Самое интересное! (18+)

Как и всегда, Стелла засомневалась совсем ненадолго, после чего принялась выполнять то, что от неё требуют. В конце концов ведь нет ничего постыдного в том, чтобы оголиться для медицинского осмотра? Надо же в итоге было сделать хоть что-то с этим конфузом. — Приношу извинения за неудобства. Сложив два пальца вместе, Цзяоцю мягко приложил их к ладони Стеллы. По венам внутри в этот момент будто лилось что-то тёплое, приятное и обволакивающее, как большое одеяло ранним холодным утром. Подушечки пальцев скользнули вверх, остановившись совсем ненадолго на запястье. Постепенно они двигались всё выше и выше, пока не дошли до предплечья, минуя глубокие белые шрамы, оставшиеся от многочисленных битв. После этого пальцы перешли аккурат на левую часть груди, далее двигаясь вниз к животу. То и дело он совсем легонько касался её своими когтями, вызывая щекотку. – Как я и думал, твои меридианы переполнены Ян. До этого момента я никогда не видел, чтобы они были устроены у кого-то также, как у тебя… Любопытно. Ты ведь не совсем обычный человек, не так ли? «Мне бы самой сначала разобраться в этом...» – Внутри меня находится стелларон. Наверняка что-то необычное в этом точно есть. Цзяоцю тихо усмехнулся. Мягко коснувшись плеча, усадил девушку на кровать, а сам расположился перед ней на коленях, непринужденно так раздвинул ей ноги и начал исследовать недоразумение между ними. Стелла просто не знала, куда ей отвести взгляд. Это было ужасно неловко. Наблюдать за лекарем в подобной позе, чувствовать невольный и жаркий трепет из-за горячего дыхания на своих бёдрах было очень и очень… неправильно. Абсолютно и во всех смыслах неправильно! Ещё более неправильно — заглядываться на его бледно-розовые губы, слегка влажные, сжатые вместе, или невзначай бросать взгляд на очертание чужой груди, наверняка очень мягкой и упругой, просвечивающую через тонкий домашний халат. Превратно заострять внимание на том, как ухоженные тонкие пальцы мягко сжимают её орган, приподнимают, изучают, от чего в горле становится сухо. Всё происходящее стало похоже на какой-то очень странный и дурной влажный сон, в самом крайнем случае — клишированную сцену из фильмов для взрослых, но никак не на реальную ситуацию! Чем дольше Цзяоцю исследовал её интимную зону, тем всё сложнее и сложнее становилось игнорировать эти касания. С каждым новым вздохом становился насыщеннее тот почти неуловимый аромат лечебных трав, которым был пропитан лис почти с ног до головы. Тягучее и жгучее веретено постыдных мыслей, ощущений и запахов закручивалось внизу живота в единое целое. «А что, если мы?..» Глупая шутка сначала была лишь глухим эхом на фоне остальных, а теперь стала громче любых остатков самообладания, бьющих тревогу и взывающих к здравому смыслу. Возможно, ничего бы в итоге и не произошло, не реши Цзяоцю в самый неудачный момент облизнуть губы и надавить пальцами посильнее на чувствительный орган. Он собирался что-то сказать, но попридержал слова, как только заметил странное помутнение в глазах девушки после того, как та сильно вздрогнула. Вновь посмотрел вниз и... — …??? Они смотрели друг на друга молча ещё пару секунд. Цвет обескураженного лица Цзяоцю начал приобретать тот же бордовый оттенок, что и его накидка. Впервые Стелла почувствовала себя настолько неловко, что даже молчание стало невыносимым. — Не смотри на меня так. — Нет, просто, как ты… Как? — Даже не начинай, прошу, это сделает только хуже. — Куда ещё хуже??? Я пытался сохранять хладнокровие до последнего, но это уже перебор! — Ах, прошу прощения, мне никто не давал инструкции по управлению! — Тебе просто не нужно было делать буквально ничего! Что может быть проще?! — Если бы ты изначально не поил меня всякой дрянью, то этого бы не случилось! — Ладно, ладно, я понял! Лекарь потёр переносицу и снова утомленно вздохнул, прежде чем огласить свой вердикт: — В общем и целом твоё состояние в норме за исключением изменения первичного полового признака. Это вполне исправимо – со временем энергия Ян сама выйдет из организма естественным путем и поток ци восстановится. Правда, этот займёт какое-то время, но я могу помочь тебе его ускорить, если ты захочешь снова поесть моего варева. Стелла молча слушала его и старалась придумать, что же делать дальше. Мысли как назло совсем запутались. – Слушай, а может ли энергия Ян выйти быстрее если я, ну… Сниму напряжение? – тихо спросила она. Цзяоцю многозначительно промолчал, посчитав это очередной дурной шуткой от девушки, однако, пораздумав над этим пару секунд, его брови нерешительно дёрнулись вверх. – В теории это действительно может сработать, если ты сделаешь это несколько раз подряд и очистит организм гораздо быстрее. Тогда мне, наверное, следует оставить тебя в одиночестве? Задавая вопрос, Стелла, если честно, просто тыкала пальцем в небо хохмы ради. Но раз уж ответ оказался положительным, не упускать же единственный шанс в жизни попробовать затащить Яоциньского целителя из лисьего народа в постель? – Боюсь, без доктора мне не справиться. Вроде ты говорил, что готов помочь с моей «болячкой», – лицо девушки окрасилось ехидной улыбкой, – Я не настаиваю, конечно, но мне как-то будет неудобно сообщать генералу Фэйсяо о том, почему мне приходится посещать её личного лекаря... – … Цзяоцю стоял на месте, никак не отреагировав на это. «Слишком очевидная провокация, да?» Что же, она попыталась. Было бы даже странно, если такой дешевый трюк действительно сработа- – Хорошо. !!? Лекарь резво освобождается от одежды, умелыми движениями развязывает пояс и позволяет ханьфу самому упасть на пол. Не дожидаясь приглашения, опрокидывает Стеллу на мягкое ложе, прижав сверху собственным весом. — Вы выглядите весьма обескураженной, госпожа Стелла, — ласково прошептал тот на ухо, — Разве это не то, что вы просили? Да кого вообще может оставить равнодушным такая резкая смена настроения??? — Просто никогда не подумала бы, что уважаемый лекарь вроде тебя так просто согласится. Боишься гнева Соколиной Мощи? — рукой слегка оттолкнула его от себя, касаясь мягкого розового пушка на груди, – И прекрати обращаться ко мне так! Янтарные глаза напротив сощурились в хищной ухмылке. — Если тебе это польстит, ты первая, кто уговорил меня. Одна из героев Лофу Сяньчжоу, что помогла спасти его от ужаснейшей катастрофы, которая могла унести миллионы жизней... Как можно тут отказать в маленькой медицинской услуге? «Точно Фэйсяо боится...» – окончательно убеждается для себя Стелла. Не дав лису вновь начать ворковать, первопроходчица грубо притягивает того для поцелуя, зарывшись пальцами в густых мягких локонах. Небрежно и неаккуратно исследует его губы, обсасывает, кусает, делает всё что только может с такой страстью и напором, от которых челюсть начинает болеть. Всё, чтобы хоть как-то противостоять искусным устам Цзяоцю, что словно кисточка в руках мастера пишет по холсту каждый мазок уверенно, надавливая посильнее или касаясь лишь её кончиком там, где это нужно. Стелла глухо мычит от резкого давления в паху — чьё-то колено упёрлось прямо в него. Дивная помесь из невыносимой боли и приятной услады до дрожи в ногах настигает её впервые, вышибая весь воздух из груди. Целитель подло пользуется её потрясением и перехватывает инициативу, отрывается от покрасневших губ и утыкается в шею, как настоящая хищная лиса впивается зубами в разгорячённую плоть, но так и не разрывает свою жертву на части — лишь покусывает и лижет, смакует восхитительный привкус. Алые отметины словно цветы ранней весной ярко распускаются на белоснежной коже, пока Цзяоцю спускается всё ниже и ниже, бесстыдно дразня чужой член случайными касаниями. Серебристые волосы беспорядочно путаются, а простынь сминается от бесконтрольных движений девушки. Буря незнакомых ощущений кипит вместе с кровью внутри неё, волна приятной дрожи прокатывается вновь и вновь, заставляя поджимать пальцы на ногах, невольно хвататься за утончённое тело перед собой и тихо вздыхать. И этого было мало. Желание близости плотной дымкой затуманивало глаза. Хотелось больше, больше, ещё больше! А целителю, кажется, наоборот, хотелось растянуть сладкую истому на подольше, чтобы наверняка выжать из девушки все соки, и уж точно не собирался никуда отпускать её раньше положенного «лечения». «Но это будет так скучно!» Когда Цзяоцю скользит своим языком по её животу, взгляд Стеллы цепляется за большие пушистые уши, что покачивались вслед за головой их хозяина. Ей стоило огромных усилий сдерживать себя каждый раз, когда любой представитель лисьего народа проходил мимо, чтобы не дотронутся до их чудесных ушек. А тут прямо сейчас один экземпляр перед ней в шаговой доступности... Словно заворожённая, совершенно бесцеремонно она хватается за острые кончики, проводит ладонью по мягонькой гладкой шерсти, немного взъерошивает её и почёсывает у основания. С губ лиса срывается рваный вздох. Тот жмурится, сопротивляется как может, но ничего не может поделать с собой. Невольно сам упирается головой в ладони, требуя больше ласки. От интенсивных поглаживаний совсем тихо по-лисьи урчит и почти забывает про то, что вообще вокруг происходит. Первопроходчицу эта реакция приводит в настоящий восторг. С игривым огоньком в глазах она смотрит на подмахивающий сзади ещё более пушистый хвост, облизывая губы. Чтобы не дать Цзяоцю опомниться, та резко тянет его вверх за руки и меняет их позиции, подминая под себя. Первым делом зарывается лицом в это пышное розовое облако, чувствуя, как сладкий персиковый аромат полностью заполняет её легкие. Как же она жалеет, что не сделала этого раньше! — Госпожа Стелла, что ты… — обеспокоенный голос целителя переходит в протяжный стон, когда девушка крепко сдавливает основание хвоста одной рукой, чувствует, как мелко дрожат чужие ноги под ней. Страстная атмосфера в комнате заметно преображается. — Будь хорошим лисёнком и лежи смирно, — склонясь, жарко шепчет Стелла под сдавленный скулёж Цзяоцю. Она определённо будет вспоминать эти слова перед сном и сгорать от стыда ещё несколько лет, но это ведь будет только потом, сейчас та лишь сильнее стискивает чувствительное место, обводит круги и узоры по нежной коже, оглаживает тонкую талию, плавно ведёт рукой ниже, пока не натыкается на чужой орган... такой же эрегированный, как и у неё. Лекарь выгибается в спине, когда чужие пальцы ощупывают его плоть, исследуют, но никак не реагируют на жалобное хныканье. Сладкая истома, что уже столько времени обволакивает с ног до головы лишь нарастает, весь трепещет под мучительными ласками. — Если ты не забыла, то скоро должна быть встреча с госпожой Март… — заискивающе фырчит Цзяоцю, — Надо быстрее покончить с процедурой, мх… Надеюсь, ты знаешь, что нужно делать. — Ха, а ты, кажется, быстро смирился с этим. Или изначально этого хотел? — дразнит его Стелла, стараясь не подавать виду, что сама держится из последних сил из-за выходок этого элегантного засранца, — Не недооценивай мои умения раньше времени. — … Розовые уши опускаются, всем своим видом выражая недоверие. «Ты не поверишь, как много тонкостей анального секса ты можешь узнать в интернете, даже если не хочешь… Особенно в чате с другими девушками». Берёт в руки первый попавшийся флакончик с вязкой жидкостью, который увидела на полке совсем рядом — то оказалось какое-то масло для массажа с нотками сандала в аромате — совсем немного опускается вниз, после чего льёт прохладную жидкость на руку, отодвигает хвост и приставляет два пальца к заднему проходу. Цзяоцю задерживает дыхание во время того, как его растягивают — также издевательски долго, ускушая, принуждая слушать пошлое хлюпанье. Но дискомфортные ощущения от непривычной наполненности вскоре превращаются в желанные. Бёдра сами невольно вздымаются, чтобы насадиться ещё сильнее, скорее унять это возбуждение. — Какой хороший лисёнок, — хрипло выдыхает Стелла, напоследок загоняя пальцы поглубже, прямо перед тем как вытащить их окончательно. Тот лишь шипит и стискивает зубы. Размазав спешно жидкость по своему органу, девушка приставила головку к анусу, обхватывая стройные бёдра скользкими руками. Собирается с духом и резко толкается вперёд, загоняя член наполовину внутрь. Горячие, влажные и узкие стенки со всех сторон обтягивают её. Это чертовски приятно. В пылу эмоций Стелла делает ещё один порыв, а затем ещё, и ещё, и ещё. Кровать, явно старенькая, начинает поскрипывать в такт нарастающему темпу. Всё громче становятся краткие всхлипы Цзяоцю от быстрых и глубоких, практически остервенелых движений внутри. Стелла совершенно не жалела его, а податливое и разогретое тело целителя совершенно не сопротивлялось, требуя большего. В один момент девушка со всей силы проезжается по простате, выбивая из лиса долгожданный сладкий громкий стон. Подтягивает его вверх за хвост так, что таз совсем немного приподнимается, а внутри все органы разом перемешиваются. Это было чертовски больно, поясница безжалостно ныла от каждого толчка, чужое возбуждение обжигало его изнутри… но прилив удовольствия перекрывал всё это. — Ах, госпожа Стелла, прошу… — бессознательно умоляет Цзяоцю, чувствуя, как его начинает трясти, одновременно теряет всякий оставшийся стыд. От этой просьбы пылающая страстью первопроходчица словно сходит с ума. Затуманенные белой дымкой золотые глаза в миг загораются. Она начинает практически втрахивать его в эти белые простыни частыми и глубокими рывками. — Цзяоцю, Цзяоцю… — прерывисто бормочет себе под нос девушка, больше не видя ничего перед собой кроме него, не думая ни о чём, кроме того, как сильно ей хочется отодрать этого шутника. От порыва чувств она звонко шлёпаёт его по заднице. Так сильно, чтобы ходить потом не мог! Как минимум неделю к кухне не подходил. Хвост бешено мечется из стороны в сторону, полустоны и вздохи становятся всё громче, спираль внизу живота закрутилась почти до предела. Ещё совсем немного, осталось совсем чуть-чуть и… Стелла в последний раз толкается, практически ложится на него, после чего извергается внутрь лиса, достигая долгожданного оргазма. Спустя пару секунд и Цзяоцю издаёт последний протяжный стон, завершая… медицинский осмотр???