Часть 7

Песня этой части: Sufjan Stevens – «Fourth of July»

      Был конец мая. Старшая школа гудела – все с нетерпением ждали окончания учебного года и, разумеется, бала! Это было главное событие года, оно обсуждалось буквально на каждом углу. Девочки показывали друг другу вырезки из журналов, чтобы похвастаться какие красивые платья им удалось выцепить в магазинах, а мальчики неловко приглашали интересующих дам быть их спутницей. Как вы поняли, до экзаменов никому не было дела. Иронично, учитывая, что в перспективе хорошо сданный SAT* мог изменить всю жизнь, а бал едва ли менял хоть что-то.       Именно так и мыслила уже восемнадцатилетняя Алисия. У неё не было парня, а подруги (которых было не очень много, учитывая, что Родригес в своей школе была изгоем из-за своего шумного и грубоватого характера; ну и банальный расизм играл свою роль, конечно же) всю последнюю неделю только и занимались тем, что подбирали парные аутфиты со своими "кавалерами". Поэтому она приняла для себя решение вообще не идти на бал. Ну сами посудите: что она там вообще забыла? Танцевать будет не с кем, подружки будут слишком заняты сюсюканьем со своими парнями, чтобы с ними можно было бы хорошенько повеселиться. А стоять в одиночестве весь вечер, попивая дешёвый пунш, наблюдая за чужим весельем, звучало как не самый лучший способ завершить свои школьные годы.       После уроков мексиканка обычно направлялась в школьную библиотеку, чтобы почитать, прорешать очередной вариант с заданиями… А главное, чтобы наконец скрыться от вездесущего напоминания о том, что бал всё ближе. Бесконечные разговоры, расклеенные в коридорах блестящие листовки и высокомерные хихикания со стороны главных задир (“Смотри-смотри, то самое чучело идёт! Ничего удивительного, что её никто не зовёт…”) действовали на нервы. Алисия лишь хотела поскорее сдать экзамены, забрать свой аттестат и забыть об этой дыре навсегда. Кто там придумал, что старшие классы – лучшие годы юности? Ай, да не важно кто, в любом случае, брехня всё это! Из них Родригес не вынесла для себя абсолютно ничего положительного.       Кроме знакомства со Стэнли и… Стэнфордом. Было ли это что-то однозначно положительное или отрицательное? Трудный вопрос. Но эта встреча, вне всяких сомнений, изменила весь вектор направления её жизни.       Вечер пятницы. Алисия сидела в школьной библиотеке, собирала вещи со стола в свой чёрный старенький рюкзак. “Поры бы выкинуть его уже наконец и купить новый – он едва ли чем отличается от мусорного пакета!” – сокрушалась про себя девушка, как вдруг заметила краем глаза за окном какое-то скопление людей. Это было очень странно – да, футболисты и баскетболисты тренировались на улице, но обычно к этому времени все уже расходились по домам. Она подошла к подоконнику, чтобы разглядеть лица получше… И в ужасе закрыла рот рукой, чтоб не взвизгнуть на всю библиотеку. Робин, самый главный хулиган, который держал всю школу в страхе, вместе со своей компанией (состоящей из таких же отморозков, как он сам) избивали ногами какого-то бедного парня! Тот валялся на земле, прикрывая голову руками и не предпринимая никаких попыток встать.        Нужно было действовать и срочно! Алисия со всех ног понеслась по коридору. Она забежала в учительскую (благо, кто-то из преподавателей ещё не успел уйти домой), крикнула “Там бьют кого-то на заднем дворе!” и тут же рванула дальше. Девчонка слышала, как в кабинете сразу несколько человек встали и побежали следом, но она была моложе и в лучшей физической форме – всё равно была быстрее их всех вместе взятых.       Когда школьница оказалась на улице, в голове пулей пронеслась мысль о том, что этих недоумков нужно было остановить любыми методами. Если бы они продолжили бить бедного мальчика в том же духе, тот мог бы оказаться в больнице… Или, не дай Бог, конечно, ещё где похуже.        Следом за этой мыслей пришла другая, гораздо более рисковая. Родригес уже могла предчувствовать, как пожалеет о том, что собралась сделать, как сильно из-за этого огребёт. Однако это будут проблемы Алисии из будущего – там походу дела можно будет со всем разобраться.       Помните тот самый, убитый жизнью рюкзак? Так вот, девочка его не забыла в библиотеке. Перевернув сумку вверх тормашками, она высыпала из неё всё содержимое. Глаза забегали в поиске чего-то относительно тяжёлого, чего-то… Ага, булыжник, валяющийся у входа – это было то, что нужно! Алисия мигом засунула его в главный отсек рюкзака, застегнула карман и рванула в ту сторону, где Робин со своими "приспешниками" продолжал свои издевательства.       У неё была всего одна попытка.       Пока вся компания этого высокомерного придурка стояла к спиной к Алисии, был шанс подойти и осуществить задуманное: она взяла свой рюкзак за лямку, прицелилась, замахнулась… И тут до её ушей донёсся мерзкий гогот Робина:       — Ну че, давай сломаем тебе этот шестой палец, а? Я тебе гигантскую услугу этим окажу – может, хоть тогда сможешь походить на нормального человека, а не на фрика! А-ха-ха!       … Родригес швырнула со всей силы сумку с камнем прямо в голову этому уроду. Тот пошатнулся, схватился за ушибленное место и упал на землю. Едва Робин очухался, его лицо перекосило от злости. “Ты че, сука, совсем страх потеряла?!” – взревел он, но сделать ничего не успел. Учителя и медсестра уже маячили на горизонте, при них хоть как-нибудь навредить Алисии было равноценно выстрелу в колено.        А дальше понеслось: носилки, полиция, крики, ругательства, вызов родителей в школу… М-да, после такой истории на то, чтобы спокойно уйти домой и сделать вид, что день прошёл нормально, можно было и не надеяться.       Робина и его дружков арестовали и повезли в участок. Избитый подросток потерял сознание и пока валялся неподвижно на койке в медпункте. Пульс был стабильным, дыхание размеренным, ничего не было сломано – иными словами, синяки и даже гематомы останутся, но жить точно должен. До того как его унесли на носилках, Алисию снова чёрт дёрнул из любопытства взглянуть на руки парня. У него действительно было шесть пальцев, ничего себе! Девочке это показалось интересным, уникальным… Но никак не мерзким. Как за такое вообще кого-либо можно было гнобить?        Мексиканка сидела рядом со входом в медкабинет и нетерпеливо пристукивала ногой. С минуты на минуту должна была приехать в школу мать и, о Боже, как же Ал не была готова к тому, чтобы выслушивать нравоучения! Ей было откровенно наплевать, что директор, мама и остальные свидетели ей собираются наговорить. Перемотай вы время назад и она бы сделала всё ровно то же самое.       В коридоре послышалось шумное топанье – будто кто-то очень быстро бежал. Перед девушкой вдруг оказался паренёк уж очень похожий на лежащего в лазарете беднягу. Те же черты лица, те же глаза… Может, разве что чуть полнее. И без шести пальцев. А так, эти двое были просто идентичны. “Близнец” – проскочило в голове.       — Ты? Это ты… Учителей позвала? – пытаясь отдышаться, начал тараторить брюнет. Алисия лишь кивнула головой. Сообщать незнакомому человеку, что она ещё и чуть не пробила голову зачинщику, показалось не самой крутой затеей.       — Ты моему оболтусу парочку здоровых костей спасла, это уж точно. Мне рассказали что произошло, я этих недоумков потом самолично лицом в асфальт впечатаю и вот тогда–       Алисия его перебила:       — Без надобности, только проблемы с законом себе наживёшь. Ими уже полиция занимается. Напишите заявление только обязательно, как только этот… – девушка кивнула в сторону двери, намекая на пациента, – … очухается. Запретительный судебный приказ* вам тоже наверняка подпишут.       — Спасибо, Глория Оллред! – хохотнул парень, пытаясь немного разрядить напряжённую атмосферу. – А если серьёзно, то ты у нас…?       — Алисия. Можно просто “Ал”. – она протянула руку, а собеседник с энтузиазмом её пожал.       — Стэнли. Жалко, конечно, что знакомимся с тобой при вот таких обстоятельствах… Я видел тебя пару раз в коридорах: вся в своих мыслях, всё время с книжками. Ты бы понравилась Форду, это точно!       “Так его “Фордом” зовут, да? Надо будет запомнить” – подметила Родригес. Из глубины коридора снова послышались шаги, на этот раз они были однозначно женскими. “Мама…” Морально приготовившись к самому неловкому диалогу в жизни, Алисия встала со стула.       — За мной приехали, но ты потом… Можешь потом сказать как там твой брат, ладно?        — Тебе все Пайнсы теперь будут обязаны. Это меньшее, что я могу сделать. – грустно усмехнулся Стэнли. А девушка в ответ скривила мину:       — Никто мне ничего не должен. Ни ты, ни брат. Ну, бывай, может, увидимся ещё.       Лишь потом, уже дома, после долгой и довольно бесполезной (с точки зрения воспитания) беседы, Алисия вдруг поняла, что последняя возможность пересечься будет лишь на балу – дальше только экзамены, выпуск.       Быть может, стоило всё же задуматься над покупкой платья?

Спустя несколько дней

      Прийти на вечеринку без компаньона, без друзей в не самом вычурном платье (по меркам того, что надели остальные девчонки, тёмно-синее платье в белый горошек по колено с открытым верхом действительно считалось скромным нарядом) только ради возможности пересечься с близнецами, с которыми даже не дружишь особо близко? “Умничка, Ал, только ты могла до такого додуматься” – сокрушалась девушка.       В принципе, вечер проходил ровно так, как того и ожидала Родригес: она сидела в одиночестве, периодически таскала закуски со стола, а ноги болели от долгого хождения на каблуке. Всё-таки прийти сюда было отвратительной идеей! Но так хотелось хотя бы узнать что стало с теми двумя… Как там здоровье Форда? Как идёт процесс расследования? Что будет с Робином? Эх, любопытство кошку сгубило, и теперь скука вот-вот должна была добить Алисию.       Просто сидеть на месте стало невыносимо, захотелось свежего воздуха. Брюнетка поправила ободок на голове (впервые за весь год она распустила волосы – мама сказала, что с этим платьем хвост будет смотреться ужасно безвкусно), встала и направилась в сторону выхода. Она почти дошла, как вдруг увидела… Никого иного, как Форда! Он говорил с какой-то старшеклассницей и заметно нервничал. Помимо этого, он не выглядел как-то особо болезненно – по виду и не скажешь, что пару дней назад парнишку хорошенько отмутузили.       И вдруг произошло невообразимое: собеседница Форда вылила на него содержимое своего стакана! Да что, чёрт возьми, с людьми в этом городишке было не так, в чём была их проблема?! Алисия вся покраснела от злости и уж было направилась в сторону этой фифы, чтобы сказать “пару ласковых”… Как вдруг из ниоткуда материализовался Стэнли и вылил на себя пунша! Теперь ситуация из неловкой превратилась в просто уморительную – оба стояли, смеялись и никак не могли остановится. Эта картина невольно тронула Алисию, поэтому она заметно подрасслабилась и перенесла урок перевоспитания для этой самомнительной заразы… Во всяком случае, на время.       Стэнли первым заметил знакомую мексиканку. Он улыбнулся во все тридцать два, высоко поднял правую руку и помахал, а левой толкнул своего брата в бок. Теперь Алисию заметил и Форд – их взгляды пересеклись.       Впервые со дня их встречи девочке удалось разглядеть спасённого ею парня хорошенько. Очки на носу, вытянутое телосложение, некая неловкость во взгляде и движениях… “Блин, да Форд выглядит как самый безобидный человек на свете! Люди просто жестоки” – посочувствовала Родригес, но вслух этого не сказала, разумеется.       Первое же, что она сказала, когда подошла к близнецам ближе, было:       — Видела, что произошло. Нахер её.       Стэнли рассмеялся, а Форд в ужасе шикнул:       — Ты чего, не надо так!.. Это не очень вежливо…       — А выливать на тебя стакан пунша – главный признак утончённых манер, я так понимаю? – фыркнула Алисия. После этого они со Стэнли, вообще не сговариваясь, хором воскликнули “нахер её!” Теперь уже и девушка заливалась смехом. Форд шлёпнул себя рукой по лицу – казалось, он сейчас сгорит со стыда.       Диалог далее завязался на удивление просто. Стэн признался, что протащил на празднование кучу выпивки, хотя это было запрещено, и сейчас собирался начать продавать её школоте. Алисия усмехнулась – большинство старшеклассников, разумеется, любые деньги за бухло на вечеринке было готово отдать. Классная бизнес-стратегия, здорово можно было навариться!       Когда Стэнли растворился в толпе для реализации своего плана, она с Фордом осталась один на один. Вздохнув, Алисия показала через плечо большим пальцем на выход:       — Может, развеемся? Тут слишком душно. Да и ты хотя бы немного одежду на ветру подсушишь.       Форд облегчённо улыбнулся:       — С радостью. Не очень люблю такие большие скопления людей.       На пути к двери, Родригес успела стащить со стола две банки газировки. Раз уж она лишается доступа к фуршету, нужно было с собой хоть что-то прихватить!       Друзья уселись на капоте машины Стэнли – все лавочки были заняты либо компаниями друзей, либо целующимися. Взглянув на очередное такое дуо, которое явно не знало о понятии “стыд” и в открытую целовалось взасос, Алисия рассмеялась в полный голос:       — Por amor a Dios*, он её целует или съесть пытается?!       Форд с этого комментария тоже прыснул со смеху. Девушка открыла обе банки газировки и протянула одну из них парню:       — За то, чтоб такие, как они, наконец пощадили общественность и занимались подобным безобразием дома!       Брюнет принял баночку и с энтузиазмом чокнулся. Холодный напиток освежал, однако на улице и так было прохладно (дело шло к ночи, как никак), поэтому Алисия невольно поёжилась. Форд нахмурился и с сожалением сказал:       — Прости, я бы отдал свой пиджак, но он весь липкий… Ты же своё платье испачкаешь.       — Ничего страшного. Если замёрзну – зайдём обратно в здание.       Какое-то время парочка просто в комфортной тишине смотрела на звёзды – здесь, на парковке, их было довольно хорошо видно. Стэнфорд даже периодически показывал пальцем в небо, если видел какое-то знакомое созвездие и начинал про него рассказывать всё, что знал. Алисию никогда особо не интересовала астрономия, но Форда было на удивление приятно слушать.       Они так просидели где-то около получаса, пока Родригес не прервала Стэнфорда – уж слишком грустно он выглядел. А в лунном свете как-то даже особенно одиноко.       — Хей, только не говори мне, что ты до сих пор из-за той стервы переживаешь?        — Ч-что? Нет, дело не в этом, просто… – было видно, что парень не знал как описать свои чувства, поэтому ему нужно было время, чтобы подобрать нужные слова: — … Робин может и кретин, только вот он прав в одном. Я действительно фрик по меркам нашего общества.       Алисия уж было хотела начать возмущаться и начать отрицать это, но Форд поднял руку в жесте “погоди, дай объяснить”. На какое-то время девочка решила просто прикусить язык и послушать, что же он скажет дальше.       — Я одарённый ребёнок. Всегда им был, с самого детства. Но я никогда не мог выстроить какие-то долгие, крепкие, дружеские взаимоотношения с людьми. Единственный мой близкий друг – это мой же брат. Пока остальные общаются, заводят новые знакомства, начинают встречаться… Я просто смотрю. И искренне не понимаю как они так просто это делают. Я ещё в седьмом классе классе мог решить задачку по квантовой физике из университетского учебника, но как только я открываю рот, чтобы сказать хоть что-то – всё. Мой IQ будто падает до уровня табуретки!       В чувствах Форд смял уже пустую алюминиевую банку и швырнул в мусорку. Он не попал и мусор отлетел куда-то в кусты.       — Я бы наверное хотел иметь друзей. Может даже д-девушку… – последнее слово ему далось как-то особенно трудно. Будто он и сам не верил до конца в то, что это вообще возможно: —... Но чем старше я становлюсь, тем больше ощущаю себя… лишним. Чужим.        Алисия сначала даже не знала что сказать. Сердце ныло от сочувствия и жалости. Рука как-то сама собой потянулась к ладони Форда. Тот удивлённо вскинул голову и посмотрел в карие глаза девушки. Соблазн был большой, но всё же взгляда она не отвела.       — Нахрен их всех. Серьёзно, эта дыра полна высокомерных и ублюдочных придурков, которые вообще ничего из себя не представляют, но почему-то очень любят доказывать обратное всем окружающим. Таких друзей и уж тем более партнёров для отношений и врагу не пожелаешь.       Немного подумав, девушка взяла правую руку Стэнфорда обоими своими и принялась аккуратно поглаживать его фаланги пальцев. Нетрудно было догадаться, после сказанного Робином, что юного гения травили за этот дефект в первую очередь. Хотелось как-то дать понять, что далеко не все будут находить его шестой палец страшным, ужасным. Хоть как-то поддержать. Видимо, это сработало, потому как “Эйнштейн” моментально покраснел и стал похож на свежую помидорку.       — Ты умный, перед тобой явно великое будущее, но при этом ты не заносчив. Ты внимательный и джентельмен – другое дело, что обстоятельства не дали тебе шанса проявить себя, – хихикнула Алисия, кивнув в сторону мокрого пиджака, – У тебя классный брат, с которым весело. Любая, кто тебя отвергнет, ну… Просто дура, в общем.       Очки Форда сползли на край носа. Совсем осмелев, девчонка потянулась за ними и поправила на место. Сам обладатель плохого зрения шумно, прерывисто выдохнул.       На секунду обоим показалось, что температура воздуха, несмотря на то, что дул ветер, поднялась сразу на несколько градусов.       Первая сдалась под образовавшимся напряжением Родригес. Она привстала с капота машины, наклонила корпус тела так, чтобы их лица оказались совсем близко, на одном уровне. Форд даже и не думал отодвигаться – наоборот, взял девушку за талию, чтоб та ни в коем случае случайно не соскользнула вниз.       — Совсем скоро ты заберёшь аттестат и станешь студентом, а потом и учёным. – как будто заговорщически зашептала она, — Ты встретишь на своём пути ещё кучу таких же идиотов, как здесь. Но будут и хорошие люди.       Пиджак точно теперь не нужен был обоим – воздух между ними настолько сильно наэлектризовался, что стало трудно дышать, верхняя одежда просто удушила бы парочку окончательно. Тёмная чёлка свалилась на лоб парню, который явно был в растерянности, но точно наслаждался происходящим не меньше, чем мексиканка. Та лишь улыбнулась, провела ладонью, чтобы убрать пряди с глаз, а затем обхватила обоими руками шею и притянула Форда ещё ближе.       — … Хочу стать в твоих глазах именно таким человеком.       Их губы соприкоснулись. Для Алисии это был не первый и даже не второй поцелуй, но вот для Стэнфорда – да. Если честно, конечно же, он представлял себе, при каких обстоятельствах это произойдёт, но уж точно невозможно было и предположить, что всё будет вот так. Из глаз не летели искры, не было какого-то ощущения нереальности происходящего, как это обычно описывалось в книгах. Нет, наоборот, было чувство… Правильности. Её губы ощущались как что-то родное, что-то, что будто искало его всю жизнь и вот сейчас нашло. Приятное тепло разливалось по всей грудной клетке и наполняло её.        После того, как Форд отошёл от ступора, он попытался ответить на поцелуй, а потом и вовсе притянул девушку к себе и усадил на колени. Да, это было неуклюже и неловко, но так искренне и нежно, что Алисии хотелось плакать.        Кажется, в тот день она поняла, почему этот бал вся школа ждала с таким нетерпением. Возможно, в этот вечер действительно чудеса происходили чаще, чем обычно.