Глава Ⅲ

      "Мы постигаем дно морское,

Легко летим за облака,

И только с будничной тоскою

Не в силах справиться пока"

И. М. Губерман

• • • 2021 г.

конец октября,

раннее утро

      Очередное осеннее утро ненавистного понедельника. За окном начинает холодать, а просыпаться по утрам становится всё тяжелее и тяжелее с каждой неделей. Почему только у школьников есть осенние каникулы? Между прочим, студенты устают ничуть не меньше!       Какими бы колоссальными возмущения ни были, приходить на первые пары в восемь утра каждый день остаётся нужным, даже если ты находишься в присмерти или просто устал.       Холодные порывы ветра бесцеремонно врываются в комнату общежития на четвертом этаже через нараспашку открытое окно. Видимо, кто-то либо слишком закалённый, либо хочет слечь на месяцок с пневмонией в больницу. — Минут через десять уже буду. Погоди-и-и, Марк, у меня итак всё из рук валится! — девушка с кудрявыми рыжими волосами бегает из одной стороны в другую, пытаясь как можно скорее завершить какие-то дела и не опоздать. — Месяц уже живу одна, а комендантка к порядку придирается так, словно нас тут пятеро. — Джейсон до сих пор встать не может, Господи... — недовольный голос Марка придаёт ещё больше обречённости и трагизма этому утру. — Понять никак не могу, зачем мне на историческом факультете пара физики? Чтобы не расслаблялся? Не разучился считать? — Может быть. Буди Джейсона, нам бежать пора. — Его и танком то не разбудишь, о чём ты, Рин?       Разговор неожиданно для собеседника оканчивается продолжительными телефонными гудками. Рин не хочется чего-либо комментировать, да и настроения будить кого-то по утрам особо нет. Себя для начала неплохо бы было привести в работоспособное состояние.       Накинув белый вязаный кардиган, она вновь осматривает комнату общежития: такую скудную, но ставшую родной за два года. Недавний ремонт сделал из этого захолустья хоть что-то, похожее на то, в чём можно жить. Но атмосфера общежития все равно остаётся неизменной.       У окна поодаль располагаются две относительно новые кровати, чья мягкость и теплота так и остаться "дома". В ночной тиши их скрип невероятно раздражает чуткий слух, да и на нервы громкий звук ничуть не лучше действует. Между кроватями же — прямиком под единственным окном в помещении — находится огромный комод с настоящим лабиринтом из кучи ящичков и отделений, кой по обыкновению никогда не бывает пуст. Чуть глубже — довольно вместительный полупустующий подоконник, на котором при желании можно даже посидеть и придаться грёзам. Со стен свисают гирлянды на батарейках, видимо, оставленные здесь "для бо́льшего уюта"; зелёная искусственная листва — по словам комендантши — собирает слишком много пыли. Цветы же на полках ветхого стеллажа из тёмного дуба живут в самодельных, исписанных разноцветными красками кашпо, будто те прямиком из красивых Интернет-картинок.       Создаётся впечатление, что человеку, живущему здесь, непременно важен собственный комфорт. Неспроста же вся эта иллюминация светит круглый год? После — по официальной версии — "переезда близкой подруги" кровать по ту сторону комнаты пустует и прямо-таки режет Рин глаза отсутствием какой-либо жизни по соседству. Она привыкла поддерживать разговоры и рассказы по вечерам, коротая время за подготовкой рефератов, но какой же невыносимой оказалась вечная тишина в этих стенах.       Одиночество — то, чего ей порой неистово не хватает, и то, чего она боится до безумия. Хоть дружба с Марком и Джейсоном не даёт ей лишний раз об этом задуматься или усомниться... Но, приходя домой после целого дня, проведённого в толпе людей, неимоверная тоска и даже грусть комом накатываются на душу. Находясь в полной комнате, она всё равно остаётся одна.       Может быть, это просто понедельник? Просто нежелание куда-либо рано уходить? Осенняя хандра? Ах да, все проблемы точно заключаются в неприятном начале недели. "Поторопиться не было бы лишним. Не думаю, конечно, что они ждут меня, но задерживаться здесь совершенно не хочется ". — За скрипом двери всё растворяется в звенящей тишине и умиротворени.                                • • •       Перед самым престижным и главным университетом города — как обычно и бывает по будням — вновь толпы студентов, раздражающий шум от которых слышится где бы ты ни был. Одни бурно обсуждают планы после пар, другие — желают как можно скорее зайти внутрь и выспаться на ближайшей утренней лекции, третьи что-то усердно зубрят. Всё же, какими бы совершенно разными по натуре и складу ума эти люди не были, их объединяет одно качество — они лучшие среди лучших в целом городе.       Поступить в главный университет города Эдинбург считается самым желаемым пунктом жизни всех будущих абитуриентов. Ведь он во многом затмевает все университеты города вместе взятые, считать то же качество образования и разнообразие факультетов для поступления. Детей готовят к поступлению аж со средней школы, а родители готовы отдать неимоверно огромные суммы, лишь бы их ребёнок смог поступить.       Рин со всех ног мчится по лужам во внутренний двор, спеша на встречу у большого фонтана в зоне отдыха. Ждут ли её там друзья? Интересный вопрос. Но во всяком случае, идти от общежития до университета не занимает больше десяти минут ходьбы в нормальном темпе. В этом и есть всё преимущество жителей общежития перед остальными студентами, которым сквозь любой погодный апокалипсис приходится сюда доезжать. — И чего я ожидала? — Рин недовольно разводит руки при виде пустующего места встречи. — Ни один, ни второй никогда не были пунктуальными людьми...       Стоило ей только отвернуться, как в неё резко кто-то влетает, сильно толкая в бок. Мигом оглянувшись, Рин удаётся рассмотреть влетевшую незнакомку чуть поближе: длинные черные локоны свисают чуть ниже плеч и к концу переходят в волны, острые черты лица, да и внешность больше склоняется к азиатской, нежели к привычной европейской. Она кажется какой-то болезненно бледной, словно ожившая фарфоровая кукла, которой не здоровится. Наверное, настолько бледного человека Рин ещё не встречала в своей жизни. Но единственное, что будоражит её внутри и не даёт покоя — глаза. Серые глаза незнакомки, ничего не выражающие, не имеющие ни единого намека хоть на какую-то жизнь внутри. Они смотрят так безжизненно, что от взгляда пробирает в холод хлеще, чем погода на улице. — Извини! — Коротко бросает она и тут же, даже не дождавшись ответа, ловко сливается с ближайшей толпой студентов. — Отвратный день, — Рин тяжело вздыхает, хватаясь за больную часть тела. Откуда-то со стороны неожиданно доносятся знакомые весёлые голоса: — Чего стоишь? Ему на высшую математику, нам с тобой на физику, всё как обычно, — Марк почему-то всегда имеет вселенское спокойствие и безразличие, которые часто нельзя назвать "даром с небес". — Рин? Всё в порядке? — Идём уже.       Она резко хватает его за предплечье и утягивает внутрь сквозь толпу, так ничего и не объяснив. Чуть помешкавшись, Марк решает не сопротивляться, но его голову всё не покидает интерес от такого внезапного решения и последующих действий. Он знает её, как довольно сдержанную и приятную девушку, которую выбесить практически нереально. Но что такого должно было уже произойти, чтобы она так странно себя вела?       В прочем, плевать. Нет смысла пытаться выпытать что-то у человека, если он сам не хочет об этом говорить. Несмотря на сопутствующие дороге долгие и тщательные размышления, они уже оказываются напротив огромной аудитории, вход в которую почему-то до сих пор закрыт. — Не подскажешь, у кого мне брать мастер классы по раздражению? — К сожалению (а может быть и к счастью), шутки Марка вовсе не разряжают нагнетённую обстановку. — Твоя безответственность меня нервирует, если ты ещё не понял. Из-за хорошей разнице в росте смотреть на то, как низенькая девчуля отчитывает такого здорового паренька становится весьма забавно. — Ринет! — Где-то позади слышится мягкий голос одногруппницы. — Ивон? — Теперь всё внимание Рин целиком и полностью переключается с Марка на неё. — Ой, доброе утро! Насчёт первой пары, кстати... — Физик сегодня с восьми в деканате, пары не будет, — Она пожимает плечами, а лицо её расплывается в приятной довольной улыбке. — Студенты по обмену прибывают, наверняка в актовом зале творится полнейший ад.       Рин вновь делает тяжёлый вздох, готовясь целиком и полностью проклинать этот день, зато Марк уже активно продумывает способ выспаться за час освободившегося времени. Сказала бы Ивон об этом вчера вечером, на одного счастливого студента в этом мире было бы больше. — Спасибо что ли? — На прощание с Ивон она включает всю возможную на сегодня вежливость, а затем разворачивается в сторону спутника — Пойдёшь со мной? — А у меня есть выбор?       На самом деле, у Марка то его и не особо остаётся. Противиться и лишний раз портить настроение девушке, которая и так не в расположении духа? Ничего не могло звучать ещё более самоубийственно. Гул раздающихся голосов заполняет огромное здание университета. Величественных размеров окна, словно порталы, отражают мимолётные лучики только-только выглянувшего осеннего солнца. Пустые коридоры вновь наполняются жизнью.                                • • • — Дорогие студенты! От имени всех преподавателей,сотрудников и факультетов Восьми приветствую Вас в стенах нашего учебного заведения!       Актовый зал полон жизни, звона музыки и ярких слов в такое неприветливое серое утро. На первых рядах у сцены устраиваются взволнованные иностранные студенты, готовившиеся к этому моменту чуть ли не последние полгода точно. — Физик теперь вместе с ректором пляшет на сцене, — Развалившись на сидении предпоследнего ряда, Марк всё никак не может не воздержаться от колких примечаний. — Я летом так же ради зачёта плясал. — М-да уж... — Рин устало кладет голову на плечо неугомонному соседу.       Ректор минут пять уже воодушевлённо толкает свою шаблонную речь. Интересно, текст взят с самого первого сайта или передается из поколения в поколение?       Обычно такие "концерты" являются некой забавой как для учащихся, так и для сотрудников в целом, но зато первокурсникам и новым студентам именно это помогает создать первое впечатление об учебном заведении. — Что делаешь сегодня после пар? — Оказывается, Марк не может просидеть ни секунды времени без каких-либо разговоров. — Даже не зови меня гулять на набережной. Думаю, Джейсон не горит желанием вновь вытаскивать захлебнувшегося тебя, — тон Рин ясно даёт понять, что такая затея ей почему-то не по душе. — Пост надо придумать для студенческого медиа. На тебя как раз и возлагаю это дело.       Несмотря на свою миловидную и немного глуповатую внешность, она всегда была серьёзным и ответственным человеком. Студенческое медиа — целиком и полностью её инициатива для выпускного проекта, суть которого заключается не только в написании интересных статей от факультетов Восьми, но и университетских новостей: про проводимые мероприятия, о визитах иностранных студентов и т.д. Это дело требует высшей степени ответственности, увлечённости и слаженной командной работы, хоть и порой организовать и следить за работой ывает сложно. — Может быть, пойдем в общагу? Перспектива слушать этот цирк полтора часа меня совсем не впечатляет... — Погоди, мне всё же необходимы фотографии для сегодняшнего «отчёта», — Рин, словно опытный фотограф, умело настраивает удачный кадр. — Вот и всё. А ты разнылся.                                • • •       По пути в общежитие Рин с интересом пустилась рассматривать получившиеся фотографии. Чуть присмотревшись, на одной из них она неожиданно замечает знакомый силуэт. Та незнакомая девушка, что с утра влетела в неё с неосторожностью? Быть может, это не она, а у Рин продолжаются последствия утренних рассуждений? — Ты слишком много думаешь, — Нудно протягивает Марк, заметив, что бо́льшую часть коротенькой прогулки она не вслушивалась в его рассказы. — Ведь умением думать из нас двоих наделена только я, да? — Я не так сказал!