XXIII. Пепел Вайтрана

POV: Дженасса Драконья Кровь Запах крови и гари ударил в ноздри. Я стояла на холме, наблюдая за бушующим внизу хаосом. Вайтран, первый город, который я посетила, когда попала в Скайрим, пылал. Крик ужаса и лязг стали заглушили даже рёв драконов, кружащих в небе. Рядом со мной, словно тень, стоял Морок, его юное лицо, обычно искажённо ухмылкой. — Город дрожит, — произнёс он, не отрывая взгляда от битвы. — Сегодня он падёт. Я кивнула. Вайтран должен был пасть, стать символом абсолютной власти Мирака. Вайтран — жемчужина Скайрима, как когда-то сказал Ульфрик. «Ульфрик…» — ОД А ВИНГ! — позвала я, указывая на город. Красный дракон, словно прочитав мои мысли, пикировал вниз, обрушивая огненный шквал на баррикады, построенные стражей. Слева раздался оглушительный треск. Кросулах пробивал брешь в городской стене, словно бумагу. Через неё, словно муравьи, хлынули культисты, ведомые фанатичной верой и обещанием власти. — Пора, Морок, — сказала я, накидывая капюшон, скрывающий моё лицо. — Покажем им истинную силу драконьей крови. Вместе мы неслись в бой, словно воплощение самой смерти. Я была вихрем стали и магии. Мой клинок танцевал, оставляя за собой лишь трупы. Я крушила щиты одним ударом, испепеляла врагов и поглощала их души, становясь всё сильнее с каждым вздохом. Годы, проведённые в обучении и битвах, превратили меня в безупречную машину смерти. Морок был почти так же смертоносен. Его меч, пропитанный тёмной энергией, вытягивал жизнь из всего, к чему прикасался. Он двигался быстро и ловко, словно дремора, танцующий среди смертных. Но даже с нашей силой и поддержкой драконов, сопротивление Вайтрана было ожесточённым. Стража, хотя и утопала в крови, сражалась с отчаянием загнанного зверя. Они защищали свои дома, свои семьи, свою свободу. На рыночной площади я столкнулась с Вилкасом, Соратником из Йоррваскра. Мы знали друг друга. Когда-то я изъявила желание вступить в Соратники, и именно Вилкас был тем, кто проверял мою силу. Когда-то мы были союзниками, сражались плечом к плечу против Серебряной Руки — охотников на вервольфов. Теперь мы стояли по разные стороны баррикад. — Дженасса! — рычал Вилкас, взмахивая своим мечом. — Что ты творишь? Зачем ты преклонилась перед этим чудовищем, Мираком? — Мирак — это сила, Вилкас, — ответила я, мой голос был холоден, как лёд. — Сила, которую ты не сможешь понять. Наши мечи столкнулись, разлетаясь искрами. Вилкас был силён, но я была сильнее. — Ты предала нас! — крикнул Вилкас, отбивая мой яростный удар. — Ты предала Скайрим! — Ты даже не представляешь как часто я это слышу! — закричала я, вкладывая в голос всю свою ярость. — Я уже убила достаточно своих друзей, чтобы не останавливаться. И теперь я не остановлюсь ни перед кем. Я убью каждого кто встанет у меня на пути. Неважно кто это будет — враг или друг, вы все умрёте. — Тогда ты потеряна навсегда, — выдохнул Вилкас, становясь в боевую стойку. Я не ответила. Я лишь сильнее сжала рукоять меча и обрушила на Вилкаса всю свою ярость. Вскоре тело Соратника рухнуло на землю. Его глаза были полны непонимания и боли. Я стояла над поверженным врагом, моё дыхание было тяжёлым. Я не чувствовала вину. Она давно покинула меня. Вина — это роскошь, которую я не могла себе позволить. Я — солдат Мирака, и я должна выполнить свою задачу. Я оставила тело Вилкаса позади, прокладывая себе путь сквозь хаос битвы. Морок догнал меня и теперь следовал за мной, уничтожая всех, кто осмеливался встать на нашем пути. Мы двигались к Драконьему Пределу, где, как я знала, уже ждал нас ярл Вигнар Серая Грива. Когда-то на его месте сидел ярл Балгруф Старший, но в ходе Гражданской войны это место занял Вигнар. Вскоре мы достигли подножия каменной лестницы. Вход преграждали остатки гарнизона Вайтрана — жалкая горстка измученных воинов, отчаянно пытающихся сдержать натиск безумных культистов. Их броня была покрыта копотью и кровью, лица измазаны грязью и потом. Я видела в их запавших глазах смесь страха и непоколебимой решимости. Они знали, что поражение неминуемо, но не собирались сдаваться без боя. Я вздохнула, чувствуя неприятный привкус пепла на губах. Эти люди, простые жители Скайрима, были достойны лучшей участи. Они заслуживали лучшего. Но у меня не было выбора. Мирак не потерпит неповиновения. Я бросилась вперёд, словно выпущенная из лука стрела, сметая стражников одного за другим. Морок следовал за мной, помогая мне пробиваться сквозь их сомкнутые ряды. Вскоре мы достигли массивных дверей Драконьего Предела. Двери были заперты, но это не представляло для меня особой проблемы. Я вернула меч в ножны и, сделав пару шагов назад, произнесла Слова Силы: — ФУС РО ДА! Мощная волна энергии вырвалась из моей груди с оглушительным грохотом, обрушиваясь на двери. Дерево затрещало и разлетелось в щепки. Двери рухнули, открывая нам путь в крепость. Культисты рванули вперёд. Они яростно сражались с остатками гарнизона, их безумные вопли смешивались с предсмертными криками. Кровь лилась рекой, окрашивая пол в багровый цвет. Я прошла сквозь эту бойню, стараясь не обращать внимания на происходящее вокруг. Моё сердце, казалось, окаменело, неспособное испытывать ни сострадания, ни сожаления. Я знала, где искать Вигнара. Мы с Мороком направились к тронному залу, прокладывая себе путь сквозь толпы сражающихся. Вигнар Серая Грива, ярл Вайтрана, сидел на своём троне, окружённый несколькими оставшимися в живых стражниками и хускарлом. — Дженасса, — произнёс Вигнар, его голос был полон горечи и разочарования. — Я не ожидал увидеть тебя здесь. Я думал, ты лучше этого. — Я делаю то, что должна, Вигнар, — ответила я, стараясь придать своему голосу холодность и бесстрастность. — Ты предала свой народ, — сказал Вигнар, покачав головой. — Ты предала Скайрим. «Я слишком часто слышу эту фразу. Настолько часто, что она уже ничего для меня не значит. Она превратилась в пустой звук, не способный затронуть мою душу.» — Я служу Мираку, — ответила я. — Он — единственный, кто может принести порядок в этот хаос. — Порядок, основанный на тирании и рабстве? — спросил Вигнар, в его голосе зазвучала ярость. — Это не порядок. Это кошмар. — Ты не понимаешь, — сказала я, стараясь сдержать раздражение. — Мирак видит то, чего не видите вы. Он строит новый мир. Вигнар вскочил с трона, обнажив свой старый, но ухоженный меч. Его хускарл и последние стражники окружили его, готовые к последней битве. Морок шагнул вперёд, его рука потянулась к рукояти меча, но я остановила его жестом. — Отойди. Это моя битва, — сказала я ему, не сводя глаз с Вигнара. Я должна была сделать это сама. — Мне жаль, Вигнар, — выдохнула я, обнажая свой меч. — Но ты стоишь на пути Мирака. Наши мечи столкнулись с оглушительным звоном, разлетевшимся эхом по тронному залу. Вигнар сражался отважно, но его пожилой возраст давал о себе знать. Его движения были медленными и скованными, а дыхание — тяжёлым и прерывистым. Я парировала его удары, контратакуя с беспощадной точностью. Каждый мой удар был наполнен мощью, способной сломить кости и разорвать плоть. Его стражники и хускарл бросились на меня, пытаясь защитить своего ярла, но Морок перехватил их, танцуя среди них, словно тень смерти. Он умело расправлялся с ними. Их лица выражали лишь ужас, страх и удивление. Вигнар отступил, тяжело дыша. В его глазах читался страх, но он не сдавался. Он был ярлом и должен был сражаться до конца. — Почему ты перешла на сторону врага? — спросил он, сплёвывая кровь. — Он — безумец, жаждущий лишь власти и разрушения. Он пожрёт тебя так же, как пожирает этот город! — Ты ошибаешься, — повторила я, нанося последний, смертельный удар. Мой меч пробил его броню, словно горячий нож сквозь масло, и вонзился глубоко в сердце. Вигнар застыл, его глаза расширились от ужаса и неверия. Кровь хлынула на его одежду, окрашивая её в тёмно-красный цвет. — Ты… обрекла… нас… всех… — прохрипел он, прежде чем рухнуть на пол. Его глаза закатились, и жизнь покинула его тело. Тишина воцарилась в тронном зале. Лишь потрескивание пламени напоминало о бушующем внизу хаосе. Я стояла над телом Вигнара, мой меч был обагрён его кровью. Морок подошёл ко мне, его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня. Но я чувствовала, что он доволен. — Вайтран пал, мама, — сказал он, его голос был тихим и ровным. — Отец будет доволен. Я кивнула, стараясь скрыть дрожь в руках. Задача была выполнена. Но радости я не чувствовала. Я не чувствовала абсолютно ничего. Лишь пустоту и усталость. — Пойдём, Морок, — сказала я, разворачиваясь на пятках. — Нам нужно возвращаться на Солстхейм. Мирак ждёт нас. Мы покинули тронный зал, оставив позади пылающий город и трупы его защитников. Вайтран пал, жемчужина Скайрима была уничтожена, превращена в руины. Мы покинули руины Драконьего Предела, когда впереди, в проёме обгоревшей арки, возникла знакомая фигура. Лидия, мой хускарл, моя верная спутница. Она стояла неподвижно, облачённая в свою стальную броню, сжимая в руках свой стальной меч. В её глазах, обычно полных преданности и восхищения, сейчас пылал гнев и отчаяние. — Лидия… — выдохнула я, чувствуя, как сердце сжимается от тяжёлого предчувствия. Её лицо было бледным, а губы дрожали. Морок насторожился, готовый в любой момент броситься в бой, защищая меня от возможной угрозы, но я подняла руку, останавливая его. Я должна была разобраться с этим сама. — Что ты здесь делаешь? — спросила я, стараясь сохранить в своём голосе спокойствие. Лидия не ответила сразу. Она смотрела на меня, как будто видела впервые, словно я была незнакомкой. В её взгляде читалось разочарование, боль и непонимание. — Я видела… видела, что ты натворила, тан, — произнесла она, наконец, её голос дрожал от ярости и разочарования. — Вайтран… Вигнар… Как ты могла? — У меня не было выбора, Лидия, — ответила я, стараясь донести до неё правду. — Ты не понимаешь… — Не понимаю?! — воскликнула она, её голос сорвался. — Я не понимаю, как ты могла предать всё, во что верила! Предать народ Скайрима! Предать нас всех! — Я не хотела этого, — попыталась оправдаться я. — Но Мирак… он сильнее, чем ты можешь себе представить. Он предлагает силу, власть… — Силу, купленную ценой чужих жизней? — перебила она, её губы скривились в презрительной усмешке. — Власть, основанную на страхе и разрушении? Это не сила, тан, это слабость! Она сделала шаг вперёд, взмахнув мечом. Лезвие блеснуло в свете пожара. — Я думала, ты герой, — произнесла она, и в её голосе послышалась горечь. — Я думала, ты защищаешь народ Скайрима. Я ошибалась. Ты оказалась чудовищем. — Лидия, остановись, — выставив руку вперёд, попросила я. — Я не хочу причинять тебе вред. — Слишком поздно, — ответила она. — Ты уже причинила мне боль. Ты убила всё, во что я верила. Теперь я должна остановить тебя, даже если это будет стоить мне жизни. Она бросилась в атаку. Её удары были быстрыми и яростными, наполненными ненавистью и отчаянием. Но я парировала их без труда, используя свои навыки и опыт. Я не хотела сражаться с ней, не хотела поднимать на неё руку, но понимала, что у меня нет выбора. Она не остановится, пока не убьёт меня. — Прости меня, Лидия, — прошептала я, уклоняясь от её удара. Мой меч встретился с её мечом, и лезвие Лидии сломалось с резким треском. Она отшатнулась, ошеломлённая, но не сдалась. Она бросилась на меня с голыми руками, пытаясь сбить с ног. Я поймала её руки, удерживая её на расстоянии. — Пожалуйста, Лидия, ты здесь ни при чём. Ты можешь уйти, — просила я её. — Не заставляй меня делать это. — Убей меня, — прошептала она, её глаза были полны слёз. — Убей меня и покончи с этим кошмаром. Я закрыла глаза, чувствуя, как по щекам катятся слёзы, хотя внутри меня чувств не было. Я слишком много прошла, слишком многих убила. И ещё от одного убитого человека ничего не изменится. — Прости меня, — прошептала я, открывая глаза. В них больше не было слабости, только холодная, безжалостная решимость. Я высвободила руки Лидии и отступила на шаг. Она смотрела на меня, не мигая, ожидая неизбежного. Я подняла свой меч. — Я буду помнить о тебе, Лидия, — я сделала выпад, и мой меч пронзил её сердце. Лидия рухнула на землю, её глаза навсегда закрылись. Я стояла над её телом, тяжело дыша. Морок молча наблюдал за мной. Я опустила меч. В груди зияла пустота, словно кто-то вырвал оттуда сердце. Я не могла поверить, что всё это сделала я. Что я стала убийцей своей подруги. «Лидия… моя верная спутница, мой хускарл, моя подруга. Я убила её». — Пойдём, — сухо произнесла я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Мирак ждёт. Морок кивнул и последовал за мной, но я чувствовала его взгляд, полный вопросоы. Вопросов, на которые я не могла ответить. Мы шли по опустевшим улицам Вайтрана, мимо обугленных зданий и разбросанных тел. Город, который я когда-то поклялась защищать, лежал в руинах из-за меня. Я видела в лицах немногих выживших страх и ненависть, но я не могла встретиться с ними взглядом. Я была предателе, убийцей. Я заслуживала их презрения и проклятий.