Часть 7

Лилия вернулась домой после первого рабочего дня очень уставшей. Дверь квартиры мягко щелкнула замком, и Лилия шагнула внутрь, глубоко вздохнув. Усталость навалилась сразу — тяжелой, липкой волной, будто ее тело только сейчас осознало, сколько сил ушло за день. Она сбросила сумку на тумбу, скинула туфли и прошла вглубь квартиры, привычно массируя виски. Квартира, которую она снимала, была неплохой - минимум мебели, не очень свежий ремонт,но все чисто и аккуратно. Лилия любила порядок, и в этом пространстве ей было легко дышать. Все здесь было временным, но пока что это был ее дом. Она опустилась на диван и запрокинула голову, глядя в потолок. В голове шумело — не от боли, а от потока мыслей, которые не хотели утихать. Первая смена в московской больнице. Первое столкновение с новым коллективом. Первое впечатление, которое она произвела — и которое произвели на нее. Лилия думала, что российские врачи будут... другими. Обиженными жизнью, выгоревшими, отстраненными. Она слышала немало историй о низких зарплатах, о нехватке оборудования, об отношении пациентов. Думала, что здесь царит атмосфера хронического раздражения, особенно среди хирургов. Думала, что многие будут похожи на Костю — резкого, недовольного, с этим вечным прищуром человека, которого невозможно вывести из равновесия, потому что он сам давно уже в равновесии не живет. Но оказалось, что это не так. В перерывах в ординаторской, между операциями, во время быстрых разговоров в коридорах она видела другое. Эти люди, несмотря на усталость, были профессионалами в лучшем смысле этого слова. Они шутили, поддерживали друг друга, обсуждали сложные случаи с искренним интересом. Они были живыми. И да, Костя тоже был профессионалом. Только Лилия еще выходя из здания Склифа, случайно вспомнила о нем и не могла понять — он такой со всеми или именно ей досталась его особая манера общения. Она вздохнула и потянулась за бутылкой воды, стоявшей на столе. От глотка холодной жидкости стало чуть легче. Лилия потянулась за телефоном в карман и решила позвонить своим. Разблокировав его , она быстро набрала видео звонок в WhatsApp и стали доносится от туда длинные гудки. После нескольких минут ожидания на звонок наконец-то ответили: - Лиля, здравствуй! - на экране появилось лицо женщины пятидесяти пяти лет. - Здравствуйте, Елизавета Пална! Как вы? Как ваше здоровье, как Тимка?- улыбнулась ей в ответ Лиля кое-как скрывая свою усталость. - С Тимой все хорошо, сейчас он пообедал и грает у себя. Мы тоже потихоньку… правда сегодня давление у меня высокое было. - Вы принимали сегодня небиволол! - с ноткой беспокойства спросила Лиля. - Нет, солнце, он у меня закончился. Отправишь тогда со следующей посылкой? - Да конечно… - Кстати, давай я Тимку тебе покажу - женщина встала со своего насиженного места и отправилась из зала куда-то к коридор, затем после ее не очень долгих хождений она открыла дверь в комнату где маленький мальчик сидел на полу и оживленно играл с кубиками. Светлые волосы мягкими волнами спадали на лоб, пухленькие пальчики аккуратно ставили один кубик на другой. — Тимка… — Лилия с трудом выдохнула его имя, улыбка дрожала на губах. Малыш поднял голову, моргнул, будто не сразу понял, что видит маму. Затем его глаза широко распахнулись. — Мама! — Да, мой хороший, мама, — шепнула Лилия, чувствуя, как в горле встал ком. Тима бросил кубики и подполз ближе к экрану, радостно улыбаясь. — Мамочка, смотри! — он схватил один из кубиков и радостно показал. — Я построил домик! — Ого, какой красивый! — Лилия улыбнулась сквозь слёзы. — А ты молодец, настоящий строитель. — А ещё я сегодня ел кашу! — Правда? И всю съел? — Да! — гордо кивнул малыш. Лилия смотрела на него, запоминая каждую деталь: его сияющие глаза, смущённую улыбку, мягкие щёчки. — Мамочка, ты приедешь? — вдруг спросил он, заглядывая в экран. Лилия глубоко вдохнула. — Да, Тимка. Через неделю. — Ура! — он захлопал в ладоши, но тут же посмотрел на бабушку. — Бабушка, правда? Мама приедет? Лилия увидела, как на лице Елизаветы Павловны промелькнуло беспокойство. — Конечно, милый, — мягко сказала она, поглаживая Тиму по голове. Лилия почувствовала это напряжение. Она знала, что её хотят отговорить. — Лиля… — начала свекровь, когда Тима снова занялся кубиками. — Ты уверена, что тебе не стоит подождать? Лилия устало закрыла глаза. — Я уже всё решила. — Просто я думаю… Может, тебе стоит сначала обустроиться? Найти хорошее жильё, привыкнуть… — Мне не нужно привыкать. Мне нужен мой сын. В трубке повисла тишина. Тима радостно что-то бормотал себе под нос, играя, а между двумя женщинами натянулась невидимая, но ощутимая пружина. — Ты не представляешь, как он тебя ждёт, — наконец сказала Елизавета Павловна. — Как скучает. — Я представляю, — тихо ответила Лилия, сжимая телефон сильнее. В глубине души она боялась. Боялась, что Тима привык жить без неё, что он чувствует себя в безопасности с бабушкой, что ему будет трудно заново привыкать к маме, которая так долго была далеко. Но она не могла оставить его ещё на дольше. — Я скоро приеду, — повторила она. Свекровь вздохнула, но больше спорить не стала. — Хорошо, Лиля. Мы будем ждать. Тима снова подбежал к экрану, радостно улыбаясь. — Мамочка, я тебе подарок сделаю! — Я жду, мой хороший, — прошептала Лилия, глядя в его большие, сияющие глаза. Когда звонок завершился, она ещё долго сидела, глядя на тёмный экран. *** Германия, Мюнхен. Они жили в большом старом доме на окраине города. Белые стены, красная черепичная крыша, сад с виноградником, где летом можно было сидеть с чашкой кофе, слушая, как по утрам поют птицы. Этот дом принадлежал его семье, и с самого начала Лилия чувствовала себя здесь скорее гостьей, чем хозяйкой. Но сначала ей казалось, что это не имеет значения. С Фрэнком они познакомились случайно, но это была по настоящему судьбоносная встреча. Фрэнка привезли в больницу где работала Лилия, он попал аварию на стройке, когда рухнули леса, а он оказался под завалом. У него было несколько переломов, глубокие порезы и сотрясение мозга. Лилия тогда была ассистентом хирурга и первой приняла его в реанимации. Она запомнила, как он, едва очнувшись, улыбнулся ей, несмотря на боль: — Кажется, я попал в руки ангела. Она тогда только рассмеялась, подумав, что это наркоз так на него подействовал. Но он не забыл её. Фрэнк долго восстанавливался, и всё это время Лилия была рядом. Они сблизились, и когда он, наконец, выписался, уже не могли расстаться. Фрэнк был ее первой любовью, очень странно конечно, что девушке уже давно больше двадцати лет, а своего единственного она встретила так сравнительно поздно. Он был первым мужчиной с которым она летала в облаках от чувств к нему, он был ее первым буквально во всех смыслах. Совместная жизнь Лилии и Фрэнка шла своим чередом, казалось, ничего не может произойти чтобы нарушить эту идиллию, но когда Фрэнк узнал о беременности Лилии эта новость не сделала его счастливым. Он буквально умолял сделать Лилию аборт, он говорил ей, что еще молод и хочет пожить для себя. Иными словами можно сказать, что Фрэнк боялся ответственности и считал Лилию виноватой в том, что она забеременела и захотела якобы нарушить его планы на дальнейшую жизнь. Конечно же для Лилии эти его закидоны были большим шоком. В ее голове никак не мог уложиться тот факт, что ее любимый человек готов отказаться от их совместного ребенка. И причина была достаточно глупой и не достойной взрослого мужчины. Когда живот был уже виден, Фрэнк откровенно показывал свое недовольство и ему было тошно видеть свою жену, которая вот-вот разродится. Не смотря на то, что беременному Лилии протекала очень хорошо, ее ментальное здоровье было очень подшатано… Фрэнка по вечерам не было дома, хотя она и могла предположить, что тот изливает душу своим дружкам, но голову Лилии никак не покидала та мысли, что он может быть с другой женщиной. К сожалению, ее догадки подтвердились и по иронии судьбы об изменах Фрэнка она узнала после его смерти, когда ей вручили в морге его телефон, и Лилия обнаружила много чего «интересного». Когда родился Тим их отношения не стали лучше, Фрэнк по прежнему пропадал где-то, а дома ночами не ночевал. Конечно так нехорошо говорить, но после того, как Фрэнка не стало, то жизнь Лилии стало лучше. Карьера пошла в гору, появилось очень много предложений работать в более престижных клиниках, она начала изучать третий иностранный язык, пропали проблемы со сном, у Тима больше не было приступов из-за врожденного заболевания почек. Казалось, а почему так происходило? Наверное Фрэнк был лишним человеком в ее жизни, который лишь на какое-то мгновение подарил ей счастье и дал понять, как это быть любимой и желанной женщиной. Лилия любила его, но спустя время, когда она терпела его, терпела его выходки- он просто стал ей безразличен. И возможно даже весть в тот день о его смерти просто сняла камень с ее плеч и отпустила вперед к светлому будущему.