Лучшее решение

После довольно долгого молчания Ал немножко ехидно спросил: – Ну и как вам по итогу новая жизнь-то? – Ой, отвянь, Ал! – чистосердечно рассмеялся Флетчер. – Сам всё отлично знаешь! – Не жалеешь? – Ал лукаво сощурился, искоса глянув на друга. Флетчер укоризненно фыркнул, взглянув Альфонсу прямо в глаза. – Издеваешься, да? – На самом деле, так странно вспоминать свои тогдашние чувства и понимать, что нас ждало впереди на самом деле, – усмехнулся Рассел, снова откинувшись на спинку сиденья. Все «защитные кресты» в его жестах пропали – ноги он вытянул перед собой, руками опирался на сиденье. – Ну да, – хмыкнул Эд, с интересом наблюдавший за ним на протяжении всего рассказа. – Кто бы мог подумать, что такой придурок, как ты, получит в ведение все лаборатории страны, станет трижды героем Аместриса и обзаведётся красоткой-невестой с перспективой рождения двойни... – Заткнись, креветка, – проворчал Рассел, у которого на щеках вспыхнули красные пятна. – Не бычь на старшего по званию, – важно фыркнул Эдвард, в кои-то веки не обидевшись на креветку. – И вообще, где твоя благодарность, а? Так подумать, ты чёрт знает скольким обязан мне! Рассел закатил глаза, встал и под дружный хохот младших поклонился озадаченному Эдварду в пол. – Хватит? Можно я не буду валяться перед тобой на полу? Рубашку вымажу, – хмыкнул он, усаживаясь обратно. – Пойдёт! – небрежно махнул рукой Эд, не столько польщённый, сколько в глубине души тронутый этим жестом. – Буду теперь всем рассказывать, что ты меня так уважаешь, что аж в ноги кланяешься! – Да на здоровье, – хмыкнул Рассел, выглянув снова в окно. – Смотри лучше – луна вон вышла... – Где? – Эд, обрадованный, что не надо больше говорить о чувствах (это его самого дико смущало), тоже уставился в ночь. Но плечи у старших всё ещё соприкасались – и оба старались не шевелиться. «А я? – подумал Флетчер, вновь удобно прижавшись щекой к плечу Альфонса. – Я ведь тоже... кто бы мог подумать. Главный врач страны, герой Аместриса, невеста – принцесса Ксинга... а уезжал ведь – никто был». Ал осторожно приобнял Флетчера за плечи, и тот, зажмурившись, улыбнулся. «И такой лучший друг». Переезд в Централ был, пожалуй, лучшим их с братом решением за всю жизнь.