Странное дитя. Глава: 8

Шисуи не сразу понял, кто постучал. В этом районе его редко беспокоили. Он быстро накинул верхний плащ и, тихо ступая, подошёл к двери. Открыв, встретился взглядом с Хирузеном Сарутоби. — ...Хокаге-сама? — в голосе Шисуи проскользнула сдержанная настороженность. — Уже нет, Шисуи. Сейчас я просто человек, который кое-что должен передать, — голос старика был ровным, но в глазах горела серьёзность. — Вам наверное было сложно найти меня учитывая что я вам не сообщил мой новый адрес. Проходите пожалуйста. — Вовсе нет, ребята из твоего клана любезно сообщили мне где ты живёшь. Шисуи тихо кивнул закрывая дверь за Хирузеном. Хирузен сел на татами, развернул несколько свитков и аккуратно разложил их перед собой. — Ты понимаешь, что сейчас сложно дать мальчику подходящее наследие. Мы не знаем, какие элементы чакры проявятся. Не знаем, к чему он будет тянуться… Но кое-что стоит оставить заранее. На будущее. — Вы считаете, он должен унаследовать технику? — Я считаю, он должен унаследовать выбор, — Хирузен медленно провёл пальцем по одному из свитков. — Вот здесь — некоторые техники огненной стихии. Огненный дракон, бомбы, и тд. Эти техники не используются в вашем клане по этому и я принёс их. Он переложил другой свиток: — Земля: грязевые клоны, защитная стена, Великая грязевая река, двойное обезглавливание. Если ты посчитаешь нужным — дай ему, когда придёт время. Тут также техники других стихий. Шисуи молчал. Он смотрел на свитки, но в глазах читалась усталость — и осторожность. — И ещё я оставляю кое-что личное. Он вытянул тонкий, запечатанный свиток. — Призыв. Обезьяны. Когда Наруто будет готов — ты передашь ему свиток. Или сам решишь, как поступить. Но запомни: с ними нельзя обращаться без уважения. Должен предупредить они довольно шутливые. Шисуи взглянул на свиток, потом на Хирузена. — Я даже не знаю что сказать. Вы даёте ему ваш контакт на призыв это очень многое для меня и для него. — Ты прав но этот призыв мне тоже подарили. Раньше призыв обезьян был одним из призывов клана Сенджу. Сам первый хокаге дал мне возможность подписать его призыв и теперь я хочу оставить этот контакт для Наруто. Разумеется хочет ли мальчик этот призыв ответ будет за ним. Я просто передаю то, что знаю. Не потому что должен. А потому что хочу, чтобы у него был выбор. Я также оставлю свитки с другими техниками такие как "Врата рашомон, Теневое клонирование сюрикенов" а также одно из моих любимых личных дзюдсу техники хрустального шара или же как его называют "Техника отслеживания в отражении". Разумеется ещё пару свитков по фуиндзюцу хотя вынужден признать что мои познания не такие глубокие как у Джираи не говоря уже о Минато но всеравно тут многое есть. Ребёнок на половину Узумаки и думаю что у него может быть талант к этому. Молчание. В то же время Наруто просто спал даже не догадываяс что происходит. — Я оставлю это здесь, — Хирузен поднялся. —Теперь нужно будет просто ждать. Я слышал что его будут тренировать с трех лет вместо пяти по этому я знаю что Наруто ждёт много сложностей, я рекомендую как можно раньше научить его писать и читать по возможности. Дальше вмешиваться я не собираюсь. — ...Спасибо вам большое Хирузен сама— тихо сказал Шисуи, почти не поднимая взгляда. — Передай ему, когда придёт время. Что у него был шанс сделать мир другим. Не таким, как мы. — Хирузен чуть помедлил, а потом добавил: — Кагами бы хотел этого. И, не дожидаясь ответа, он ушёл.

***

Воспоминания — "Пятый месяц жизни Наруто" Шисуи присматривал за Наруто. За окном сгущались сумерки, дом погружался в полумрак. Лишь мерцание одинокой свечи отбрасывало на стены дрожащие тени, создавая ощущение уюта и странного покоя. Он тихо вошёл в комнату, где малыш лежал в колыбели. Наруто не спал, но и не плакал — просто смотрел в потолок с выражением... размышления? Шисуи нахмурился. — Опять ты смотришь, как Гэнджи-сама, когда у него на уме планы для клана... — пробормотал он с усмешкой, опускаясь на колени рядом. Наруто медленно повернул голову. Их взгляды встретились. В этих глазах не было пустоты младенца — только чистое, хищное любопытство. — Ладно… — выдохнул Шисуи, — уже не смешно. Он протянул руку — и малыш, не мигая, уверенно сжал его мизинец. Не случайно. Шисуи застыл. — Что такое, малыш?.. В этот момент из его кармана выпал маленький свиток и упал рядом. Наруто сразу обратил на него внимание. Его взгляд — сначала на печать, затем на свиток, потом снова на Шисуи. Как будто... ждал объяснений. — Если ты сейчас что-нибудь скажешь, я вырублюсь на месте, — пробормотал тот, нервно усмехаясь. И тут Наруто произнёс гортанный, но осмысленный звук: — Ша-шу-и... Улыбка сползла с лица Шисуи. Он отшатнулся растерянно глядя на сына. — Ты что, пытался сказать моё имя?.. Это ненормально… даже гениальные дети не делают этого в пять месяцев… Он вернулся к колыбели. Малыш снова лежал спокойно, будто ничего и не произошло. Но теперь Шисуи в какой раз знал— это не обычный ребёнок.

***

Наруто у Микото и Итачи Микото аккуратно прижимала Наруто к груди, тихо укачивая. Шисуи оставил его на день, отправившись на очередную миссию. Дом был тих, лишь за окном слышался мягкий майский ветер. Итачи сидел на полу, смотря на Наруто. — Мам, он не плачет совсем и не кричит. — тихо сказал Итачи, глядя на Наруто, который лежал в одеяле у Микото на руках. Малыш спокойно разглядывал потолок, как будто наблюдал за движением несуществующих звёзд. — Да… — прошептала Микото, прижимая его чуть ближе. — Он смотрит не просто так… В нём есть что-то… как у тебя, когда ты думаешь перед трудным вопросом. Итачи усмехнулся, но всё ещё смотрел серьёзно. Он встал и подошёл ближе. — Можно я дам ему игрушку? — Только аккуратно. Итачи протянул деревянную птичку, резную, с чёткими линиями. Наруто на секунду задержал взгляд на лице мальчика… и взял игрушку. Он не уронил её, не поднёс в рот— а… покрутил, будто разглядывал пропорции. Итачи замер. — Мам… — прошептал он, — он так пристольно разглядывает эту игрушку Микото вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Да детям нравится фигурки. Но тут Наруто вытянул руку ко второму предмету — к такой же птичке, но меньшей. Он сравнил. Посмотрел на одну, потом на другую. Микото уже не улыбалась. Она гладила его по голове и ощущала, как в груди растёт тревога и восхищение. Итачи присел рядом. — Мам… Он как будто... думает. По-настоящему. —Да Итачи... Микото не знала, что ответить. Она просто смотрела на лицо ребёнка. Тот вдруг издал чёткий звук. Почти как «И-та». Итачи резко поднял голову. — Он сказал моё имя?.. — Нет, это… — она хотела найти рациональное объяснение, но язык не повернулся. Наруто снова повторил звук, уже ближе к «Та-чи». И посмотрел прямо в глаза мальчику. Микото почувствовала, как её сердце сжалось. Дети в лучшем случае говорили с семьи месяцев. Итачи, впервые за долгое время, сел ближе к ней и молчал. — Мам, — сказал он спустя минуту, глядя в окно, — если он уже такой сейчас, кем он станет, когда вырастет?..

***

Июнь был щедр на тепло. Сад возле дома Амары был залит мягким светом, в воздухе витали запахи зелени, влажной земли и цветущих деревьев. Амара Учиха сидела на плетёной циновке под тенью вишнёвого дерева, рядом — колыбелька с Кёдаем, а у груди — Наруто, который только что поел. — Такой спокойный… — прошептала она, глядя в глаза малыша. — Ты будто сам выбираешь, когда спать, а когда думать. Наруто не отвечал, но его взгляд был пристальным. Он обхватил пальцами край её кимоно, потом опустил глаза и, будто играя, провёл пальцем по ткани — и… она с удивлением ощутила лёгкое подрагивание воздуха. Порыв. Он был почти неощутим, но это была чакра. Она мелькнула, как импульс. Как дыхание. И исчезла. Амара резко выпрямилась, инстинктивно активируя чувствительность к чакре. Глаза расширились. — Нет… Это не может быть… Наруто снова провёл рукой, теперь чуть в сторону — и трава у его ног будто замерла на миг, как под слабым ветром. В этот момент Кёдай, сидевший в колыбельке, захныкал — он почувствовал выброс, но не понял, что происходит. Амара схватила Наруто и прижала к себе. Её дыхание сбилось. — Малыш… ты... контролируешь свою чакру?.. Он, будто понимая, посмотрел ей прямо в глаза. И… чётко, хоть и тихо, произнёс: — А-ма…аа... Она едва не выронила его. На её лице появилось то редкое выражение, которое бывает у шиноби на грани ужаса и благоговения. — Ты сказал моё имя?.. — прошептала она, потрясённо. Он не повторил. Но не отвёл взгляда. Как будто понимал, что уже сделал достаточно. В этот момент пришёл Итачи для того что бы отнести его домой. Но он почувствовал что то странное хотя и сам не был сенсором. — Тётя Амара! Ты в порядке? Я… почувствовал что-то странное отсюда… Она посмотрела на мальчика и покачала головой. — Всё хорошо, Итачи. Просто… он удивил меня. Снова. Итачи подошёл ближе и посмотрел на Наруто. — Он сказал твоё имя? — прошептал он. — Не только я его… чакру ощутила. Они оба смотрели на ребёнка. А тот просто зевнул, как ни в ч ём не бывало, и положил голову на плечо Амары.

***

Небо над деревней заволокли облака — июньское солнце жгло лениво, словно тоже знало: сегодня что-то меняется. Старый Гэнджи Учиха сидел в саду у семейного храма, укрывшись в тени деревьев. Трость лежала рядом, грудь подрагивала от кашля. Кровь на белой ткани уже не пугала — она стала частью его плоти. Болезнь, та самая, что беспокоила его уже более двух лет давала о себе знать тем самым сокрощая его жизнь. Он вызвал их по очереди. Последний раз. Первым вошёл Фугаку. Сдержанный, как всегда. Но в глазах — напряжение. Он знал: это прощание. — Ты стал тем, кем должен был. Но теперь — станешь тем, кем не хочешь. Главой. Гэнджи поднял на него взгляд, в котором теплился огонь. — Ты будешь править кланом. Но помни: сила — это не приказ. Это ответственность. Но не стоит забывать об интеллекте. Хороший правитель должен иметь и то и другое. Фугаку опустил голову. — Я постараюсь отец. Я обещаю превисти клан к процветанию. — Не буду мягок но и тверд — хрипло выдохнул Гэнджи. Они обменялись кивками. Последним признанием двух эпох. Следом зашёл Шисуи. Тот, кого можно было назвать сильнейшим Учиха на данный момент. — Ты вырос, как пламя. Сильным… но светящий. — Гэнджи слегка улыбнулся. — Я многое возлагал на тебя, но ты пошёл дальше. Он замолчал, сдерживая кашель. Потом продолжил: — У тебя доброе сердце которое не поддалась ненависти. Шисуи хотел что-то сказать, но Гэнджи поднял руку. — Береги волю. Не позволяй никому пренебрегать тобой или твоим ребёноком. Шисуи кивнул. И долго стоял, прежде чем попрощаться и уйти. Микото вошла молча. Живот округлился — Саске стучался в этот мир. Гэнджи смотрел на неё долго. — Ты выносишь пламя в одном теле. Сын твой будет вечно разрываться между братом и сыном Шисуи беря пример с них и пытаясь подождать им стать таким же сильным. Не позволяй ему стать глупым подражателем. Она молчала, но в глазах было понимание. — Береги его. И помоги Наруто, когда придёт время ему будет очень тяжело. Он будет рядом с твоим сыном… но их пути будут различны. Она тихо кивнула. И прошептала: — Спасибо, Гэнджи-сама… за всё. Итачи стоял у порога. Шаг неуверенный. Ему было всего 5 лет, но взгляд — как у взрослого. — Я не скажу тебе слов. Ты всё уже понял, — сказал старик. — А ты, мальчик, слишком быстро растёт. Итачи молча кивнул. — Ты мой первый внук и старший сын будущего главы клана по этому на тебе всегда будет много ответственности но хочу что бы ты знал ответственность делает нас сильнее вот тут. —Сказал старик указывая на свою голову. —и чем умнее ты станешь тем меньше ошибок ты будешь упускать. Дальше снова пришёл Шисуи На его руках сидел шестимесячный Наруто. Серьёзный. Сосредоточенный. Он смотрел прямо в лицо Гэнджи. — А ты, — хрипло прошептал старик, — тот кто станет революционером в этой деревне, нет в этом мире. Наруто не улыбался. Он вытянул ручку, коснулся морщинистой ладони старика и слабо, но чётко сказал: — У-чи… ха… Шисуи едва сдержал вздох. Гэнджи улыбнулся. — Он уже знает, кто он есть. Он посмотрел в небо. — Теперь я могу уйти.

***

Гэнджи умер ночью. Лицо его было спокойным. Пальцы — сомкнуты. В груди его больше не было тяжести. На похоронах стояла тишина. Лишь шестимесячный Наруто, сидя на руках у отца, смотрел вперёд.

***

Знаю, что немного сбился с графика выхода глав, но учтите, что через 10 дней у меня экзамен. Поэтому главы будут выходить не так регулярно, как обычно. В случае хороших результатов у меня появится больше свободного времени, чтобы писать чаще и радовать вас новыми главами. Спасибо всем!