почему ты позволила Куки Крамбл создать «мармеладок».       — Потому что, в тот раз, она не смогла это сделать, и я не знала, что она на подобное способна, — честно ответила Дейбрейкер. — Она не смогла довести этот проект до ума без помощи Твайлайт.       — Вот как, — почесал бородку дух хаоса.       — Я здесь не для того, чтобы предаваться воспоминаниям, которые ты не помнишь, — нахмурившись, начала переводить тему разговора аликорн. — Противостояние наших подчинённых затянулось и уже не имеет большого смысла. Я уже убедилась, что ты не собираешься вредить Эквестрии.       — Ты… хочешь освободить меня? — не поверил драконикус.       — Не всё так просто. Я пришла предложить пари. Ставка — твоя свобода и книга, — указала на причину всего происходящего тёмное альтер-эго. — Победишь — ты свободен, проиграешь — книга моя, и… я придумаю что-нибудь другое, на что ты сможешь поставить свою свободу.       — Рискованно, — оценил Дискорд, а затем усмехнулся. — Но какой же я дух хаоса, если не рискую? Но, сначала я бы хотел узнать, в чём заключается пари.       — Твои квестеры против моих паладинов. Прямой бой. Чьи подчинённые одолеют противников — тот и выиграл, — объяснила весьма простые условия Дейбрейкер.       — Скарлет и Циан явно что-то приготовили, не так ли? — сразу заподозрила неладное дух хаоса.       — Естественно, — не стала скрывать очевидное аликорн. — И этот бой пройдёт сегодня. И мне не важно, согласишься ты или нет. Если откажешься, ты просто в любом случае останешься здесь.       — Тогда к чему всё это? — поинтересовался драконикус.       — Тогда книга останется у тебя. И, пусть ты не такой вредитель, каким казался, мне будет спокойнее, если книга окажется у меня, — пояснила Дейбрейкер.       — Что же… — демонстративно задумался Дискорд, но затем усмехнулся. — Пусть у квестеров сейчас некоторые сложности, но… я рискну. В следующий раз мы увидимся уже на свободе, Дейби.       — В следующую нашу встречу я заберу книгу, — была уверена в своей победе аликорн, разворачиваясь. — И даже не вздумай больше называть меня так.       — Конечно, как скажешь, — елейно ответил дух хаоса.       — Я уже успела забыть, как разговор с тобой раздражает, — проворчала под конец тёмное альтер-эго и телепортировалась.

***

      — Ага, значит ты вообще ничего не помнишь, — выслушав краткий рассказ, резюмировала Сансет.       — Я не помню личности остальных квестеров, кроме Уайт, — поправила её сидящая напротив Леттер и отпила чай. — Хм, довольно вкусно. Откуда этот чай?       — Из чайной Тиалав, конечно же, — ответила библиотекарша. — Кстати, о Уайт. Надо будет дополнить наш контракт, раз она присоединилась к команде.       — Если это принесёт больше денег, то делай, как считаешь нужным. Я во всём этом не разбираюсь, — напомнила почтальонша.       — Эх, Лира, тебе придётся присмотреть за библиотекой вместо меня… опять, — обратилась к своей помощнице жёлтая единорожка.       — Эм, а разве не для этого ты меня наняла в первую очередь? — решила уточнить мятная кобыла, что расставляла книги по полкам.       — Хмм, мне надо будет пересмотреть твой контракт, — решила для себя Сансет, а затем обратилась к Леттер. — Есть идеи, почему ты потеряла… именно определённый кусок памяти.       — Проклятие Гармонии, — подумав, предположила красная пегаска.       — Насколько я поняла из трёх случаев: твоего, Лаймстоун и Энжел, эти проклятия не должны позволять вам совершать… скажем так, сомнительные поступки. Тебе — врать, Лаймстоун — злиться, Энжел — жадничать. Правда, последнее немного притянуто звучит, — поделилась мнением жёлтая единорожка. — И частичная потеря памяти… не слишком под это всё подходит.       — Ага, вот только это наверняка «самое страшное проклятие», которое наложил на меня самый главный монстр, — была теперь уверена почтальонша.       — Допустим, — не была убеждена библиотекарша. — Но почему оно начало действовать именно сейчас? Что такого могло произойти… скорее всего вчера?       — Я… не помню, — нахмурилась Леттер.       — Может остальные что-нибудь подскажут? — предположила Сансет.       — Возможно, — не стала отрицать красная пегаска, а затем вздохнула. — Эх, и где мне их найти?       — Лира, принеси, пожалуйста, карту Понивилля, — попросила жёлтая единорожка.       — Конечно, сейчас вернусь, — ответила мятная кобыла и помчалась к другому шкафу.       — Ориентировочные места — чайная Тиалав, кондитерская «Сахарный Уголок» и бутик «Карусель». Скорее всего твои сокомандницы в этих местах, — пояснила библиотекарша. — Покажу эти места на карте, на всякий случай.       — Ага, — пробормотала в ответ задумчивая почтальонша.       «Знать бы ещё, как они ко мне относятся», — мрачно подумала Леттер.

***

      Тиалав сидела рядом со своей теплицей на крыше чайной и наслаждалась своим небольшим перерывом. Она налила себе свежезаваренный жасминовый чай и отпила из чашки. Окинув кратким взглядом улицу, она заметила среди немногочисленных пони приближающуюся Леттер, которая явно была чем-то обеспокоена.       — Эй, Леттер! — позвала её зелёная земная пони, когда та приблизилась к зданию.       Немного удивлённая красная пегаска отошла от двери и подняла голову.       — Тиалав? — прищурившись из-за неудачно падающего света солнца спросила почтальонша.       — А кто же ещё? — улыбнулась в ответ владелица чайной. — Поднимайся сюда. Угощу чаем.       — Ну, глупо отказываться от чего-то бесплатного, — позволила себе краткую усмешку почтальонша и расправила крылья.       Через несколько секунд Леттер была уже на крыше чайной, принимая из копыт Тиалав чашку с чаем, от которого исходил пар.       — С тобой явно что-то случилось, — снова начала разглядывать горизонт земная пони. — Расскажешь?       — Так заметно, да? — с непонятной интонацией произнесла пегаска, не зная, что сказать. — Не жалеешь о том, что стала квестером?       — Это… неожиданный вопрос, — отпив из чашки, задумалась владелица чайной. — С чего вдруг ты заинтересовалась?       — А что, я не могу спросить? — немного наигранно возмутилась Леттер, скрывая свою растерянность. — Просто ответь.       — Знаешь, весь этот путь был… познавательным, — разглядывая падающие снежинки, ответила Тиалав. — Я переехала из Кантерлоте сюда, в Понивилль, чтобы найти для себя спокойный уголок, подальше от всего этого шума богатого города. Но… смысл в тихом уголке, если вся твоя жизнь стала бы спокойной? Да и дядя Ди сказал мне однажды, что спокойствие само по себе переоценивают. И он, в некотором роде, оказался прав. Я даже рада, что все эти слухи о Понивилле, как безумном городке, оказались правдивы.       — Спокойная предсказуемая жизнь скучная, — с улыбкой согласилась Леттер и отпила из своей чашки, чтобы согреться. — В этом есть немалая схожесть со взглядами Уайт.       — Да, я это заметила только недавно. Не без твоей помощи, — согласилась Тиалав с лёгкой улыбкой. — Тишина и покой ценны лишь в контрасте с живой, полной впечатлений жизнью. Днём удивляться чьим-то выходкам, а вечером спокойно обсуждать произошедшее с другими. Я не против такой жизни. Так что работа квестером лишь добавила красок в мою жизнь, и я об этом не жалею.       — Вот как, — задумалась над её словами Леттер и допила чай. — Не подскажешь, где мне найти остальных?       — Энжел должна быть в своём номере в гостинице, — указала в нужную сторону копытом Тиалав. — Она сегодня отпросилась с работы.       — Ясно, — кивнула красная пегаска и расправила крылья, но перед взлётом на секунду остановилась. — Спасибо за ответ.       Зелёная земная пони едва сохранила умиротворённую мордочку, ведь почтальонша говорила это слово очень не часто. Едва она повернула голову, чтобы спросить, за что конкретно её благодарят, Леттер уже полетела в нужную ей сторону.       — На заметку. Леттер нравится жасминовый чай, — решила, что всё дело в напитке, Тиалав.

***

      Энжел закрылась в предоставленные мэром городка документы, когда в дверь её номера постучали. Причём в очень знакомой манере.       — Леттер, я думала, что у тебя выходной, — сказала кремовая пегаска, а затем открыла дверь.       — Энжел? — окинув незнакомую пони взглядом, уточнила красная кобыла.       — Ну да, без банта на голове я выгляжу непривычно, соглашусь, — по-доброму усмехнулась официантка, проведя передним копытом по макушке.       — Может впустишь? — спросила почтальонша.       — Да, конечно, — освободила проход Энжел, пропуская Леттер в номер. — Итак, зачем ты здесь? Даже если мне пришло письмо или посылка, то ты сегодня не работаешь, насколько я знаю.       — Да так, решила прогуляться и наткнулась на это место, — соврала красная пегаска и указала на стопку бумаг. — А это что?       — Подбираю себе будущий дом, — пояснила кремовая кобыла. — Я решила остаться остаться здесь жить, так что мне нужен нормальный дом, а не гостиничный номер… в котором я живу уже больше полугода. М-да.       — Я вообще жила в парке до встречи с матерью, — напомнила почтальонша со смешком.       — Знаю, — улыбнулась официантка, подходя к столу с документами. — И ты явно что-то хочешь у меня спросить.       — Да, — немного растерялась Леттер, не зная, как реагировать на незнакомую пони, которая явно знает её саму. — Не жалеешь, что стала квестером?       — Шутишь? Это, можно сказать, одно из самых счастливых событий в моей жизни, — заявила Энжел. — Как минимум, потому что у меня будет эта жизнь. Я ведь, по сути, была обречена однажды не проснуться из-за сердечного приступа.       — Звучит… жутковато, — признала красная пегаска.       — Знаю. Но ещё… я рада, что познакомилась со всеми вами, — вспоминая, улыбнулась кремовая кобыла. — Вы все такие чудаки, и это, по-своему, вдохновляет… не сдерживаться самой. Может, я иногда перегибаю с этим… но лучше так, чем смирение с судьбой.       — Смирение… да, ты права, что угодно будет лучше этого, — согласилась почтальонша.       — К тому же, до всего этого, мне, в некотором роде, было плевать на окружающих. Вспомни хоть ту историю, когда я помогала одной носительнице монстра украсть картину, — привела пример официантка. — Мне… было как-то всё равно на всю эту историю и на судьбу своих собственных картин, пока я не стала квестером. И только из-за этого я стала пытаться влиться в общество, а не страдать в одиночестве. Как-то так.       — Понятно, — задумалась над её словами Леттер, а затем улыбнулась. — Ну и славно. Спасибо за ответ. Пожалуй, не буду тебе мешать и пойду дальше по своим делам.       Красная пегаска пошла к двери, но была ненадолго остановлена словами Энжел.       — Ты сегодня странная, — не могла не отметить кремовая кобыла, отойдя от секундного ступора.       — Ты сама назвала остальных, в том числе меня, чудаками, — с усмешкой напомнила Леттер и вышла из номера.       — Видимо, всё ещё не отошла от вчерашнего, — подумала Энжел, вспоминая, как вчера на вечеринке Леттер ненадолго отключилась из-за действия проклятия Гармонии. — Впрочем, это Леттер. Она точно всё преодолеет.       Чуть успокоившись, кремовая пегаска вернулась к документам, чтобы выбрать наиболее подходящий дом из предложенных.

***

      Свити Белль шла по заснеженной улице, напевая себе под нос. Сегодня ей не хотелось встречаться с остальными Меткоискательницами, а хотелось лишь насладиться этим днём.       Прикрыв глаза, она начала немного подпрыгивать при шаге, чтобы максимально отрешиться от мыслей. Но из-за этого она не заметила препятствие на своём пути, с которым столкнулась головой. Всё хорошее настроение мигом испарилось и агрессия монстра, что заперт в её теле, снова начала просачиваться наружу.       — Эй, смотри, куда идёшь, — возмутилась Свити Белль, видя перед собой какую-то пони в белом плаще с капюшоном, стоящую к ней боком.       Кобыла в плаще фыркнула и слегка отвернула голову, намеренно провоцируя единорожку.       — Я с тобой разговариваю! — ещё сильнее закричала кобылка и дёрнула белый плащ на себя телекинезом.       Элемент одежды легко соскользнул со спины взрослой пони, из-за чего дёрнувшая головой Свити Белль едва устояла на ногах, ожидая большего сопротивления. Восстановив равновесие, она взглянула на ту, с кого стянула плащ, и с ужасом в глазах открыла рот и прижала уши к голове.       Алые грива и хвост паладина несколько зловеще сверкали на солнце. А в её жёлтых глазах был словно написан приговор для Меткоискательницы. Но больше напугало маленькую единорожку то, что у Скарлет был не только рог, но и крылья на спине.       — П-паладин, — шёпотом пробормотала Свити Белль, делая шаг назад.       — Ты доставляешь слишком много проблем, — заявила скучающим тоном Скарлет.       Единорожка резко приняла облик монстра и помчалась к ближайшему призрачному проходу. Паладин появилась прямо перед ней из вспышки телепортации. И в следующее мгновение к груди искажённой кобылы был прижат артефакт в виде печати.       Свити Белль и похожего на неё монстра разъединило и отбросило в разные стороны. Обессиленная единорожка упала на снег и затухающим взглядом наблюдала за тем, как Скарлет запечатывает чудище в розовый кристалл.

***

      — Ты не собираешься возвращаться? — удивлённо спросила у сестры Пинки, выходя из кондитерской вместе с ней.       — Не собираюсь, — подтвердила Лаймстоун. — Я останусь здесь, Понивилле. Организую свою каменную ферму. Найму алмазных псов для помощи. Им, как и мне, плевать на золото. Надо будет только поговорить с Инцисурой. Всё-таки местные пещеры — это теперь её территория.       — Ты… не собираешься мириться с родителями? — с печалью в голосе уточнила розовая кобыла.       — Собираюсь. И когда полностью обоснуюсь здесь, даже навещу их, чтобы извиниться. Но жить там… я уже не смогу, — честно сказала синевато-серая земная пони. — Там всё будет напоминать… об этом случае. Можешь считать, что я струсила, но… я уже просто хочу жить дальше, а не сожалеть о том, что уже не исправить.       — Хорошо, я тебя поняла, — с грустью улыбнулась Пинки. — Удачи тебе.       — Эй, не говори так, словно прощаешься, — потрепала гриву сестры копытом шахтёрша. — Я ещё даже не переезжаю.       — Знаю, но мне надо вернуться к готовке, — пояснила вечериночная пони и помчалась обратно в «Сахарный Уголок», от которого они успели отойти.       — Что это с ней? — задалась вопросом Лаймстоун и повернула голову обратно, чтобы посмотреть вперёд, и заметила приближающуюся Леттер, что услышала разговор.       — Значит, собираешься остаться, Лаймстоун, — отметила красная пегаска, остановившись перед собеседницей.       — Да, если что-то не устраивает, то скажи сразу. Я, скорее всего, проигнорирую жалобу, но всё же, — остановившись, с явным смешком ответила синевато-серая земная пони, показывая, что это шутка.       Почтальонша немного озадачились. Она не помнила пони, что была перед ней, но почему-то была уверена, что такой лёгкий настрой ей не свойственен.       — Ты не жалеешь, что стала квестером? — решила снова задать этот вопрос Леттер, чтобы выяснить побольше об этой пони.       Лаймстоун задумалась над тем, как ответить на этот вопрос и пошла вперёд, обходя собеседницу. Пегаска повернулась за ней и пошла рядом, терпеливо ожидая ответа.       — Нет, не жалею, — дала краткий ответ синевато-серая земная пони, а затем начала объяснять свою позицию. — Моя жизнь в последние месяцы — это сплошной кавардак. В первую очередь из-за того, что стала частью команды. Но… я рада, что это произошло. Как ты знаешь я из-за собственной глупости потеряла сестру и меня прогнали из дома. Без квестеров… я бы, наверное, утонула в алкоголе и жалости к себе. Но нужда помочь другим, терпеть твои выходки… Это всё не давало мне сосредоточиться на прошлом.       — Я такая, какая есть, — заявила с ухмылкой почтальонша.       — Знаю. И именно это меня больше всего раздражало. Твоё самомнение, конечно, тоже, и я пыталась убедить, в первую очередь, саму себя, что дело только в этом, но… Я завидовала. Завидовала, что, не смотря на то, что ты фактически осталась без семьи, ты наслаждалась жизнью, — спокойно поясняла шахтёрша. — Я всегда старалась угодить семье, а тебе, словно, было на всех плевать. Эта разница, подкреплённая самообвинением… Прости, что всё это время вела себя по скотски. Но не обещаю, что в будущем буду лучше. Ты иногда раздражаешь сама по себе.       — Вижу, что сейчас что-то изменилось, — кивнула, принимая извинения, Леттер.       — Просто взяла себя в копыта и взглянула на всё со стороны. Недавно… я наконец-то осознала, что именно здесь есть пони, что ценят меня такой, какая я есть. Со всеми моими недостатками, — пояснила Лаймстоун. — Что мне не надо что-то кому-то доказывать и беситься, когда это не получается. Можно… позволить себе немного подурачиться, как в тот раз с Уайт. Ты, правда, этого не видела, но Тиалав впечатлилась.       — Смотри, не размякни, — усмехнулась красная пегаска.       — Пфф, сама спросила, — напомнила фыркнувшая синевато-серая земная пони. — Но ты права. Что-то я совсем разоткровенничалась. Уйди, пока совсем не испортила настроение… пожалуйста.       — Ладно, ладно, — примирительно согласилась почтальонша и взлетела. — Спасибо за ответ.       — Кхм, ага, — не ожидала благодарности шахтёрша и понаблюдала за удаляющейся фигурой. — Похоже, вчерашнее проняло не только меня. Надеюсь, скоро всё вернётся в нормы. Эти задушевные разговоры… полезны, когда редки.

***

      Рэрити уложила бессознательную сестру на кровать и пошла вниз, чтобы продолжить работу. Однако, стоило ей разложить ткани для очередного заказа, как раздался звук в дверь.       — Леттер, тебе не обязательно стучаться. Первый этаж — это всё-таки бутик со свободным входом, — пояснила белая единорожка, открывая дверь телекинезом.       — Привычка, — честно ответила красная пегаска, осматривая незнакомое ей помещение и заходя внутрь.       — Ты по делу, для разговора или хочешь что-нибудь заказать? — поинтересовалась модельерша, возвращаясь к работе.       — Задать один важный вопрос, Рэрити, — решила действовать по уже отработанной схеме почтальонша. — Ты не жалеешь, что стала квестером?       Рэрити отложила работу в сторону, с недоумением взглянув на Леттер.       — Нет, я благодарна за это, — с улыбкой, честно ответила белая единорожка. — Начинать свой бизнес практически с нуля, параллельно заботясь о младшей сестре, чтобы доказать родителем свою самостоятельность… это, мягко говоря, напрягает. И я не была уверена, что справлюсь со всем этим. Работа квестера поначалу лишь усугубила ситуацию, но… затем мне стало проще.       — А если поподробнее? — решила спросить красная пегаска.       — Ты сама видела, как я несколько раз… была на грани. Первая трата очков, монстр, что жил во мне, получение очков Эвил. Но, по итогу, не без помощи остальных и из поддержки я всё это преодолела, — улыбнулась этим воспоминаниям модельерша. — Поначалу, я продолжала бороться ради других, но со временем я поняла, что так же сражалась за себя. Это ведь нормально, сражаться за себя и свои желания, не так ли?       — Странно, это сражаться за других, игнорируя собственные желания, — уверенно ответила почтальонша. — А если уж и делать это ради других, то не потому, что должна, а потому, что ты хочешь этого сама.       — Да, нечто такое я и рассчитывала услышать, — снова улыбнулась Рэрити. — Знаешь, я думала, что после того, как я тебя, фактически, заставила признаться, что ты считаешь нас всех друзьями… Ты не захочешь со мной разговаривать… пару дней… минимум.       — Эй, я не настолько мелочная, — наигранно возмутилась в ответ Леттер, не сдерживая ухмылки.       «Значит, вчера я признала остальных квестеров своими друзьями… А на следующее утро забыла их… Теперь понятно, в чём заключалось проклятие», — сложила всё у себя в голове красная пегаска.       — Хорошо, спасибо за ответ. Это было… познавательно, — сказала Леттер и пошла к выходу.       — Обращайся. Я всегда рада помочь подруге, — улыбнулась в ответ Рэрити.       Стоило пегаске уйти, как единорожка вернулась к работе. Но её мысли всё время возвращались к этому разговору, что не давало ей сосредоточиться.       — И всё равно мне кажется, что что-то не так, — призналась сама себе белая единорожка. — Может, у меня просто разыгралась паранойя?

***

      Твайлайт шла по полупустым улицам Понивилля, осматриваясь по сторонам. Всё-таки в последний раз она видела этот городок своими глазами, а не через чужие воспоминания, только в конце лета, а с тех пор прошло несколько месяцев. И некоторые изменения можно было отметить невооружённым глазом. И это не учитывая разницу во временах года.       По пути ей пару раз попадались чейнджлинги без маскировки, на которых пони практически не обращали внимания, привыкнув к из присутствию. Только жеребята могли проводить их взглядом с явным любопытством. «Похоже, Инцисура начала постепенно позволять своим подданным свободно передвигаться по Понивиллю», — подумала сиреневая единорожка.       Кроме этого в городке было непривычно тихо и спокойно. И если поначалу ученица принцессы решила, что всё дело в хорошей погоде и собственном слегка меланхоличном настроении, то сейчас…       — Словно затишье перед бурей, — пробормотала идущая рядом Эвил, будто читая мысли Твайлайт.       Единорожка хотела ответить, но что-то резко приземлилось перед ней, подняв тучу снега, которой окатило обеих кобыл.       — Ты, — с мрачным тоном сказала Рейнбоу, ткнув копытом в грудь отфыркивающейся волшебницы. — Верни мне память.       — Я для этого, кхе-кхе, и приехала, — прокашлявшись, ответила ученица принцессы, делая несколько шагов назад.       — Правда? — прищурилась с явным подозрением в голосе голубая пегаска.       — Тебя памяти лишила не она, а монстр в её теле, — напомнила Эвил с явной издёвкой.       — Знаю, Скуталу рассказала, — ничуть не смутилась радужногривая пони. — Но кого мне ещё просить? Память о том, что сделала со мной та тварь, у тебя должна была остаться.       — И не поспоришь, — согласилась Твайлайт. — Давай только найдём подходящее место. Это может занять время. И твой дом из облаков не подойдёт.       — Хмм, — задумалась Рейнбоу, в затем обернулась. — Скуталу, не против, если мы сходим к тебе?       — Конечно нет, — ответила выглянувшая из переулка рыжая кобылка, которая была явно рада такой перспективе.       — Не так быстро, — раздался ехидный голос, который почти сразу узнала тёмный дух.       В их сторону шла пони в белом плаще с капюшоном, чьё появление заставило Скуталу инстинктивно вздрогнуть и осознать, что пришли именно за ней. Видя реакцию кобылки, Рейнбоу злобно посмотрела на незнакомку.       — А ты ещё кто? — возмутилась голубая пегаска, взлетая невысоко над землёй.       — Надо же, меня успели забыть? Это даже немного обидно, — усмехнулась паладин.       Радужногривая пони рванула в её сторону, но та легко отошла в сторону, позволив Рейнбоу зацепиться за её плащ копытокинезом. Представ во всей красе, Циан демонстративно начала разминаться, не забыв про новоприобретённые крылья. Её фиолетовые глаза нацелились прямо на Меткоискательницу, намекая на то, что той не сбежать.       Скуталу от неожиданности упала на круп, а паладин телепортировалась ей за спину, одновременно с тем избежав удара Рейнбоу, что хотела спикировать на неё.       Рыжая пегаска вздрогнула от вспышки и обернулась. К её лбу тут же был приставлен артефакт в виде печати. Носительницу и монстра откинуло в разные стороны. Первую подхватила Рейнбоу, не дав упасть той на снег, а второго заточил в кристалле паладин.       — Здесь моя работа окончена, — снисходительно улыбнулась Циан, глядя на окружающих.       — Ты… ты… — хотела накричать на неё голубая пегаска.       — Освободила её от монстра, можешь не благодарить, — закончила за неё бирюзовогривая пони. — А то, что она без сознания… Так происходит со всеми носителями монстров. Уже завтра с ней всё будет в порядке.       — Циан, что происходит? — спросила Эвил, привлекая к себе внимание. — Меня ни о чём таком не предупреждали.       — В разве ты не должна быть в Кантерлоте? Как и ты, Твайлайт, — взглянула на сиреневую кобылу паладин. — Впрочем, мне не интересно, из-за чего вы здесь, пока не мешаете. А так, мы со Скарлет подчищаем Понивилль от монстров, чтобы никто не помешал нашему финальному бою с квестерами.       — Финальный бой? — удивилась Твайлайт. — Зачем?       — Об этом спроси у своей новой подруге. Я, всё-таки, подчиняюсь ей, — ухмыльнулась в ответ Циан и телепортировалась.       — Думаю… с возвращением моей памяти можно повременить, — глядя на бессознательную Скуталу в своих передних конечностях, сказала Рейнбоу.       — Встретимся завтра… возле больницы, — решила Твайлайт.       Голубая пегаска кивнула и быстро полетела в сторону больницы.       — Собираешься вмешаться? — с предвкушением спросила Эвил.       — Пока не знаю, — честно ответила задумчивая сиреневая единорожка. — Надо узнать побольше. Вот только… Очки! Эвил, очки, созданные Селестией, всё ещё у тебя?       — Ну да, — не стала скрывать очевидное Эвил, а затем хлопнула себя по лбу копытом. — Мы могли не ждать поезд.       — Сейчас это не важно, — заявила ученица принцессы.       Серая пегаска, опустив копыто, кивнула и превратилась в бирюзовый туман, который втянулся в солнцезащитные очки. Оставшийся мешок с деньгами Твайлайт подхватила телекинезом и позволила артефакту приземлиться ей на мордочку.

***

      Рэрити через портал забежала в чайную, где её встретила тройка кобыл.       — Ты тоже заподозрила что-то неладное в поведении Леттер, верно? — предположила Энжел.       — Вы тоже? — оглядела сокомандниц белая единорожка. — А я думала, что у меня разыгралась паранойя.       — Есть идеи, из-за чего всё это? — спросила Лаймстоун.       — Нет, — честно ответила модельерша, подходя к остальным. — У вас, как понимаю, тоже.       — Скоро вернётся Блюберри с новостями, — сообщила обеспокоенная Тиалав. — А дядя Ди подозрительно отмалчивается.       — Он вообще хоть раз приносил пользу? — раздражённо спросила Лаймстоун.       — Создал наши очки и команду, — напомнила кремовая пегаска.       — Кроме этого, — раздражённо фыркнула синевато-серая кобыла.       — Погодите-ка, откуда Блюберри узнает… — хотела спросить белая единорожка, но была прервана вбежавшим в чайную чейнджлингом.       — Инцисура говорит, что Леттер потеряла часть памяти, что касалась вас. Возможно, из-за проклятия Гармонии, — сразу сообщила Блюберри.       — Откуда? — удивилась Рэрити. — Она… следит за нами?       — Леттер с утра говорила об этом с Сансет, та сообщила Коралл, которая первая «мармеладка», та через других чейнджлингов рассказала Инцисуре, и сообщила мне, когда я спросила, — пояснила перевёртыш.       — Я всё понимаю, но мне казалось, что ты уже не столь предвзята к чейнджлингам, — с осуждением сказала Тиалав.       — Кхм, прости, — смутилась Рэрити.       — Я сама первым делом подумала о слежке за вами, как за квестерами. Так что я точно не в обиде, — призналась Блюберри.       — Проклятие Гармонии. Разве Леттер не потратила большую часть своих очков, чтобы на нас больше не работали… эти проклятия, — осознала Энжел и вспомнила вчерашний ужин. — Ой.       — В тот момент, когда она хотела сказать, что всё ещё не считает нас друзьями… она не только соврала. Она активировала проклятие главного монстра, — с ужасом осознала Рэрити.       — То есть, оно начало работать… когда она признала, что считает нас своими подругами? — удивилась Лаймстоун.       — Так, Рэрити, даже не думай винить себя за это. Ты не могла об этом знать. И мы все сглупили, забыв, из-за чего случилась история со Свити-ботом, — заявила Тиалав. — Есть идеи, где нам найти Леттер?       — Уайт, — осенило Энжел. — Раз её здесь нет, значит Леттер у неё ещё не была.       — Возможно, Леттер даже её помнит, — предположила Лаймстоун, из-за чего на неё с недоумением уставились остальные. — Вы правда думаете, что Леттер так быстро запишет её в подруги? Особенно учитывая… Ну, кобылять, всё происходящее сейчас.       — Можно было и без ругательств, — нахмурилась Рэрити.       Энжел, Тиалав и Лаймстоун надели очки, после чего вся четвёрка пони забежала в ближайший призрачный проход.

***

      — Значит, ты забыла всех остальных, — выслушав рассказ, резюмировала Уайт.       Две пони ради конфиденциальности с помощью порталов переместились в глубину понивилльского парка. Они сидели на небольшом пятачке земли, которую очистила от снега магией единорожка-альбинос.       — Не просто забыла. Это начинается снова, я уже смутно помню наши сегодняшние разговоры и забыла их имена, — сообщила хмурая Леттер.       — А меня, получается, ты всё ещё прекрасно помнишь? — усмехнулась доктор. — Я бы сказала, что это обидно, но было бы странно, если бы ты так быстро начала настолько сильно доверять мне.       — Не паясничай. Я уверена, что скоро они узнают о произошедшем и попытаются найти меня, — была уверена почтальонша. — Мне нужно от тебя их краткое описание. Возможно, твои слова о них не попадут под действие проклятия Гармонии.       — А что помешает мне дискредитировать их в твоих глазах? — поинтересовалась Уайт.       — Рано или поздно проклятие снимут, и я тебе это припомню, — пригрозила Леттер. — Если у тебя вообще получится это провернуть. Я ведь прекрасно помню, кто ты и как себя ведёшь.       — Эх, я бы с радостью заявила, что знала, что с тобой произойдёт нечто подобное со слов «Твайлайт», но это было бы откровенной ложью, — покачала головой единорожка-альбинос.       — Ты всё ещё уходишь от ответа, — отметила хмурая пегаска.       — Хорошо, я помогу тебе. Мне слишком любопытно, что из этого получится, — призналась доктор, а затем заглянула за спину почтальонши. — Похоже, Себастьян всё-таки рассказал, где нас искать.       Леттер поднялась на ноги и развернулась. Она заметила четвёрку кобыл, что бежала в из сторону. Их появление насторожило красную пегаску, ведь сегодняшние воспоминания о них продолжали потихоньку исчезать. «Это будет непросто», — призналась сама себе почтальонша.

***

      Эппл Блум и Эпплджек, закончив уборку в амбаре, вышли на улицу.       — Быстро управились, — была этому рада старшая из сестёр.       — Теперь я свободна? — поинтересовалась жёлтая земная пони с нетерпением.       — Конечно, — кивнула фермерша, отпуская кобылку на все четыре стороны. — Только будь осторожна…       — Ведь не знаешь, когда за тобой могут прийти, — договорил ехидный голос.       Обе кобылы повернулись на звук и в паре метрах от них паладины сбросили заклинание камуфляжа.       — Эм, а как долго вы там стояли? — решила уточнить Эпплджек.       — Мы только подошли, — честно ответила Скарлет.       Эппл Блум, поняв, кто перед ней, сделала шаг назад, но упёрлась крупом к дверям амбара.       — Погодите, вы пришли за мной? — всполошилась кобылка.       — Можешь не переживать, — спокойно ответила Скарлет.       — Мы закончим быстро, — усмехнулась Циан. — А на своих подружек не надейся, монстр. Мы их уже схватили.       Эпплджек не понравились угрозы в адрес её сестры, и она закрыла её собой. Алогривая кобыла схватила её телекинезом и отбросила в сторону, целясь в сугроб побольше.       Эппл Блум, приняв облик монстра, рванула к ближайшему призрачному проходу, но врезалась мордочкой в магический барьер, что появился перед ней. Едва она повернулась, чтобы убежать в другую сторону, к её затылку был приставлен артефакт в виде печати. Кобылка после разделения с монстром сделала несколько неуверенных шагов вперёд и упала без сознания, а чудище было поймано в розовый кристалл.       Когда Эпплджек выбралась из сугроба, она увидела лишь свою лежащую на промёрзлой земле младшую сестру.

***

      В чайную через портал забежала Твайлайт в солнцезащитных очках, удивив своим появлением немногочисленных посетителей и всполошив Блюберри с двумя другими чейнджлингами, что ей помогали.       — Эм… чем могу помочь? — натянуто улыбнулась Блюберри.       Очки слетели с мордочки сиреневой единорожки, и из них вырвался бирюзовый туман, что сформировался в тело Эвил рядом с ней.       — Мы по делу, — пояснила серая пегаска, с которой официантка хотя бы немного была знакома… не как подопытная в подвале.       — Извини за всю ту ситуацию с Куки, — узнала одну из «мармеладок» Твайлайт, к созданию которых по незнанию приложила копыто. — Но мы действительно по делу. Мы уже были и у Селестии, и у Дискорда, так что ситуацию знаем.       — И что вы хотите сделать? — всё ещё не понимала Блюберри.       — У меня есть заклинание для восстановления памяти. Я его создала для Рейнбоу Дэш, но Леттер оно тоже может пригодиться, — пояснила ученица принцессы. — Но мне нужно что-то, связанное с потерянными воспоминаниями. Самым идеальным решением стали бы общие фотографии квестеров. Такие есть?       — Энжел делала рисунки по всем их злоключениям, — подумав, ответила чейнджлинг.       — Сойдёт, — кивнула Эвил. — Второй момент, заклинание лучше наложить здесь.       — Потому что они чаще всего собирались тут? — предположила Блюберри.       — Это тоже, — кивнула Твайлайт. — Но, не считая Вечнодикого леса, здесь ещё самый высокий магический фон в Понивилле.       — Инцисура что-то говорила о том, что тут повышенный уровень «поняшности» здесь, — вспомнила первый визит молодой королевы в чайную Блюберри. — Дурацкие огнетушители.       — Эм, допустим, — ничего не поняла сиреневая единорожка. — Сможешь достать рисунки Энжел и привести сюда Леттер?       — Ну, в теории, меня она не должна была забыть, — задумалась официантка, а затем обратилась к своим двум временным помощникам. — Придётся ненадолго оставить работу на вас двоих.       — Справимся, — заверила её одна из двойки.       Дальше, никого не слушая, Блюберри забежала в портал в стене.       — Ещё что-нибудь нужно? — поинтересовалась Эвил.       — Да, нужна тишина, пока буду накладывать заклинание, — повернулась к любопытствующим посетителям чайной Твайлайт.       Те сразу начали отводить взгляды, изображая, будто заняты своими делами.

***

      Шестёрка кобыл собралась в «Сахарном Уголке», ведь именно это место было ближе других подобных к парку. Квестеры сидели за одним столиком в углу кондитерской. Они пытались насладиться десертами, приготовленными Пинки Пай, но общее настроение за столиком было удручающим.       — Итак, Леттер, какие планы на будущее? — как будто между делом спросила зелёная земная пони, чья лёгкая улыбка выглядела слегка натянутой.       — Это Тиалав, твой заместитель в команде. У неё есть своя чайная. Старается показать себя мудрой и всепонимающей. Иногда страдает повышенным самомнением, — шёпотом дала краткую справку Уайт, сидящая рядом с Леттер.       От остальной четвёрки это не укрылось, но они старались не подавать виду.       — Буду уничтожать монстров, пока они не закончатся. Параллельно буду работать на почте. Куплю себе отдельный дом через пару лет, когда наверстаем упущенное время с мамой. Иногда буду навещать дядю Грава. У меня каких-то особых амбиций нет. Только когда кончатся монстры надо будет подыскать кого-нибудь другого, кому можно без последствий со стороны Селестии дать копытом в морду, — поделилась планами красная пегаска, а затем строго взглянула на Тиалав. — А ты не забрасывай команду. Пока я не могу быть вашим командиром, то вся работа ложится на тебя. В основном следи, чтобы никто не забрасывал тренировки. И… пробовать твой великолепный чай каждый раз, как первый… звучит не так уж и плохо.       На последнем предложении она улыбнулась владелице чайной, из-за чего та растерялась.       — Не буду этим злоупотреблять. Буду при каждом нашем знакомстве давать тебе новый сорт, — пообещала Тиалав.       Белая единорожка, не в силах смотреть на происходящее, отвернулась от остальных.       — Рэрити, модельер. Немного не уверена в себе и принимает происходящее близко к сердцу. Всё время пыталась вас сдружить, что, в конечном итоге, у неё получилось, — тихо сообщила почтальонше доктор, а затем со скучающим видом откусила кусок от пончика.       — Рэрити, даже не вздумай винить себя в происходящем, — заявила Леттер. — И вообще, у меня для тебя заказ. Платье, которое мне понравится. Доверяю твоему вкусу.       — Ты ведь не заплатишь, сказав, что не помнишь, что ты что-то заказывала, — развернувшись обратно, понуро ответила белая единорожка. — И ты ведь действительно забудешь.       — Будешь так тренировать настойчивость. Будет полезно, — ответила красная пегаска.       Модельерша вздохнула, но кивнула ей.       — Держи, ты… ты ведь любишь мармелад, — нервно сказала кремовая пегаска с малиновым бантом на голове, двигая тарелку с мармеладом в сторону почтальонши.       — Энжел, художница. Самая младшая в команде. Плохо сдерживает эмоции, — оказалась более краткой в этот раз Уайт, которую Леттер внимательно слушала. — В последнее время делала рисунки обо всём произошедшем с командой.       — Энжел… дашь потом оценить свои новые картины? — поинтересовалась красная пегаска.       — Д-да, конечно, — с запинкой ответила нервная официантка с натянутой улыбкой.       — Да как так-то! — не выдержав, раздражённо вскричала синевато-серая земная пони, ударив по столику копытом. — Мы ведь уже победили. Когда же это всё закончится?       — Лаймстоун, собирает драгоценные камни под землёй. Агрессивна, импульсивна… не глупа, но сначала делает, а лишь затем думает, — сказала Уайт, уже особо не скрывая свои подсказки, и повернула голову к Леттер.       — А ты кто? — внезапно со всей серьёзностью спросила у неё красная пегаска.       Единорожка-альбинос с шоком уставилась на неё, не веря своим своим ушам.       — Чего? — только и смогла спросить доктор.       Леттер вскочила на ноги, перелетела столик и при приземлении резко развернулась к остальным квестерам.       — Кто вы такие и почему я оказалась с вами? — потребовала ответ красная пегаска, явно не шутя.       — Мы… нашли тебя на улице. Ты встретилась с каким-то монстром, и он вырубил тебя странной магией. Когда монстр убежал мы притащили тебя сюда, чтобы ты не замёрзла, — почти сразу выдала Энжел.       — Я… проиграла монстру? — не поверила почтальонша, но задумалась над этим. — Хотя… сегодня я странно себя чувствую. Наверное заболела. А, как показала практика до этого, когда я больна мне намного сложнее справиться с монстром.       Рассудив вслух о произошедшем и допустив, что озвученный вариант возможен, Леттер пошла по своим делам к выходу из кондитерской. Никто не стал за ней идти, ведь кобылы понимали, что это бесполезно.       — Что это вообще было? — всё ещё не осознала произошедшее Уайт.       — Леттер начала считать тебя своей подругой, — мрачным тоном пояснила ей Лаймстоун.       — Какая… ирония, — попыталась усмехнуться единорожка-альбинос. — Я, конечно, хотела, чтобы она стала мне больше доверять, но… даже не знаю, как это описать.       В этот момент над столиком квестеров появилась вспышка, ненадолго ослепившая кобыл. Когда они протёрли глаза, они заметили, что на столе появилось послание на листке бумаги.       Тиалав почти сразу взяла его и вчиталась. По мере чтения она становилась всё более хмурой.       — Что там? — вытянула шею Энжел, пытаясь заглянуть в письмо.       — Паладины. Они ждут нас у развалин замка в Вечнодиком. Последний бой, — ответила зелёная земная пони.       — Как же не вовремя, — едва не прорычала Лаймстоун.       — Или… это было намеренно? — предположила Уайт.       — Вряд-ли, Скарлет — сестра Леттер. У них, так сказать, сестринское соперничество. Скорее всего, она просто не знает о проклятии.       Перед пятёркой пони появились солнцезащитные очки, которые сразу приземлились им на мордочки.       — «Бой отложить нельзя. Требование… Селестии», — предупредил Дискорд. — «На кону книга, из которой появились монстры. Если проиграете или проигнорируйте… Считайте, что последние полгода были бессмысленны».       — Учитывая, что у Леттер были свои планы на эту книгу… — начала размышлять вслух доктор.       — Какие планы? — сразу потребовали ответ хором остальные.       — Она не успела вам сказать? — с недоумением уточнила Уайт.

***

      Пятёрка кобыл с решимостью на мордочках вышли из портала и оказались на поляне перед разрушенным замком. Там их уже ожидали паладины, чьи гривы и хвосты начали развеваться из-за поднявшегося ветра.       — Вас только пятеро, — не могла не заметить Скарлет, нахмурившись. — Где Леттер?       — Боюсь, она пока занята, — вышла вперёд Тиалав. — И сейчас главная я.       — Хе, это будет проще, чем мы думали, — усмехнулась Циан и демонстративно расправила крылья.       — Вы теперь… аликорны? — удивилась зелёная земная пони.       — Да, это явно нечто большое, чем облик для маскировки, — выпустив несколько диагностических заклинаний, резюмировала Уайт.       — Нравится? Это работает по схожему принципу с боевой формой «мармеладок», — похвасталась Циан. — Правда, для этого нам не надо съедать, например, перо принцессы Селестии.       — А так же у нас вторая версия доспехов, работающих на магии Гармонии, — продемонстрировала браслет с небольшим щитом на передней ноге Скарлет.       Оба псевдоаликорна активировали браслеты, и на них появились доспехи, внешне неотличимые от тех, что у них были летом.       — «Квестер Ватер! Файер! Граунд! Вуд! Квест-Киллер!» — пятёрка кобыл так же призвала доспехи.       Тучи над Вечнодиком лесом сгустились, и снег повалил с новой силой. Две команды пристально смотрели друг на друга, ожидая, кто сорвётся первым.       Лаймстоун, Энжел и Циан рванули навстречу друг другу, начиная финальное столкновение квестеров и паладинов.

***

      — Заходи, — открыла дверь в чайную замаскированная под пони Блюберри.       — И зачем ты меня сюда привела? — поинтересовалась Леттер.       — Попробуешь мой чай… бесплатно, — ответила чейнджлинг со слегка натянутой улыбкой.       — С этого следовало начинать, — зажглись интересом глаза у красной пегаски, и она зашла внутрь, где увидела ту, кого не ожидала так скоро встретить. — Твайлайт? Что ты здесь делаешь?       — Давно не виделись, — улыбнулась ей ученица принцессы, которая разливала чай по чашкам.       — Мы видели друг друга лишь один раз. Когда я пришла извиняться за испорченный торт, что тебе отправила принцесса Селестия, — вспомнила неприятный для себя момент почтальонша. — Узнаю, кто это сделал, прибью гада. Нет, заставлю его отрабатывать.       «Она про тот случай, когда заставила Лаймстоун работать в библиотеке», — вспомнила тот день сиреневая единорожка. — Присаживайся. Я уже всё приготовила.       — Что-то это всё подозрительно, — не могла не отметить Леттер, но всё равно села за столик и взяла чашку с чаем.       — Буду откровенна. У меня есть одно заклинание, и я хочу проверить его на тебе, — честно, но с недосказанностями ответила Твайлайт.       — Сомнительное предложение… — высказалась красная пегаска.       — Знаю, но это, можно сказать необходимо, — села напротив единорожка и достала из седельной сумки, лежащей рядом, папку с бумагами. — Вот, посмотри.       Почтальонша отложила чашку в сторону, забрала папку и открыла её. Она сразу увидела несколько рисунков, на которых была изображена она и незнакомые ей пони.       — И что это значит? — не понимала Леттер.       — Смотри… и вспоминай, — ответила ученица принцессы, зажигая рог.       Пегаска захотела кинуть папку в рог, чтобы сбить концентрацию Твайлайт, но остановилась в последний момент. Инстинкты говорили ей, что никакой опасности нет. И эти инстинкты её практически никогда не подводили. «Довериться пони, которую я толком не знаю, из-за чуйки?», — задалась вопросом Леттер, а затем усмехнулась. — «А давай. Люблю это волнение от азарта».       Приняв решение, красная пегаска снова открыла папку и достала несколько набросков, чтобы внимательнее их рассмотреть.

***

      Выстрелы Энжел безвредно разбились об доспехи Скарлет, которая крылом отбила удар копытом Лаймстоун, а затем сожгла магией корни, что выращивала Рэрити.       Циан взмахом крыльев остановила волну снега, что отправила в неё Тиалав, и приняла на магический барьер поток золотого огня от Уайт. Рэрити под заклинанием камуфляжа подобралась к бирюзовогривому псевдоаликорну, но та в последний момент лягнула её в грудь, отбрасывая на пару метров.       Скарлет подскочила к ней с занесённым для удара крылом, но по клинку ударил бирюзовый луч магии, сбивший его с пути.       — Фух, не опоздала, — смахнула пот со лба Сансет в солнцезащитных очках, а затем провела по ним копытом.       — «Угроза! Это не учения! Эвил квестер!» — под звук электрогитары на ней появились бирюзовые доспехи, похожие на броню квестеров.       — Эвил, что это значит? — возмутилась Скарлет, параллельно отбивая атаку Энжел магическим барьером.       — Технически, я тоже квестер, пусть и не официальная. Я лишь попросила Сансет ненадолго одолжить её тело, — пояснила тёмный дух.       — А я не собираюсь терять свой главный финансовый актив, — заявила сама жёлтая единорожка, что раньше была человеком.       — Ты же понимаешь, что мы не собираемся никого убивать? — уточнила алогривая паладин.       — Эм… да… — неуверенно ответила библиотекарша.       — Раз пришли помочь, то помогайте! — вылезая из сугроба, куда её отбросила Циан, закричала Тиалав.       — Да, да, ты же теперь у нас главная, — усмехнулась Эвил и набросилась на ближайшую к ней кобылу из паладинов.

***

      Леттер перебирала рисунки, не видя в них особой связи. А Твайлайт тем временем изо всех сил напрягалась, воздействуя магией на разум красной пегаски.       Спустя десять минут сиреневая единорожка уже собиралась сдаваться, но подняла взгляд на сидящую напротив пони. Почтальонша явно была хмурой, но она теперь не просто перебирала наброски, а пыталась их выстроить в одном известном ей порядке. «Это хороший знак», — решила ученица принцессы и продолжила накладывать заклинание.       Несколько рисунков нашли больший отклик у Леттер, чем другие. И именно такие она начала откладывать в отдельную стопку. Закончив с этим, она начала расставлять их в как ей казалось, правильном порядке.       На первом рисунке она в своей рабочей форме и смеялась, а рядом с ней была напуганная ей кобыла в кепке почтальона и с бантиком на голове, что вместе смотрелось несколько нелепо.       — Так ты одна из нашей банды? — всплыла у неё в голове непонятная фраза.       На втором она же с самым наглым видом сидела во главе стола в почтовом отделении, пока четвёрка пони, что была за этим же столом, о чём-то ругались друг с другом. И перед всеми были тарелки с тортом.       — О, поверь, это первый и последний раз. В честь, так сказать, первого сбора команды.       На следующем рисунке она была в своих улучшенных доспехах квестера и наблюдала за тем, как какая-то другая кобыла в броне сражается с Эвил, когда у той ещё был браслет паладина.       Дальше были ещё несколько примечательных рисунков.       Маленький монстр ловит копытом лезвие на её крыле, когда она неудачно пыталась ударить его «фестивалем» во время болезни.       Первое столкновение с Бладрут и одной из «мармеладок», что копировали её внешность. А так же её пленение замаскированной сестрой.       Её освобождение, и то, как к ней с радостной мордочкой бежит уже попадающая с ранее пегаска.       Она слушала мрачную с виду земную пони, а рядом с ними был недавно встреченный белый пегас.       Неудачные попытки четырёх кобыл напасть на неё, чтобы доказать свою состоятельность. А так же полученный ей удар от старушки в конце дня, который явно смаковался художником.       Масштабный бой у Алтаря Стихий, во время которого вся шестёрка квестеров впервые была на одной стороне. «Шестёрка… я была не одна», — была уже уверена почтальонша.       Неожиданное воссоединение с матерью. Дуэль с сестрой в облике Бладрут. Ночь Кошмаров с нелепыми костюмами. Вторая дуэль и разгромное поражение. Казавшийся непобедимым Киллер-Гоуст. Инцисура с огнетушителем ворвалась в чайную. Появление Свити-бота. Встреча с Кампус спустя долгие годы. Победа над главным монстром.       Последний рисунок заинтересовал Леттер, ведь на нём, кроме неё самой, паладинов и монстров был ещё один персонаж.       «Квест-Киллер… Если был Киллер-Гоуст, то была и она. Но… почему я её не помню? Почему я вообще не помню других квестеров, кроме Эвил? И то, её вообще можно не считать», — задалась вопросом красная пегаска.       Она потянулась к оставшимся рисункам и вытащила случайный. На нём шесть квестеров в доспехах стояли под светом прожекторов, но только она сама приняла пафосную позу. А за всей шестёркой был большой логотип команды. Второе её копыто потянулось к последнему рисунку, который она выделяла для себя до этого.       На нём была сама сама, а перед ней на столе стоял торт со свечками. Пять кобыл, что постоянно фигурировали на других набросках, столпились вокруг неё, явно ожидая от неё какого-то ответа. Только одна из них сидела немного отдельно от остальных.       — Ну, Леттер, ты подумала над моими словами?       «Да, подумала», — подняла решительный взгляд на измотанную Твайлайт красная пегаска.

***

      — Поигрались и хватит, — внезапно сказала Циан, и зажгла рог.       От неё во все стороны ударила волна магии, которая при соприкосновении с бронёй квестеров подрывала их. Кобыл отбросило на несколько метров от паладинов. Это же заклинание разогнало облака, тем самым очистив небо.       Скарлет, не церемонясь, создала вокруг них сплошные барьеры из магии, которые не давали им выбраться.       — Честно говоря, я ожидала от них большего, — честно сказала бирюзовогривая псевдоаликорн.       — Я тоже, — согласилась алогривая. — Но меня больше волнует…       Она была прервала громким смехом. Смехом, который могла узнать любая кобыла по поляне. Злобный смех, более присущий какому-нибудь древнему злу, чем с виду обычной пегаске.       Леттер в своих жёлтых доспехах приземлилась на гору из каменных обломком замка, где её было отлично видно всем окружающим.       — Она… вернулась? — неуверенно спросила у сокомандниц Энжел.       — Определённо, — ответила ей Тиалав.       — Кажется, мы что-то пропустили, — с облегчением от вида сестры сказала Скарлет.       — Ох, не нравится мне это, — прокомментировала Циан и выстрелила заклинанием в Метал.       Жёлтая квестер расправила крылья и взмыла вверх, пропуская луч магии под собой.       — Ну что, подруги, покажем, на что мы действительно способны?! — впервые так обратилась к другим квестерам Леттер.       — Сразу, как только поможешь выбраться, — ударив по своей клетке, ответила Лаймстоун.       — Пожалуйста, — добавила Рэрити.       — У меня есть идея. Но она вам не понравится! — избегая выстрелов паладинов в воздухе, сообщила красная пегаска.       — Главное, чтобы сработало, — фыркнула Уайт.       Внезапно всё погрузилось во тьму. Паладины, что видели друг друга, начали прикрывать друг друга, смотря в разные стороны.       — Я потеряла контроль над своей магией. Они на свободе, — предупредила напарницу Скарлет.       Циан попробовала зажечь рог, но всё оказалось безуспешно.       — Похоже на «фестиваль», но это не он, — неуверенно сказала Циан.       В стороне от них словно зажёгся прожектор, освещающий небольшой участок промёрзлой земли.       — Начнём представление! — объявила Леттер, приземляясь на освещённый участок сверху. — Острейший клинок. Квестер Метал!       — Протекающая река. Квестер Ватер! — левее пегаски зажёгся ещё один прожектор, который осветил Тиалав, что отнеслась к происходящему по философски.       — Бушующий пожар. Квестер Файер! — следующей стала радостная Энжел, которая появилась справа от почтальонши, но между ними было место для ещё одной пони.       — Несокрушимая скала. Квестер Граунд! — Лаймстоун, чей освещённый участок появился ещё правее, явно не нравился весь этот цирк, но она решила поддержать остальных.       — Красота природы. Квестер Вуд! — едва смогла побороть смущение появившаяся левее владелицы чайной Рэрити.       — Неугасимый драконий дух. Квест-Киллер! — явно забавлялась Уайт, чьё место оказалось между Метал и Файер.       Позади шестёрки кобыл появился огромный логотип команды, выглядящий как солнцезащитные очки, лежащие поверх открытой книги, и освещённый неоновыми огнями.       — А все вместе мы… — начала говорить Леттер.       — Квестеры! — закончила вся шестёрка хором.       На логотипе позади них появились буквы, собирающиеся в название команды. После чего от него ударила волна магии, безвредно для квестеров, но паладинов при столкновении протащило по земле не несколько метров, но те устояли на ногах.       Темнота резко пропала и на поляну упал свет солнца. Логотип команды позади кобыл так же исчез.       — И что это было? — едва сдержала ругательство Сансет, которая сама не знала, как оказалась на краю поляны, где никому не мешала.       — Не важно, главное мы выиграли Твайлайт время, и она успешно справилась, — ответила ей Эвил, что всё ещё была в виде бирюзовых доспехов на ней.       После прошедшей через них волны магии, паладины почувствовали слабость, а их браслеты стали искриться.       — Тц, теперь чинить, — проворчала Скарлет.       — Сейчас лучше подумай о том, как нам победить, — не собиралась сдаваться Циан и снова выпустила свою волну магии, которой до появления Леттер одолела остальных квестеров.       Серия взрывов ненадолго скрыла шестёрку кобыл.       — «Сибриз!» «Шайнинг Армор!» «Найт Глайдер!» «Биг Макинтош!» «Вейпор Трейл!» «Айрон Вилл!» — квестеры призвали дополнительные силы и ринулись в бой.       Увеличившаяся в размерах Граунд со всей приобретённой силой швырнула вперёд Файер, что дополнительно ускорила себя. Красная квестер протаранила Циан, которая даже не успела заметить приближение противницы и самого удара.       Скарлет, не отвлекаясь на это, расстреливает заклинаниями приближающихся кобыл, но все лучи магии безвредно сталкивались с барьерами, что на ходу создавала Ватер. Миниатюрная Метал незаметно облетела сестру и с разгона врезалась всеми четырьмя копытами ей в затылок. Паладина повело вперёд, она едва устояла на ногах, но тут же получила по мордочке призрачным кулаком от Квест-Киллер.       Ускорившаяся Файер создала огненное кольцо вокруг Циан, пока та пыталась её сбить выстрелом. Подобравшаяся поближе Вуд сбросила заклинание камуфляжа и резко взмахнула крыльями, раздувая пламя ветром. Бирюзовогривая пони вскричала, но больше от страха, чем от боли.       Подбежавшая Граунд топнула копытом и потрёпанных паладинов подбросило вверх резко выросшими каменными столбами. Миниатюрная Метал покрыла доспех разрядами молнии и спикировала на сестру, пока остальные квестеры выстрелили по её напарнице.       Две кобылы рухнули на землю и с трудом начали подниматься на ноги. Но, к их ужасу, всё вокруг снова погрузилось во тьму. Не давая им ни единого шанса на контратаку, квестеры атаковали их со всех сторон, вынуждая защищаться. Но они упустили момент, когда к ним подлетела Леттер.       Два клинка на крыльях, переливающиеся магией, ударили по паладинам, когда пегаска пролетела между ними. Почтальонша затормозила об землю копытами, оказавшись позади паладинов.       Браслеты последних не выдержали такой нагрузки и взорвались под злобный смех Леттер.       Потерявшие облик белых псевдоаликорнов, Чоклет и Дравинг вышли из облака дыма покрытые сажей и с вздыбленный и гривами и хвостами.       — Вы хоть, кхе-кхе, знаете, кхе, сколько это стоило? Кхе-кха-кхе, — возмутилась кашляющая от дыма единорожка шоколадного цвета.       — Мы, кхм, вышлем счёт, — кашлянула пепельно-чёрная пегаска, у которой больше не было фальшивого рога на лбу, как и шрамов вокруг глаз.       — Эй, мы же победили? — возмутилась словам сестры обернувшаяся Леттер.       — А нечего было ломать наши браслеты, — ответила с явной издёвкой Дравинг. — Скажи спасибо, что магия Элементов Гармонии полностью меня вылечила, и мне не надо искать способ избавиться от шрамов.       — Класс, это уже какой раз магия лишает меня работы? — с иронией спросила у остальных Уайт.       Остальные кобылы, не выдержав такого резкого контраста между боем и тем, что произошло после него, с облегчением рассмеялись.

***

      Через неделю после последнего боя с паладинами на главной площади Понивилля собралась немалая толпа пони. На возведённую сцену вышла принцесса Селестия, которой народ копытоплескал.       — Мои маленькие пони, — начала говорить небольшую заготовленную речь аликорн, благодаря чему шум прекратился. — Вы за месяцы после праздника Солнцестояния пережили многое. Постоянные атаки монстров должны были держать вас всех в страхе. Но вы справились, вы пережили все эти несчастья. Сегодня мы здесь собрались, чтобы выразить нашу благодарность тем, кто всё это время защищал нас. Поприветствуйте своих героев.       Из-за кулис начали выходить квестеры в платьях, что сделала для всех них Рэрити. Они выстроились на сцене с махали копытами толпе, что радостно приветствовала их. Едва шум начал стихать, как Леттер сделала шаг вперёд.       — Буду откровенной, изначально я не ставила перед собой цель кого-либо спасать, — сказала Леттер, своим заявлением удивив только тех, кто не был с ней знаком лично. — Меня интересовали только бои с монстрами. Для меня это было просто развлечением. Я была воспитана грифонами, так что все эти идеи дружбы и взаимопомощи были мне чужды.       — Разве? — спросила её Тандерклауд из толпы, смутив свою дочь.       — По большей части, — поправила себя красная пегаска. — Но… со временем я всё больше начала проникаться… некоторыми пони.       Она повернула голову, чтобы взглянуть на остальную команду. Тиалав относилась к происходящему привычно спокойно, Энжел улыбалась чуть ли не все зубы, Лаймстоун отвела взгляд, но не показала никакого раздражения, Рэрити ей кивнула, а Уайт… всё ещё пыталась осознать, что кто-то кроме кремовой пегаске действительно считает её своим другом.       — Эти пони поначалу… ничего для меня не значили, — повернулась обратно к толпе почтальонша. — Кто-то веселил меня своим характером, кого-то из них я даже уважала за проявленную храбрость, но не более. Чем больше я с ними виделась, тем больше поначалу разочаровывалась в них. Пока в критический момент… они не попытались помочь мне. Пусть их действия оказались бесполезны, но сам жест, само намерение… Именно тогда я начала понимать, что к этому надо относиться… серьёзнее. Чем больше проходило времени, тем больше я осознавала, что я всё ещё пони. Что связи — это не то, что надо прятать. Осознавала, но не хотела принимать. Мне было легче игнорировать это. Пока мне не указали, какой я могла бы стать.       Дискорд, незаметно для всех, кроме Селестии, расположившийся на облаке, бросил книгу Леттер. Пегаска под удивлённые вздохи и непонимающие взгляды поймала книгу, из-за которой началась эта история.       Здесь… я вернулась в семью и… приобрела друзей. Именно поэтому я продолжу защищать Понивилль от монстров, — взглянув на книгу, в которой всё ещё недоставало слов, Леттер искренне улыбнулась. — Чтобы однажды сказать в последний раз…       Следующую фразу вся шестёрка произнесла вместе, и именно она стала слоганом, который использовала Сансет для продвижения бренда квестеров в Эквестрии:       — И все жили долго и счастливо!