Часть 1

Лейтенант, вы заняты?

Сержант, к вашему сведению, сейчас час отбоя. Пришел ответ почти сразу.

Я понимаю, просто, я гулял и не посмотрел на часы и было поздно возвращаться, ну и ворота уже закрыли, а я на входе стою, зайти не могу.

Вот теперь и ночуйте на улице, раз не можете серьезно относиться к своим обязанностям. Я вздрогнула, когда услышала учебные выстрелы со стороны леса. Вот другим с отряда капитаны учится ночью позволяют, а нам наш вечно о дисциплине твердит и вечно кричит, если делаем что-то не то.

Ну капитан, здесь страшно, откройте ворота.

Сержант, вы уже взрослый человек и мужчина, пора забыть такое слово как страшно. Это смешно звучит. Знал бы он, что я на самом деле не парень, а девушка... Меня бы скорее всего исключили.

Ну капитан, я больше так не буду, впустите.

Просила я у него как маленькая девочка. Сколько раз я слышал от вас это. Ждите, я сейчас приду и открою дверь. Но не надейтесь, что после этого наказание вам получится избежать.

Капитан, вы самый лучший! Я вас люблю.

Со смешком я отправила, но щеки вдруг покрылись румянцем. Где ж вы взялись только на мою голову... Через несколько минут послышались шаги за воротами и звон ключей. — Громко не говори, разбудишь ещё всех, — в грубом тоне сказал Гоуст, открыв ворота. — Слушаюсь, капитан, — как можно грубее сделала голос. — Я вот не пойму, это у тебя голос такой или ты просто простужен. Пошел, давай, — схватил он меня за воротник курточки и грубо пихнул вперед на территорию базы. — Грубо вообще-то, — возмутилась я, но сразу же заткнулась под взглядом Гоуста. — А ты думал к тебе будет особое отношение? — Скептически спросил он, снова схватив меня за шиворот и повел к палаткам. — Я думал мы подружились, — прыснула я. — Дружбы между нами быть не может, я капитан твоего отряда, а ты ученик, так что делай свою работу и не выводи меня, — резко остановил он меня. — Бу, бу, бу, — кривляла я его. Не дожидаясь, что он скажет или влепит ли он мне оплеуху, я быстро забежала в казарму подальше от злого взгляда. Послышались отдаляющие шаги. Стараясь никого не разбудить, я залезла к своей кровати, не думая даже раздеваться. Я никогда не раздевалась, когда ложилась спать, ведь если я сниму курточку и останусь в одной водолазке то все сразу поймут кто я. Особенно утром, ведь сплю я дольше остальных. Бывало, что Гоуст лично приходил и будил меня. Нет, не ласково, а вот так. Сукин сын, для кого было сказано подьем?! Это был второй мой день и близкое знакомство с капитаном нашего отряда. Заставил же он меня напрячься тогда больше всех... я думала что умру. После пару дней нахождения на базе, мне стрельнуло в голову написать ему. Мне тогда просто скучно было. С тех пор я пишу ему, а он отвечает. Именно, что отвечает, ведь Гоуст ни разу по делу и кратко мне первым не писал, и вообще хотел телефон отобрать, чтобы херней не страдала. Точнее не страдал. И вот заканчивается второй месяц моего нахождения здесь и никто так и не понял, что перед ними девушка. Было конечно сложно, ведь приходилось постоянно молчать, чтобы случайно своим девчачим голосом не выдать себя. Да и вообще сложно приходилось тем, что нужно было прятать все свои женские штучки куда нибудь, да и не помоешься как все в одном душе. Приходилось идти на речку пока все остальные были заняты. Да и для одного человека душевую комнату не отроют, либо со всем отрядом, либо сиди как свинья не мытая. При месячных тоже сложно приходилось, ведь на тренировку не пойдешь, когда живот болит, а Гоусту не скажешь, что у тебя месячные, сразу заподозрит и поймет, а там выгонят. Приходилось что либо придумывать, или в опасном случае пропускать тренировки. Гоуста такой подход возмущал, но что я могу сделать? Истекать кровью и терпеть то, как живот болит на тренировках? И вот, как жарко не было бы спать в форме, мне приходилось терпеть это, боясь, что люди могут все понять, а тогда мне плохо будет. Хрен знает как мужики примут то, что перед ними девушка. Единственная девушка во всем лагере, не считая медсестер. Ещё не доживу до утра, а Гоуст чувствуется мне не успеет придти на помощь. Или ещё сам добьет за вранье. А он не любит, когда ему врут. Проведя час за раздумьями с закрытыми глазами, я не заметила как уснула и наступило утро, а значит... — Подьем! Все резко вскочили, вместе со мной. Не хотелось снова испробовать злость капитана на себе, мне хватило тогда. Все начали одеваться, а я вот уже вся такая правильная стояла на улице собранная и сверкала глазками в очках Гоусту. Собственно я была в отряде самой маленькой и хиленькой, но форма военная и мужская мой вес хоть немного, но скрывала. Но выдавала меня физическая сила, ведь в отличии от других, я приседала намного меньше чем остальные, не могла отжаться от пола хоть один раз и сделать подтяжку. В общем, в отряде был самым слабым и самым не быстрым. Гоуст сам не понимал почему меня держит здесь, ведь думал, что на миссии меня первую убьют, ибо я даже оружие первое время неправильно держала. Помню, как чуть не подстрелила ему ногу, когда пыталась разобраться с автоматом. Тогда Гоуст дал мне такой щелбан, что я на землю упала. Но на удивление, на нашей первой миссии я даже не пострадала, а пострадал парень, который был самым дерзким в отряде. Я просто пряталась и снайперила, хоть с моими то способностями я даже в метре в человека не попаду. — В шеренгу! — Отдал приказ Гоуст, что всем кто не успел, пришлой пулей вылетать с палатки. Гоуст не любил повторять и лучше исполнять его приказы с первого раза. И вообще не любит проблемных людей, с ним лучше быть хорошей девочкой. Гоуст начал приходиться по фамилиям, помня каждого наизусть. Мне бы такую способность... я пока запомнила прозвище Гоуста, то прошел почти целый месяц. Я к нему всегда обращалась либо лейтенант, либо капитан. Собственно к нему так все общались, а по прозвищу редко обращались. Боялись, что будет неуважительно. Когда Гоуст дал команду вольно и тренировки закончились, я собралась тоже смотаться, чтобы сходить на речку, пока другие будут оттачивать свои навыки в стрельбе, но меня вдруг остановили... — Сержант, Миллер, что-то я не помню, что отпускал вас. Вот я и попала... — Но других вы отпустили, — повернулась я к нему, готовясь к гневу божьему. — Вы ещё не выполнили наказание за то, что во время отбоя были не пойми где, — подошел он ко мне как волк к зайцу. — Я на часы просто не смотрел, — надеялась я на то, что меня пожалеют. Но Гоуст и жалеть кого-то? Не в нашем отряде чудо такое будет. — Десять кругов вокруг поля и вы свободны. Еп твою мать... — Но это много, я даже семь не пробегу, поле большое! Поле было действительно большим. — Сержант, вы здесь не для того, чтобы ныть. Или на войне вы думаете проще? Никто вас жалеть не будет, даже учитывая то, что вы самый слабый из отряда. Тем более не будет, пока вы не придете в форму как все остальные и не наберете массу. Знал бы этот человек что я девушка... — И ваша успеваемость самая худшая в отряде, и поэтому не надейтесь к особому отношению. Интересно, а если бы Гоуст знал, что я девушка, то какое бы тогда у него было отношение? — Поэтому быстро взяли и сделали десять кругов, — процедил он сквозь зубы. А что мне осталась ещё ? Именно, не выводить Гоуста из себя и побежать. — Сержант, вам никто не запрещает снять курточку и бежать без неё! — Крикнул Гоуст, видя, что я от жары в этой вещи сейчас расплавлюсь. Но если я сниму эту курточку, то он увидит, что я вовсе не парень. Покивав головой в разные стороны, ибо говорить было сложно и вообще я устала, я молча дальше побежала, спотыкаясь. *** Освободившись наконец от жестокого Гоуста, я собрав все свои женские штучки, пошла через лес к озеру чтобы помыться. Теперь мне точно нужно было помыться. Я после той пробежки идти нормально не могла, так ноги болели и тянуло вниз. Доповзя до озера, я положила на землю рушник и чистую одежду, вместе с шампунем, чтобы раздеться и залезть в воду. Немного конечно было волнительно, что меня могут увидеть здесь голую, но я надеялась, что другие сейчас заняты работой на базе. Осторожно опустившись в воду, я погрузилась в неё по грудь. Хорошо, что вода была мутная, поэтому можно было нырнуть в неё и спрятаться, да и ничего не видно. Только вот на берегу меня сдавали вещи. Погрузившись головой в воду, я намочила голову, чтобы после этого помыть её шампунем, который я подобрала с берега. Было хорошо здесь, спокойно, тихо, никого лишнего. Я бы здесь осталась до вечера, но увы, Гоуст будет недовольным, если вместо того, чтобы со всеми остальными оттачивать навыки, я буду пропадать хрен пойми где. Собравшись выйти из воды, я в следующий миг испугалась и закричала, когда услышала хруст ветвей и шум шагов. Да и голоса, мужские. — Посмотрите парни только кто у нас здесь! — Засмеялся крупный парень с другого отряда, обратившись к своим. Я начала сразу же отдаляться от берега, пытаясь уплыть. — Откуда она здесь только взялась? — Спросил другой, когда двое из них раздевшись, начали погружаться в воду и идти ко мне. — Не приближайтесь ко мне! Помогите! — Начала я звать на помощь. Бог знает на что способны мужчины, которые месяца два даже не разговаривали с женщиной в живую. — Да что ты кричишь? Думаешь тебе кто-то поможет? Сама виновата, нужно было держаться подальше от табора, сама не знала кто здесь? — Приближался ко мне самый первый, который нарушил мое умиротворение. — Вытащим её из воды, — кивнул он своему напарнику. — Нет! Не приближайтесь ко мне! Помогите! — Кричала я, срывая голос и отходила все дальше. А вода то уже была по шею и чем дальше я двигалась, тем глубже становилась. А плавать то не умею. — Помогите! И наконец-то, видимо кто-то услышал меня. Прозвучал в небо выстрел, а на берегу я увидела своего капитана. Парни, которые предвкушающее улыбались, вдруг замерли и остановились. — Что здесь происходит!? — Грозно крикнул он на парней, бросив взгляд на меня испуганную. — Да мы просто играли, — начал оправдываться тот парень, выплывая на берег, понимая, что все веселье испорчено. — Играли? Поэтому она так кричала? Я по-вашему поверю в это? — Схватил Гоуст того за шею и сжал свою руку. — Вы должны быть прямо сейчас на стрельбище как я помню слова вашего капитана. Или вы решили прогулять? — Нет, он отпустил нас, — начал быстро оправдываться тот. Видимо лгал. — Что-то я слышу обратное, — зло процедил Гоуст, обратив внимание на стрельбу где-то со стороны базы. — Мне придется доложить вашему капитану где вы были и что делали. Думаю ему будет интересно, — бросил Гоуст парня на землю со всех грубость, но перед этим ударил в живот. — Чтобы впредь подобного я не видел или я самостоятельно разберусь со всеми вами, все вам прекрасно ясно или подробно объяснить? — Показательно он перезарядил пистолет. Парень сразу же принялся собирать вещи с земли, как и все остальные, а после все бросились обратно на базу, подальше от Гоуста. А что Гоуст вообще здесь забыл? — Мучал меня вопрос. Гулял что ли? Когда мы остались одни, Гоуст подошел к моим вещам и присел на корточки. — Можете уйти, пожалуйста? — Попросила, понимая, что Гоуст мне ничего не сделает. — Могу, но позволь сначала спросить у тебя, что ты здесь забыла? Здесь поблизости нет ни одного поселка, а у нас в лагере я тебя не встречал, — взял он в руку рушник и притянул мне. Я без лишнего страха двигалась к берегу. — Вас это не касается, — постаралась сказать как можно менее грубо, ведь уже вошло в прививку не грубить этому человеку и все таки было страшно. Я выдернула из его рук рушник. — Военная форма? Это ваша? Интересно, — заметил он. — И значок такой же как у наших в таборе. — Вы можете уйти? — Нервозно спросила, прекрасно понимая к чему все движется. — Из какого ты отряда, девочка? — С усмешкой на губах спросил Гоуст. — Вас это не касается! — Уже грубо сказала, обмотавшись в рушник и нашла в себе смелость вылезти из воды. — Разве так обращаются к лейтенанту, сержант? Где ваше уважение? — С усмешкой в голосе спросил он. — Я вообще не из вашего лагера, я здесь мимо проходила, — подобрала я вещи из земли, собираясь уйти в кущи и там одеться. — А военная форма откуда? — Не отстает он, но не шел за мной. — Купила. Мне просто нравится ходить в таком. — Сколько лет тебе, сержант? — Не поверил он мне. — И звать тебя то как? — Это вас не касается, — ответила грубо, понимая, что за грубость и за неуважение мне ничего не будет. — В следующий раз, если захотите искупаться, сержант, достаточно просто попросить ключ от душевой, если не хотите купаться со всеми остальными или не хотите, чтобы сегодняшний инцидент повторился, — сказал он последнее прежде чем я пропала из поля зора. Значит он мне не поверил, да и Гоуст не глуп, чтобы поверить в то, что я мимо проходила. Тем более пешком. И он хочет, чтобы я лично за этим потом к нему подошла? Думает, что мой возможный командир не сделает одолжение мне? Но Гоуст ведь не знает даже, что мой командир это он. Меня его забота немного смутила, ведь со мной он впервые был таким добрым. А что если раскрыться перед ним? Нет, лучше не надо, за вранье он ещё вспылит и может что-то сделает. Быстро собравшись, я вернулась обратно на берег с желанием поблагодарить Гоуста за то, что он меня спас, но его там не оказалось. Значит ушел. Тяжело вздохнув, я сама пошла в сторону базы. Нужно поскорее вернуться, Гоуст может заметить что меня нет и у него появляться подозрения насчет моего пола. Под вечер после всех тренировок, я вылезла на вышку и смотрела на уходящее солнце за горизонтом. Весть о том, что здесь на базе или не на базе есть девушка, разлетелась очень быстро, поэтому придется быть ещё более осторожной.

Вечер добрый

Отправила я сообщение своему капитану, решив поинтересоваться что он думает насчет той девушки. То есть меня. Что ты уже хочешь? На месте не сидится? Ты так и скажи, быстро найдем тебе занятие.

Фу таким быть, капитан. Я тут с вами между прочим хочу поговорить по душам, а вы все бу бу бу бу, да бу бу

Сержант, сейчас договоритесь, не забывайте с кем общаетесь.

Слышали? Тут все говорят, что среди нас есть девушка и вы с ней разговаривали.

Решила я перейти к делу, с усмешкой печатая. Меньше людей слушай, возможно умней станешь.

Ну а какая она? Красивая? Так это правда, что люди говорят?

Сержант, вместо обычной болтовни, вы могли бы пойти на стрельбище и улучшить свои навыки в стрельбе. Они у вас между прочим, шатаются.

Та ну скажите, какая она, интересно же.

И после этого в мою голову заползла одна шальная мысль. Или шутка. С усмешкой я напечатала ещё одно сообщение...

А у вас со стрельбой все в порядке, не промахиваетесь?

И после этого я начала громко смеяться, ожидая, что напишет Гоуст. Не волнуйтесь, сержант, у меня хватит умений взять в руку автомат и попасть в вашу голову. На вышке не прохладно случаем? И весь мой смех пропал мигов, но обзорность осталась. Откуда он знает?

А что, волнуетесь?

Надеюсь, что окоченеете там и мне не придется выслушивать лишний раз ваше нытье, а на миссиях следить за вами, чтобы вы с вашими умениями не навредили себе же.

Ооо... да вы еще следите за мной? Заботитесь? Мне приятно.

Боже, остановите меня, потому что мне кажется, что я сейчас нарвусь. Но йошкин кот, ну как тут можно остановиться? В мои обязанности входит следить за вашей безопасностью и целостностью на миссиях, пока вы не пройдете полное обучение. Тем более за вами приходится следить, вы самый отсталый в группе. А это было обидно...

Ну так что? Как вам девушка? И она действительно здесь с нами?

Вернулась к теме и решила забыть грубость лейтенанта. Но я вздрогнула в следующий миг, когда у моего уха послышался свист пули и удар в деревянную перегородку за моей спиной у моей головы. Йой…

Промазали

Напечатала дрожащими руками сообщение, поглядывая в сторону окон в здании. Это было предупреждением, сержант.

Вы предупреждать умеете? Я думал берете и сказу делаете.

Займитесь чем-то полезным и не тратьте время зря. И на этом моменте Гоуст пропал из сети. Видимо пообсуждать с ним ту... то есть меня же не получится. А хотелось бы, можно было бы подразнить. Это ж как он благородно поступил... пришел, спас меня, да ещё ни с кем не хочет эту ситуацию обсуждать. Какой хороший. На самом деле мне правда было приятно. Но самое интересное, это то, что он действительно обращался ко мне как-то по другому, не с бесчувствием, а в его голосе присутствовала усмешка, да и он не давил, когда пытался добиться ответа. Неужели это действительно потому что я девушка? А может было бы лучше сюда придти без этого прикрытия? Да и что Гоусту стоит порыться в моих документах? Если бы захотел, сразу бы понял, что подделка, а перед ним другой человек. Ведь по сути я там такое намудрила... Типо, что я из того там дет-дома, родилась там то там, в той то бойнице, проживала в этом то штате, на той то улице. Мог бы порыться и понял бы что в дед доме то не жив такой человек с именем Сэм Миллер и не рождался даже. Я просто ещё не вызывала подозрения, вот и всё. Но что-то чувствуется мне, что после сегодняшнего инцидента, Гоуст будет более бдительным и проверит подозрительных личностей. Я же спалилась то как с формой... В общем, меньше паримся и ведем себя как обычно. Я вздрогнула, когда в кармане прожужжал телефон. Чтобы после отбоя я не видел вас на вышке и не увидел, что вы снова где-то шляетесь, не испытывайте мое терпение. На моих губах появилась усмешка.

А может я бегаю к той девушке? Которую вы спасли сегодня

Вряд на вас хоть какая-то девушка посмотрит. Мелкий засранец и с худым телом, который себя не может даже защитить.

Ревнуете её?

Ну он сам написал, прям нарывается, чего так смотрите на меня? Какая ревность, солдат? Я по-вашему похож на маленького мальчика? Мы скоро поедем на войну, сержант, поэтому не забывайте голову лишним, а там уже я за вашей задницей следить не буду. Не мои обязанности.

Бука вы.

Господи, такое ощущение, что я имею дело с ребенком или с девчонкой... Напечатал неожиданно он. Вот на этом моменте мои булки сжались.

Я в общем и правда пойду готовиться к отбою, не буду вас больше беспокоить.

Напечатал быстро и начала сматываться. Лейтенант просто посмотрел сообщение и ничего не ответил. Вернувшись в палатку, я встретила голоса солдат и что они сами громко обсуждали нашего капитана и ту девушку. — Где снова шлялся?! — Громко ко мне обратился Джейк, который был ближе ко мне и схватил по дружески за плечи, но руку сжал больно как для меня, девушки. Но они же не знают. — Сидел на вышке, — не соврала. Я бросила взгляд на троих мужчин, которым я недавно почему-то перестала нравится. Такое чувство, как будто мне задницу хотят надрать. А все потому что я веду себя не как мужлан, а странно. Наверное как гей. — А мы тут обсуждаем ту девчонку. Не встречал её нигде? Ты у нас самый главный блуждающий в группе. — Нет, ни разу не встречал никого, кроме медсестер, — пожала плечами, садясь на кровать. — Да он даже к девушке ещё не прикасался, перед нами настоящий девственник, — сказал тот парень, которому я не понравилась. Один из трех. Знали бы они, что я девушек голыми видел... точнее видела, сразу бы рты позакрывали. А то что с ними спала в обнимку на одной кровати, когда приходила с ночевкой и обнималась при встрече, то я вообще молчу... Меня его слова вообще не задели. — И что ты хочешь, чтобы я на это тебе ответил? — Как можно грубее спросила. А что мне действительно ответить? Оправдываться? Да нахуй оно надо. — Или лучше быть как ты? Кидаться на каждую кто тебе даст, не смотря на то уродина она или нет. — Да я тебе сейчас рожу набью, — резко поднялся он на ноги, взбесившись. — Эй, эй, успокойся, этим ты ничего не докажешь, ещё за нападение накажут, — попытался темнокожий уладить ситуацию, встав перед ним. — Что б с этим засранцем, — махнул он на меня рукой, но сел обратно на свою лежанку и продолжил стрелять взглядами. Влюбился что ли? В общем, когда на улице послышался чей-то голос о начале отбоя, всем пришлось лечь на свои кровати, как и мне. Сегодня негде не шляюсь, во Гоуст будет довольным. Как и всегда, свою форму я не сняла, как и маску с лица, беспокоясь об анонимности. Хотелось очень распустить эти волосы и снять тяжелый шмот, но приходилось терпеть. Половину ночи проспала я спокойно, но когда была уже глубокая ночь, у моих кровати послышалось шуршание и послышались шаги. — С доброй ночью, засранец.