Эпилог. Пять лет спустя

      Рядом со стелой, что поставили у здания космического порта на Луне, редко кто задерживался. Кто-то считал её слишком скорбной, кто-то — памятникам греху во имя выживания, а кто-то просто старался об этом не думать. Именно поэтому прохожие оборачивались, глядя на троих девушек, что замерли рядом со стелой, будто бы став частью композиции. — Это так… Странно, — сказала Кира, глядя не на памятник, а на оранжево-красные терраконские цветы у его подножия. Её рука сама по себе, автоматически, гладила спящего кеноки, что повис на её плече. — Когда стоишь здесь… Кажется, что это всё история. Когда-то давно было. Но это… Мы были в этом. — Да, — ответила Хина, ища глазами имя Майи Буш на стеле. — Мы были. И оставили там часть своей души. — Знаешь… — задумчиво произнесла Стоун. — А я будто бы верю, что… Что её призрак летит с нами и, наверное, усмехается, что мы опять лезем в… потенциальное пекло. — Поэтому и важно… Не допустить повторения, — подала голос Элис. На ней, в отличие от подруг, сменивших мундиры на халаты врача и учёного, была всё та же униформа, но уже с серебристым жетоном младшего лейтенанта, что ей выдали сразу же после окончания Академии. — Но… В любом случае, если будет угроза — я готова защищаться. Жестко. Решительно, — в её голосе не было злобы. Он звучал твёрдо, уверенно, а взгляд… Взгляд при этом стал таким же холодным, как на Терраконии. — А знаете, Парламент на прошлой неделе опять застопорился из-за квот на воду для зоны Миглиора, — почувствовав напряжение, решила перевести тему Чан. — Зато из Орайи пишут, что первый совместный университет с земными агрономами наконец-то достроили, — подхватила Кира. — Говорят, пытаются скрестить земную пшеницу с локальными злаками. — Пускай спорят, — ответила на это Ок’Дэйл. — Пока они спорят в Парламенте по правилам, а не стреляют друг в друга в лесу — это прогресс. Наша же задача… Обеспечить им эту возможность и защитить интересы Земли. — Время, девочки, — вздохнула Стоун. — Пора… Пора к кораблю. Исследовательское судно «Галилей», если я ничего не перепутала… Элис знала, кто будет капитаном. Ей сообщили при назначении. Тот, кого она сначала ненавидела, тот, кто сначала считал её слабой идеалисткой, неспособной командовать… Но потом увидел в ней силу. Ту, что есть далеко не у каждого. Силу остаться человеком, даже став инструментом войны. Ок’Дэйл увидела его у трапа. Николас стоял у люка, облокотившись об перила, и просматривал что-то на планшете. Но, заметив девушек, отвлёкся. И тогда… Элис поймала его взгляд. Взгляд, в котором было… Узнавание. И взгляд, который задержался на ней слишком долго.