Страшные истории /Карин, Суйгецу, Мадара, Обито, Гай/

Карин снова заметила мелкие лужи на полу своей комнаты. Откуда здесь такая сырость? Почему не сохнет? Через неделю она увидела мокрые пятна в своей постели, и вся одежда в шкафу тоже была влажной… Карин забралась в душ и набрала в рот воды, с ужасом понимая, что никак не может её выплюнуть. Вода душила Карин изнутри, а теперь холодные струи схватили её за горло, не позволяя вздохнуть… Полностью охваченное водяным коконом тело на миг очнулось, и в угасающее сознание пробрался тихий, ласковый шепот: «Я люблю тебя…»

***

— Эта пуповина не моя, придурок!!! Ты своими выходками чуть не свёл с ума бедную Сараду-чан! Пошёл вон, каппа, и не заходи сюда больше! — орала взбешённая Карин в спину улепётывающего из лаборатории Суйгецу. «Конечно, Сарада — только «ваш» ребёнок… Неужели ты думал, что можно безнаказанно жрать мою чакру столько времени, а, Саске?» — Карин злобно ухмыльнулась и поправила очки.

***

— Молодец, Ли! Мой любимый, славный ученик! Ты прямо вылитый я в молодости! Я чувствую, как сила юности переполняет тебя! — вопил воодушевлённый Гай, стискивая ученика в крепких объятьях. «Потерпи немного, Ли, осталось пару лет, твоё тело станет крепче, и мы наконец соединимся…» Никто не знал, у кого Орочимару украл технику замены тела. Никто не выяснял, как именно погиб Майто Дай — кому есть дело до престарелого генина?.. А уж своё исчезновение Гай постарается обставить мастерски, когда придёт время…

***

Сколько бы лет не прошло, а он всё не мог забыть яркого, сладкого вкуса плоти своего друга и врага… он помнил, как ароматная кровь жаром обдала губы в тот миг, когда он вкусил её… Сидя в сырой ледяной пещере, он пытался вспомнить этот вкус, раз за разом пожирая белые, скользкие части тела, вырастающие то тут, то там на бесформенных кусках, отдалённо напоминающих людей… Но они были мёртвыми! Они были безжизненными куклами, по вкусу напоминающими глину, и никак не реагировали на укусы… Мадара довольно оскалился и впился зубами в руку мальчишки. Как забавно она отрастает каждый раз, как громко вопит он от боли, и как удовольствие растекается по венам, когда Мадара медленно пережёвывает такое сладкое, такое молодое мясо… Вот теперь в этой плоти есть жизнь, внутри неё бежит кровь, пусть не та, сводящая его с ума, но и этого сейчас достаточно… Ему хватит надолго, ведь рука отлично приживается к Обито раз за разом…