Эпилог: Пап, покажи мне павлинов!

Из уютной тишины его вырвал голос Риги - сквозь накатившую после сильного выброса магии усталость и отойдя от истерики, она тихонько проговорила: — Пап, я на самом деле не ненавижу тебя и маму, я...очень сильно скучаю. — Знаю, родная, и верю тебе. Просто ты тоже немножко запуталась, как и мы с мамой. Из-за нас... Но я уверен, Риги, нет, я знаю, что мы сможем найти выход вместе! — А я, правда, не уродина? Ты не врешь? — настороженно, будто ожидая подвоха, спросила она. — Я сказал тебе чистую правду. То, что я думаю и как я считаю. Ты самая красивая девочка для меня на всем белом свете. Просто метаморфам как ты нужно время и тренировки, и со временем ты научишься контролировать эти превращения. Я тебе обязательно помогу. — И я смогу превращаться сама, когда захочу? — в голосе возник интерес. — Не в уродину? — Да! Это твоя уникальная черта, она не делает тебя уродиной, наоборот, она делает тебя особенной, — на губах Драко появилась искренняя улыбка. — Такая магическая способность встречается крайне редко, Риги. — Па-ап, значит вы меня не из-за этого отдали бабушке и деду? — мгновенно вспыхнула в детском разуме слабая догадка. — Нет, нет, конечно не из-за этого. Мы тебя очень сильно любим, просто как-то неправильно расставили приоритеты. Я неправильно расставил приоритеты! Взрослые иногда совершают ошибки, но у нас еще есть время, чтобы их исправить. Ты дашь нам с мамой время и шанс? Дашь шанс мне? Обещаю, что сделаю все возможное, — он внимательно смотрел в глаза дочери, пытаясь показать насколько серьезен, ища понимания. — Папа, а можно мы прямо сейчас вернемся домой? — Пока нет, — в глазах Риги тут же промелькнул страх. — Мы пробудем здесь до конца смены, ладно? Чтобы я и воспитатели смогли научить тебя и помочь тебе. Но я буду рядом, останусь с тобой. — Поспешил он успокоить ее. — Ты останешься со мной как другие родители? — с надеждой поинтересовалась девочка. — Да, милая, я договорился с дядей Гарри, он дал мне отпуск и передавал тебе привет, он очень скучает. — И я по нему! — восторженно сказала Риги и добавила: — А покажешь мне, кто это? — Кого показать? — не совсем понял Драко. — Ну вот это, ну... эту штуку, что тебе дядя Гарри дал... отпуск. — Ахахах, — рассмеявшись, он коснулся поцелуем ее макушки. — Я потом расскажу тебе что такое отпуск. Услышав заразительный смех папы, Ригель легко захихикала. — А мама и Скорп приедут к нам? По ним я тоже очень соскучилась, — ему будто бы снова послышался ее всхлип. — Думаю, мы сможем решить этот вопрос. Пока с тобой побуду только я. А знаешь, кто еще мне все уши о тебе прожужжал? Бабушка с дедушкой. — Пап, не называй деду «дедушкой», а то он расстроится, — перешла она заговорческий на шепот. — Он просто «деда», — уже серьезно сказала девочка, защищая честь лорда Люциуса Малфоя. — Точно, ты права! Знаешь, я уверен, что наш деда ужасно разворчался за эти дни и очень недоволен. — Почему? — Потому что некому гонять его павлинов. Они стали похожи на жирных уток. — Пап, ну что ты меня обманываешь, я же только недавно играла с ними. Они не могли стать толстыми так быстро! — хихикнула Риги, прикрывая рот ладонью. — Так я их сфотографировал, вот увидишь, они даже в кадр не поместились. Вот такие отъели щеки себе. — Драко надул щеки, показывая пальцем на свое лицо. Засмеявшись, девочка положила свободную ладонь на его скулу. — Ты совсем не толстый, пап, — улыбка засияла на его лице. — Ты красивый. — Спасибо, милая! — тепло затопило его сердце. — Как думаешь, дед сказал бы что - то типа, — он попытался изобразить строгий тон Люциуса: — Без твердой руки мисс Ригель Оливии Малфой в поместье очень быстро наступит хаос? Такую фразочку мы бы услышали от нашего деда, м-м-м? — Не-е-е-т, деда сказал мне, что хаос наступает, когда приезжаем мы со Скорпом. Он говорит, что мы не даем ему спокойно пить чай в беседке, потому что гоняем его любимых питомцев. А еще, что мы слишком громкие, — серьезным тоном заявила его дочь. Риги повела ладонью по его лицу вверх, приподнялась на его коленях и сделала аккуратное движение рукой. — Папочка, у тебя цветы в волосах, — широко улыбнувшись, она сняла несколько цветков липы и принюхалась. — Понюхай, понюхай! — Поднесла их к носу отца. — Вкусно пахнет, да? Вдохнув тонкий аромат, Малфой вдруг замер от пронзившего его осознания и легкости, захотелось почти что заплакать от того, как все на самом деле просто. Только сейчас мужчина осознал: давно уже нужно было послушать интуицию, сердце, и поехать с Ригель в лагерь сразу же. А возможно, если бы он еще раньше, на целый год раньше, увидел, что его выборы ведут куда-то не туда, что они теряют связь с дочерью, им бы не пришлось отдавать ее сюда. У него особенная дочь, с сильными способностями и непростым характером, так похожим на его собственный. Он решил, что постарается больше не допускать подобных ошибок, не оставлять ту, кто сейчас так сильно нуждается в нем и, пока она в нем нуждается. Быть рядом, поддерживать, стать ее опорой и защищать. Направлять, учиться вместе с ней, познавать магию заново, вместе. Малфой любил свою работу, ему нравилось быть аврором, и было ощущение того, что он нашел свое место. Но также его место и рядом с ней. Драко понял, что ответственность — это не только обеспечивать физические потребности ребенка, не только интеллектуальное развитие и игры с ним, а это еще и быть рядом в те моменты, когда кажется, что ты не можешь, нет сил и времени, это делать правильный для нее и для себя, но не всегда легкий, выбор. Если захочет, по-настоящему захочет, он сможет. И, кажется, что ему предстоит непростой разговор с женой. На счет ее занятости на работе, придется искать баланс, чтобы уделить достаточно времени детям и не упустить самое важное время. Драко точно знал, что даже через несколько лет он сможет нагнать, сможет достичь поставленные карьерные цели. Малфой был талантлив и прекрасно это понимал. Репутация была уже несколько лет как полностью очищена, хотя временами он еще ощущал отголоски прошлого. И все же, денег на содержание семьи было более чем достаточно. Построить карьеру и дорасти до ведущего аврора можно и через несколько лет. Сейчас ему вполне достаточно просто работать в отделе Поттера. А вот упустить драгоценное время с Ригель было бы одной из самых ужасных ошибок, которую он чуть не совершил. Драко так не хотел быть таким же отцом каким был Люциус. Самое сложное послевоенное время было позади: когда шел второй год жизни Скорпиуса, когда еще были свежи отголоски войны и суда, когда Гермиона прилагала огромные усилия по очищению его репутации, когда Люциус, только вышедший из Азкабана, был в ужасном физическом и психическом состоянии, когда Нарцисса тяжело болела и все дела семьи как бизнеса, так и личные, лежали целиком на нем. И он справился, как мог так и справился. Как оказалось, вполне неплохо. Драко вспомнил, как Гермиона во время обеих беременностей читала вслух «Зимнюю сказку» Шекспира. Ведь что колдомедики, что магловские врачи уверяли ее в невероятной пользе чтения вслух для развития детей. В голове всплыла цитата из пьесы про время. И тут его озарила простая по своей сути, но важнейшая за последние годы постоянной гонки догадка – самое ценное это даже не время само по себе, а принятое решение на что или на кого его потратить, с кем его провести и как. Он устал бежать, устал гнаться...Был благодарен за то, что есть у него сейчас и обещал себе не упускать драгоценное время! По крайней мере стараться и сделать новый выбор. Пошевелившись в его руках, Риги ойкнула. — Что такое? — насторожился Малфой. — У тебя там что-то шевелится, — притаившись, сказала девочка, указывая на грудь отца, — там внутри что-то есть! Драко понял — внутренний карман пиджака. Улыбаясь, он отвел в сторону левый борт: — Не бойся, залезь в мой карман и вытащи эту штуку, которая шевелится. Риги с чувством предвкушения запустила свою маленькую кисть в карман и вытянула коробочку, в которой была шоколадная лягушка. — Это мне? — обрадовалась она. — Да! — в этот момент Драко ощутил искреннюю благодарность мальчишке по имени Дэн. — Только сначала нужно выпить бодроперцовое зелье, для подстраховки — как бы сказала мама, а потом уже сладкое, ладно? — То, которое мы варили с тобой? — с надеждой спросил она. — Именно оно, родная, — из правого кармана пиджака Малфой вытащил аптечку, заклинанием возвращая ей стандартный размер. Девочка практически выхватила у него из рук зелье спеша опрокинуть его в себя. Пока он следил, чтобы Ригель выпила только половину склянки – обычную дозу для ребенка ее возраста, она начала открывать коробочку с шоколадкой. В последний момент Драко успел зачаровать лягушку, чтобы та не ускользнула от уставшей дочери. Откусив кусочек, она вдруг погрустнела: — Пап, я хочу к маме, — он увидел, что на вкладыше было изображение Гермионы. — Мама пока не может приехать, но давай позвоним ей! «Салазар, ей же совсем нельзя сейчас волноваться, учитывая как тяжело проходила вторая беременность», — забеспокоился он о состоянии жены. — Давай, — согласилась Ригель. Достав телефон, Драко увидел 17 пропущенных вызовов от Гермионы, Поттера и его женушки, и даже несколько сообщений от Уизела. — Сначала напишем пару слов дяде Гарри, хорошо? «А уж Уизелу скажет или Поттер, или сестра». Малфой набрал текст: «Риги в норме, завтра позвоним» и отправил сообщение. Видимо, Поттер не выпускал телефон из рук, потому что ответ пришел незамедлительно: «Вух, Я рад! Буду ждать. Скажи ей, что я люблю ее». — Дядя Гарри просит передать, что любит тебя, — улыбнулся он и поцеловал ее в щеку. — Ну, набираем маму, — расположил он телефон так, чтобы в камере были видны они оба. Трубку Гермиона сняла после первого же гудка. — Привет! А вот и мы, — улыбнулся он как можно более беззаботно, — можешь говорить? — Драко, наконец-то! — ее обеспокоенный взгляд впился в дочь, сканируя. — Риги, как я рада тебя видеть, милая! — глаза жены наполнились слезами. — Мама, привет! — повеселела девочка. — Что у нее с лицом, Драко? — занервничала Гермиона, — Она в порядке? Что произошло? — Просто она закусывала бодроперцовое шоколадной лягушкой. — Малфой засмеялся, нежно вытирая шоколадные разводы со щек и носа дочери. — Все хорошо, я останусь здесь с ней. — Бодроперцовое? Ригель заболела? — Профилактика, тут был ливень. Теперь я буду рядом с ней. Не волнуйся, ладно? — кажется, Гермиона немного расслабилась, услышав успокаивающий и уверенный тон мужа. — Мама, я скучаю по тебе. Когда ты приедешь? — Родная, я тоже очень скучаю по тебе. Я постараюсь навестить вас с папой, как только смогу, обещаю тебе! — она пристально посмотрела на мужа. — Драко, у вас правда все хорошо? — Правда! Кое-что мы только что обсудили, а над остальным поработаем позже вместе, да, Риги? — Да, папочка! — она обняла его и возвратила взгляд к экрану. — Мам, папа мне сказал, что я такая же красивая как ты. — В этот момент девочка просто засветилась от счастья быть похожей на маму. — Нам, конечно, нужно будет кое-что обсудить с мамой потом, — он многозначительно посмотрел на жену. — Я, кажется, принял сегодня несколько важных решений, которые нужно рассказать маме попозже. Но я уверяю тебя, любимая, что все точно хорошо! — Мама, у тебя лицо белое, ты заболела? — заметила Риги. — Не знаю, что-то я неважно себя чувствую. Тошнит весь вечер, думаю, я съела что-то не то на банкете и еще переволновалась за тебя, милая. — Эм-м-м, Гермиона, я, кажется, знаю причину твоего самочувствия. Помимо того, что ты волновалась за Ригель, тут есть и еще кое-что. — Драко широко улыбнулся, стараясь невербально передать ей свою радость. — Настоятельно рекомендую тебе исключить любой алкоголь в ближайшие месяцы и срочно прикупить моих любимых мятных конфет, которые хорошо тебе помогали предыдущие два раза. «Ну что, моя любимая самая умная ведьма, догадалась уже?» — Малфой выжидающе смотрел на нее. Гермиона прикрыла ладонью рот, а ее глаза расширились в удивлении: — Драко, — прошептала она, — это самое удивительное лето за последние несколько лет. — Как ты...узнал? Ох... — пара слезинок скатились по ее щекам. — Мама, мамочка, ты почему плачешь? — испугалась Риги. — Я обещаю, что буду себя хорошо вести. Мам, я тебя люблю, — всхлипнула девочка. — Я знаю, что вы не бросили меня, папа мне сказал. — Она потянулась к телефону и дотронулась до экрана, погладив изображение Гермионы. Драко покрепче обнял дочь, поднося телефон поближе к ним двоим. — Риги, все хорошо, мама от радости плачет, да? Гермиона закивала, утирая слезы. — Риги, папа прав, от радости. — Вокруг покрасневших глаз образовались морщинки, когда она лучезарно улыбнулась. — Я приеду как только смогу, обещаю. — Я тебе верю, мамочка! — ласково сказала девочка. — А Скорпа можешь взять? — Он пока еще в конном походе, но вы обязательно сможете увидится, когда Скорп вернется, милая, — подхватил Драко. — Ладно, — вздохнула девочка разочарованно. — Мам, а привезешь мне лягушек и папиных любимых конфет? — Да, хорошо, только немного, — улыбаясь ответила она и зевнула. — Думаю, нам пора заканчивать разговор. Маме нужно отдохнуть, у нее был тяжелый день. Да и вам, мисс, пришло время идти в кровать, — ласково сказал Драко. — Спокойной ночи Риги, я люблю тебя! — подавив второй зевок, нежно пожелала дочери Гермиона и послала ей воздушный поцелуй. — Спокойной ночи, любимый! — ласковый шепот и второй воздушный поцелуй отправился мужу. — И я люблю тебя, мам! Спокойной ночи! — посылая Гермионе ответный поцелуй, счастливо ответила девочка, тоже зевая. — Береги себя, вас обоих, ладно?! — зная характер своей работоспособной жены, Малфой серьезно посмотрел на нее, выдавая волнение. — Ну куда я денусь, — устало рассмеялась она. — Обещаю, Драко! — заботливо уверила Гермиона. — Спокойной ночи! — мягко пожелал он. — Люблю вас! — и завершил звонок. — Папа, а почему ты сказал маме «вас»? Она же одна была, — спросила Ригель. — Это сюрприз, мы расскажем тебе вместе с мамой, когда она приедет, договорились? — ответил Малфой, пряча телефон. — Папочка, подожди! — воскликнула девочка. — Покажи мне фотографии на телефоне? — Какие? — не понял он. — Ну ты же сам сказал, что фотографировал павлинов и они не поместились. У тебя есть там Эдуардо и Ричард? — с предвкушением спросила девочка. — Они что правда такие жирные стали? А вдруг деда их перестанет кормить? — Ахахах, — искренне рассмеялся Драко, — а деда в курсе, что у тебя есть любимчики, которым ты дала имена? — Он разрешил. Правда, бабушка сказала, что в тот вечер, когда мы с ней вместе выбрали имена, деда ходил из угла в угол, пил какую-то огнев...огневоду...нет огнекиски, а потом ворочался пол ночи, приговаривая что никогда бы не подумал, что в его жизни появится маленькая леди, которой он ни в чем не сможет отказать, — хихикнула Ригель Оливия Малфой, парадируя тон Нарциссы и прикрывая рот маленькой ладонью. КОНЕЦ