Часть 33

Приехав в резервацию, Пол направился прямиком к Билли. За последнее время всё до такой степени запуталось, что ему, как воздух, нужна была ясность хоть в чём-то. В противном случае, если окружающая его реальность, так сильно смахивающая на клетку, останется без изменений, он, вне всякого сомнения, загремит в психушку или наделает глупостей, от которых будет невозможно отмыться. А ещё ему не давали покоя неосторожно произнесённые совсем недавно слова, потому что они когда-то стали последним, что он сказал своей матери перед тем, как потерять её навсегда. Старейшины не оказалось ни дома, ни в построенной за ним убогой хибаре, набитой кучей металлолома и ненужного, на первый взгляд, хлама, служившего материалом для создания причудливых фигур, а иногда и целых инсталляций, которые имели в определённых кругах неплохой спрос. Обведя всё это разочарованным взглядом, парень стремительно вышел на улицу и, сократив путь, направился к дому Сэму и Эмили, где по всей видимости его уже все заждались. Каждое последующее перевоплощение неизбежно превращалось для него в невероятное над собой усилие. Вот и этот раз не стал исключением. Пол бежал по лесу, чувствуя, как холодный ветер терзает его шерсть и безжалостно хлещет по морде. По вискам хаотично стучала какофония из мыслей других членов стаи, отзываясь в них лёгкой болью. Ветки ломались под их лапами, разлетаясь во все стороны, а прелые листья делали воздух густым. Несмотря на присущую оборотням регенерацию, из-за сумасшедшей ежедневной нагрузки мышцы не успевали восстанавливаться и горели так, словно под кожу заливали кислоту. От бежавшего впереди них вампира исходил отвратительный запах разложения и так сильно действовал парню на нервы, как никогда до этого. На нём-то он и попытался сконцентрировать всё своё внимание, чтобы наконец прекратить думать о том, что ему на самом деле не давало покоя. Выходило из ряда вон плохо, потому что чувство тревоги никуда не желало деваться, а только усиливалось, обволакивая внутренности чем-то безжизненным, холодным и вязким, заставляя ещё глубже проваливаться в пучину собственных страхов. В глазах потемнело, и дело было вовсе не в сгущающихся сумерках, а в том, что сквозь эту тьму каким-то непостижимым образом начал пробиваться силуэт Лили. Она тихо прошептала его имя перед тем, как обессиленно упасть к ногам обезумевшей от ярости Камиллы. Пол тряхнул головой, будто пытался сбросить возникшую перед глазами ужасную картину. Связь с мыслями остальных членов стаи внезапно прервалась, и, судя по удивлённому фырканью, посыпавшемуся на него со всех сторон, он тоже исчез с их радаров. Лэйхот понял, как никогда явственно, что это и есть тот самый единственный шанс вырваться, хоть и всей душой возненавидел обстоятельства, давшие ему такую возможность. Максимально сконцентрировавшись на своём видении и управляемый животным страхом за близкого человека, он резко рванул в направлении той части леса, которая принадлежала Калленам, но чёрный волк Сэма, яростно скалясь, не менее резво преградил ему путь. Пол был в бешенстве. Оттолкнувшись от земли, он сам не понял, как его зубы оказались на шее Альфы, и несколькими мощными рывками головы вырвали из неё внушительный кусок шерсти. Уже знакомое давление на менталку ощущалось довольно слабо, а под напором собственного праведного гнева и вовсе сошло на нет. Наконец осознав, что именно только что случилось, Сэм отступил. Проклиная всё на свете, Пол заметил под одним из многочисленных кустов джинсовые шорты, которые из-за частых превращений можно было найти на любом участке леса, и, подхватив их, что есть мочи продолжил бежать. Он не мог объяснить, как им с Лили удалось сконнектиться друг с другом, но был твёрдо уверен, что увиденное реально, потому что даже привычные раньше крики хищных птиц и низко нависшее над верхушками деревьев серое небо сейчас казались предвестниками чего-то по-настоящему тёмного и зловещего. Лэйхот винил во всём себя. Потеряв мать, он предпочёл шифроваться и отмалчиваться, вместо того, чтобы орать об этом на каждом шагу и таким образом предупредить хоть несколько человек о поджидающей их в собственном доме опасности, а теперь ему предстоит пережить ещё одну потерю, как плату за собственное бездействие? И откуда там могла взяться Камилла? Приговор ведь, несмотря на апелляцию, уже должен был вступить в силу. Вертящиеся в голове вопросы, оставшись без ответа, вызвали ужасающую по своей силе мигрень, и он почти согнулся пополам от очередного её приступа. Увидев неподалёку знакомую крышу, парень вернулся в прежнее состояние и, натянув шорты, перескочил через живую изгородь. Сердце выпрыгивало из грудной клетки, когда он, открыв дверь, увидел склонившуюся над неподвижной Лили Камиллу. Его руки вцепились в её жилистые плечи и отбросили от себя так сильно, что та пролетела через весь холл, со стоном стукнувшись об дверь, которая вела в гостиную, и, потеряв сознание, так и осталась лежать рядом с ней. Коснувшись дрожащими пальцами шеи девушки с отчётливыми разводами синяков, Пол почувствовал под ними совсем слабую пульсацию. Судорожно схватив со стола телефон, он набрал 911 и, параллельно с этим, осторожно начал нажимать краем ладони на её грудную клетку.