Глава XVI. Кубок огня

- Глазам не верю! - воскликнул Рон. Учащиеся Хогвартса ровным строем поднимались вслед за го­стями по каменным ступеням. Рон был вне себя от вос­торга. - Крам! - кричал Рон. - Нет, ты представляешь себе, Невилл? Сам Вик­тор Крам!!! - Что с тобой, Рон, Крам всего лишь игрок в квиддич... - пожала плечами Гермиона. - Всего лишь! - передразнил её Рон. - Ты что, Гер­миона, не знаешь? Это же один из сильнейших в мире ловцов! Я понятия не имел, что он всё ещё школьник! В холле, как заметил Гарри, Ли Джордан прыгал на цыпоч­ках, чтобы мельком узреть затылок Виктора Крама, а шестикурсницы лихорадочно шарили в складках мантий. - Не может быть! - истерили эти шестикурсницы. - У меня нет с собой ни одного пера! Что же делать? Может, он подпишет шляпу губной помадой? - Делать им нечего! - высокомерно заявила Герми­она, проходя мимо девушек, чуть не дерущихся из-за тю­бика губной помады. - Я бы тоже не прочь взять у него автограф... - засуетился Рон. - Невилл, не одолжишь перо? - У меня тоже нет... - ответил Невилл. - Они все наверху в сумке... Учащиеся Шармбатона, преимущественно девушки, сели за стол Рэйвенкло, тогда как учащиеся Дурмстранга сели за стол Слизерина. Драко поспешил заговорить с Виктором Крамом, едва тот сел за стол и молча осушил ближайший к нему кубок с водой. Ну ещё бы, Крам был легендарным ловцом национальной сборной Болгарии по квиддичу, очень известным и авторитетным игроком! В первые же дни пребывания в Хогвартсе иностранцев слизеринцы в целом поладили с дурмстранговцами, тогда как рэйвенкловцы подружились с учащимися Шармбатона. Сев за стол Слизерина, дурмстранговцы сняли лохматые шубы и с любопыт­ством разглядывали тёмный потолок, усеянный звёзда­ми. Некоторые, не скрывая восхищения, вертели в руках золотые тарелки и кубки. Завхоз Филч, надевший в честь праздника старый, потёртый фрак, добавил к профессорскому столу ещё 5 кресел - по 3 слева и по 2 справа от кресла директора Малфоя. - Но приехало-то всего два профессора, - удивился Гарри, - тогда как кресел Филч поставил 5... Кто-то ещё приедет? - Не знаю, - ответила Пиетт, - может, это для ещё 3 судей, директора школ-участников Турнира ведь всегда были судьями... - Будет целых 6 судей? - Не знаю, Гарри, предлагаю дождаться выступления директора Малфоя, он наверняка всё объяснит... Наконец все заняли свои места, и к профессорскому столу потянулись преподаватели, шествие замыкали директор Малфой, директор Каркаров и мадам Максим. Профессор Дамблдор сели не с ними, а лишь за преподавательским столом слева. Увидев своего директора, учащиеся Шармбатона поспешили встать. За соседними столами раздались смешки, но по­допечные мадам Максим невозмутимо оставались на но­гах, покуда великанша не опустилась в кресло по левую руку от директора Малфоя, стоявшего за столом в ожидании ти­шины. - Дамы и господа, - заговорил в один момент директор Малфой, - уважаемые гости, искренне рад вас всех приветствовать в школе Хогвартс! Уверен, что вы хорошо проведёте у нас время... Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка! При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове всё ещё был шарф, громко хихик­нула. - Никто тебя здесь не держит... - буркнула с неприяз­нью Гермиона. - Официальное открытие Турнира, — как ни в чем не бывало продолжал директор Малфой, - состоится сегодня вечером, сразу же после ужина... Угощайтесь, дорогие друзья, на славу и, эмм, чувствуйте себя, как дома... Директор Малфой сел, а Каркаров сейчас же наклонился к нему и о чём-то оживлённо заговорил. Блюда, как всегда, начали наполняться едой. На этот раз эльфы-домовики превзошли себя. Каких только ку­шаний не было, в том числе и иностранных, особенно французских! В зале прибавилось учеников 20, не больше, а казалось, яблоку негде упасть. Наверное, из-за одежды гостей. Слишком уж она выделялась на фоне чёрной хогвартской: под шубами дурмстранговцев оказались крова­во-красные мантии, которые делали их немного похожими на британских маггловских солдат XVIII века. Как потом узнал Гарри, Рон весь ужин тупо пялился на одну из учащихся Шармбатона с белокурыми, почти до пояса волосами. В один момент в Большой зал поочерёдно явились глава Отдела магических игр и спорта британского Министерства магии Людовик Бэгмен, более известный как Людо Бэгмен, президент Международной Конфедерации магов Йохан Майдель и Шон О'Салливан - председатель Комитета Конфедерации по организации и проведению международных соревнований. Что Бэгмену, что Майделю, что О'Салливану поаплодировал весь Большой зал. Эти трое заняли пустовавшие 3 кресла у кресла директора Малфоя. В какой-то момент золотые тарелки в Большом зале опустели, и директор Малфой опять встал с кресла. Зал в ожидании замер. - Торжественный миг приблизился... - объявил директор Малфой. - Турнир трёх волшебников вот-вот будет открыт... Перед тем, как вне­сут ларец, я хотел бы в общих чертах рассказать о правилах нынешнего Турнира... Но прежде позвольте представить вам мистера Йохана Майделя, президента Международной Конфедерации магов, мистера Людо Бэгмена, главу Отдела магических игр и спорта при Министерстве магии Соединённого Королевства, а также мистера Шона О'Салливана, председателя Комитета Международной Конфедерации магов по организации и проведению международных соревнований... Бэгмен, Майдель и О'Салливан встали, им вновь поаплодировал весь Большой зал. Бэгмену достались щедрые аплодисменты, наверно, благодаря его славе загонщика, а может, просто потому, что вид у него был приветливее, чем у хмурых Майделя и О'Салливана: Бэгмен оценил ап­лодисменты, осклабившись и помахав залу рукой. - Мистер Бэгмен, президент Майдель и мистер О'Салливан без устали работали всё лето, организуя Турнир... - продолжил в один момент директор Малфой. - Они несомненно войдут в бригаду судей Турнира... Мистер Филч, ларец сюда, пожалуйста... Филч, который до этой минуты прятался где-то в даль­нем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустирован­ный жемчугом. Зал, зашумев, всколыхнулся. Деннис Кри­ви даже встал на стул, чтобы лучше видеть, но был так мал, что все равно едва возвышался над соседними головами. Филч осторожно поставил ларец перед директором Малфоем, и тот продолжил объяснения: - Инструкции к состязаниям уже проверены... Для каждого тура всё готово... Туров три, состязания основаны исключи­тельно на школьной программе, безопасность чемпионов, можете мне поверить, будет обеспечена, чтобы в ходе этого Турнира не было несчастных случаев и, эмм, трагедий... В Турнире, как известно, участвуют 3 чемпиона, по одному от каждой школы-участницы... Их будут оце­нивать по тому, как они справились с очередным состя­занием... Чемпион, набравший во всех турах самое боль­шое число баллов, становится победителем... Участников Турнира отбирает из школьных команд беспристраст­ный выборщик - Кубок огня... Директор Малфой вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца 3 раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Директор Малфой сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ни­чего примечательного, не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Директор Малфой закрыл крышку, осторожно поставил на неё Кубок, что­бы все хорошо его видели. - Желающие участвовать в конкурсе на звание чем­пиона должны разборчиво написать своё имя и назва­ние школы на куске пергамента и опустить его в Кубок... - сказал директор Малфой. - Им дается на размышление 24 часа... Кубок будет выставлен в холле, и завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире трёх волшебников... Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших... Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире... К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг 17 лет, а чтобы те, кому нет 17, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию... Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено... И последнее: желающие участвовать в конкурсе, прими­те к сведению - для избранных в чемпионы обратного хода нет, чемпион будет обязан пройти Турнир до кон­ца... Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним маги­ческий контракт, который нарушить нельзя... Ваше решение об участии в Турнире должно быть сознательным, серьёзным... Это всё... Дамы и господа, уважаемые гости, всем спокойной ночи... - Всем обратно на корабль! - скомандовал Карка­ров своим подопечным, а затем заговорил с Крамом. - Виктор, как ты себя чувствуешь? Хорошо поел? Может, послать на кухню за глинтвейном? Крам покачал головой и натянул шубу. - Профессор, мне бы хотелось выпить вина... - разо­хотился другой дурмстранговец. - Я предлагаю не тебе, Поляков! - рявкнул Каркаров, и заботливый отеческий вид мгновенно испарился. - Ты опять, неряха, закапал едой всю мантию! Он развернулся и повел учеников к дверям. Гарри с друзьями как раз выходили из зала. Гарри пропустил Каркарова вперед. - Спасибо... - небрежно бросил Каркаров, мельком взглянув на Гарри, и застыл в изумлении, прямо-таки уставившись на Гарри, точнее, на его шрам, его подопечные тоже остановились позади директора, с любопытством та­ращась на Гарри, на многих лицах читался испуг, парень в заляпанной едой мантии толкнул локтем стоявшую ря­дом девушку и беззастенчиво ткнул в Гарри пальцем. - Так, ладно, все за мной, не отставать! - крикнул в один момент Каркаров, и дурмстранговцы, среди которых не было ни единой девушки (Каркаров, наверно, не нашёл среди учащихся Дурмстранга такой девушки, которая была бы достойна отправиться в Хогвартс, ну или Дурмстранг вообще был мальчишеской, явно военизированной, кадетской какой-то школой), молча проследовали за ним. Гарри в какой-то момент сделал вывод, что Каркаров довольно добр и мягок к Виктору Краму, но вот с остальными учащимися Дурмстранга весьма суров, холоден, а в каких-то случаях и резок, как с этим Поляковым. Как бы то ни было, слизеринцы, вернувшись в свою гостиную, чуть ли не все пожелали удачи Кассиусу. - Завтра... - сказал Кассиус. - Завтра я кину своё имя в Кубок огня! Многие слизеринцы зааплодировали, Джейсон крикнул: - Удачи, Уоррингтон! - Если Кубок выберет тебя, Уоррингтон, задай жару этим иностранцам! - крикнул Тэвингтон. - Спасибо, ребята, - сказал Кассиус, улыбнувшись, - я, как никогда, нуждаюсь в вашей поддержке! В итоге 31 октября Кассиус кинул в Кубок огня кусок пергамента со своим именем и школой чуть ли не первым среди учащихся Хогвартса. Дурмстранговцы, как он потом узнал, кинули в Кубок свои имена все. Кассиус кинул своё имя в самую рань, ещё до подъёма в соответствии с расписанием Хогвартса. Потом, уже днём, ненавистные что Кассиусу, что Гарри, что многим слизеринцам близнецы Уизли попытались обмануть Кубок за счёт заклинания старения и кинуть в него свои имена. Фред Уизли вынул из кармана кусок пергамента с надписью «Фред Уизли, Хог­вартс», подошёл к линии, остановился, переминаясь с мысков на пятки, как пловец перед прыжком с пятнадцатистометровой вышки. И, глубоко вздохнув, у всех на гла­зах переступил золотую черту. - «Неужели обман сработал?», - удивился Гарри. Джордж поверил в то, что справился. Издав победный клич, он без промедления прыгнул за братом. Тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой ката­пультой, выбросило из золотого круга. Пролетев по воз­духу метра три, они приземлились на холодный камен­ный пол. Было не только больно, дерзость ещё и кончи­лась бесславно: хлопнуло второй раз, и у близнецов вы­росли длинные белые бороды. Все помирали со смеху, даже Фред с Джорджем, поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга. - Я же предупреждал... - послышался низкий голос директора Малфоя. - Ступайте к мадам Помфри... Она уже лечит мисс Фосетт из Рэйвенкло и мистера Саммерса из Хаффлпаффа, им тоже захотелось себя состарить... Но, признаться, их бо­роды ни в какое сравнение не идут с вашими... В какой-то момент имя в Кубок кинул Диггори, хаффлпаффцы же явно сплотились вокруг него и надеялись, что Кубок выберет чемпионом Хогвартса именно его. Гарри на этот счёт думал так: если Кубок не выберет Кассиуса, пусть будет кто угодно, хоть Диггори, лишь бы не гриффиндорец. Из учащихся Шармбатона имя в Кубок кинула, в частности, Флёр Делакур - та самая красивая блондинка, на которую тупо пялился Рон. О Делакур Гарри узнал от Чжоу Чанг, которая с ней уже подружилась. Ужина 31 октября все ждали с нетерпением, ведь Кубок должен был сообщить имена избранных чемпионов как раз в это время. Большой зал был с хэллоуинскими декорациями, как и Хогвартс в целом, но Гарри не обращал на это никакого внимания. При начале ужина дурмстранговцы вновь сели за стол Слизерина. Крам, мускулистый, черноволосый, бледноватый парень с причёской каре, большим носом и столь густыми бровями, что они казались монобровью, сидел молча и задумчиво. Ужин, казалось, никогда не кончится. Может, потому, что праздник длился второй день, Гарри не налегал, как обычно, на изысканные блюда. И не он один, все вокруг ёрзали на стульях, тянули шеи, вставали на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли директор Малфой завершит тра­пезу, кого же выберет Кубок? Наконец, золотые тарелки засияли первозданной чи­стотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк - директор Малфой под­нялся с места. Сидящие по обе стороны от него профес­сор Каркаров и мадам Максим замерли в напряжённом ожидании. Людо Бэгмен, как всегда, сиял, подмигивая то одному, то другому в зале, Майдель и О'Салливан наоборот были невесёлые. - Кубок огня вот-вот примет решение... - объявил директор Малфой. - Думаю, ему требуется ещё минута... Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к сто­лу и проследовать в комнату, примыкающую к залу (он указал на дверь позади преподавательского стола)... Там они получат инструкции к первому туру... Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул. Тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепитель­но били по глазам, но взгляды всех все равно были прикованы к Кубку, кое-кто поглядывал на часы... Пламя Кубка в один момент налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамен­та. Зал замер. Директор Малфой, протянув руку, подхватил пергамент, осве­щённый огнем, опять синевато-белым, и гром­ким, отчётливым голосом прочитал: - «Чемпион Дурмстранга - Виктор Крам»... Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и востор­женных криков. - Так и должно быть! - громче всех кричал Рон. Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, враз­валку двинулся к Дамблдору повернул направо и, мино­вав преподавательский стол, исчез в соседней комнате. - Браво, Виктор, браво! - перекричал аплодисмен­ты Каркаров, так что его услышал весь зал. - Я знал, в тебе есть дерзание! Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок вы­стрелил ещё одним куском пергамента. - «Чемпион Шармбатона - Флёр Делакур»! - возве­стил директор Малфой. - Смотри, Рон! — крикнул Невилл. - Это она! Девушка, похожая на вейлу, легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей по­ходкой прошла между столов Гриффиндора и Хаффлпаффа. - Вы только гляньте, как они расстроены! - восклик­нула Гермиона, кивнув в сторону стола, где сидели учащиеся Шармбатона. Две де­вушки, спрятав лицо в ладони, плакали навзрыд. Флёр Делакур удалилась в соседнюю комнату зал опять утих. Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса! Всё опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры, из Кубка вылетел третий кусок пергамента, директор Малфой поймал его и прочитал: - «Чемпион Хогвартса - Кассиус Уоррингтон»! Слизеринцы резко зааплодировали Кассиусу, рэйвенкловцы тоже зааплодировали, но сдержанно, хаффлпаффцы молчали, а гриффиндорцы явно были в бешенстве. - Это невозможно! - яростно проорал Рон. - Почему всё лучшее всегда достаётся слизеринцам?! - крикнул с места Фред Уизли. - Уоррингтон наверняка жульничал! - крикнул Джордж Уизли. Кассиус тем временем подошёл к директору Малфою, профессор Снейп встал и пожал Кассиусу руку, Кассиус молча кивнул своему декану и потом ушёл в то же помещение, в которое проследовали Крам и Делакур. - Превосходно! - сказал в один момент директор Малфой. - Мы теперь знаем имена чемпионов... Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая уче­ников Шармбатона и Дурмстранга... Ваш долг - оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защи­щать честь ваших школ... Поддержав своих чемпионов, вы поступите поистине благородно... Думаю, избранные чемпионы будут рады, если вы или сегодня, или завтра устроите им вечеринки в честь избрания их чемпионами, им наверняка будет приятно... Ужин окончен... Турнир трёх волшебников, можно сказать, начался, первый тар пройдёт уже в ноябре, ждать осталось недолго... Это всё... Всем разойтись... И все организованно и поочерёдно разошлись. Слизеринцы были на седьмом небе счастья и потому что чемпионом Хогвартса был избран не гриффиндорцев и потому что чемпионом стал слизеринец. Кассиусу предстояло стать первым слизеринцем-участником Турнира трёх волшебников. Неужто Кубок огня выбрал его, так как знал о его прошлогоднем благородстве (чего стоила одна совместная с Гарри речь в ноябре 1993-го...)? Быть может, Кубок не выбрал Диггори, так как знал, что тот после матча по квиддичу 6 марта 1994-го стал не таким добрым и благородным, как раньше? Если так, то неудивительно, что Кубок предпочёл Кассиуса...