Была ночь

После прохождения бесчисленных тестов и проверок Томми, наконец, разрешили покинуть белую комнату при условии, что с ним будет кто-то совершеннолетний. И действительно, его отдали на попечение одного из людей, с которыми он ранее встречался. Блондин был весьма удивлен, услышав, что Айзаве, который, казалось, был безразличен к происходящему и нуждался по крайней мере в неделе сна, был тем, кто взял на себя смелость не только подписать его документы, но и предложить подвезти его. Выйдя из больницы с кучей пакетов в руках и старыми бинтами, Томми наконец смог перевести дух и насладиться свежим воздухом. Ему было немного прохладно, он был одет только в свою старую одежду, которая была не в лучшем состоянии, с несколькими дырками и царапинами тут и там. Он отказался надеть одежду из больницы, которую ему предложили медсестры, а также отказался надеть пальто, которое Айзава пытался надеть на него. Мужчина уже помог ему, и Томми не особо хотелось, чтобы кто то оказывал ему услугу или, что еще хуже. Несмотря на хладнокровие, он последовал за своим "опекуном" к черной машине, сразу же запрыгнув внутрь, как только открылись двери. Конечно, мальчик понятия не имел, что такое машина, всегда ездил на лошадях или других животных, которые были у них в Л"Манбурге, и никогда по-настоящему не понимал концепцию технологии, которой был редстоун. — Итак, что же это такое? — Спросил Томми, как только они тронулись, оставив его в ловушке с окнами по обе стороны. Айзава взглянул на него, прежде чем продолжить сосредотачиваться на дороге впереди и лишь кратко ответить ему. — Это машина, которую большинство людей используют в качестве транспорта в наши дни. Большую часть времени она быстрая и удобная, — сказал он, украдкой взглянув на парня, который кивнул, наблюдая за проплывающим пейзажем. — Есть еда или вода? Как насчет отдыха? — Томми спросил, на что Айзава не смог удержаться и молча уставился на него, просто задаваясь вопросом, откуда именно он взялся. — Расскажи мне, каким был твой дом — несмотря на то, что он никогда не был расположен к долгим разговорам, пожилой мужчина не мог не поддаться любопытству. Томми постучал себя по подбородку, прислонившись к окну и уставившись на проезжающие машины. Через мгновение он посмотрел на Айзаву, склонив голову набок, с не совсем понятным выражением лица. — Ну, Нацию в основном основали я и мой старший брат Уилбур. У меня было много друзей, которые всегда развлекались и создавали воспоминания. На самом деле это было весело. Мы катались на лошадях, играли в свободное время, строили памятники и всякую хрень. Мы с моим другом Таббо часто подшучивали над другими, что в большинстве случаев заканчивалось для нас не очень хорошо. Я помню, что однажды пытался создать армию волков, но у меня ничего не вышло, так как они съели много костей, и у меня быстро они закончились. Плохое воспоминание. Кроме того, я думаю, что охота была одним из моих любимых занятий, особенно когда мы с Уилбуром просто крались по лесу в поисках коров или чего-то в этом роде. Нам там было очень весело. Однако кое-что произошло, и... с тех пор все было не так мирно и приятно, — объяснил Томми, прежде чем прервать себя. — Извините, я, наверное, несу какую-то чушь. Айзава, даже если казалось, что он сосредоточен на предстоящей дороге, был глубоко задумчив. Этот парень наверняка был из другого места, особенно когда он упомянул о создании нации и верховой езде. Кто сейчас этим занимается? И охотится? Он не мог не задаться вопросом, через что еще прошел этот парень. Он не заметил, когда Томми вытащил что-то из кармана и поднес поближе к лицу. Он что-то щелкнул, встряхнув один раз, прежде чем нахмуриться. Нажав другую кнопку, Томми услышал простой щелчок и широко улыбнулся. Айзава заметил внезапную перемену в эмоциях парня, но решил пока не обращать на это внимания. Так было, конечно, пока Томми не ахнул. —Что случилось? — Спросил Айзава, устало моргая. Томми хихикнул себе под нос, нажимая другую кнопку, которая осветила маленький экран перед ним. Голова Айзавы дернулась в сторону, когда он посмотрел на странный экран перед ними. Имя: Томми Фамилия: Иннит Майнкрафт Возраст: 16 Томми громко рассмеялся, прочитав информацию на экране. — Какого черта ты натворил? — Спросил Айзава, глядя на дорогу, чтобы убедиться, что они не врезались или что-нибудь в этом роде. — Это мой коммуникатор из Л'манбурга! Кажется, он сломан, и я не могу никому отправить сообщение, но я могу проверить свои данные и все такое, — сказал Томми, не отрывая глаз от маленького экрана. — Там говорится что-нибудь полезное? Как твоя причуда или что-то в этом роде, — спросил Айзава. Томми издал щелкающий звук, с его губ сорвалось тихое чириканье. Это застало Айзаву врасплох, он на самом деле не ожидал услышать от Томми никаких птичьих криков. Блондин не обратил на это внимания, быстро набрав что-то, и мгновение спустя все его лицо просветлело. — Черт возьми! Я умею создавать зелья! — Взволнованно воскликнул он, хихикая, как маленький ребенок. — Ты знаешь, насколько это будет полезно?! Айзава ошарашенно уставился на него после того, как припарковал машину у своего дома. Он на мгновение приоткрыл рот, прежде чем снова их закрыть. — Представь все эти целебные зелья! И силу! — Томми был похож на маленького ребенка, который только что получил новый подарок на день рождения. Айзава, однако, выглядел ошарашенным, когда открыл дверцы своей машины и вышел, наблюдая, как Томми сделал то же самое. Он все еще смотрел на маленькую вещицу, лучезарно улыбаясь и не обращая внимания на Айзаву. Решив как-то привлечь внимание парня, он откашлялся. Томми остановился и посмотрел через плечо на старшего мужчину. — Помни, не используй свою причуду слишком часто, у тебя есть предел, — сказал он. — Отлично! — Сказал Томми, прежде чем снова прочитать сообщение. Айзава вздохнул, прежде чем открыть парадные двери своего дома и впустить ребенка. Это был небольшой дом с двумя спальнями, двумя ванными комнатами, одной кухней, комнатой для гостей, гостиной, кабинетом Айзавы и небольшой тренировочной комнатой. Томми обнаружил, что сидит в гостиной на полу, все еще уткнувшись носом в получаемую информацию. Наступила минута молчания, и Айзава воспринял это как подсказку уйти и сделать то, что он обещал. — Во что я себя втянул... —  Прошептал Айзава, прежде чем вытащить телефон. Звонок.. — Алло? — Когда Айзава услышал голос на другой линии, он вздохнул с облегчением. — Со мной парень, с ним все в порядке, но ему нужно принять какие-то лекарства. — Он сказал. — Отлично! — В голосе звучало облегчение и радость. — Кроме того, есть кое-что, что ты, возможно, захочешь услышать. У парня есть две причуды, о которых он не знал. О второй узнал несколько минут назад. На другом конце провода на мгновение воцарилась тишина, прежде чем послышался понимающий гул. — Как Тодороки? — Что-то в этом роде. — Хорошо, спасибо тебе, Айзава. Дай ему отдохнуть и обязательно приведи его ко мне завтра утром. Айзава уже чувствовал приближение головной боли, и все же он подписался на это. — Конечно. После этого он повесил трубку, запустив руку в свои черные волосы. Посмотрев в сторону гостиной, он уже мог сказать, что ребенок спит. — Мне нужно вздремнуть. — с этими словами он выключил свет и укрыл ребенка темно-синим одеялом. Сам он отправился в свою кровать, быстро переоделся в более удобную одежду и упал ничком. Наконец-то после целого рабочего дня у него есть шанс прилечь и его никто не беспокоит. При мысли о странном ребенке в его доме усталость быстро взяла верх, и он обнаружил, что засыпает. Прошло много времени с тех пор, как Томми мог полностью отдохнуть и просыпаться в уютном тепле, окружавшем его тело, без каких-либо воспоминаний о предыдущих кошмарах и без того, чтобы его разум был занят страхом. Одеяло, накинутое на его тело, казалось лучшим, что он чувствовал за последние пару лет, дарило ему комфорт и каким-то образом позволяло чувствовать себя в безопасности. Лежа на черном диване, в самом черном, все еще покрывающем его тело, он безжизненно смотрел в белый потолок над собой. Он сдул несколько распущенных светлых локонов, упавших ему на лицо, детские голубые глаза пытались привыкнуть к яркому свету, льющемуся снаружи. Несмотря на то, что он все еще чувствовал усталость от недостатка сна, он не мог заставить себя спать дольше, чем требовалось. В конце концов, он все еще находился в доме незнакомца, с которым познакомился пару дней назад, и все еще немного опасался упомянутого человека. По крайней мере, ему не пришлось спать в том же старом грязном доме, который он когда-то называл домом и где проводил все свои дни. Мысль о его старом доме пробудила в нем чувство, о котором он давным-давно забыл. В последний раз он действительно испытывал это чувство, когда был еще маленьким мальчиком, живущим со своим отцом и старшим братом. Однажды им пришлось уехать, и, к сожалению, они не смогли взять Томми с собой, поэтому его оставили под присмотром Паффи на целую неделю. Не поймите его неправильно, он любил упомянутую женщину, она была для него как мать, с которой он всегда мог поговорить или просто потусоваться, когда хотел. Однако то, что он так долго не видел и не получал вестей от своей единственной семьи, вызвало у него тоску по дому, и он обнаружил, что ему скучно от недостатка внимания. Конечно, Паффи повела его навестить Таббо, его друга, и все же ему было грустно. Когда, наконец, его семья вернулась, он с облегчением узнал, что они не просто окружили его и оставили в полном одиночестве. Будучи испорченным усталостью и мягкостью одеяла, он не обратил внимания на мужчину, который вошел в комнату с чашкой кофе в руке. Упомянутый герой просто стоял в дверном проеме, прислонившись к нему и поглядывая на ребенка. Он был довольно удивлен, увидев, что 16-летний парень уже проснулся, несмотря на ранний час и тишину, которая заполнила комнату. Он поднес кружку к губам, делая большой глоток в надежде привлечь внимание ребенка. И даже тогда ребенок не заметил его, продолжая смотреть в потолок, как будто застыл. Устав от тишины, которая обычно приносила Айзаве покой и небольшое утешение, он прочистил горло. — Доброе утро, — сказал он. Томми вскочил, его тело напряглось, когда он посмотрел в направлении голоса. Заметив знакомые черные волосы и темные мешки под парой черных глаз, он расслабился и сел, поставив ноги на белый ковер. — Доброе утро, — ответил Томми, лениво потирая глаза. — Как долго ты здесь стоишь? Айзава взглянул на настенные часы, прежде чем повернуть голову в сторону, чтобы еще раз взглянуть на парня. — Около 10 минут, меньше или больше. Что тебя так заинтересовало в потолке? — Спросил мужчина постарше, поднося кружку к губам, чтобы попробовать горький, но столь необходимый напиток. Томми на мгновение замолчал, прежде чем опустил взгляд на свои колени. — Наверное, я просто скучаю по своим друзьям, понимаешь? — Тихо сказал он. Наблюдая, как Томми подтягивает колени к груди и обхватывает их руками, Айзава вздохнул и оттолкнулся от дверного косяка. — Мы посмотрим, что мы можем сделать, чтобы помочь тебе. А пока тебе придется пойти в школу и постараться извлечь из этого максимум пользы. Может быть, тебе понравится, — сказал он, оставив Томми, даже не взглянув на него. Томми посмотрел ему вслед и следил за его фигурой, пока она не скрылась за стеной. Он прикусил нижнюю губу, на глаза навернулись слезы. — Я надеюсь, что так...   ･.｡.:* *.:｡.･   Высокий гибрид, не теряя времени, выбежал из тюрьмы и, изображая, направился к маленькой хижине, которую он увидел вдалеке. Его маска уже давно была в изобилии и в настоящее время была обернута вокруг шеи, болтаясь там и раскачиваясь при каждом шаге, который он делал. Его глаза быстро осмотрели местность, ища что-то. Или, скорее, кого-то. И, к большому своему облегчению, он заметил их быстрее, чем можно было ожидать. — Каакити! — Он закричал, привлекая внимание утки. Он обернулся, легкая улыбка появилась на его лице, когда он заметил бегущего гибрида крипера. — Привет, Сэм, что привело тебя сюда в этот прекрасный день? — Спросил шарлатан, игривая ухмылка которого не льстила даже на мгновение. — Ты видел Паффи? Мне нужно поговорить с ней немедленно — в голосе Сэма было заметно огорчение, особенно когда он говорил так быстро. — Что? Почему? Что-то случилось? — Спросил Квакити, и знаменитая ухмылка немного исчезла. — Да, кое-что действительно произошло. Теперь скажи мне, где она. — Более высокий гибрид огляделся, прежде чем его взгляд снова остановился на крылатом человеке. — Не-а, не скажу. Нет, пока ты не расскажешь мне, что произошло. Ты знаешь, я люблю, когда меня информируют о вещах — Сэм застонал, прежде чем остановиться на мгновение, быстро изменив свое решение. — Дрим что-то сделал с Томми, и я действительно не могу сейчас говорить. Где она, — спросил Сэм, его голос звучал более настойчиво. Квакити нахмурился, уже ожидая новостей. Дрим был в тюрьме, и, судя по тому, что он слышал, Томми отправился навестить его. Так что же могло случиться? Вместо ответа Квакити впился взглядом в Сэма и опустил его за маску на свой уровень. — Что. Делал. Дрим? – спросил он, пронзая взглядом голову Сэма. — Скажи мне. Сейчас! — Он убил его, ясно?! Дрим забил Томми до смерти, и теперь он мертв! — Сэм заорал на Квакити, заметив, как хватка на его маске ослабла. — Теперь скажи мне, где Паффи, прежде чем я сделаю что-нибудь, о чем потом могу пожалеть. Квакити отпустил Сэма, слегка оттолкнув его назад. Он указал в направлении дома Паффи, тоже делая шаг назад. — Она должна быть в своем доме, — сказал Он, на что Сэм кивнул. Он собирался уйти, но когда проходил мимо Квакити, его остановили его слова. — Тебе лучше молиться, чтобы Томми вернулся целым и невредимым и как можно скорее, потому что иначе ты почувствуешь вкус моего топора у себя во рту. И я обещаю тебе, на этом все не закончится, — Квакити свирепо посмотрел на Сэма, который смог только сглотнуть и кивнуть, прежде чем поспешно уйти. Квакити наблюдал, как он убежал, прежде чем тоже развернуться, чтобы уйти. Его крылья слегка затрепетали, желтые перья заблестели на солнце. — Этот зеленый ублюдок еще пожалеет, что вообще родился, — пробормотал он себе под нос, расправляя крылья. И с этими словами он исчез, пролетев высоко над зданиями прямо к своему собственному дому. Позади осталось одно-единственное перо, медленно падающее на землю. Рядом с ним лежало синее, немного грязное от пыли, которая скопилась на нем за последние несколько дней. Два пера лежали там, мягко поблескивая на солнце. Только если бы они знали.