Часть 32

Лили, опустив щипцами несколько кругов апельсина в сахарный сироп, выложила их на пергамент, устилающий дно прямоугольной формы для выпечки. В углу кухни лежали небрежно брошенные ею пуанты с тёмными от пота пятнами внутри и всем своим видом умоляли найти им замену. Исходящий от духовки жар не слишком нравился Полу, но он, ни на что не жалуясь, продолжал наблюдать за действиями девушки. После недавней встречи с Джеймсом Лили поведала парню лишь несколько небольших деталей из состоявшегося с ним разговора, но делиться своими чувствами по этому поводу не спешила, опасаясь наговорить лишнего. Злость, словно мерзкое чудовище, пожирала все её внутренности, ощущаясь поначалу чем-то чужеродным, а затем единственно правильным. Мысль о прощении отзывалась волной возмущения. Спускать ему это с рук — всё равно что подарить облегчение, которого он не заслуживал, и тем самым свести на нет степень его прегрешения. — Чуть позже должна прийти Синди, — отстранённо сказала она, помешивая миндальное тесто. — Похоже, её родители дошли до такой степени токсичности, что находиться с ними в одном доме стало невыносимо. — Не мудрено, — резюмировал Лэйхот, вспомнив ругающихся во дворе Донованов и невольно проводя параллель между ними и собственной семьёй. Не было пока ни единого дня, чтобы мысли о ней не пробирались в его голову. — Несмотря на весь ужас происходящего, Синди очень хорошо держится, но всё-таки ничего так сильно не хочет, как начать жить отдельно. Ей пока не хватает средств, чтобы осуществить желаемое, поэтому я предложила перекантоваться какое-то время у меня, — сообщила Лили, переместив содержимое посудины в форму и отправив его выпекаться. — Пусть остаётся, пока не найдёт более-менее приличную квартиру и не заработает необходимую сумму денег для первого и последнего взноса. — И почему я не удивлён, — усмехнулся Пол, смерив её с ног до головы внимательным взглядом из-под прищуренных глаз. — Но ты точно уверена в ней настолько, чтобы вот так просто впускать в свой дом? — Поверь, — выпрямилась девушка, сняв с себя загрязнившийся в нескольких местах фартук, — более нравственного человека днём с огнём не сыщешь. Она с малых лет ведёт себя так, словно прожила эту жизнь три раза, как минимум. — Билли рассказывал, что мама Джареда была всегда мудрой не по годам. Это верный признак того, что у таких людей очень старые души. — Значит, я точно живу впервые, — подытожила Лили и, взяв со стола цельнозерновой хлебец, жадно запустила в него зубы. — Хотя, надо признать, что с тех пор, как в моей жизни появились ты и Лен, мне таки удалось стать хоть чуточку расторопней. Осталось лишь разобраться с тем, что теперь делать с Джеймсом. — Неужели ты так и не определилась, как к нему относиться? — осторожно поинтересовался Лэйхот, желая услышать от неё хоть какие-то мысли по этому поводу. — С этим-то у меня как раз проблем не возникло, — протянула девушка, сердито нахмурившись. — Но одно я знаю точно: мы от него ещё натерпимся. Сообщи ему кто-то, что и к чему, он в лепешку расшибётся, но не позволит нам быть вместе. — Ясно, — Полу не удалось скрыть внутреннее разочарование, более чем отчётливо прозвучавшее в голосе, и он сам себе не мог ответить, в чём скрывалась причина его появления. То ли из-за того, что её слова не были лишены смысла, то ли всему виной являлись обстоятельства, выхода из которых на данный момент никто из них не видел. А ведь он почему-то был свято уверен, что Джеймс не настолько плохой. — Мне нужно идти. Сэм с меня шкуру снимет, если я опоздаю хоть на минуту. — Тогда тебе надо поторопиться, — сочувственно сказала Лили, наблюдая за тем, как парень, обойдя стол, приблизился к ней. Она, оттолкнувшись от подлокотников, встала и тут же почувствовала, как его руки сомкнулись у неё за спиной, а горячее дыхание почти опалило правую щеку. — Я люблю тебя, — признание вырвалось быстрее, чем парень сумел его сдержать. После произошедших с ним в прошлом ужасных событий, он уже не видел смысла говорить о подобном вслух, полагая, что любовь и забота скрываются в поступках, а не в словах. Поэтому, произнеся их, даже немного испугался. Лили несколько секунд удивлённо на него смотрела, а затем, взяв за руку, улыбнулась — беспечно и ласково. Остатки злости моментально сошли с её лица. — И я тебя, — Пол, сглотнув, схватил со спинки стула куртку и, забыв попрощаться, вышел. Девушка, совершенно сбитая с толку, проводила его задумчивым взглядом. Остаток дня Лили провела в рутине, полностью отдавшись магии повторяющихся действий, сумевших заглушить отчётливое жужжание нехороших мыслей в её голове. Зато дом стал блестеть, как никогда до этого, а старые вещи благополучно отправились в Красный Крест. Синди, задержавшись на работе, так и не смогла к ней заглянуть, но обещала сделать это завтра. Найла и Дженни, по совету педиатра, отправились отдыхать в одну из крупнейших в штате Вашингтон соляных шахт и уже успели прислать ей несколько сделанных там фотографий. На первом этаже послышались странные звуки: словно кто-то зашёл в дом и застучал каблуками по плитке, и только после этого раздался громкий звонок. Насторожившаяся девушка медленно спустилась, будучи твёрдо уверенной, что не могла не закрыть дверь. Заглянув в глазок, она никого не увидела, зато несколько секунд спустя почувствовала, как чьи-то руки крепко сомкнулись на её шее.