Глава XIV. ГАВНЭ

Ещё в ноябре 1993-го Гермиона как будто помешалась на теме эльфов-домовиков, на тем, что они, мол, страдают из-за людей, не имеют свободы, живут в положении рабов, подвергаются издевательствам и унижениям, должны быть освобождены... Гермиона настойчиво, активно и много говорила о таких вещах, в которых вряд ли разбиралась. По какой-то причине она не понимала, что очень большой процент эльфов совершенно не желает иметь свободу, что многие эльфы хоть и являются чей-то живой собственностью, но совершенно не мыслят другой жизни, на полном серьёзе не мыслят... Гермиона совершенно не соглашалась с теми, кто с ней хоть немного спорил на этот счёт. Похоже, что в случае с эльфами Гермиона внушила самой себе, что она лучше всех знает, каково эльфам. У неё у самой эльфов не было, но её это ничуть не настораживало, как и то, что она никогда реально не говорила с эльфами. К другим мнениям касательно эльфов Гермиона относилась, наверно, так: "Есть два мнения, одно моё, другое - глупое". Возможно, Гермиона даже выдумала себе мир, в котором эльфам жилось просто невыносимо, постоянно внушала себе, что эльфам в их нынешнем положении может быть только плохо. В ноябре 1993-го после отравления Сьюзен был казнён служивший на кухне Хогвартса эльф Тедди, который и не отрицал, что отравил Сьюзен из желания убить её. Показания Тедди после его задержания были опубликованы в "Ежедневном пророке", их содержание прочитали и узнали все, кому не лень, а Гермиона после казни Тедди горевала так, словно казнён был не Тедди, а Живоглот - купленный ею в августе 1993-го рыжий кот с жёлтыми глазами... Все заявления Гермионы насчёт Тедди и других эльфов были бездоказательны и зачастую несерьёзны, смехотворны, говоря какое-то такого рода заявление, Гермиона казалась слегка ненормальной. В любом случае, собственное убеждение в том, что эльфы прям мучаются и абсолютно несчастны со своими хозяевами, Гермиона явно возвела в догму, то есть, в то, что нельзя даже подвергать сомнению. Впрочем, конкретно доставать темой эльфов окружающих Гермиона начала не в дни отравления Сьюзен и после казни Тедди, а позже, осенью 1994-го. В первую же неделю сентября 1994-го Гермиона, явно завидуя умению Гарри сплачивать людей вокруг себя и объединять их в тайные союзы типа Союза четырёх факультетов, создала организацию, которая должна поспособствовать предоставлению эльфам гражданских прав и свобод. Самих эльфов она почему-то не спросила, нужны ли им гражданские права и свободы, понимают ли они вообще, что это... Она не спросила на этот счёт ни одного эльфа... Она вообще плохо знала эльфов и при этом посчитала, что имеет право говорить о них и за них... Созданная Гермионой организация именовалась Гражданской Ассоциацией восстановления независимости эльфов, сокращённо ГАВНЭ... От сокращённого названия вовсю смеялись слизеринцы, как и многие рэйвенкловцы и хаффлпаффцы. Когда о ГАВНЭ впервые услышали за слизеринским столом Большого зала, те, кто сидели за этим столом, почти все засмеялись, нет, заржали, да так, что к столу подошёл недовольный профессор Снейп и спросил "Что вы рассмеялись, как гиены?". Из слизеринцев тогда не смеялись только Сьюзен и... Кассиус Уоррингтон. При всей смехотворности ГАВНЭ, самой всей этой идеи Гермиона прям убивала на ГАВНЭ много времени, составляла Устав, пыталась привлечь в ГАВНЭ побольше ребят, прежде всего однокурсников, но тщетно: её ближайшие друзья, Рон Уизли и Невилл Лонгботтом, вступили в ГАВНЭ только чтобы Гермиона от них отстала. К ГАВНЭ ещё присоединился Дин Томас, но тоже неохотно и явно не из солидарности с Гермионой. Удивительное дело, но Гермиона уже в сентябре достала с ГАВНЭ даже гриффиндорцев, что уж говорить о рэйвенкловцах и хаффлпаффцах, слизеринцы и вовсе теперь то и дело смеялись над Гермионой и говорили о ней как о "полоумной эльфолюбке". Как-то Гермиона пыталась заманить в ГАВНЭ хаффлпаффцев Джастина Финч-Флетчли, Ханну Эббот и Эрни Макмиллана, в ответ на что Джастин сказал: - Думай-ка лучше об учёбе, Грейнджер, и не ищи у вороны третью лапу... Ханна и Эрни его поддержали. В октябре нередко бывало так, что старосты Слизерина, Рэйвенкло и Хаффлпаффа вместе смеялись над Гермионой. Как-то раз они все вместе стояли у входа в Большой зал и заметили Гермиону, хаффлпаффский староста Диггори крикнул: - Привет, Грейнджер, как там твоё ГАВНЭ? Все старосты засмеялись, особенно слизеринские и рэйвенкловец Теренс Флинн. По состоянию на середину октября у Гермионы ничего не получалось с ГАВНЭ, соответствующие круглые значки и одежду (её вязала Гермиона) никто не хотел брать, в наивной надежде даровать эльфам Хогвартса свободу Гермиона оставляла где попало связанные шапки и шарфы (в случае если хозяин дарил эльфу какую-то одежду, это означало, что он его отпускает на свободу и освобождает от каких-либо обязательств), дабы эльфы самовольно объявили себя свободными, но вот проблема, эльфы Хогвартса почему-то не стали объявлять себя свободными. Хуже того, эльфы-уборщики перестали чистить гостиную Гриффиндора до ноября, пока им буквально не приказал это сделать директор Малфой. Дело освобождения эльфов (нуждались они в нём сами?) явно не продвигалось, не имело никаких успехов, но Гермиона так не считала или не хотела так считать. После того, как Гермиона создала ГАВНЭ и взялась за дело освобождение эльфов, которое почему-то продвигалось ни шатко, ни валко, над ней зачастую смеялся почти весь Слизерин. Лишь два слизеринца никогда не смеялись над Гермионой на этой почве, это были Сьюзен и Кассиус Уоррингтон. Со Сьюзен всё было понятно - можно ли смеяться над ГАВНЭ и всей этой темой эльфов после того, что устроил тот паршивый Тедди? Почему же Кассиус совершенно не смеётся над шутками о ГАВНЭ и эльфах, Гарри долгое время не знал, как и многие его друзья, да и многие слизеринцы в целом. Видимо, Кассиус что-то скрывал и не желал об этом рассказывать... Может, об этом знал кто-из его ближайших друзей, например, Эдриан... Это, однако, оставалось для Гарри тайной до ужина в воскресенье 23 октября. В тот день перед ужином Гермиона как-то добилась права публично выступить. В своём выступлении она особенно бездоказательно и неаргументированно говорила о том, что эльфы живут в ужаснейших условиях, что люди зачастую обращаются с ними жестоко, по-скотски, что всех эльфов надо освободить, чего и намерена добиться ГАВНЭ... Гарри показалось, что даже гриффиндорцы слушали Гермиону, закатив глаза и с явным недовольством. А он-то думал, что Гермиона лишь чудаковатая всезнайка... Похоже, что ГАВНЭ и тема эльфов свели с её ума, мозги у неё теперь были явно набекрень. Так вот, когда Гермиона произносила свою речь, Кассиус почему-то резко встал и ускоренным шагом вышел из Большого зала, никому ничего не сказав. - Что это значит? - тихо спросил Гарри Эдриана и Пиетт. - Куда он? - Потом объясню, - тихо ответил Эдриан, - Грейнджер уже перешла черту... После речи Гермионы все молча поужинали и разошлись, на Гермиону хмуро смотрели даже гриффиндорцы. - Так что случилось с Кассиусом? - спросил Гарри, когда вышел из Большого зала вместе с Эдрианом, Пиетт, Джейсоном и Тэвингтоном. - Он терпеть не может, когда Грейнджер и ей подобные вот так открыто и прилюдно идеализируют эльфов и выставляют их чёртовыми ангелочками... - ответил Эдриан. - Ну так мы все терпеть не можем то, что делает Грейнджер... - У Кассиуса в жизни произошла ужасная трагедия, которую он до сих пор весьма сильно переживает... К этой трагедии приложил лапу один паршивый эльф... Вообще, Кассиус не хочет, чтобы об этом знало много людей, он мало кого посвятил в эту свою тайну, только меня, Энн, Джейсона, Тэвингтона и ещё Сьюзен... Он нам всё объяснил только потому что находит нас достаточно надёжными людьми и достаточно близкими друзьями... Тебе он, наверно, объяснит, а, может, и нет... - Я умею хранить секреты... - Не дави на него, ему и без того нелегко... - Я понимаю... Надо бы сейчас его проведать, а то он в спальне один... - Да, эмм, да... И Гарри в сопровождении Эдриана, Пиетт, Джейсона и Тэвингтона зашли в слизеринскую спальню, которую Кассиус делил с Эдрианом, Джейсоном и Тэвингтоном. Кассиус сидел на своей заправленной кровати и встал только когда Гарри спросил: - Всё нормально, Кассиус? - Нормально? - переспросил Кассиус, встав и подойдя к Гарри с рассерженным видом и покрасневшими от слёз глазами. - Да нет, конечно! Могу ли я чувствовать себя нормально, когда в сотый раз подряд слушаю бредни Грейнджер, этой безмозглой тупицы?! Теперь я понимаю, почему в 91-м Грейнджер не попала в Рэйвенкло! С её тупостью и слепотой касательно эльфов ей среди этих зубрил и умников делать нечего! Да что там, даже ср*ные гриффиндорцы теперь не воспринимают её всерьёз! После того, что произошло с моей мамой, у меня есть полное право не слушать всю эту чушь Грейнджер о добреньких эльфах, которых угнетают плохие люди! Я не буду слушать её полоумные речи никогда! От злости лицо Кассиуса довольно быстро покраснело, сам он явно завёлся на этой почве. - Спокойно, Кассиус, - заговорил в один момент Гарри, - мы друзья, мы не... - Как же мне хочется взять и накричать на эту зубастую дуру, рассказать ей, на что способен ср*ный добренький эльф! - перебил Гарри Кассиус. - Что ты имеешь в виду? - Я бы мог рассказать Грейнджер такое, что её сальные патлы встали бы дыбом, может, они бы даже поседели! - Что рассказать? - Причину того, почему я так несчастен, почему моя мама погибла, хотя могла бы быть сейчас жива и как-то сглаживать почти постоянное отсутствие дома отца! - Что с ней случилось? Объясни, Кассиус, позволь мне тебе... - Помочь? Нет, Гарри, ты не сможешь мне помочь, ты не сможешь вернуть маму к жизни! - Объясни, Кассиус, прошу... - С какого перепугу?! - Я твой друг, Кассиус, слово "честь" для меня не пустой звук, я умею хранить секреты... - Хочешь знать правду?! - Да, Кассиус... - Ты абсолютно уверен? - Да, я должен понять... - Ладно! Ладно, чёрт тебя побери! Эдриан, Энн, Стром, Тэвингтон, побудьте за дверью, вы и так уже в курсе... В ответ Эдриан, Пиетт, Джейсон и Тэвингтон вышли. Кассиус стал говорить тише и несколько спокойнее. - 1 июня 1986-го... - сказал Кассиус, вновь сел на кровать, в то время как Гарри встал рядом с ним. - После того, что случилось в тот день, моя жизнь стала в 100 раз хуже... С живой мамой всё было бы куда лучше... - Что произошло с твоей мамой? - спросил Гарри. - Эльф... Её убил ср*ный эльф, уродливый пучеглазый коротышка... Томми, так его звали... В тот день отец был на работе, он и в выходные, как правило, работал, убивал на работу всё время... Я был в поместье с мамой... Мама, она... Она любила меня... Она и папу любила, но меня... Меня в особенности... Задушевные разговоры, игры... Отец не находил на это времени, всё это делала мама, она не работала и во многом присматривала за мной, заодно следила за тем, чтобы в поместье всё было в порядке... Мистер Темпл потом говорил мне, что не видел более сильной любви между матерью и сыном из аристократической семьи, чем между моей мамой и мной... Мама действительно не была типичной холодной аристократкой... У них с отцом была большая разница в возрасте, отец 39-го рождения, мама - 57-го, но, как говорил мистер Темпл, отец действительно любил её, неподдельно горевал по ней... - Этот эльф... Как он у... - Отравил... Он отравил маму... Мама доверяла ему, да и сама эта ушастая ср*нь вела себя тише воды, ниже травы вплоть до 1 июня 86-го... Мама явно не ожидала такого от эльфа, она ему доверяла, а он её отравил! Яда было столько, что мама, она... Тут Кассиус прослезился. - Она умерла м-мгновенно... - сказал Кассиус с заиканием. - Это произошло у меня на глазах, я обедал вместе с мамой, это произошло за обедом... Потом я... Я потом не ел 3 дня, не мог даже смотреть на еду... Я почти не покидал свою комнату, очень плохо спал, ворочался, дёргался, и плакал... Никогда ещё я не плакал так долго и сильно... Мистер Темпл и тот отнюдь не сразу смог меня успокоить... - А отец? - спросил Гарри. - А что отец? Он в тот же день быстро приехал с работы, со слов мистера Темпла, сильно на него кричал, а потом рыдал... Может, так оно и было, но уже на следующий день, 2 июня, отец со мной говорил ледяным, бездушным тоном, и с суровым, непроницаемым выражением лица... Никакого сочувствия, никакого сожаления... Хоть бы сказал "Давай обнимемся, сынок..."... Я бы вряд ли на это согласился, но предложить-то можно было! Никогда в жизни я не обнимался с отцом... Понимаешь, не обнимался? И он со мной тоже... Он и до смерти мамы был весьма холоден и бездушен, а уж после... Ни одного разговора по душам, почти ничего, что должно быть у нормального отца и нормального сына... - Этот эльф... Его... - Задержали в тот же день, а 4 июня казнили! Бошку этой твари отрубал Дэвид Стром! Я... Я видел казнь, я был там, хотя на улице в тот день были дождь, гроза, ветер... Отец... Он тоже был там... Он ничего не говорил... - Этот эльф дал какие-то показания? - Он сказал, что убил маму потому что, видите ли, Уоррингтоны веками угнетали своих эльфов! Он убил её, мстя давно умершим представителям роду Уоррингтонов! Моя мама этого мерзкого эльфа ни разу и пальцем не тронула, а он убил её, он и не отрицал этого! После того, как Комиссия по обезвреживанию опасных магических существ вынесла ему смертный приговор, этот ушастый ублюдок ещё и сказал, что ни о чём не жалеет, что впоследствии его имя и то, что он сделал, запомнят! Ты не знаешь, каково это, Гарри - лишаться матери... Твоя мама тоже, конечно, погибла, но ты этого не помнишь, ты этого не видел, и потому ты не испытывал таких мук, как я! Ты понятия не имеешь, что я чувствовал! 1 июня 86-го я потерял самого дорогого человека в моей жизни! Кассиус уже с трудом сдерживал себя, лицо его вновь стало красным, сам он говорил на повышенных тонах. - И вот после этого кто-то ещё смеет говорить, что это люди жестоки к эльфам?! - продолжил Кассиус. - Нет, это эльфы жестоки, это маленькие пучеглазые монстры, от одного вида которых хочется блевать! После того, как был казнён Томми, отец возненавидел эльфов, остальные эльфы рода Уоррингтонов были освобождены и убрались вон! Ненависть к эльфам... Это единственное, в чём я согласен с отцом... Я ненавижу эльфов! Ненавижу!! Сказав "Ненавижу!!", Кассиус встал, повернулся к кровати передом и в ярости пнул её левой ногой. - 29 лет! - крикнул Кассиус. - Маме было 29 лет, когда этот ср*ный эльф убил её! 29 лет! Сейчас бы ей было всего-то 37, она бы жила мне на радость, любила бы меня, но нет, маленькое пучеглазое отребье по имени Томми её извело! Сделав вдох и выдох, Кассиус продолжил: - Знаешь, даже отрубленная голова этого поганого эльфа ни черта меня не удовлетворила, не заглушила боль от потери мамы! Ничто на этом свете не заглушит мою боль от потери мамы! Затем Кассиус вновь сел на кровати и заплакал, закрыв лицо руками. Гарри, который от рассказанного Кассиусом побледнел и вспотел, сначала отошёл от Кассиуса подальше, а потом и вовсе вышел из спальни, ничего не сказав Эдриану, Пиетт, Джейсону и Тэвингтону. Те, впрочем, и не спрашивали Гарри, вместо этого сразу же войдя в спальню, дабы как-то успокоить Кассиуса. Гарри же ушёл прочь, потрясённый тем, что ему рассказал Кассиус. Теперь Гарри прекрасно понимал, почему Кассиус не смеялся над шутками о ГАВНЭ и всей этой раздутой Гермионой темой эльфов, почему завёлся за ужином 23 октября, почему ушёл из Большого зала, не поужинав, почему рассказывал о маме на повышенных тонах и вместе с тем с несомненной, неоспоримой душевной болью... И конечно, Гарри теперь прекрасно понимал, почему Кассиус ненавидит эльфов, хоть и не распространяется об этом...