Глава 3. Контроль.

Спустя несколько мгновений я уже стоял на одном колене, держа в руках готовую к бою винтовку. Я внимательно смотрел по сторонам, пытаясь увидеть что-нибудь необычное. Через пару секунд луна вновь начала бледнеть, а в костер будто плеснули жидкий кислород. - Скажи мне, какого хрена? — процедил я, взглянув на Смирнову. - Я знаю не более твоего. И вообще это ты накаркал, — на полуслове ее голос дрогнул. Я хотел было сорваться, но сдержался. Сейчас точно не время. Я рывком встал и направился к рюкзаку. - Нам надо уходить отсюда. Плевать на вещи, берем только самое необходимое, — я взял нательную сумку, где были наши паспорта и прочие документы, и перебросил ее через плечо, — надеюсь ты помнишь дорогу назад.

***

До станции мы добрались без лишних приключений, несмотря на кромешную темноту. Даже не дул промерзлый ветер — царил абсолютный штиль. Те немногочисленные звуки, которые были слышны, были уминающийся под ногами снег и наше тяжелое дыхание. Мы даже не разговаривали между собой. Когда мы оказались на станции, единственным источником света, помимо наших фонарей, все также была только полная луна. Я сел на скамейку и задумчиво глядел на небо, размышляя о чем-то своем. Большая луна, словно издеваясь, глядела на нас сверху и озаряла все тусклым бледноватым свечением. - Антон.., — впервые за несколько минут Смирнова прервала «радиомолчание». - Чего тебе? — я искоса глянул на испуганное Катькино лицо. В свете фонаря ее лицо было похоже на морду оленя в свете фар, который уже осознал, что эта многотонная железяка, несущаяся на него со скоростью под две сотни километров в час, не собирается останавливаться. - Я проебалась, признаю, — Смирнова тоже села на скамью и сложила руки в замок. - Да ничего, я тоже, — хмыкнул я, — на кой хуй я согласился вообще. Даже если живыми выберемся, приятного мало. Одна только палатка, которая там осталась, пятьдесят кусков стоит. И это не говоря уже обо всем остальном. Свет большой фары приближающегося поезда ударил по глазам. Он был метрах в двухстах от нас. Как только мы его раньше не заметили? Я отбросил калаш за территорию перрона. Состав быстро приближался, пока, наконец, не прибыл на станцию, оттормозившись. Самый ближайший к нам вагон был с сидячими местами, однако выбора у нас не было, — остановка здесь очень непродолжительная. Зайдя в теплый и совершенно безлюдный (что нас в тот момент нисколько не забеспокоило) вагон, мы присели на мягкие кресла у выхода. - Надеюсь, эти билеты сойдут, — я порылся в сумке с документами и достал два распечатанных листа со штрихкодами, — надо только дождаться проводника. Катя достала телефон и глянула на время. - Погуляли ровно час. Только восемь утра, — она задумчиво постучала пальцами по задней крышке устройства. Я промолчал. Автоматические двери закрылись и поезд тронулся. Стоило мне прислониться всем телом и головой к сидению, как усталость дала о себе знать. Смирнова последовала моему примеру и вскоре нас выключило.

***

Я проснулся от холода. Снова темнота. Я огляделся. Вроде бы мы еще находились в вагоне, но что-то в нем было иначе. Из-за сплошной мглы невозможно было сказать, что конкретно было не так. Разве что двери были открыты нараспашку. Я растолкал дремлющую Катьку. - Ну че, вставай, приехали, — я взял и перекинул сумку через плечо. - Че за? — Смирнова открыла глаза и почти мгновенно вскочила. - Нельзя, как видишь, просто так отсюда выбраться. Пойдем назад к озеру. И если есть еще какая-то информация об этом месте — самое время мне об этом рассказать. Мы вышли на перрон. Я подошел к тому месту, куда выбросил винтовку, и (вот неожиданность!) она лежала на снегу совершенно нетронутой. Я подобрал ее и вернулся к Кате. - Тох, знаешь, сколько времени прошло? — она вертела в руках смартфон. - Вероятно, либо слишком много, либо слишком мало, — равнодушно ответил я. - Ага. Прошло пять минут, — она показала ярко светящийся дисплей, где белые цифры отображали 8:05. Голову посетила интересная мысль. - Катюх, а открой-ка навигатор. Ну или онлайн карты, не знаю. - Зачем? — она вопросительно посмотрела на меня. - Я кое-что подозреваю. Это, конечно, звучит вовсе не логично, но хотелось бы убедиться. - Ладно, как скажешь, — Смирнова зашуршала в смартфоне и неожиданно выдала, — блять, Карибы! - Че.., — я даже не успел договорить, как она продолжила. - Ха, а теперь Гонконг. Ща, подожди… опа, Каир. Ради интереса я достал свой мобильник и тоже зашел в карты. - Мы в Дубаях, ёптель, —я невольно засмеялся, увидев на дисплее метку, которая была в центре столицы ОАЭ, и вспомнив древний мем, — а теперь в Екатеринбурге. - Где бы мы сейчас не были, тут не GPS-ка не пашет. А она даже без связи работать должна, — Катя задумчиво достала сигарету и начала чиркать зажигалкой, — вывод, либо мы в центре Москвы, что очевидно не так, либо… - Не хочу даже думать.., — мрачно подытожил я, — надо вернуться в лагерь. Как зашли, так и выйдем. Надеюсь. Передернув затвор и убедившись, что винтовка была в боеготовности, я зашагал по перрону. Смирнова последовала за мной. Спрыгнув с него на тропинку, мы выдвинулись в лес. Катя шла впереди, поскольку лучше меня ориентировалась на местности, я шел за ней, держа автомат наготове. Полпути прошли спокойно. А потом сбоку, метрах в десяти от себя я увидел до боли знакомую фигуру. Я встал как вкопанный. Там стояла моя бабушка. Та, что была мертва уже несколько десятилетий. Она словно светилась во всем лесном мраке, поэтому я заметил ее боковым зрением, даже не светя туда фонарем. Концы ее белого платка, замотанного вокруг головы, развевались несмотря на штиль. Она смотрела на меня серыми глазами и лицо ее источало… равнодушие? - Подойди ко мне, внучок, — родной голос резанул по ушам. - Сейчас, ба, — я двинулся в сторону бабули, тем самым свернув с протоптанной моей подругой тропинки. - Чего… Э, ты куда пошел? — Смирнова окликнула меня, но я не слушал, — блять! — чертыхаясь, она двинулась в мою сторону. К тому моменту я подошел вплотную к бабушке. - Ты не должен тут находиться. И твоей подружки это тоже касается, — она укоризненно посмотрела на меня, — ты помнишь, заговор против нечисти, которому я учила тебя? - На острове Буяне, на синем океане, стоит домовина, в ней — сало и глина, волосы седые — чертям еда, а раба божьего Антона не тронут никогда. Бесы забудут дорогу к дому. Мёртвое — к мёртвому, живое — к живому! — слова двадцатипятилетней давности всплыли из глубин сознания, и я протараторил их будто в первый раз. Наваждение в виде моей бабушки тут же исчезло. Я не знал, что и думать. Руки затряслись, а холодный пот прошиб все тело. Вдруг кто-то дотронулся сзади до моего плеча. Я резко развернулся, направив дуло в предполагаемого противника. - Свои, придурок! — почти закричала Катя, подняв руки вверх. - Извини, — я опустил ствол винтовки, — просто показалось. - Ты почему свернул с тропы?! — впервые за последнее время она вышла из себя. - Увидел… неважно. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что это все проделки моего подсознания, и на самом деле я просто сейчас лежу в палате с мягкими стенами и пускаю слюни под себя, в то время как за мной наблюдают все мои близкие. Все произошедшее казалось настолько нелогичным и непонятным, что на миг захотелось просто бросить попытки выбраться и… что? Я и сам не знал, как делать дальше. Но, по всей видимости, Смирнова просто так сдаваться не собиралась. - Так, все, — она взяла меня за руку и с силой потащила за собой, — тут немного осталось дойти. Оставшийся путь до лагеря я запомнил слабо. Я прокручивал в голове слова заговора против нечисти, думая о том, что они как-то нам помогут. Ноги вязли в снегу, а фонари периодически мерцали из-за низкой температуры. В конечном счете мы оказались у костра, который даже не успел потухнуть. Я плюхнулся в снег. Катя подбросила дров и села рядом со мной. - Пиздец, — она достала очередную сигарету, — мысли есть? - Никаких, — я смотрел, как огонь медленно поглощает дрова, а голова отказывалась соображать. Пламя пожирало древесину ровно также, как и постепенно угасала наша надежда, что мы отсюда выберемся живыми и в добром здравии. В какой-то момент я начал вспоминать своих родителей и думать о том, как они расстроятся, когда узнают, что я пропал. Совершенно не понимая, что если человек исчез в этом месте, то шансов вернуться у него нет. Также вспоминал коллег по работе, друзей. Даже тех, с которыми не виделся много лет. Ромка, Бяша… Алиса… «Я так и не уверен до конца, существовала ли эта плутовка на самом деле…»

***

Большую часть дня мы проспали в палатке. С собой из дома я притащил портативный электрический обогреватель, так что внутри было достаточно приемлемо, также учитывая, что формфактор нашего «убежища» представлял собой воздушную подушку, потому наши спины не мерзли. По пробуждении мы даже почти забыли о той странной вылазке, а «кровавую луну» просто списали на усталость. Я проснулся около пяти вечера. Катя дрыхла рядом, тихо посапывая. Я нащупал очки и осторожно, стараясь не разбудить ее, подполз к выходу из палатки и, надев берцы и прихватив винтовку, вышмыгнул из-под брезента. И обомлел. Воспоминания навалились на меня снежным комом, отчего у меня слегка заболела глаза. Я снял очки, протер линзы перчаткой и надел их снова. Нет, все же не показалось. Темный силуэт у костра сидел ко мне спиной абсолютно неподвижно. Но через несколько секунд его рука в кожаной перчатке взяла несколько поленьев и кинула их в костер. Те почти сразу начали приятно потрескивать. - Может, перестанешь стоять как истукан и присядешь, Тош? — голос, который я не слышал так давно, резанул по ушам. Все еще не веря своим глазам, я подошел к костру и сел рядом с ней. - Как вас так угораздило-то? — Алиса наконец взглянула на меня, так что я смог повнимательнее рассмотреть ее морду. Видно, что постарела за столько лет, но в глазах все тот же бешеный огонек, что был с ней на протяжении всей нашей дружбы. После того, как я уехал из поселка, я вспоминал о ней всего пару раз. Видать, судьба распорядилась, дабы я снова увидел свою давнюю подругу воочию. - Этой ненормальной спокойно не живется, — я кивнул в сторону палатки, — а меня с собой зовет. В первый раз я чисто из-за научного интереса поехал с ней, а после пообещал, что больше никогда… - Но ты сорвался, — лисица усмехнулась, — она тебе нравится, признайся уж. - Не думал об этом. Некоторое время мы молчали. Где-то вдалеке завыли волки, и я инстинктивно поднял голову наверх в поисках луны. Но на черном небе уже ничего не было — к тому моменту она уже зашла за горизонт. - Как ты вышла на нас? — я прервал паузу. - Я контролирую это место.., — она прервалась на секунду, будто обдумывая что-то, после чего продолжила, —в том числе… Обычно я тусуюсь у себя там.., — Алиса мотнула головой в случайном направлении, — и это единственное закрепленное за мной место, где обитают люди. Поэтому я очень удивилась, когда увидела, что тут кто-то есть. Еще и в таких метеорологических условиях. - А все те пропавшие люди — твоих лап дело? - Лично я никого не убивала и рассудка не лишала. Место само по себе нехорошее… мягко говоря, — после этих слов Алиса встала и потянулась, — что-то я заговорилась. Короче, пока луна не взошла, тут безопасно. Ваш поезд будет на станции в 19:39, то бишь через полтора часа. Буди свою подружку и оба сматывайтесь. Следующий восход луны вы вряд ли переживете. Я встал на ноги, оттряхнув снег со штанов. Алиса приобняла меня и медленно зашагала прочь. - Сколько тебя помню, ты всегда убегала, причем довольно быстро, — я смотрел ей в след, приподняв бровь. Она повернула голову в мою сторону. - Возраст уже не тот, чтобы бегать, — она в последний раз обвела меня взглядом, — надеюсь, еще увидимся. Приезжай как-нибудь в поселок.

***

Катя была, мягко говоря, несильно довольна пробуждению. Однако, после того, как она пару раз меня обматерила, все же соизволила подняться и начала складывать вещи вместе со мной. - Ты уверен, что пока луна не взошла, тут безопасно? — она периодически оглядывалась по сторонам в поисках чего-то подозрительного. - У меня… шестое чувство, скажем так, — соврал я, — так что да, уверен.

***

Дальше все развивалось весьма скучно. Мы без проблем дошли до станции, где сели на поезд. Проводник оказался доброжелательным и не стал выкидывать нас из поезда, после того как выслушал нас. Лишь осторожно намекнул нам, что мы не первые. По приезде нас уже ждали на допрос. Версия с галлюцинациями и прочей чертовщиной им удивительной не показалась. У нас даже ничего не изъяли по причине того, что мы даже не успели ничего сфотографировать/заснять. Лишь заставили дать подписку о неразглашении и отпустили.

***

Прошла уже неделя, как я вернулся домой. Благодаря отпуску, я уже почти отошел от всех недавних потрясений. В отличие от Катьки, которая по возвращении через несколько дней вышла на работу. Мне кажется, ей нужен отдых. И я знаю, куда мы поедем с ней в следующий раз. Настала пора кое с кем ее познакомить.