Часть 10.2

*** Шота не знал сколько времени может потребоваться его ученику чтобы добраться до учительской, но того времени что он его ждёт было более чем предостаточно. Поэтому ему ничего не остаётся, как пойти самому за своим учеником и проверить что же такого могло приключится на тренировке. Честно говоря, он не удивится если он сейчас валяется в лазарете с очередным переломом. Как никак Мидория там частый посетитель. Скоро дойдет до того что его можно будет переселить из общежития в лазарет на постоянную основу. От мысли, что лазарет будет сверху донизу заполнен мерчем всемогущего его передёргивает. Надо что то с этим сделать. Открыв дверь и выйдя в коридор, он не столкнулся с учеником, хотя мог бы. Маломальская надежда на то что Мидория замялся перед дверью исчезла за поворотом коридора, махнув на прощанье рукой. Всё же придется идти до полигона. Короткий вздох разочарования и он уже готов идти в путь.. Или нет. Айтзава останавливается в полушаге от двери. Причина остановки: движение слева от него. Неосознанно руки поднимаются к шарфу, но быстро опускаются. Как оказалось Изуку Мидория по совместительству проблемный ребенок и подозреваемый предатель юэй не нашел ничего лучше чем сидеть под дверью в учительскую пока его ожидают непосредственно за ней. Но что стало ещё более примечательным в этой ситуации, так это то с какой непринуждённостью тот поднимался с пола. Никакого мельтешения, нервозности или неловкости присущие его проблемному ребенку. Только лишь выверенная точность движений и опустошенное выражение лица. Приподнятая в знак скепсиса бровь опускается и он с большим вниманием сосредотачивается на ученике, когда понимает, что ребенок смотрит исключительно перед собой, не поднимая изумрудных глаз. -- Мидория, заходи, нам надо поговорить. А поговорить было о чём, учитывая то как ребёнок на его слова лишь кивнул всё так же не поднимая голову и прошел в кабинет, на мгновение застыв прежде чем переступить порог комнаты. Что же с ним не так? Может травма головы? Зайдя вслед за учеником, Айтзава закрыл за собой дверь и пошёл к столу. -- есть ли то с чем ты бы хотел со мной поделится, прежде чем я начну?- спросил он на ходу. Мало ли может ребёнок сам решит поделится своей историей, так сказать пролить свет на своё состояние, а может и на своё прошлое заодно. Было бы славно. Но Мидория с несвойственной для него отстраненностью качает головой. -- нет Айтзава сенсей.- будто отрапортовал он. И всё же это удивительно и сбивает с толку. Да, его ученик и до этого вел себя отстраненно, но никогда Так. Его блуждания по разуму всегда сопровождались бормотанием и заламыванием пальцев или же записями в тетрадь. Спокойствие и морда кирпичом никогда не были его сильной стороной. Это невольно заставляет его напрячься. Кстати о тетради. Он как бы невзначай проводит рукой по лежащей на его столе записной книжке и выводит её вперед, после чего занимает кресло за столом. Может она сможет привлечь внимание Мидории. И судя по тому, как расширяются глаза ребёнка его догадка оправдалась. В этот момент его ученик будто выходит из транса: на его лице вновь мелькают эмоции, пальцы подрагивают. Пора. -- Сегодня мне довелось узнать, что мой студент всю свою осознанную жизнь прожил в статусе беспричудный. А так же ведёт довольно компрометирующие записи об окружающих. Слова произнесены прямо, без какой либо эмоциональной окраски. Он не стремится запугать ученика раньше времени. Нет. Но несмотря на его старания от подростка всё же последовало вздрагивание и настороженный взгляд человека готового уклонится от атаки или сбежать как только представится такая возможность. Краткое мгновение и комната осмотрена на наличие альтернативных выходов для побега, прежде чем вновь сосредоточится на нём. Глаза подростка, в отличие от того что было раньше, смотрят именно на него отслеживая любой проблеск движения. -- есть ли что сказать на этот раз? Интересуется он в надежде на скорое завершение этого разговора. Как никак Мидория Изуку является всего лишь подростком, которому свойственно ярко реагировать на слова других людей в особенности старших. Это должно сыграть свою роль. -й..а. - заикался Мидория ловя ртом воздух и смотря то на него, то на тетрадь. --Ты ... - ему нужно лишь подождать проявить терпение проблемный ребенок всё сам расскажет. -- Я нне мог рассказать в вам Айтзава сенсей. - он поднимает затуманенные глаза-- я знаю что подвёл вас и ваши ожидания, обманул... И готов принять любое наказание. - после чего опускает голову -- даже если буду отчислен.. -- успокойся Мидория никто не собирается тебя отчислять или наказывать, по крайней мере не сейчас. Скажи мне, зачем ты ведёшь записи в своих записных книжках? Несмотря на временное облегчение в позе подростка, плечи вновь поднимаются, дыхание задерживается с коротким вдохом. -- проблемный ребенок успокойся, дыши. Я не собираюсь ничего делать просто хочу вернуть её обратно, зная что это не причинит никому вреда. В подтверждении своих слов он поднимает руки в примирительно жесте. Но Мидория лишь сильнее вздрагивает и отшатываеться на шаг назад, напрягаясь. Его взгляд застыл на оружие захвата, прежде чем он отдернул себя и поднял слегка расширенные глаза. При реакции своего ребенка ему больше всего хочется прямо сейчас стукнуться головой об стол и посильней. Черт возьми он сильно оплошал. И не знает как теперь поступить. Казалось шелохнись он в сторону Мидории и тот тут же выпрыгнет в окно, на котором задерживал взгляд при осмотре комнаты и теперь старательно избегает. Если бы только Мик был здесь. Он бы не ввел ребенка в панику одними словами. Ему нужно что то сделать прямо сейчас. Но как? Каким образом он должен что то предпринять если слова и действия исключаются? Пока он пытается найти ускользающее решение Мидория подходит ближе, хватает тетрадь, прижимая её к груди, сразу же отступая назад. Короткий, но глубокий вдох после вздрагивания и на его лице уже сверкает улыбка. Ему она показалось искренней, но видя панику в глазах Мидории минуту назад было сложно в это поверить. -не волнуйтесь Айтзава сенсей я не собираюсь никому вредить это просто записи- улыбка становится менее растянутой - просто глупое развлечение. И ему не остаётся ничего кроме как маломальски предупредить своего ученика. --будь осторожен и постарайся не влипать в еще большии неприятности. --да Айзава сенсей. -он склоняется в поклоне. --я сделаю все возможное. И вышел за дверь, оставив Айзаву одного в кабинете с тяжелым вдохом и пальцами массирующими висок.

***

Вернувшись в общежитие, он мигом промчался до комнаты и никто не сможет обвинить его в использование причуды так, как сделал бы он сам. Запиревшись внутри Изуку самозабвенно записывает все те поверхностные мысли, что промчались скоростным поездом в его голове за этот день, выпуская всю ту нервную энергию, что накопилась за это время на хрупкие страницы под стук падающих слёз, в бесполезной попытке отогнать все остальные мысли и эмоции в сторону. Лицом в записную книжку, именно так он обнаружит себя утром.