Ночной рыцарь

Утро было тихим, но внутри дома ощущалось странное напряжение. Первым проснулся Феликс — привычка не давала ему спать долго. Он спустился вниз, машинально проверил кухню и замер. Куртка Сынмина висела на том же месте. Но его самого — не было. — Серьёзно?.. — пробормотал он и заглянул в гостиную. Пусто. Телефона тоже не было. Через несколько минут проснулись остальные. — Он, может, просто вышел прогуляться? — спросила Юна, зевая и завязывая волосы в небрежный пучок. — В шесть утра? — удивился Чонин. — Это на него не похоже. — А вчера он был какой-то… другой, — тихо сказала Рюджин. — Когда мы говорили о Лие, он будто ушёл в себя. Минхо нахмурился. — Думаете, он снова в больнице? Наступила пауза. Ответ был очевиден. — Поехали, — сказал Бан Чан, уже натягивая куртку. — Если он там, нам нужно его забрать.

***

Больница встретила их прохладой и тихим гулом шагов. Дежурная медсестра сразу узнала их и только кивнула в сторону знакомой палаты: — Ваш друг? Он там. Пришёл ночью, сказал, что ненадолго. Но так и не ушёл. Ребята переглянулись — и вошли. Комната была залита мягким утренним светом. Воздух стоял неподвижно, пахло лекарствами и чем-то чистым. На кровати лежала Лиа, тихо спящая, дыхание ровное, лицо спокойное. А рядом, прямо у кровати, сидел Сынмин. Он заснул, положив голову на край одеяла, его рука всё ещё держала руку Лии. — Это так мило, — прошептала Юна, прикрывая рот ладонью. — Он и правда остался с ней всю ночь. Чанбин подошёл ближе, чуть улыбнувшись. — Посмотрите на них…они похоже на собачек, когда спят. Рюджин тяжело выдохнула, но в уголках губ мелькнула нежная улыбка. — Я знала, что он не сможет просто уйти. Минхо тихо сказал: — Главное, что теперь оба спят спокойно. Они стояли молча, не желая нарушить тишину. Даже Бан Чан, обычно прямой и строгий, просто опёрся о стену и посмотрел на них с каким-то тёплым, почти отцовским выражением. — Пусть отдохнут, — сказал он тихо. — После всего, что случилось, им это нужно. Ребята кивнули. Никто не сказал ни слова. Они просто сидели рядом — кто на подоконнике, кто на стуле, — в тишине, наполненной теплом. Свет становился ярче, солнце медленно поднималось, и всё казалось чуть легче, чем вчера. А Сынмин и Лиа — спали, будто весь мир наконец дал им шанс немного забыть всё, что было.

***

Комната была наполнена мягким утренним светом. Тёплые лучи солнца пробивались сквозь белые шторы, ложились на бледные стены и тихо скользили по лицам тех, кто дремал на стульях. Лиа пошевелилась первой. Сон уходил неохотно, и вначале она не поняла, где находится. Запах лекарств, слабый гул кондиционера, тяжесть в теле — больница. Всё ещё больница. Но рядом — знакомое дыхание. Она повернула голову и увидела Сынмина, спящего прямо возле её кровати. Его голова покоилась на её руке, пальцы всё ещё сжимали её ладонь. Лиа чуть улыбнулась. Усталый, но родной вид. Он правда не ушёл. Она уже хотела тихо его разбудить, но вдруг услышала едва различимый смешок. Повернувшись, увидела — на подоконнике сидели Феликс, Чонин и Хан шептались, стараясь не смеяться. На соседнем стуле дремала Рюджин на плече у Бан Чана, который в свою очередь умилялся её виду. Юна с Минхо что-то обсуждали шёпотом у двери, хихикая и улыбаясь друг другу. Лиа моргнула несколько раз, ошарашенная. — Вы… вы что тут делаете?.. — прошептала она. Чонин улыбнулся, подняв палец ко рту. — Тсс. Мы не хотим будить вашего ночного рыцаря. Рюджин, проснувшись от их шепота, потянулась и сонно сказала: — Ну наконец-то. Доброе утро, спящая красавица. Сынмин слегка пошевелился и, услышав их голоса, медленно поднял голову. Несколько секунд моргал, пока взгляд не сфокусировался на Лие. — Ты… проснулась? — Уже давно, — улыбнулась она. — И кажется, у нас компания. Он повернулся — и, увидев всех, выдохнул с облегчением и лёгким смущением. — Вы что, следили за мной? Бан Чан, стоявший у окна с чашкой кофе, усмехнулся: — Скорее спасали тебя. Мы думали, ты пропал. — Я просто… не смог уйти, — пробормотал Сынмин, опуская взгляд. — Мы знаем, — мягко ответила Рюджин. — И всё правильно сделал. Но в следующий раз, пожалуйста, не исчезай, ладно? Лиа посмотрела на него с благодарностью — такой тихой, что не требовала слов. — Спасибо, — сказала она едва слышно. Сынмин поднял глаза, и их взгляды встретились. Он чуть улыбнулся. — За что? — За то, что остался. Хан, не выдержав, тихо фыркнул: — Кажется, нам стоит уйти, пока тут начнутся признания. — Даже не думай, — бросила Рюджин, смеясь. — Мы это не пропустим. Все засмеялись — тихо, искренне, как будто впервые за долгое время могли позволить себе просто быть счастливыми. Лиа улыбнулась. Комната казалась теперь не больничной, а почти домашней. И впервые за всё это время она почувствовала себя в безопасности.