Часть 70

— Это ещё кто такая?! — Элита всё-таки спустилась вниз и, видимо, не в самой подходящий момент, прямо когда юная сикерша набирала сообщения для связиста. — Во имя всех искр, сколько же вас тут… — бормочет фем, получая всю необходимую информацию от кассетника. — Элита? Это подруга Саундвейва, она принесла хорошую новость. — Орион встречал её улыбкой, пока та спускалась вниз. — И ты ей так легко поверил? А вдруг она шпион? — Мы бы это поняли. — вмешался Клиффджампер, что вместе со своими братьями по оружию проверял снаряжение, что они же и принесли. — Шлак… — закатывала оптику Элита, успев пожалеть о том, что решила спустится вниз. Хватаясь за лоб, она подходит поближе к уже бывшему архивариусу. — Можем поговорить? На едине. — Хорошо. — мех даже занервничал, увидев уставшее и грустное лицо напротив себя. Выбравшись наружу, в разбитое поселения, сквозь обломки тяжелых ворот на встречу печально выглядящей деревушке. Разграбленные, втоптанные в грязь дома нагоняли грусть на и без того депрессивную фем, что взглянула во взволнованные огоньки Пакса. — Элита, ты как? — Хах, хреново. — её позабавил до боли наивный вопрос Ориона, вот только тема на которую им придется говорить обещает развеять эту улыбку. — Я понимаю, что ты волнуешься, Элита… — Помолчи, Пакс, пожалуйста. Я… Ах, я знаю, что ты делаешь из-за своего благородства, я это всегда это в тебе ценила, но сейчас… Короче, я могу говорить много шлака, но мне хочется, чтобы ты знал, что я в любом случае на твоей стороне. — поток мыслей мешал ей достаточно ясно доносить свою мысль, благо Орион понимал природу её слов. Обычно сильная и стойкая Элита дала слабину, испугалась не только за себя, но и за друга, отчего чуть ли не готова была отказаться от идеи спасать почти что брата. Вот только Пакс видел глубже, чувствовал этот стыд за все эти мысли, слова, что фем говорила совсем недавно. — Я всегда это знал, Элита. Ты честная и храбрая, именно поэтому я всегда тобой восхищался. — фем не отрываясь продолжала смотреть в его оптику, едва сдерживаясь, чтобы не разревется на месте. — Ох. Ну, с храброй ты переборщил конечно, хах. — нервный смешок прозвучал от неё, после чего голубые огоньки молодых трансформеров на время расстались. — Хм, ну тогда в баре ты действовала смело. — мех мило улыбался глядя на макушку подруги, что просто не могла смотреть ему в оптику. — Хах, тогда ты не говорил о том, что собираешь штурмовать улей. — нотки грусти вновь послышались в её войсе, отчего пальцы архивиста приподнимают её лик навстречу ему, чтобы вновь его увидеть. Крохотные, почти незаметные поздним вечером капельки блестели под её огоньками, заставляли его нежно смахивать их в сторону. — Ты только вернись живым ладно? Я не переживу, если потеряю вас обоих. — Я вернусь и приведу с собой Магнуса, вот увидишь. Гримлок топал своими тяжёлыми серво, пробираясь сквозь густую серую стружку, медленно отдаляясь от двух фем, что шли позади, мирно беседуя о чем-то своем, пока хмурый динобот наслаждался тишиной. — То есть ты решила не продавать его голову за почти шестьдесят миллионов? — М-да, когда кто-то произносит это вслух, это кажется ещё более тупым, но я просто не смогла. — Эйр вспоминает этот умиротворённый вид спящего Гримлока, что тогда ещё не разу её не оскорбил. М-да, тогда он ей нравился больше. — На тебя не похоже. — Хм, насколько я знаю, ты тоже хотела убить Саундвейва, а теперь помогаешь ему. — Хах. — смеётся Слипстрим, прежде чем сказать кое-что. — Ну, тут я не одинока. Ты же тоже хотела его убить, разве не так? И тоже собираешься ему помочь. — Ахах, да уж забавно выходит. — И не говори, этот мех настолько обаятельный, что даже его враги не выдерживают. — хихикнула сикерша. — Хах, не знаю. Мне он таким не казался, когда я пыталась его убить. — Да и мне тоже, я это поняла потом, когда выяснилось, что он не только говорит правильные вещи, но ещё и делает их. — М-да, тут я могу тебя понять. — Тихо. — внезапно выдал динобот, останавливаясь посреди поля, чувствуя слабейшую дрожь под серво. Подняв взгляд в небо, мех находит там современный и вооруженный джетт, где-то высоко в облаках. Такой мог принадлежать только солдатам Иакона, а значит глупо рассчитывать на то, что они их не заметят. Действовать нужно быстро, пока его экипаж не отправил сообщение Зете. Гримлок оптикой ищет что-нибудь, чем можно было бы сбить этих ублюдков, и он находит. Обломки других кораблей, что часто встречают в свободных, открытых участках Кибертрона, где местные пираты часто совершали набеги, так вовремя попались под руку. Схватившись покрепче за турбину, он отрывает её от обломков крыла, а затем со страшной силой швырнет снаряд в боевой Джетт. — Твою искру! — испугалась Эйрахнида этого хлопка, с которым мех швырнул обломок. Враги были поражены, солдатский джетт лишился крыла, а один из двигателей покрылся чёрным дымом и огнём. Оставалось лишь наблюдать за тем, как судно неумолимо стремится к земле, пока с грохотом не рухнет неподалеку от них. Динобот, наплевав на пламя, которое объяло солдатский корабль, своими сильными пальцами впивается в корпус фюзеляжа, пробивая себе брешь внутрь. Пилоты не пережили падения, а из всего экипаж уцелела лишь пара вехиконов, которых насильно выдернули из огня на свежий воздух. «Праймус всемогущий!», — кричал один из солдат, которого вынуждено отпустил Гримлок, ведь ему нужны два манипулятора, чтобы порвать надвое его сослуживца. Шок и страх на мгновение сковал вехикона, что вынужден слушать истошные крики своего напарника, который быстро потеряет сознание, а вместе с ним и жизнь. «Пожалуйста не надо!», — кричит солдат, которого поймали за серво. Конечно, никакой пощады ждать не стоит. Грубые пальцы сжали вторую голень, а после его серво стали разъезжаться в стороны пока не послышался болезненный треск металла. «АААААА!», — истошно орал мех, пока его тело расходилось на две равные части. Жутко и больно. Возможно он был моральным ублюдком и заслужил такой участи, а может это вчерашний студент академии, что был мобилизован в срочном порядке в связи с недостатком солдат, после схватки с Саундвейвом. В любом случае, слушать его крики было невозможно. Слипстрим, все же сжалилась над ним, прострелив шлем бедолаги из своего бластера. Естественно Гримлоку это не понравилось, отчего он быстро и довольно пугающе приближался к искалеченной сикерше и, кто знает, что случилось бы, если бы между ними не встала Эйрахнида. — Уйди! — мех отшвырнул в сторону охотницу, что пыталась успокоить назревающий конфликт. — Она не знала, не надо. — паучиха, наевшись серой стружки, пыталась успеть обратно к ним, до того, как Гримлок сделает непоправимое. — Ох… — хотела выстрелить в него сикерша, даже выставила перед собой бластер, протягивая манипулятор вперёд, вот только динобот уже был слишком близко. Крепко сжав предплечье сикерши, он отрывает её от земли, заставляя испуганно смотреть в черную маску с красным визором. — Гримлок, стой! — Эйр вцепилась в его талию, когда тот уже замахнулся для удара, что снёс бы шлем сикерши с плеч, пытаясь его остановить. Выглядит это конечно комично, ведь мех едва ощутил этот толчок, но стоит признать, он все же остановился. — Я поняла, я больше не буду так делать. — Слипстрим спрятала фейс свободным манипулятором, испугавшись получить тяжёлый удар. — Когда-нибудь это тебя убьет. — тихо прорычал вождь, бросая Слипстрим на пол. Сикерша приняла эти слова на свой счёт, но в действительности они были адресованы охотнице, что уже успела достать его своим состраданием. Иакон: В темном большом зале на последних этажах башни лорда Зеты, расселся на недавно собранном для него троне, скучая в городом одиночестве, посреди всепоглощающей темноты, где его черный доспех терялся почти полностью, лишь в прорезях для окулярах горели его голубые огни. Одиночество то единственное, что сейчас ему было нужно в свете последних событий. Город задушен теранией, вот только этого было мало для Зеты. Корни его влияния медленно распускались по всей планете, захватывая ключевые города своими солдатами и шпионами, что выступают его глазами и ушами. Противный скрип тяжёлой двери впускает потоки яркого света в его тронный зал. Старскрим показывается на пороге, готовясь передать своему лорду очередной доклад. — Говори. — хриплый голос, отдающий металлом, отражался от местных стен. — В секторе D16 был сбит наш корабль. — сикер вглядывался в темноту, пытаясь разглядеть доспех, что поблескивал на фоне пробирающегося внутрь света. — Саундвейв? — несмотря на внешнее спокойствие, грозный мех крепко сжимал рукоятку своего оружия только от одной мысли об этом кассетнике. — Вполне возможно. — Вы не знаете? — Корабль не успел передать сообщение, сер. — D16 говоришь… Не так далеко от улья, отправь сообщение, пусть будут готовы. — Так точно. — сикер собирался уходить, вот только его хозяин ещё кое что хотел обсудить. — Ко мне поступили кадры с камер в городе за прошлую ночь. — Скрим глубоко затянул в турбины воздух, предвкушая тяжёлый разговор. — Ты понимаешь, что я сейчас тебе скажу? — Да, сер. — Твоя подруга теперь такая же преступница. Что ты по этому поводу думаешь? — тяжёлый взгляд лорда чувствовался даже сквозь темноту, сквозь его маску бездушную маску. — Я думаю, что она предала меня и Иакон. — без капли сомнения говорил сикер, смело смотря своему господину в оптику. — Правильный ответ. — Зета неторопливо вставал со своего трона, медленно приближаясь к своему командиру, до тех пор пока его манипулятор не дотянется до его плеча. — Так и должен думать мой первый заместитель. — Что? — крылатый мех не сразу поверил в то, что говорил его лорд, отчего переспросил. — Ты все правильно понял, Старскрим. Мы на пороге новой эры для Иакона и всей планеты, и мне нужный верный, умный, находчивый заместитель. Ты хорошо себя проявил, поэтому заслужил свой шанс. — Я… Я не подведу, сер. — Я надеюсь на это. Тяжёлый гул вентсистемы стоял в камере пыток Васпинатора. Психопат почти весь день провёл с ней, играясь с её датчиками боли, лишь ближе к ночи отлучаясь не надолго по своим делам. Так вот сейчас у Хромии наконец выдался астроклик, чтобы передохнуть от этого кошмара. Новые раны болят и кровоточат, не давая ей возможности уйти в оффлайн, зарядить процессор, да и просто в полной мере отдохнуть от этого кошмара. Казалось, будто она медленно сходит с ума в этом проклятом месте, среди ржавых стен, грязных инструментов и натирающих кандалов. «Он придет…», — бормочет фем про себя, надеясь что её никто не слышит. Раз за разом повторяя эту фразу, она пыталась отвлечься, подпитать в себе надежду, что в этом ужасном месте едва затухла. Из спасающих мыслей её выдернет странный стук прямиком из закрытой дробилки. Уставившись в тонкие дверца, что были слева от неё, она подумала на мгновение, что настал тот момент, когда её возлюбленный придёт к ней на помощь, вытащит из этого ада на земле, но, как это часто и бывает, реальность оказалось жёстокой. Хот Род, воспользовавшись знанием о том, что дробящие волуны были сняты из-за поломки, по шахте из мусоропровода смог пробраться сюда. Рискованно, учитывая то, что маньяк все ещё мог быть здесь, благо ему повезло и его улыбчивая рожа появилась из люка вовремя. — Привет. — тихо здоровался молодой мех, поглядывая в сторону двери. — Род? Что ты здесь делаешь? Если он тебя увидит… — Тихо, не увидит. — Хот Род неуклюже забирается внутрь, прежде чем подобраться к пыточному столу, где бестактно встанет в ступор, увидев фем в её нынешнем положении в полной красе. — Праймус всемогущий. — Зачем ты пришёл? — Вытащить тебя. — мех стал ковырять самодельной отвёрткой один из замков на её запястье, вот только фем не была этому рада. — Нет, уходи сейчас же, пока он не вернулся. — Я тебя не брошу, Хромия. Мы не сможем выбраться отсюда в ближайшее время, а долго здесь ты не протянешь. Я должен тебя вытащить отсюда. — он все же сумел открыть один из замков. — Дурак, если он придет сюда и не увидит меня здесь, он всех вас убьёт. Уходи, быстро. — фем оттолкнула его свободной ладонью, знатно удивляя своего друга. — Но… Ты не выдержишь. — Я справлюсь, иди давай, быстро. За дверью послышались шаги, а значит Роду действительно пора было уходить. Скрипя дентами, он все же полез обратно, успевая за мгновение до того, как в двери откроются, а на пороге окажется жук. Клацая своей уродливой челюстью, он подбирается к фем, заглядывая в её зареванные окуляры, что ещё сохраняли свой огонь. — Выглядишь взволнованным. — дерзит пленница, замечая смятение в окулярах инсектикона. — Хах, как же ты сопротивляешься, глупышка. — один из манипуляторов жука превратился в ядовитое жало, что своим кончиком проходится по щеке воительнице, оставляя тонкий шлейф кислоты, что оставляет свой уродливый след, на когда-то белоснежном фейсе. — Неужели ты не понимаешь, что даже если он будет бежать сюда день и ночь, он не успеет к тебе. — Так значит он идёт… — из речей надзирателя фем поняла только то, что ей было нужно. — Позитивное мышление? Даже в таком выхлопе? Кажется, ты начинаешь сходить с ума, дорогая. Ахахахах, как же будет смешно, когда он придет сюда, а вместе своей юной возлюбленной с мягкой и гладкой протоплотью, он увидит изувеченную, всю покрытую ожогами фем. Как думаешь, он будет тебя также любить тебя, когда увидит все эти шрамы? Фем молчала, крепко сжимая челюсть от этой жгучей боли, что приносила его кислота, прожигая металл её фейса оставляя широкий след от глазницы до самого подбородка. — Я точно знаю, что когда он сюда придет… — она все же не смогла отказать себе в дерзости, даже сквозь ужасную боль, к которой она так и не смогла здесь привыкнуть. — Он вытащит твою центральную ось из твоей спины… — Ахахахахахаахх. — маниакальный смех заставлял её искру биться чаще, ведь это означает, что в очень скоро ей станет ещё хуже.