off to the races

Одри проснулась, почувствовав как по не скрытому ничем плечу что-то порхает. Сначала она подумала, что это всё ещё сон с волшебными бабочками или она на какой-то очередной мистической поляне Гравити Фолз, где вокруг неё сейчас будут водить хороводы гномы. Хотя младшие близнецы и Форд утверждали, что гномы совсем не лапочки и танцы будут в честь жертвоприношения. Но прикосновения чего-то мягкого, и в то же время шероховатого не могли быть ни бабочками, ни какими-то созданиями. Она осторожно, лишь бы не спугнуть чудо, повернула голову назад и всё вспомнила — у них был прекрасный вечер со Стэном, после чего мужчина предложил ей остаться с ним, что она и сделала. Хотя когда она вновь пришла к нему для сна одежды у неё явно было побольше. Сплошная мистика – к утру её футболка, вместе с нижним бельём, исчезла. Но сейчас она разгадала секрет волшебных ощущений на своём плече. За спиной лежал Стэн, грудь его была оголена, ведь практически всё имеющееся одеяло своровала его спутница. Его лицо не отражало никаких тревог или волнений, привычной складки на лбу не было, только давно залёгшие морщины выдавали его настоящий возраст и бурную, разрушающую молодость. Глаза закрыты, словно он ещё крепко спит, дыхание такое же ровное. Лишь плавно движущиеся длинные пальцы выдавали его: это было похоже на танец, очень медленный, нежный вальс, кружащий в своём причудливом темпе. Пайнс осторожно рисовал незамысловатые, бессмысленные узоры на бледной девичьей коже, порой проходился шершавой ладонью, согревая. Одри, сама того не желая, вздрогнула от очередной волны тепла, разливающейся по всему телу, и в тревоге замерла. «Чёрт, не хочу, чтобы он останавливался...» — расстроенно подумала она, когда чужая ладонь также остановилась. В следующее мгновение девушка действовала решительно. Одри, немного кутаясь в одеяло, повернулась лицом к мужчине и прижалась лбом к горячей груди. Обдавшее кипятком дыхание пришлось на ключицу, а голова устроилась на чужой руке. «Так жарко, но так удобно, он как большая подушка с подогревом» — девушка окончательно улеглась и довольно улыбнулась. Сверху послышался смешок, после чего на низ спины легла широкая ладонь. Стэн подвинулся ближе, губами прижался ко лбу Одри и остался в таком положении, расслабляясь. Ещё не время для подъёма. В следующий раз, когда девушка выплыла из приятного сна, солнце старалось пробиться сквозь плотно занавешенное окно. Привстав на локтях, Одри осмотрела кровать и поняла, что Стэн встал раньше и видимо закрыл шторы. Незначительный, но милый жест со стороны любовника вызвал улыбку. Девушка плюхнулась обратно на подушки и не удержалась, чтобы не покачаться из стороны в сторону. «Боже, я веду себя как подросток!» – подумала она, но стучащее всё сильнее от волнения сердце было не унять, как и полезшие в голову воспоминания о ночи. В ответ на движение поясницу неожиданно потянуло. Недостаток растяжки давал о себе знать и теперь, когда Одри окончательно проснулась, гудеть начинали и ягодицы, на которых, она была уверенна, в отражении зеркала можно было легко найти синяки. Всё это было лишь приятными мелочами, напоминающими о вчерашнем сексе. Со Стэном. Об очень, очень хорошем сексе со Стэном. За всё время у Одри было не так много партнёров – с некоторыми дела не доходили даже до свиданий, чего уж говорить про интимные встречи. Её предыдущий парень, с которым она рассталась около трёх лет назад, был неплох в постели, но теперь, после Пайнса, она поняла, что действительно нашла то, что искала. Он определённо был опытным, знал, что может понравиться девушке. А его язык, боже. Девушка вспомнила, как проснулась ночью, ощутив на своём бедре горячую ладонь, в то время как другая ласкала её сосок. Поддавшись, через некоторое время Одри уже лежала под Стэном вновь раздетая догола, когда как Пайнс заходил на второй раунд. Они точно сведут с ума друг друга этим летом. Замечтавшись о событиях ночи, Одри не заметила, как её рука самовольно спустилась вниз и тонкие пальчики уже кружили вокруг клитора. Волна возбуждения накрыла её с головой, вокруг чувствовался запах того самого дешёвого парфюма, который Стэн использовал на их свидании, лицо мгновенно вспыхнуло от прилившей к щекам крови. Медленно лаская себя, Одри представляла как они окажутся наедине и возможно Пайнс наконец возьмёт её так грубо, как он этого хочет. Оставит ещё больше засосов, различных отметин, чтобы каждый раз, когда она выходила с ним в город, каждый бы видел это. Бёдра непроизвольно сжимались, как будто пытались помочь чему-то углубиться. Её киска безбожно намокала с каждой минутой, что она думала о сильных мужских руках, сжимающих её талию. – Стэн… – прошептала совсем шёпотом на выдохе. – Эй, Одри! – послышался громкий девичий голос за дверью, за которым последовала волна непрекращающихся стуков по дереву. Девушка едва сдержала удивлённый восклик, отдёрнув руку и больше кутаясь в одеяло. – Д-да? – Она громко кашлянула, прочищая горло. – Да? – Поднимайся скорее, а то пропустишь весь завтрак! Сегодня моя очередь готовить, так что беги быстрее или придётся драться с Пухлей. Звонкий голос, как и стук, прекратились и Одри прислушалась к удаляющимся шагам. Она не сдержала нервного смешка – «Ну действительно, совсем как подросток». Девушка поднялась на всё ещё дрожащие ноги и приправила за собой постель, разгладив простынь и сложенное поверх одеяло. Осмотрев комнату, она нашла своё нижнее бельё, скромно и незаметно лежавшее неподалёку от ножек кровати. Для носки оно было непригодно, а появляться перед всей семьёй в футболке Пайнса почему-то не хотелось. Будто факт, что она в принципе ночевала в его спальне не говорит ни о чём. Поэтому, осторожно, чтобы край накинутой чужой майки не задрался, пока она перемещается по коридору, Одри быстро прошмыгнула к себе в комнату, где переоделась в нормальную свежую одежду. Когда она пришла на кухню, там уже собрались все Пайнсы: Диппер снова что-то увлечённо читал, Форд протирал очки и улыбался, кивая на оживлённый рассказ Мэйбл, порхающей у плиты. Не хватало только последнего близнеца в этом доме. Одри поздоровалась со всеми и под странным взглядом Стэнфорда присела напротив него. – Доброе утро, Одри. – поприветствовал он в ответ, – Мэйбл очень боялась, что ты не сможешь попробовать её знаменитый омлет. – В котором присутствует…? – с опаской спросила девушка, помня о любви девочки к интересным сочетаниям в готовке. Диппер в этот момент как раз убрал книгу со стола, позволяя сестре поставить перед собой тарелку. Следующая порция досталась Одри и она пристально рассмотрела содержимое: на вид самый простой омлет, с улыбающейся рожицей, нарисованной кетчупом, и лежащими рядом немного подгорелыми кружочками сосисок. – Всё в порядке, Одри! Я решила продолжать развивать поварское искусство и открыла новую страницу в своей книге рецептов под названием «Элементный восторг»! – Мэйбл с широкой улыбкой села рядом. – Элементарный, Мэйбл. – Поправил её Диппер, уже пережёвывающий свой омлет. Девочка фыркнула и кинула в него скомканную салфетку. – Это ты элементарную яичницу сжёг, балбес. – Такое было лишь раз. – Но было же. Сестра-близнец пожала плечами и принялась за еду, попутно рассказывая о том, как прошла ночёвка у Кэнди. Мэйбл с невероятными подробностями рассказывала о том, какие фильмы они смотрели, что главный герой парень всегда был очень глупым и не осознавал, что перед ним стоит его «истинная любовь, посланная с самих небес, для создания изумительного союза». Не забыла уточнить какой вкусный соус для начос сделала Гренда и показала фотографию, где у трёх девочек вместо серёжек на разноцветные скрепки были приклеены треугольные чипсы. Одри с интересом слушала её забавные истории, чувствуя, как на душе становится теплее – ещё в том году эта чудесная девочка завоевала её сердце своими причудами, а после общения с ней по телефону весь год и сидя рядом с ней теперь, девушка ощущала себя так, словно Мэйбл всегда была её младшей сестрёнкой. Засмотревшись на неё, Одри не заметила, что девочка машет своей ладошкой перед её лицом. – Что? – Девушка выплыла из транса и осмотрелась. – Я спросил, не хочешь ли ты посмотреть с нами марафон «Утка-тива»? – Произнёс Диппер с нескрываемым интересом. Одри вспомнила, что они уже смотрели что-то подобное в прошлый раз и улыбнулась в ответ. – Конечно, я с удовольствием. Мэйбл восторженно пискнула и из ниоткуда достала клетчатую шапку, после чего накинула девушке на голову. Одри поправила новый головной убор, хотя её больше интересовало откуда у Мэйбл постоянно берутся вещи в руках. – Прекрасно! Пойдём, Диппер! Оба подростка спрыгнули со своих мест и унеслись в гостиную, видимо обустраивать их кино-места. Одри улыбнулась и встала, чтобы прибрать и помыть посуду. Всё же хотелось быть полезной для принимающей семьи, помогая хотя бы с делами по дому. Форд выразил свою благодарность и продолжил наблюдать за движениями девушки, иногда делая глотки из разноцветной кружки с пластиковыми глазками и блестящей надписью «ПРАДЯДЯ №1». Он нарушил молчание только тогда, когда девушка поставила в сушку последнюю тарелку. – Чтож, я очень рад, что ты всё же приехала к нам. – Я не могла не приехать, мы же… – Одри обернулась к нему, – ну, то есть, ребята очень хотели, как и я сама. – Стэнли тоже заметил, что дети тебя очень полюбили. – Он прокашлялся. – Не подумай, что я не рад твоему пребыванию здесь, напротив, в этот раз я хотя бы не сломал твою машину. Девушка хихикнула, соглашаясь. – Но я бы хотел кое-что прояснить. Я знаю, что сказал тебе об этом тогда, но ваши отношения продолжились и я считаю, что это нужно подтвердить ещё раз. У нас с братом были разногласия, довольно долгое время, однако это не меняет того, что я им очень дорожу. Поэтому я бы хотел предупредить тебя, что не стоит его как-то обманывать, потому что он спустит тебе это с рук из-за своей привязанности. Я – нет. – Голос мужчины был твёрдым и холодным, от чего Одри поначалу съёжилась, но на последних словах она выпрямилась и оттолкнулась от столешницы, подходя ближе к столу. – Стэнфорд, я не знаю, что ты придумал себе про меня, но теперь я кое-что проясню. Ещё раз. Я не использую твоего брата для исполнения каких-то целей. Деньги я и сама зарабатываю, квартира у меня тоже своя. Мне действительно нравится проводить время с детьми, они для меня как младшие брат и сестра. И мне действительно нравится твой брат. – Она глубоко вдохнула. – Я люблю его, Форд, поэтому закроем эту тему, так как, мне кажется, ты меня понял. Правильно? Пайнс недолго смотрел на неё, прежде чем мягко улыбнуться и тряхнуть головой. Его серебристые кудри упали на лоб, из-за чего вся суровость исчезла и он снова стал «добрым дядюшкой». – Да, я понял. Прошу прощения, Одри. – Всё хорошо. Кстати, а где Стэн? – Он сначала привёз Мэйбл, а после сказал, что ему нужно забрать новые материалы для его «созданий». – Он показал кавычки в воздухе. – О, тогда хорошо, спасибо. Одри вышла из кухни и случайно заметила своё отражение в зеркале на стене. Поняв, что они вели такой разговор, пока на её голове была шляпа детектива из сериала, она залилась смехом. На звук её голоса из пустого дверного проёма показались две головы. – Чего ты там возишься, всё уже началось! – Проворчал Диппер и потянул девушку за руку, уводя к экрану. Ребята, за время пока девушка беседовала с Фордом, притащили в гостиную невероятное множество подушек – откуда только так много нашли – и разложили их так, что создавалось ощущение, словно они сидят в каком-то кругу для призыва. Мэйбл также принесла свои спицы для вязания и целую корзинку с пряжей различных цветов. Как она сказала, это будет очередной дизайнерский шедевр. Поэтому пока они увлечённо смотрели марафон детективного сериала, Одри держала клубок, чтобы нить не запутывалась, Диппер лежал рядом, иногда отгоняя Пухлю, пытающегося съесть «шедевр». Творение превратилось в часть рукава кардигана где-то к концу второго сезона, когда к ним уже присоединился внезапно зашедший на секунду Стэн, который позже удобно расположился в своём кресле. Вместе с запахом сигар и чего-то спиртного он принёс несколько баночек мороженого с разными вкусами. Каждый выбрал то, что было ему по душе, поэтому Одри достались какие-то лесные ягоды. Она с улыбкой взяла мороженое и поудобнее откинулась назад так, что её спина оказалась аккурат между ног Пайнса. Он тут же потрепал её по голове, как сделал до этого с близнецами, от чего девушка расплылась в довольной улыбке, словно кот. Прохладное и сладкое мороженое довольно быстро закончилось и это было неудивительно, учитывая, что они сидели перед экраном добрую половину дня, бегая лишь в уборную иногда. – Боже, дети, даже Стэнфорд чаще вылезает за едой из своего подвала. – Говорит тот, кто ест полу размороженные хот-доги, когда очень голоден. – Мэйбл прекрасно парировала в спорах. Пайнс громко цокнул. – Что я вообще пропустил? – Утка-тив разгадал дело о похищении важных секретных документов! Их своровал Стив, так как хотел отомстить за то, что его лишили работы. А теперь его должны судить по людским законам. – Это, кстати, довольно интересно, он же утка, почему людские? – Уточнила Одри. Мэйбл повернулась к ней, отложив пряжу и спицы в уже пустую от мороженого коробочку, и сплюснула её щёки в ладошках. – Стив - пингвин, Одри. – Ох, точно. – Их отвлёк громкий звук, означающий начало рекламной паузы. Девушка поднялась на ноги и хорошенько потянулась, разминая затёкшие конечности.  – Пить хочется, вам принести что-то? – Мы сами. У Мэйбл кое-что припрятано для нашего марафона, – Диппер глупо посмеялся и побежал вслед за уже подпрыгнувшей сестрой. Одри мягко улыбнулась, но, не успев вновь сесть на пол, она почувствовала, что падает. Точнее, что-то резко утянуло её вниз. Распахнув глаза от удивления, она поняла, что уже сидит на коленях Стэна, руки которого крепко держат её за бедро. Чтобы лучше держаться, девушка положила ладони на его шею и потянулась за поцелуем. Пайнс был не против и сильнее прижал её к себе. Поцелуй получился немного грубый, каждый пытался укусить другого, из-за чего в какой-то момент Одри ощутила солоноватый вкус на языке. Стэн тут же слизал проступившую кровь с её губы и отстранился. – Привет, детка. – Привет. Мне не нравится просыпаться без тебя. Взгляд Пайнса смягчился и он уткнулся лицом в женскую шею, обдавая нежную кожу своим дыханием. Одри вздрогнула. – Как скажешь, куколка. Нужно было забрать всякую мелочь. – Девушка почувствовала, как его шершавый язык прошёлся у неё за ухом, потому попыталась отстраниться, – я убрал их коктейли на верхнюю полку, так что у нас есть минутка. – Предусмотрительный старик. Стэн прыснул, повернулся к Одри лицом к лицу, тем самым позволяя ей оказаться между подлокотником кресла и его бедром. Его ловкие руки уже шарили под её топиком, сжимая скоропостижно твердеющие соски. Она едва сдержала стон, стараясь не привлекать лишнего внимания. Но судя по обратной реакции Пайнса, который напротив стал ещё напористее – одна ладонь осталась изучать упругую грудь, а вторая гуляла под тканью домашних шорт, продвигаясь выше – он явно хотел заставить её попасться. – Ни стыда, ни совести! – Пробормотала Одри, сжимая чужую руку своими бёдрами. Стэн хмыкнул и укусил её плечо. В следующую секунду его руки легли на более приличные места, что казалось, будто он её просто обнимает. В тот же момент в комнате появились близнецы и у каждого в руках было по два молочных коктейля с трубочкой. – Я вспомнил, что мы с Зусом записали эксклюзивные серии, которые сегодня не покажут. Давайте их включим? – Не дожидаясь одобрения Диппер уже подошёл к ящику с кассетами и начал поиски нужной. Мэйбл протянула напитки парочке в кресле, не забыв подмигнуть Одри. «Они все сведут меня с ума!» – пронеслось в её голове, и она поспешила спрятаться за своим шоколадным коктейлем. Сама того не заметив, после подпитки сладким напитком, Одри провалилась в сон. Когда она открыла глаза, тёмную комнату освещал только еле работающий торшер, а призывной круг из подушек был пуст. Всё ещё сонная, девушка решила, что сначала нужно дойти до ванной и умыться, а уже после возможно чем-то перекусить. Она внезапно окончательно просыпается, бездумно вваливаясь через незапертую дверь. «Боже». – Чёрт, малышка, тебя не учили стучать? Беззлобный голос, хриплый. Его губы что-то говорили, но всё внимание Одри было приковано к ещё влажным широким плечам, на которых буквально видно капли. Объединяясь с другими, они образовывали тонкие струйки, что медленно стекали вниз. Через крепкую выступающую грудь, по полоске мокрых прилипших волос, они бежали прямиком к синему полотенцу, скрывающему самое интересное. Получалось плохо, из-за чего жгучее желание потрогать натянутый участок ткани только увеличивалось. На всё ещё ватных после сна ногах Одри подошла вплотную и опустилась на колени. – Детка, – начал было Стэн, но замолк на полуслове, когда руки девушки уверенно сдёрнули полотенце. Она осторожно сжала ладонью мягкий член, которому не многое понадобилось, чтобы затвердеть в её хватке. Одри почувствовала как на затылок легла чужая рука, что только больше раззадорило её. Значит, он не был против, что же. Приблизив своё лицо, она провела языком по всей длине, не доходя до головки. Сверху послышался вздох. Теперь она смогла разглядеть всё получше: у Стэна действительно был крупный член средней длины, который чудесно ложился в её ладонь. И, боже, он был обрезан. Тёмная головка была большой, а из уретры уже сочился предэякулят. Прозрачная капелька манила, притягивала попробовать на вкус, но Одри не хотела торопиться, оставляя это на «десерт». Высунув язык со скопившейся слюной она вновь прошлась по всей длине, кружа вокруг ствола. Она тщательно смачивала каждую сторону, распространяя влагу сначала языком, а после ладонью. Вверх и вновь вниз, игнорируя головку. Ладонь Пайнса ощутимо сжала её волосы, он оттягивал их, создавая приятную до дрожи боль. Одри подняла глаза и столкнулась взглядом со Стэном. Опущенные дрожащие ресницы, приоткрытые влажные губы, видимо он часто облизывал их, раздувающиеся ноздри. – Малыш, ты прекрасна, – прошептал он. Не отрываясь от его взгляда, девушка слизнула смазку кончиком языка, следя за реакцией. Пайнс расплылся в улыбке и со стоном откинул голову назад, когда Одри вобрала наполовину. Внутри неё очень хорошо, головка уткнулась в заднее нёбо, а языком девушка продолжала ласкать остальную часть органа. С громким хлюпаньем от переизбытка слюны, что начала стекать с подбородка, она двигала головой, стараясь заглотить до конца, а после выпускала член с чавкающим звуком. Второй ладонью она игралась с мошонкой, нежно сжимая и перекатывая яички, она оттягивала их. Чем больше получалось взять, тем быстрее становился темп. Рука, влажная от смешавшихся жидкостей, сжимала ствол, двигаясь вместе с губами девушки. Касаясь ими собственных пальцев, обёрнутых вокруг члена, Одри старалась полностью выжать Пайнса, без устали повторяющего шёпотом как она хороша и как он ей доволен. Иногда Одри пыталась заглянуть в его глаза, и хотя те были закрыты, вид настолько возбуждённого мужчины завораживал. В очередной раз ускорившись, она почувствовала как Стэн тянет её волосы назад. – Я сейчас, – густые брови сведены к переносице, взгляд мечется в разные стороны, – Одри, не надо…. Она улыбнулась и взяла член полностью, давясь, из-за чего сразу проступили слёзы. Пайнс грязно выругался и в заднюю стенку её горла выстрелила горячая вязкая струя. Дождавшись, когда вся сперма полностью выплеснулась, Одри отстранилась и громко сглотнула. На вкус Стэн был таким же горьким, как и в жизни, но она была полностью довольна своей работой. Они простояли так пару минут, после чего колени девушки заныли и она попыталась встать. Ей помог Пайнс, который рывком поднял её и развернул лицом в раковине, вжимаясь сзади. На мгновение потеряв опору, Одри успела поставила руки по бокам умывальника, прежде чем Стэн содрал с неё шорты вместе с бельём. – Расставь ножки, милая. Она повиновалась, но было немного неприятно, резинка трусов впивалась в бёдра, из-за чего хотелось свести ноги обратно. Пайнс не позволил этого сделать, сильно сжав ляжку, впиваясь в неё пальцами. Он плавно потянул её на себя и Одри почувствовала, как его член касается её половых губ, проходя между ними. — Такая послушная и такая мокрая девочка. Тебе так понравилось быть на коленях? — Девушка рассеяно кивнула, ощущая упирающуюся в её дырочку головку. Ещё немного и Стэн оказался бы внутри, но он предпочёл дразнить её - также как она. — Мне тоже понравилось, детка, особенно финальная часть. Он надавил на поясницу, вынуждая Одри прогнуться, и с чмокающим звуком вошёл на всю длину. По телу словно прошло множество зарядов тока, от чего девушка задрожала, сильнее цепляясь за край раковины. Стэн двигался медленно, попутно лапал за талию, сжимая бока. Не получив удовольствия от прикосновений к груди через ткань одежды, он приспустил топ, открывая себе полный доступ. Шершавыми пальцами он оттягивал соски, щекотал, обводя подушечками по ореолам. — Стэн! — Не удержавшись, громко вскрикнула Одри, когда наигравшись с грудью, Пайнс спустился ниже и стал ласкать головку клитора. Он делал это более грубо, чем она, когда ласкала себя в одиночестве, но в совокупности с ощущением бьющего по чувствительным стенкам влагалища члена это было восхитительно. — Скажи мне то, что ты сказала сегодня утром. — Мужчина входит до упора и звёзд в глазах. — Ха? — На разговоры нет ни сил, ни желания. Хочется снова ощутить его так глубоко, кончить с ним внутри, пока пальцы Пайнса ублажают её клитор. — То, что ты сказала Форду. Я хочу услышать это, Одри. — Его губы рядом с ухом девушки и она подаётся назад, насаживаясь самостоятельно. Они тяжело дышат, в предвкушении оргазма. — Я люблю тебя, — тихо прошептала Одри, заглушая стоны и покрываясь, казалось бы куда больше, алыми пятнами от смущения. Слабый толчок. — Чётче, детка, я не слышу. — Девушка почти захныкала. Движения стали резче. — Я тебя люблю! — Громко простонала Одри, опуская голову вниз. Пайнс сделал несколько глубоких толчков и её затрясло, — я люблю тебя, Стэн! Очень сильно! Пожалуйста, я так люблю тебя... Ярко кончая, до потемнения в глазах, она почти упала, если бы не рука Пайнса на бедре. Он также громко простонал, вытащил влажный от соков член и довёл себя до оргазма в несколько движений, выплёскиваясь на мокрую спину. — Одри... Милая... Детка... — Стэн не переставал шептать, пока зацеловывал до сих пор дрожащие девичьи плечи, успокаивающе гладил по наружной стороне бёдер. Он отошёл на мгновение, чтобы вернуться с рулоном туалетной бумаги. С нежностью, аккуратно, Пайнс тщательно всё вытер и бросил всё в туалет. Он также медленно, не без помощи Одри, поднял спущенные шорты и топ, развернув в конце девушку к себе лицом. Она чувствовала, как её снова тянуло в сон, а лицо не прекращало гореть от осознания, что она только что лично призналась в своих чувствах. Во время секса. Стэн сжал её лицо, покрывая множеством поцелуев, щекоча щёки своей щетиной. Одри неряшливо улыбнулась и открыла глаза, встречаясь с серьёзным взглядом напротив. — Я люблю тебя, Одри. Невероятно сильно люблю. Ты опять сказала всё первой, а я тянул до последнего. — Он был настолько расстроен, что Одри не сдержала тихого смеха, — что смешного? — Стэнли Пайнс только что признался мне в любви, стоя голым в ванной. Он посмотрел вниз и понял, что всё ещё раздет. — Блять. Одри залилась звонким смехом и даже отвернулась, когда Стэн попросил её не подглядывать за ним. Когда она обернулась, он уже натянул на себя майку и длинные пижамные штаны в полосочку. Пайнс взял ладони девушки в свои, поглаживая костяшки. — Так что, ты не смогла устоять перед обаянием такого мужчины как я и влюбилась. Да, детка? — Он ухмыльнулся так, как делал всегда, когда обманывал клиентов во время экскурсии. Одри хмыкнула, закатила глаза и вышла из ванной, закрыв за собой дверь. Но через секунду просунула голову в щель и хитро улыбнулась. — Я на все сто процентов уверена, что ты был без ума от меня с самого первого дня, старикан. Стэн громко рассмеялся, а когда успокоился, облокотился на дверной косяк, возвышаясь над возлюбленной. — Ты права, Одри, я без ума от тебя с момента, как ты упала на крыльцо моего дома.