Часть 8

— Иди к чёрту Кривицкий! - крикнула Ирина за его спиной, но он так яростно вылетел из её кабинета, что даже не услышал её слов. Геннадий шел по холодному больничному коридору и слушал зовущий его знакомый мужской голос. Повернувшись спиной, он увидел, что это Брагин. — Геннадий Ильич, куда вы так спешите? Я кричу позади вас уже пять минут. - задыхаясь, сказал хирург и подбежал к нему. — Простите, Олег Михайлович. Я очень отвлекся и не услышал. Что-нибудь случилось? — Нет. Ирина Алексеевна, должно быть, сказала вам, что мы завтра выписываем вашего отца. — Да, она мне уже сказала. Олег Михайлович, я очень благодарен вам за всё, что вы сделали. Вы спасли моего отца. - челюстно-лицевой хирург пожал ему руку и слабо улыбнулся. — Нет, не надо благодарить меня. Это наша работа. — Да, я рад, что мы коллеги. Я тоже врач. Пластический хирург. — Боже мой, я не могу в это поверить. Вы пластический хирург? - радостно спросил Брагин. Им давно нужен был пластический хирург, и, возможно, Кривицкий согласился бы с ними работать, если бы ему сделали предложение. — Да, почему вы так удивились? — Нет, просто нам давно нужен пластический хирург. Мне бы очень хотелось, чтобы вы работали здесь, с нами, конечно, если вы думаете остаться в Москве. — Спасибо за неожиданное предложение, но это невозможно. Я останусь в Москве, но уже нашёл работу. - задумчиво ответил Геннадий и перевел взгляд. — Понимаю. Ну что я могу сказать. Я рад за вас. — Спасибо. Как только Брагин ушёл, мужчина вернулся в кабинет заведующей. Увидев его перед собой, блондинка начала смеяться, что снова его разозлило. Встав со своего места, она подошла к нему медленными шагами и скрестила руки на груди. — Почему ты вернулся? Или ты что-то забыл? — Я не могу найти место, понимаешь?! Я не могу успокоиться, зная, что у меня есть ребёнок, зная, что у нас с тобой есть ребёнок! — Хватит кричать! Нас кто-нибудь услышит. — И что? Ты хоть понимаешь, что я чувствую? Вечно я во всём виноват! Ты хоть ставила себя на мое место? Ты думала о том, как мне может быть тяжело? Я ведь стараюсь изо всех сил! — Мне тоже тяжело. - женщина вздохнула и повернулась к нему спиной. — Но я терпеть не могу, когда мне угрожают. — Я никогда не угрожал тебе, Ир. — И поэтому ты даёшь мне два дня, чтобы сказать Артёму правду? — Это не угроза. Я просто хочу, чтобы мой сын узнал, кто его настоящий отец. — Он не примет тебя, Гена. По крайней мере, у вас есть дружба. А если он узнаёт правду, ты можешь потерять его навсегда. Мы оба можем потерять единственного сына. — И как мы будем так жить? - дрожащим голосом спросил Кривицкий и обнял её со спины и положил подбородок на плечо. Ирина вздрогнула, когда его вторая рука опустилась на талию, незаметно придвигая ближе. Если бы кто-нибудь вошёл и увидел их, в отделении, вероятно, распространились бы слухи. — Ген, давай договоримся. Если хочешь быть рядом с нашим сыном, просто оставайся его другом. Не разрушай ему жизнь. Какой смысл говорить правду спустя столько лет? Пусть всё останется так. Иначе всё кончится. — Ты опять думаешь о себе, Егорова. Я знаю, что ты боишься, и прекрасно тебя понимаю. Я понимаю тебя, как никто. Но ты не хочешь меня понять. Всё это меня уже душит. Я хочу быть с сыном как отец, а не как друг! — Я уже говорила тебе, Кривицкий. Если ты не хочешь потерять нашего сына, ты сделаешь всё возможное. - твёрдо сказала Ирина и тут же села за своё рабочее место. Хирург слегка кивнул и вышел из кабинета. Эти пустые разговоры заставляли его чувствовать себя ещё хуже. Иногда он сожалел, что вернулся и узнал эту ужасную правду. Может быть, если бы он ничего не знал сейчас, всё было бы иначе. Но пути назад не было. Теперь у него была только одна цель, одно желание. Он хотел завоевать доверие сына.

***

После окончания очередной смены заведующая положила бумаги и документы обратно в ящик, а затем сняла медицинский халат. Взглянув на часы, она заметила, что уже опаздывает. Артём написал ей сообщение, что хочет сегодня вечером познакомить её со своей девушкой. Быстро вызвав такси, Ирина Алексеевна направилась домой и даже успела вовремя приготовить ужин. Она быстро переоделась в простое голубое платье и вернулась в гостиную. Услышав звонок в дверь, женщина с улыбкой подошла к входной двери, думая, что это её сын, но на пороге стоял Геннадий с букетом белых роз в руке. — Привет. - сказал он с улыбкой и тут же вручил ей букет. Женщина посмотрела сначала на букет, а потом ещё раз на него. — Что ты здесь делаешь? — Я разговаривал с Артёмом, и он мне сказал, что сегодня вечером познакомит тебя со своей девушкой. — И что? Кривицкий, откуда у тебя номер моего сына? — Нашего сына Ира. Чему ты удивляешься? Ты сама сказала, что я должен остаться его другом, и вот я исполняю твоё желание. - мужчина нахально вошёл внутрь и закрыл входную дверь. — Ты останешься с нами на ужин или что? — Если ты не возражаешь, да. Я бы тоже хотел познакомиться с этой девушкой. К тому же меня пригласил Артём. — Понятно. Иди на кухню, они скоро будут здесь. — А Павлов? Где он? — Я уже говорила тебе, что мы с Павловым скоро разведемся. Или у тебя амнезия и ты не помнишь?! — Я всё помню. Но я не понимаю, почему ты на меня кричишь. Я тот, кто должен кричать и устраивать скандал. Однако о том, что у меня есть сын, я узнал спустя 20 лет. Но, как видишь, я совершенно спокоен. - Кривицкий сел за стол, не сводя глаз с любимой женщины. Несмотря на боль и обиду, он не мог перестать любить её. За все эти годы она совсем не изменилась. Она была его Егоровой, в которую он был безумно влюблён. Блондинка поставила цветы в вазу, а через пять минут снова послышался дверной звонок. Открыв дверь, она обняла сына и тут же перевела взгляд на красивую девушку рядом с ним. Девушка с улыбкой протянула руку и встала рядом со своим парнем. — Мам, это Лиза. - сказал Артём с улыбкой и взял девушку за руку. — Она очень хотела с тобой познакомиться. — Лиза, ты очень красивая. И я могу понять, почему мой сын влюбился в тебя. — Спасибо. Тём, а это твой отец? - с любопытством спросила Лиза, увидев приближающегося к ним мужчину. Геннадий стоял рядом с Ириной, и они молча смотрели друг на друга. Сколько боли было в этих взглядах, сколько невысказанных слов. — Лиза, это не мой отец. Это Геннадий Ильич. Он сын Ильи Андреевича, я тебе о нём говорил. И к тому же они вместе с мамой учились в институте. — Да, я понимаю. Приятно познакомиться, Геннадий Ильич. Просто увидев, как вы похожи, я подумала, что вы отец Артёма. — Тебе не нужно извиняться, милая. Приятно познакомиться. - хирург пожал Лизе руку, но в этот момент почувствовал опустошенность как будто, из груди вырвали сердце. Он просто хотел исчезнуть. Он хотел обрести покой. Но был обречён на новые муки. После семейного ужина, все разошлись по домам, готовится ко сну. Пока Ирина убиралась на кухне, Артём сидел в своей комнате и задумчиво обдумывал слова Лизы. Он так и не понял, как ей пришло в голову, что Геннадий — его отец. Нервно оставив подушку на кровати, парень побежал на кухню. — Сынок, как ты меня напугал. Почему ты так тихо подходишь? Я думала, ты уже спишь. - тут же обратилась блондинка к сыну. — Мам, мне нужна твоя помощь. Я думал об этом всю ночь и не знаю, что делать. Я не могу найти ответ на вопрос, который крутится в моей голове. — Какой вопрос? — Как ты думаешь, почему Лиза сразу подумала, что Геннадий Ильич — мой отец? Разве мы похожи? - нервно говорил Артём. Ирина закусила губу и налила себе стакан вады, затем взяла из ящика успокоительное. Она знала, что Артём ничего не подозревает, но всё же у него были сомнения. — Почему ты не спросил свою девушку? Я не думаю, что смогу ответить тебе. — Я, конечно, спросил её. Она утверждает, что мы похожи, но я так не думаю. — Тогда почему ты так волнуешься? Твоего отца не было дома, и ты пригласил Геннадия Ильича. Для неё это нормально так думать. Если хочешь, можешь познакомить её с папой, и всё будет хорошо. - тут же предложила женщина и сжала его плечо. Парень устало вздохнул и покачал головой. — Я познакомлю её с папой, но… Папа больше никогда не вернётся домой? — Никогда. Мы с папой разводимся. Я не могу простить ему измену. Это не первый раз и я больше не могу унижаться, ты понимаешь? — Понимаю, мам. Я всё прекрасно понимаю. Я всегда буду рядом с тобой и поддержу тебя. Я знаю, что папа виноват, поэтому не буду настаивать, чтобы ты его простила или была вместе. - твёрдо сказал Артём и поцеловал маму в щеку, после чего вернулся в свою комнату. Ирина Алексеевна сжала кулаки, и из глаз её медленно потекли слёзы. Секрет, который она так старательно скрывала, теперь был на виду у всех. Лежа на диване в доме своего отца, Кривицкий размышлял и смотрел в потолок. Он чувствовал себя уставшим, глаза слипались, но что-то предательски не давало заснуть. Возвращение на родину не принесло ему ничего, кроме неприятностей и огромной боли. Встав со своего места, он взял пачку сигарет и вышел на балкон. Хотя он уже давно бросил курить, в эту ночь ему нужно было как-то подавить свои эмоции. Рано утром следующего дня мужчина сразу же отправился в больницу. Сегодня у его отца была выписка, и он предательски надеялся, что не увидит Ирину, потому что не хотел снова ссориться с ней. — Доброе утро, Олег Михайлович. - сказал он со слабой улыбкой, входя в палату. — Доброе утро, Геннадий Ильич. С вами всё в порядке? Вы как будто не спали. — Можно так сказать. Ну и что? Тебя выписывают, пап. — Слава богу. Если я останусь здесь, я сойду с ума. - строго сказал Илья Андреевич и махнул рукой. — Илья Андреевич, вам нужна забота и спокойствие. Вам нужно держаться подальше от стрессовых ситуаций, хорошо? - Брагин ухмыльнулся и передал Геннадию анализы. — Не волнуйтесь, Олег Михайлович. Я позабочусь о нём и не допущу, чтобы подобное повторилось. Как только Брагин вышел из палаты, челюстно-лицевой хирург помог отцу собрать вещи. Ирина стояла в коридоре и терпеливо ждала. Её руки всё ещё дрожали, а глаза были влажными. Примерно через 15 минут дверь открылась, и из палаты вышел Геннадий, держа отца за руку. Он холодно взглянул на блондинку, а затем снова посмотрел на отца. — Илья Андреевич, как вы себя чувствуете? - обеспокоенно спросила заведующая. — Со мной всё в порядке, Ирочка. И, прежде всего, я рад, что возвращаюсь домой. - довольно ответил старик. — Не волнуйтесь, всё будет хорошо. — Ирина Алексеевна, почему вы так интересуетесь нами?! - строго спросил Кривицкий. — Гена, почему ты с ней так грубо разговариваешь? — Потому что она этого заслуживает, пап. — Я просто волнуюсь. - тихо ответила Ирина и опустила голову. Его грубое поведение вызвало у неё ужасный стресс. — Но не надо. — Гена, я знаю, ты расстроен, но я… — Да. Это не твоя вина. Как всегда, это моя вина. Ты даже не представляешь, что я чувствовал вчера и как мне было больно. Я не спал всю ночь и мучил себя. - пока они разговаривали друг с другом, Илья Андреевич внимательно наблюдал за ними и пытался понять, что происходит. — Ты собираешься рассказать Артёму? — Не знаю. Я не хочу потерять сына. Я не могу этого допустить...