Глава I. Возвращение в поместье Малфоев

28 июня 1994-го Гарри и Драко приехали из Хогвартса на платформу 9 и 3/4 . На этот раз Нарцисса Малфой встретила обоих как-то особенно эмоционально, особенно душевно, как-то особенно крепко обняла обоих... От радости встречи с Гарри миссис Малфой даже прослезилась... - Главное, что ты жив, Гарри... - сказала миссис Малфой. - Это весьма условно... - ответил Гарри то ли иронически, то ли опечаленно. - У меня ещё 11 лет жизни, а потом... - Не надо об этом, Гарри... Не надо... Ты уже почти дома, а мы, твоя семья, всегда будем с тобой, разделим с тобой не только радость, но и горе... - Спасибо, мам... И Гарри крепко обнял миссис Малфой, с трудом сдерживая слёзы. Всё же осознание того, что он умрёт в 25 лет, весьма тяготило его, и в утешении родных для него людей он очень даже нуждался. По возвращении в поместье Малфоев Гарри разгрузился, разместил в своей комнате своих змеек, которых тайком брал в Хогвартс... Ужин 28 июня был весьма нескромный, вроде бы даже торжественный, но Гарри не был весел. Миссис Малфой активно расспрашивала его о ритуале вытравливания шестого крестража, Гарри неохотно и холодно рассказывал и о том, как участвовал в ритуале, и о том, насколько мучителен был этот ритуал, и о том, как долго пришлось отходить от последствий этого ритуала… Гарри явно был глубоко тронут всем тем, что сделала для него Сьюзен Трэверс в период с 21 по 28 января. Более того, Гарри явно влюбился в Трэверс, и не по-детски, а всерьёз... Заодно Гарри упомянул, что после выздоровления спускался в Тайную комнату, дабы погрузить василиска в сон, а прежде узнать, неужто смерть в 25 лет неизбежна. Василиск перед погружением в сон сказал Гарри, что трагическую и мучительную смерть на следующий день после 25-летия ему не миновать. Желая, видимо, утешить или обнадёжить Гарри, василиск ещё сказал, что детям Гарри никакие его недуги не передадутся, а их самих «ждут несомненно великое будущее и жизнь до глубокой старости»... - Прошу, не говори об этом... - попросила миссис Малфой Гарри. - Не думай об этой жертве, об этом ритуале... У тебя ещё много лет есть, ты всё ещё успеешь сделать, Гарри... - Конечно, успею... - ответил Гарри. - До 25 лет я должен взять от жизни всё… В хорошем смысле... Никакого пьянства, никакой наркомании, никакого разгульного образа жизни, нет, это удел всякой бездарной швали... Я не стану сам себя убивать, подрывать и без того хорошо потрёпанное здоровье... Нет, у меня другие планы, другие намерения... Сьюзен Трэверс... Я искренне люблю её, и это не глупая детская первая любовь... Нет, это нечто серьёзное... Перспектива родства с видным чистокровным родом Трэверсов весьма заманчива, я этого добьюсь... Брак будет и выгодным, и искренним, ведь любовь между мной и Сьюзен будет, как я надеюсь, взаимной... Добиться этого будет нелегко, я это осознаю... Понадобится сколько-то лет, но это не должно меня пугать... Я добьюсь этой цели плавно, поэтапно, постепенно... Полагаю, они закроют глаза на мою полукровность, если я буду действовать с умом... С июля Гарри имел домашние занятия, но их было меньше, чем прошлым летом, так что у Гарри было больше свободного времени. Профессоры Снейп и Селвин не занимались с Гарри всё лето, так что ЗОТИ и зельеварение Гарри изучал сам, получалось самообразование, которому Гарри придавал большое значение. Почему-то всё лето не было и профессора Макнейра, преподавателя ЗООМС. Люциус Малфой, директор Хогвартса и преподаватель истории магии, летом 1994-го задержался в школе аж до августа, а в отпуск вышел лишь на 2 недели. Опекун не провёл Гарри ни одного занятия по истории магии, ибо те 2 августовские недели, в ходе которых он был в отпуске, он мало что делал, был малоактивен, подолгу спал, был неразговорчив, ему явно было не до занятий по истории магии. Гарри сам читал учебник по истории магии для четверокурсников, сам запоминал нужные даты, события, имена... Ещё Гарри самовольно и часто разговаривал с портретом покойного Абраксаса Малфоя - отца Люциуса и деда Драко. Абраксас Малфой был внешне похож на Люциуса, но имел более бледное лицо, более жёсткие глаза, более презрительный, надменный взгляд, более холодный голос, не светлые, а седые длинные распущенные волосы... Гарри портрет Абраксаса рассказывал о Волдеморте, о том, как тот, ещё будучи учащимся Хогвартса, сколотил вокруг себя кучу сторонников. Гарри пожелал обо всём узнать, дабы понять, как Волдеморт привлёк на свою сторону влиятельные чистокровные роды и вообще добился создания верной ему террористической организации. Портрет Абраксаса Малфоя, уже привыкший к Гарри и не считавший его чужаком, подробно рассказал ему о том, как Волдеморт заручился поддержкой того или иного влиятельного чистокровного рода, как его представители давали Волдеморту деньги, и так далее. Также портрет поведал Гарри о том, кто вообще шёл за Волдемортом ещё когда тот учился в Хогвартсе. - За ним ещё в школьные годы пошли люди разных типов... - рассказал однажды портрет Абраксаса Малфоя. - Были слабые, что нуждались в сильном покровителе... Были амбициозные, что жаждали славы... Наконец, были агрессивные, коим нужен был такой лидер, который направил бы их силы в нужное русло... Волдеморт, тогдашний Том Реддл, мог дать всё нужное всем этим людям, и они шли за ним, как за своим лидером... То, что он обещал лоббировать интересы чистокровных и покончить с засильем полукровок и грязнокровок, многим импонировало... Мальсиберы, Эйвери, Лестрейнджи, Нотты... Когда Волдеморт учился в Хогвартсе, его сторонники иногда шалили, но осторожно, так что всякие сомнительные инциденты тех лет никто и не думал связывать с осторожным и идеальным на вид Томом Реддлом, который, к тому же, был примерным учащимся... - А что же вы, сэр? - спросил Гарри. - Вы учились с ним на одном курсе, верно? - Да, эмм, да... - И к какому же типу сторонников Волдеморта вы принадлежали, сэр? - Ты дурного не подумай, я был по-юношески глуп, не сразу понял, каков он на самом деле... - При каких обстоятельствах вы к нему примкнули, сэр... - Я был амбициозен и жаждал славы вкупе с властью и могуществом, наивно полагал, что и то, и другое, и третье мне даст Волдеморт... Однако по окончании школы Волдеморт надолго пустился в странствия и редко выходил на связь даже с представителями первого поколения Пожирателей смерти... - Первого поколения? - Да, вторым поколением были их дети... - А, да... А вы, сэр, были Пожирателем? - Я? Нет, никогда! Я был против засилья полукровок и грязнокровок, против уступчивой политики Министерства в отношении них, но я никогда не считал, что с этим можно разобраться за счёт крови и терроризма... Я выше терроризма, терроризм - удел слабоумных и кровожадных, а я, представитель славного рода Малфоев, выше этого... Были и иные пути, но Волдеморт избрал примитивнейший... Я не желал иметь с ним дело... Я прекрасно добивался своего без этого слабоумного полукровки, смевшего называть себя чистокровным и лидером чистокровных... - Добивались своего? - В 1968 году моими усилиями подал в отставку грязнокровный министр магии Нобби Лич... Я не намерен был его убивать, но я не мог допустить, чтобы он возглавлял Министерство... Это, если что, конфиденциальная информация... - Конечно, сэр... - В 70-е же годы я выполнял приказы Волдеморта под воздействием заклятья Империус, и в 1981 году решением Совета магического законодательства я был полностью оправдан, так что не приписывай мне то, чего я не делал... Не смей приписывать и младшему моему брату Кассиусу, как и моему сыну Люциусу...  Мы все никогда бы не примкнули к Волдеморту, так и знай! - Я вас и не обвиняю, сэр... Портрет Абраксаса Малфоя оказался хорошим и полезным собеседником, ведь благодаря ему Гарри узнал в весьма больших подробностях, как Волдеморт заручился поддержкой того или иногда знатного чистокровного рода, как уговорил конкретных его представителей примкнуть к нему, какую дипломатию для этого использовал... В общем, получались своеобразные уроки политики, дипломатии и аристократичного общения от портрета Абраксаса Малфоя. - Одного не пойму, зачем тебе вся эта информация о Волдеморте? - спросил однажды портрет Абраксаса Малфоя. - Ты что же, хочешь продолжить его дело? - Продолжить дело Волдеморта? - улыбнулся Гарри. - Ха-ха, да нет, конечно! Идти по пути этого тупицы-полукровки, который был способен только на теракты? Нет уж, благодарю! Однако я, знаете ли, не отказался бы от доброго имени среди славных чистокровных родов, от репутации лоббиста их интересов... Вы верно сказали, что интересы чистокровных можно обеспечивать мирно, за счёт политики, верных политических акций, действий, а не за счёт примитивного терроризма, в ходе которого, к тому же, проливается чистая магическая кровь... Так вот я буду обеспечивать интересы чистокровных родов, помогать им, прежде всего вашему великому роду Малфоев... Этот род дал мне всё... Что бы со мной было, кабы не Малфои? - Это верно... Будь осторожен и помни о печальной судьбе Волдеморта, тем более что это ты его победил... Не повторяй его ошибок... - Ну разумеется, сэр... И да, я намерен продолжить род Поттеров и породниться со славным родом Трэверсов... В браке этом будет место и искренней любви... - Искренней любви? - Да, сэр... Может, вы не знаете, что это, а я знаю... - Трэверсы никогда не якшались с полукровками, грязнокровками и погаными предателями крови, так что родство с ними тебе не повредит... - Это как раз то, о чём я говорю... - Удачи, Гарри... - Спасибо, сэр... Спасибо и за всё, что вы столь любезно и подробно рассказали мне о Волдеморте...