Часть 16. Кризис и борьба (Crisis and Fighting)

6 июля 1960 года. В период летних каникул преподаватели завтракали в учительской или же в отдельно в своих комнатах, вместо того, чтобы посещать целую церемонию в Большом зале. Минерва была крайне тосклива тем утром. Альбус отправился в Берлин на неделю, чтобы принять участие на Международной Конфедерации Волшебников. Будучи пять лет в романтических отношениях, Минерва сильно скучала по нему, когда ему нужно было отлучиться, пусть и на несколько дней. Она была совсем как молодая влюбленная девушка, подавленная отъездом своего возлюбленного. Ни один человек на этой планете никогда бы не увидел Минерву МакГонагалл в столь легкомысленном поведении. За исключением, возможно, Альбуса. Профессор МакГонагалл, как и заведено, не была заинтересована в размеренной беседе коллег, предпочитая изучать новый выпуск Ежедневного Пророка. Она едва не подавилась, увидев заголовок на третьей странице.

Эдвард Поттер назначен главой отдела Магического Правопорядка.

Минерва внимательно прочитала статью, отмечая, как много людей восхваляли способности Поттера и его профессионализм по отношению к новой должности. Казалось, он был популярен, чему Минерва безусловно была рада. Хелен заслужила быть замужем за хорошим мужчиной, даже если её первое впечатление насчет Поттера было иным. Когда она дочитала до последнего абзаца, одно предложение шокировало её: Эта должность приносит мистеру Поттеру еще больше счастья, поскольку совсем недавно у него и его жены появился первый ребенок. Хелен родила ребенка. Минерва была его тетей. Минерва просмотрела статью от начала до конца, но больше не было ни одного упоминания о ребенке. Был это мальчик или девочка? Когда был день рождения? Как его зовут? Хелен и Эдвард были женаты почти десять лет. Минерва не была приглашена на свадебную церемонию, не получила никакого известия насчет её племянника или племянницы. Было ясно как день, что Поттеры не хотят иметь с Минервой ничего общего.

***

Вечером ожидалось возвращение Альбуса. МакГонагалл поднялась в его комнаты и немного посидела с Фоуксом. Птица заметила её очевидное беспокойство и спела несколько нот, отчего Минерва внезапно почувствовала себя лучше. Мысли о сестре вдруг испарились, и преподавательница сосредоточилась на вещах поважнее. Альбус был счастлив оказаться вновь дома. Конференция вышла информативной и приятной. Ему представили много новых людей, все они были очень авторитетными в своих кругах, и ко всему прочему Альбус наконец встретил своих старых друзей. Но быть вдалеке от Минервы казалось невыносимым. За последние три года он привык находиться в её обществе, несмотря на огромную занятость преподавательницы, ибо должность декана означала непрерывную работу двадцать четыре часа в сутки. Но они находили друг для друга несколько драгоценных часов, пока Альбус отвечал на почту, а Минерва подписывала документы. Когда профессор вошел в кабинет, его встретили огненно-красная надпись "С возвращением", парящая над его столом, и стрелки, ведущие к лестнице. Усталость с дороги исчезла, не оставив после себя и следа. Минерва ждала Дамблдора в легкой шелковой пижаме, которая прекрасно подчеркивала её сияющую кожу. Тот обхватил преподавательницу за талию, покружил и нежно поцеловал. Она отстранилась с мягкой улыбкой. — Рада видеть тебя. — Я рад не меньше, моя дорогая. Как же я скучал. Остаток вечера был посвящен любви и чувственности двух влюбленных, оказавшихся, наконец, вместе.

***

Следующий день выдался столь ленивым, что Альбус и Минерва даже не стали переодевать свои уютные халаты. Профессор МакГонагалл расспросила Дамблдора насчет прошедшей конференции, чувствуя легкую зависть от того, каких великих волшебников и волшебниц повстречал Альбус. Помимо этого, он извинился за свое опоздание накануне вечером, объяснив это короткой встречей с Аберфортом в "Кабаньей голове". Минерву словно ударили чем-то тяжелым при упоминании брата Альбуса. Это напомнило ей о семье и боли, которую она испытывала от неосведомленности о жизни собственного племянника. Она не хотела тревожить Альбуса своими проблемами, ибо придумать к ним решение было невозможно и, вероятно, бесполезно. Так что Минерва не нашла ни одной разумной причины зацикливаться на этом слишком долго. Её поведение не осталось незамеченным. — Минерва, ты в порядке? Она взглянула на него и улыбнулась, как ни в чем ни бывало. — Разумеется. Почему должно быть иначе? — Ты крайне задумчива в последнее время, — произнес он, придвигаясь к ней на диване. — Я в порядке, правда. Альбус обернул свою руку вокруг талии Минервы. — Правда это или нет, как ты смотришь на то, чтобы провести День Взятия Бастилии в Париже? Глаза преподавательницы засияли. — Это шутка? — Нет, моя дорогая. У одного из моих старых друзей и его супруги есть замок недалеко от города. Когда я увидел его на конференции, он пригласил нас присоединиться. — Нас? — Минерва вскинула брови. — Я рассказал ему, что встречаюсь с замечательной женщиной, оставить которую я не могу, — произнес Дамблдор, одарив МакГонагалл нежным поцелуем в лоб. Она посмеялась. — Я бы с удовольствием поехала. Когда мы уезжаем? — Мы отправимся в пятницу и пробудем у них неделю, если все пройдет по плану. — Чудесно! Я сообщу Поппи. В случае чего, она сможет сказать, что я в семейном поместье. Профессор улыбнулся и слегка поцеловал кончик её носа. Минерве повезло иметь такую подругу, как Поппи. Альбус был действительно рад, что ей есть с кем поговорить и провести досуг. — Замечательно, я пошлю сову Николасу и Пернель. Минерве показались знакомыми услышанные имена, но она не могла понять, почему именно. Однако, когда они прибыли в просторный дворец, она была представлена супружеской паре, которая поразила её до глубины души. Мужчина средних лет, волосы которого были лишь слегка тронуты сединой, в очках с круглой оправой и ухоженной бородой радушно поприветствовал гостей. — Добро пожаловать в нашу скромную обитель! Так любезно с вашей стороны, что вы согласились навестить нас, — он пожал руку Альбуса и наклонился, чтобы слегка прикоснуться губами к тыльной стороне ладони Минервы. — Николас, это — Минерва МакГонагалл. Минерва, позволь представить тебе Николаса Фламеля. — Николас Фламель! — женщина затаила дыхание. — Альбус, тебе следует предупреждать людей перед встречей со мной. И да, мисс МакГонагалл. Меня зовут Николас Фламель, именно я открыл Философский камень, свойства которого позволяют изготавливать Эликсир Жизни. Мне исполнится 633 года в следующем месяце. Моей супруге Пернель 612 лет. И сейчас, пока мы не чересчур отошли от темы, мы можем насладиться нашим чудесным времяпрепровождением и узнать друг друга получше, — сказал мужчина несколько скучающим тоном. Должно быть, подумала Минерва, ему не очень то нравится рассказывать о себе. Но мгновение спустя тот дружелюбно улыбнулся. Николас и Пернель пригласили гостей войти внутрь. Их дом был наполнен произведениями искусства и мебелью в стиле последних пятисот лет. Удивительно, но это оказало приятный эффект. Минерва чувствовала себя как ребенок в магазине сладостей. На столько всего можно было посмотреть, а образованность Фламеля едва ли не доходила до абсурда! Альбус усмехнулся, глядя на детское любопытство Минервы. Он знал, что ей понравится, как и ему в свое время. Пернель Фламель спустилась с парадной лестницы, дабы познакомиться с гостями. Вот уже второй раз за последние десять минут Минерва застыла с открытым ртом. Пернель была самой гламурной женщиной, которую она когда-либо видела. Ее блестящие волосы цвета шампанского были уложены в замысловатую прическу. На коже был легкий румянец, а на розовых губах играла широкая дружелюбная улыбка. Одета она была в лавандовое платье и потрясающие туфли в тон. Но наиболее изысканной частью всего образа были украшения. Казалось, что её пальцы, уши, шея и запястья были полностью покрыты золотом. Будь на её месте кто-либо другой, на нем такое количество драгоценностей было бы чересчур огромным. Но на Пернель это выглядело вполне естественно и элегантно. — Минерва, разрешите представить Вам мою дорогую супругу, Пернель, — Николас подал жене свою ладонь. — Милая, знакомься, это Минерва, восхитительная женщина, о которой ведал нам Альбус последние, кажется, ... двадцать лет. Пернель тепло поприветствовала Минерву с едва уловимым французским акцентом. МакГонагалл была искренне рада, что мадам Фламель состояла в счастливом браке, ведь ни одна женщина в мире не могла сравниться с ней. Она была исключительной красоты дама. Однако Минерва не могла не почувствовать легкий укол ревности, когда Пернель поцеловала Альбуса в щеку. Николас и Пернель проводили их в гостиную, во время чего преподавательница едва слышно шепнула Дамблдору на ухо: — Двадцать лет? Он засмеялся и приобнял Минерву за плечи. — Вначале ты была моей блестящего ума ученицей, затем бывшей студенткой, публикующей свои исследования, после — моей выдающейся коллегой, и в настоящее время изумительная леди, которой я предан всем сердцем. Выходит, что действительно так. Я в самом деле говорил о тебе двадцать лет. Минерва улыбнулась, нежно прикоснулась к его щеке и провела пальцами по отросшей бороде. Две пары выпивали в гостиной, весело болтая об Алхимии, Трансфигурации, Хогвартсе, Франции и прочих вещах. Пернель учтиво попросила прощение и отлучилась на кухню, чтобы закончить с ужином. — Тебе обязательно понравится, моя дорогая, — заверил Альбус, — Пернель замечательно готовит. Минерва была немного удивлена, представив, как Пернель Фламель, которой 612 лет и которая вся увешана дорогими украшениями, утруждает себя приготовлением ужина. Николас, казалось, прочитал её мысли. — Мы с Пернель выросли в бедных семьях, у нас никогда не было домовых эльфов. В связи с этим мы собственноручно готовили и убирали. И поверьте, у нас было предостаточно времени, чтобы научиться делать и то, и другое, — сказал он с улыбкой. Час спустя в столовой, выполненной в Викторианском стиле, им подали великолепный кок-о-вен. — Пернель, это просто потрясающе! Альбус нисколько не преувеличил ваши таланты, — воскликнула Минерва. — Я несказанно рада, что тебе понравилось, Минерва. Помнится мне, это самое любимое блюдо нашего Альбуса. Готовлю его всякий раз, когда ему удается найти время навестить нас. Остаток роскошного ужина был посвящен обсуждению планов на грядущую неделю. Они единогласно решили, что стоит посетить центр Парижа в День Взятия Бастилии. Николас и Пернель лично присутствовали на штурме Бастилии, и им доставляло огромное удовольствие наблюдать за маггловскими празднованиями из года в год.

***

Утром 14 июля Пернель показала Минерве свою огромную гардеробную. Размером она была приблизительно с их обеденную комнату и была доверху заполнена одеждой всевозможных цветов и стилей, как волшебной так и маггловской. Минерва не взяла с собой никакой маггловской одежды, так что Пернель позволила ей взять все, что она пожелает. С помощью нескольких простых заклинаний Пернель приодела Минерву в симпатичную темно-синюю юбку-карандаш до колен и сочетающийся с ней блейзер поверх шелковой блузки. Также она настояла на том, чтобы сделать Минерве прическу. Взмахом палочки Пернель сотворила легкие волны в старомодном Голливудском стиле на её волосах. Девушка оказалась приятно удивлена своим внешним видом. Пернель внимательно взглянула на свою работу в зеркале. — Как же тебе повезло, дорогая, что тебе не нужны никакие косметические вмешательства. Достаточно тебе встать с постели, и ты уже красавица! Должна признать, я очень завидую. Минерва сделала паузу, надевая свои любимые серьги. — Мне трудно поверить в это, мадам Фламель. Вы, несомненно, самая прекрасная женщина, которую я когда либо видела. — Ты так мила. Но спустя 612 лет я отыскала множество способов, как выглядеть красивее для своего мужа. Он преподносит мне украшения, по его словам, "чтобы подчеркнуть мою красоту"... Но я проделываю огромную работу, чтобы драгоценности выглядели на мне достойно, — хохотнула Пернель. Минерва нанесла немного блеска на губы, чтобы та почувствовала себя чуть лучше. Две женщины в маггловском одеянии спускались с лестницы, встречая своих мужчин, которые выглядели очень элегантно в костюмах-тройках. — Ну наконец-то! Я уж начал думать, что мы опоздаем в ресторан, — проворчал Николас, беря жену под руку. Она шутливо отругала супруга. — Будет тебе, Николас. Ты ведь знаешь, что нам всегда рады. Альбус поцеловал Минерву в щеку. — Вижу, Пернель приложила руку к твоему образу. Ты выглядишь очаровательно, моя дорогая. — Мне пришлось не на шутку постараться, чтобы отговорить её надевать на меня половину своих украшений. Но я рада, что тебе понравилось. Ты и сам замечательно выглядишь. — Благодарю. А теперь, нам следует идти. Николас терпеть не может опаздывать, — вполголоса проговорил Дамблдор. Они покинули замок и через некоторое количество времени оказались перед рестораном "Le Jules Verne". Минерва обернулась вокруг своей оси, пытаясь понять, где они находятся. Прямо позади них был балкон с видом на Париж. Они находились на высоте 148 метров, на втором этаже Эйфелевой Башни. Управляющий лично поприветствовал Фламелей и провел четверку к лучшему столику в ресторане. Угощения были божественными, а вино изысканным. Когда они закончили с десертами и кофе, ожидаемого счета за блюда не последовало. Николас и Пернель просто встали, чтобы уйти, и Минерва с Альбусом присоединились к ним. На пути к выходу Николас прояснил ситуацию: — Я частичный владелец этого заведения. Жуль Верн был моим очень хорошим другом, и ко всему прочему прямым потомком сестры Пернель. Я помог с финансированием ресторана и назвал его в честь нашего прапра… и так далее, племянника. В конечном итоге я никогда не плачу за еду здесь. Минерва лишь коротко кивнула и притихла. Племянник. У нее ведь тоже есть племянник. Или, возможно, племянница. Она не знала и не собиралась узнавать в ближайшее время. Её подавленное состояние нахлынуло с новой силой. От Альбуса не утаилась резкая перемена в её настроении. — С тобой все в порядке, Минерва? Она попыталась изобразить улыбку. — Все хорошо, не волнуйся. Разумеется, он не поверил ей, но решил больше не затрагивать эту тему. Она бы не стала скрывать, будь что-то не так. Он оставил приободряющий поцелуй на ее виске, по мере того, как они шли вдоль Сены с Фламелями. Минерва погрузилась в глубокие раздумья по дороге в сад Тюильри. Они остановились в толпе магглов, наблюдающих за красочными фейерверками. Дамблдор стал испытывать беспокойство, причиной которому послужила молчаливость Минервы. — Ты уверена, что ничего не случилось? — Я в порядке, Альбус. Однако, если ты продолжишь расспрашивать меня, я начну злиться, — ответила она, бросив сердитый взгляд. — Извини меня, — тихо отозвался он. — Не беспокойся, это лишь мелочи. Но я ценю твою заботу, — показывая, что не держит на него зла, Минерва нежно поцеловала его в губы. Внезапный крик прервал их поцелуй. Неподалеку собралась вульгарная компания пьяных молодых людей, в центре которой стояла Пернель и флиртовала с ними по-французски. Николас наблюдал за происходящим, забавляясь тем, насколько привлекательной его жена кажется другим людям. Но один из французов заметил Минерву и Альбуса. — Эй! Красавица, ты слишком молода для него. Не целуй его! Пошли лучше со мной! — Он схватил Минерву за талию и силой оттащил от Альбуса. Девушка вскрикнула от неожиданности. В Альбусе вспыхнула ярость. — Отпусти её! — крикнул он. Француз проигнорировал его слова, и тогда Альбус оглушил его. Мужчина упал, а Альбус подхватил Минерву и трансгрессировал вместе с ней. Когда они возвратились в замок, Альбус отпустил Минерву и с тревогой оглядел с головы до ног. — Ты в порядке? Она все еще была немного потрясена, но прилив адреналина моментально спал, и она смогла улыбнуться своему спасителю. — За сегодняшний вечер ты спрашиваешь у меня этот вопрос уже третий раз. И я все еще в порядке. Но право, Альбус, я думала физическое насилие тебе не свойственно. — В данной ситуации твоя безопасность была превыше всего. Я сожалею, что стал причиной сие зрелища, — он приклонил голову от стыда. Минерва положила свои руки на плечи Альбуса. — Могу я выразить благодарность моему храброму рыцарю? Она нежно прикоснулась к его губам своими, однако раздавшийся хлопок вынудил их отстраниться. Николас и Пернель только что вернулись домой. Мадам Фламель хихикнула, увидев следы помады на губах Альбуса. Николас был не в восторге. — Альбус, ты в курсе, что мне пришлось стереть память целой толпе пьяных магглов после твоего грубого трюка? Тебе чертовски повезло, что французское Министерство знает, что я в состоянии разобраться с ситуацией самостоятельно. Пернель взяла супруга за руку, — дорогой, ты ведь все уладил. Все кончено. Пусть Минерва продолжит благодарить Альбуса. Пройдем со мной внутрь, пожалуйста. Он взглянул на свою жену и тут же смягчился от ее привлекательной улыбки. Альбус шагнул в их сторону. — Николас, я искренне прощу прощения, что доставил тебе проблемы. — Не бери в голову, Альбус, — ответил Николас, не отрывая глаз от своей жены, — Пернель права. Всё закончилось, никто не пострадал. Я бы поступил точно так же, если бы кто-то из этих мерзких лягушек поднял руку на мою любимую. Он повел жену в дом, а та обернулась и подмигнула влюбленным, оставшимся стоять на лужайке перед домом.