one

      — Ты сорвала мне сделку с Шерманом.       — Каюсь.       — Еще и заявилась в коротком платье. Никто твоими голыми ногами не любовался, принцесса, — наигранно вздыхает он с досадой. Алые глаза сверкают недобрым огоньком, а губы кривятся в надменной ухмылке. — Впредь советую не переходить мне дорогу. Третьего шанса у тебя не будет.       — Иначе бы мы не застряли сейчас здесь, в твоей ванной комнате.       Сайлас качает головой и опускает взгляд вниз, стараясь не засмеяться. Нравятся ему вздорные девчонки, способные дать отпор. С покладистыми слишком скучно, а он и пять минут не в состоянии прожить без риска.                    — Какой же ты подонок, Сайлас, — сокрушается девушка, любуясь им, как чем-то невероятно прекрасным. Рука сама тянется пропустить между пальцев серебристые пряди, взмокшие от горячих паров воды. — Тебя все боятся. Разумеется, на сделке никто не осмелился взглянуть на меня, когда ты только и делал, что пожирал…       Остаток вспыльчивой тирады она проглатывает — из-за толчка его бедер о ее бедра, имитирующего начало полового акта.       — Скотина.       — Ненадолго, — самодовольно мурлычет он, проводя ладонью по талии девушки, и до красных отметин впивается пальцами в ягодицу. — Эту скотину ты будешь молить о заветном освобождении. Даже не надейся, дорогая.                    В знак отмщения она пытается ударить его по шарам, но силы неравны. Если бы он не играл в поддавки, они бы уже находились в ином положении. Оба знают, что Сайлас позволяет ей оказывать сопротивление, устраивать сцены. Всё давно закончилось бы после всего одного его пленительного поцелуя.       — Я не отступлю.       — А иначе какой без этого азарт? — издает мужчина смешок и наклоняется к ее шее. Она с удовольствием подставляется под прикосновение мягких губ. — Уже сдаешься?       — Ни… никогда… ах, — срывается девушка на протяжный стон от ощутимого укуса. По телу импульсом проносится дрожь нетерпения. Не останавливайся. Она вонзает ногти в ладони, сдерживаясь от того, чтобы так откровенно не показать, насколько ей хорошо с ним.                    — Никогда? — повторяется мужским эхом.       Его томный, глубокий и до замирания сердца мрачный голос заставляет ее гореть изнутри. От раскаленного воздуха в помещении становится труднее дышать. Обнаженная грудь Сайласа высоко вздымается. Ритм его сердца, должно быть, достиг запредельных показателей, словно он без остановки бежит длительный марафон.       Если так чувствуется приближение смерти, то она готова каждый день погибать в его руках.       — Скажи это.       — Обойдешься, — отвечает она с неуверенной улыбкой. Глаза и губы блестят от желания скорее отдаться противнику. Со стороны ему куда виднее, что выражается на ее лице. — Отпусти меня.       — Лучше.       — Да пошел…       — Лучше старайся, — медленно проговаривает он сквозь зубы и ловит ее взгляд. Ловушка захлопывается. — Скажи те самые три слова.       Настойчивость делает его еще более привлекательным. Волнующим. Язык перестает слушаться вместе с остальными частями тела. Хочется сказать одно, но внутренний голос твердит об ином.                    — Я…       — Да? — сильнее вжимает он ее бедрами в плиточную стену. Губы обдает жарким и сбивчивым дыханием. — Говори.       Не могу. Не могу. Я не… чтоб тебя, Сайлас.                    — Я ненавижу тебя.       — Вот, умница. Было же совсем просто, — посмеивается мужчина, просовывая руку между ее ног. — Раздвинь шире, — шепчет, касаясь губами покрасневшей щеки. — Сделай это для меня.       Манипулятор херов.       В ее планы не входят разрушение его империи и лишение огромного влияния. Порядка этим не добиться. Станет только хуже, ведь кто сможет прийти на место Сайласа? Зона кишит преступниками. Убийцами. Она хотя бы знает противника в лицо, и это немного успокаивает. Тем более он сам не намерен избавляться от нее навсегда, иначе всё закончилось бы в их первую совместную ночь.       Заискивающие просьбы о подчинении — сущие пытки. Апогей безумия. А ее сопротивление с применением насилия — мазохистская игра для него.              Сайлас жаждет, чтобы пойманная жертва боролась до отчаянного хрипа и готовности продать душу за близость с врагом. Сладкий момент триумфа он растянет не на час и не на два.       Скорее солнце воссияет над зоной N109, чем у них обоих получится остановить эти встречи.