6.

Ухаживала за Камиллой только Микки, которая сначала требовала, а после умоляла пустить её к своей юной госпоже. Клод хотел казнить эту женщину, коя решила, что лучше его горничных во дворце, однако той просто повезло иметь красноречие: — Ваше Величество! Я воспитываю Её Высочество с малых лет и лучше всех знаю её! Такие тонкости, которые даже сама принцесса не замечает за силу своего возраста, слежу я! У неё аллергия на мёд, непереводимость лактозы с утра из-за тошноты, она не любит сладкое и отказывается есть мучное после ужина из-за коликов в животе. Позвольте мне заботиться о Её Высочестве, пока та не в здравии. — Стоя на коленях, просила милости Императора Микки.  Клод позволил. Он никогда не знал, что у дочери есть аллергия, нелюбовь к сладкому и непереносимость лактозы. При Императоре Принцесса всегда кушала конфеты и часто пила на завтрак молоко, которое он приказывал принести горничным. Клод часто замечал мелкие детали, но то, что от него хотели скрыть, было не в его власти. Не уж ли Камилла боялась немилости Отца? Как можно ему настолько не знать своих родных детей? Микки обмывала и кормила бессознательную Камиллу, коя за несколько дней так и не пришла в себя. Когда Клод отлучался по государственным делам, садил возле койки сестры Атанасию, приказывая с ней разговаривать и ждать пробуждения.  Атанасия наблюдала за умиротворенным лицом сестры, не желая разговаривать, чтобы не разбудить ту. Казалось Камилла высыпалась за все дни своей бессонницы. Для Второй Принцессы её сестра была подобие непробиваемой стены, что невозможно сломить. Такая умная, элегантная, стойкая, — от неё не хотелось отрывать взгляд и оставалось только мечтать научиться подражать такому мастерству. Но попасть на её место желания не возникало.  Её Высочество Камилла не зря так талантлива. У неё голова забита уроками и нет ни капли свободного времени. Вечные занятия и подготовки, и это только в девятилетнем возрасте. Став старше старшая сестра наверное и забудет свое «я», поглощенная в дела Империи, банкетов и женитьбе.  Атанасия ожидала, что ей представят такого же учителя по этикету, как у старшей сестры. Она и не знала, выдержит ли моральное давление и физические наказания. Но все оказалось наоборот — эта была милая женщина, коя научила всему, что знала сама, мягко указывая на ошибки. Камилле не повезло родиться первой Принцессой.  Атанасия думает, будь старше, её бы рассматривали как кандидатку на престол? Она не знает ответ, но точно может ответить, что всею душой этого не желает. Аристократы сожрут такого человека как она, а Камилла будет идти с гордо поднятой головой, и сама кому хочет откусит конечности — вся в отца. Её Высочество Камилла с детства училась биться в аристократических кругах, там она не мелкая рыбка, а крупная акула. Она не зря столь похает, чтобы кто-то занимал её место. Это будет просто несправедливо.  Ресницы Камиллы начали трепетать, и она приоткрыла глаза с затуманенным взглядом. Атанасия, увидев долгожданное пробуждение сестры, выскочила за дверь, где стоял Феликс и личным рыцарь сестры, и приказала доложить Императору о состояние Первой Принцессы. Девочка снова подбежала к сестре, хватая её за руку.  — Сестренка, как ты? — Беспокойно спросила Ати, сжимая чужую ладошку. Камилла досадно поджала губы и прикрыла веки: — Почему я все еще не дома? — Хрипло проговорила та и снова уснула. Атанасия обомлела от таких слов, но списав все на бред после долгого беспамятства, легла рядом и обняла сестру.  Камилла приходила в себя потихоньку. Сначала она постоянно проводила время в кровати Клода и питалась только легкой едой, коя не вызывала тошноту. Потом, более окрепнув, начала делать небольшие шаги, после снова отдыхала. Следом уже недолго прогуливалась в саду и собиралась перебраться с императорских покоев обратно к себе в комнату, но отец был категорически против. С ней постоянно кто-то был: Атанасия, Клод и Микки, — у Камиллы уже голова шла кругом от количество людей, окружавший её, которые никак не хотели оставлять в старом добром одиночестве. Даже спала она с сестрой, пока Император укладывался на диванчик неподалеку. Эта гиперопека начинала доканывать до дергающего века.    Дождавшись, когда все закроют свои глаза и наконец будут видеть десятые сны, Камилла тихо выбралась из кровати и, пытаясь никого не разбудить,  на цыпочках побрела к двери, чтобы хоть на улице спокойно вздохнуть. Приоткрыв дверь, девочка вздрогнула от любопытного взгляда Адама, по-доброму смотрящего сверху вниз. Как только он хотел открыть рот, то Принцесса прижала указательный палец к своим губам и зашипела, чтобы тот молчал. Дверь закрылась, и Камилла облегченно облокотилась на стену.  — Ваше Высочество, — Шепотом начал рыцарь. У него всегда веселый голос и добрый взгляд, что заставляет Камиллу невольно улыбаться. — что вы собираетесь делать?  — Как что? — Она усмехнулась и по-птичьи склонила голову. — Сбежать от гиперопеки Его Величества, Принцессы и Микки. — Камилла подняла руки, намекая, чтобы парень взял её на руки.  Накинув сверху Камиллы накидку, Адам подхватил девочку и понес в долгожданный сад. Адам Остин — восемнадцатилетний рыцарь, который в четырнадцать вступил в рыцарский ордер, а в шестнадцать отдал честь королевский семье. Это было неплохое продвижение в карьере, раз он стал личным рыцарем одного из Солнц Обелии в его то возрасте. Каштановые короткие волосы Адама привлекательно блестели, так что Камилла не стеснялась и перебирала чужие пряди — все-таки в девять лет все можно себе позволить, так еще и со статусом Принцессы. Сам Адам широкоплечий и высокий; девочка, не стесняясь, сравнивала его с большим и добрым мишкой. Остин ей нравился; будто солнышко, который освещает серые будни. Сам красавчик, так еще и паинька. Не парень — а мечта!  Камилла разлеглась на больших плечах, наблюдая за всем с высоты роста Остина. Её редко катали на спине и плечах. Папа в настоящем мире все время жаловался на боль в спине, брат был слишком щупленьким, а Клоду она бы никогда в своих пяти жизнях не залезла добровольно на руки. Тот случай после «несчастного» инцидента на лодках не считается, всё-таки у Принцессы тогда была не слабая истерика, она бы и мужика незнакомого затискала и залила слезами. — Принцесса, — Камилла заинтересованно вскинула взгляд, пока парень уселся на качели, прикрепленные к дереву, сажая свою госпожу себе на одно колено. — вас что-то беспокоит? — Девочка нахмурилась и отвела взгляд. Хоть Адам и был добрым мишкой для неё, но все еще оставался человеком. А людям она не очень доверяет в этом мире.  — Знаешь… — Принцесса облокотилась спиной на грудь рыцарю, откинув голову. — Тут у вас небо, да воздух хороший… — Каждый миллиметр ночного неба был усыпан яркой звездочкой разных размеров и форм. За ними было интересно наблюдать, давая обдувать себя ветру, не пропитавшемуся газами машин как в её мире. — Но больше ничего.  — Вы видели небеса где-то еще? — Заглянул Адам в глаза Камилле, на что она только загадочно улыбнулась.  — Адам, пообещай служить мне пока я тут. — Девочка протянула парню мизинчик, на который рыцарь недоуменно посмотрел. — Может тогда я когда-нибудь расскажу тебе свои секреты. — Ярко улыбнулась за долгое время Принцесса, ощущая, как дышать становится легче. Может расскажи хоть одному человеку правду, она сможет что-нибудь предпринять?  Остин притянул свой мизинец и закрепил их клятву, что известно лишь Камилле, ему и ночи. Принцесса не особо хотела разговаривать, так что просто расползлась по телу рыцаря, пока тот покачивал качели.  — Ты наконец завела себе еще одного друга? Похвально. — Неожиданный знакомый голос заставил вздрогнуть. Камилла повертелась на коленях Адама, под его недоуменный взгляд, а потом села как раньше.  — Ты кто? — Камилла не решилась произнести вопрос вслух, а лишь мысленно, посмотрев сработает ли таким образом продолжить разговор.  — Как кто? Твой первый друг! — Гадко засмеялось нечто. Она поняла, что кроме неё этого никто не слышит и нахмурилась.  — У меня нет тут друзей. Убирайся из моей головы! Живо! — За пятьдесят с лишним лет приказывать то она точно научилась. Её было уже не сравнить с той пятнадцатилетней школьницей, хоть и Камилла это яро отрицала.  — А как же наш контракт? — Фальшиво обиженно пробурчало нечто. Глаза Принцессы невольно расширились: — Дьявол. — удивлённо буркнула она себе под нос.  — Ваше Высочество, что-то случилось? — Обеспокоено спросил Адам, на что получил отрицательный кивок.  — Что ты хочешь? Свалил черт знает куда, ничем не помог и появился из ниоткуда. Я думала ты сдох где-то в глу’бине Ада. — Камилла разозлилась. Мало того, что в её голове сидит, так еще тридцать лет не показывался. Ишь «интересную» историю он захотел. А еще что? Интересно теперь ему? — Как грубо. Ну вообще-то мне интересно все, что происходит в жизни потерянной Принцессы.  — Прекрати лезть ко мне в голову! Если тебе не говорю, значит и знать тебе не надо. Насмотрелся интересных историй? Отправь меня домой! — Камилла готова была пыхтеть как паровоз от гнева на это безмозглое существо.  — Сама безмозглая. Ты еще не выполнила свою часть сделки, ведь дальше будет только интересней. Как только мне станет скучно, я тебе обязательно сообщу и отправлю обратно домой, как ты и просила.  — А сколько мне еще ждать?! Тридцать лет прошло! Как тебе еще не наскучило?! — Выходила из себя девочка, ей пришлось вцепиться ногтями себе в ладони, чтобы не подскочить с колен Адана, но тот наверняка почувствовал, как она напрягалась каждой частицей тела.  — Ну… — Он издевательски подержал паузу. — лет десять еще.  — Ты смеешься надо мной, Дьявол?!  — Ты мне тут не груби, смертная. — Неожиданно серьезно проговорил тот, заставив Камиллу насупиться. — Ты прожила почти шестьдесят лет в этом теле, считая все твои воскрешения. Подождешь и еще лет десять. Не твое время для открытия правды.  Принцессе нечего было сказать. А что и говорить? Она слаба. Сказал Дьявол ждать еще, ей и придется ждать, как будто у неё и выбор был. Камилла хотела лишь к своей настоящей семье, а не это все.  Адам заметил взрослый взгляд в теле ребенка, и лишь сильнее загорелся разгадать тайны Второго Солнце Обелия.