Этап Старой Стабильности. Часть 2.

Лежу на кровати в довольно неплохом номере отеля. Странное место. Иногда приходит что-то вроде обслуживания номеров. И это не какая-то уборщица, а высокий человек в таком пиджаке, будто на собственные похороны опаздывает. А лицо его никогда не видно. Вроде смотрю, а там что-то... Что-то другое. Не дотягивается туда мой взгляд, но оно осознаётся как лицо. Жуткий тип. Всё предлагает, спрашивает: "нравится ли вам наш отель?" "Желаете ли чего-то?". Да нет, не желаю. Номер комфортный, всё хорошо. Но атмосфера какая-то... Недобрая. Тихие стены не пропускают ни единого звука из коридора, что уходит настолько далеко, насколько хватает взгляда. Неужели действительно бесконечный? Ну, а почему бы и нет. В этом месте всё возможно. Думаю, я привыкну. Старые часы тихо тикают на стене. Весь дизайн тут такой... Обычный. Минимализм, я бы сказал. Но часы выглядят действительно старыми, даже старинными и будто вырезанными вручную. Раз в день они останавливаются на несколько минут. Стрелки безжизненно замирают, будто время задержало дыхание, а потом стремительно устанавливаются на правильное время и идут дальше. Во время каждой такой остановки где-то в коридоре хлопает дверь и этот звук почему-то слышно. А затем приходит тот тип в пиджаке и говорит, что мне нужно подвинуться в соседний номер. Я сначала возмущался, у меня ж бесплатное проживание если я в первом живу. А он говорит, что волноваться не о чем, оно останется бесплатным. Однажды я провёл в отеле слишком много времени и передвинулся на 40 номеров вглубь коридора. Здесь будто другой воздух. Встаю с кровати, набираю себе воды. Со стаканом воды выхожу в коридор — никого. Совсем. Я никогда не видел, как другие постояльцы выходят из номеров, видел только, как новые заезжают. Потом человек в пиджаке заходит ко всем и просит передвинуться. Но когда я передвигаюсь в соседний номер, там уже никого нет, хотя и есть следы поспешного сбора вещей. И ни разу никто ничего не забыл. В последнее время редко выхожу из отеля, а передвигаюсь каждый день... Но он бесконечный. А если я окажусь в каком-нибудь номере 342756? Да мне же ног не хватит из отеля выйти. Значит надо съезжать, но мне больше не́ где жить. Часы снова встают. Снова возобновляют свой ход, но на этот раз с громким щелчком. Снова приходит человек в пиджаке и я передвигаюсь в соседний номер. Двести тридцать восьмой. Уже довольно далеко от выхода, но ещё не поздно до него дойти и задать несколько вопросов. Выхожу из номера и сразу останавливаюсь. По коридору идут люди, множество людей разного возраста и размера. Их лица полны отчаяния и безысходности. Да что за чертовщина? Хватаю одного из них за руку. Он смотрит на меня так... Холодно. Аж самому холодно становится. Его абсолютно серые глаза, серая одежда, всё это веет полным отсутствием человека, но что это тогда? — Что происходит? Куда вы идёте? — Уже ничего не изменить. Мы идём на выход — его голос звучал так, будто сам он не верит в свои слова и говорил он их как заученные наизусть. Они проходят и скрываются в дали. Иду за ними, дойду до ресепшена и скажу, что съезжаю к чертям из этого странного места. ... Не дошёл. Коридор всё тянется и тянется бесконечно, но ведь он должен был быть бесконечным только в одну сторону. Верно? Стены повторяются всюду, из окон ничего не видно, кроме белого света. Неужели застрял? Застрял... Я... Я никогда не застреваю. Раз хаосу угодно, чтобы я оставался тут, то я изучу здесь всё и найду его слабое место. Пока шёл, так никого и не встретил. Да где все постояльцы, в конце концов? Открываю ближайшую дверь, она тихо скрипит как далёкая птица, название которой ты никогда не узнаешь. Внутри я вижу... Себя. Он смотрит на меня озадаченно, а затем исчезает. Вхожу в номер, а там ещё одна дверь. Открываю, а она ведёт в тот же коридор. За окнами стемнело. Вернулся к себе и уснул. Проснулся на две сотни номеров правее. Пытался вернуться в свой прежний номер, но дверь не открывается. Больше никакая дверь не открывается, кроме моей. Сегодня опять приходил человек в пиджаке, передвинул меня в соседний номер. — А кто здесь жил до меня? — Вы ведь знаете, что не должны задавать вопросы об этом месте? — Да, но... Почему так? И... И где вообще выход? — А вы что, не смогли достичь ресепшена? — Представь себе, не смог — Оу — он снимает шляпу и прижимает её к груди. Его лицо всё такое же почти существующее — мои соболезнования, вы нарушили правила отеля Гилберта. Вам же сказали не задавать вопросов. — И что теперь будет? Запрёте меня здесь навсегда? — Вы сможете уйти, когда дойдёте до нужной отметки. На остальные вопросы он не отвечал, просто исчез. И больше никогда не приходил. Теперь я засыпаю и просыпаюсь на множество номеров правее. Идти к выходу не получается, его там просто нет. Наконец-то встретил людей в этом месте! Постояльцы теперь часто выходят из номеров. Кто-то бежит вглубь коридора, кто-то пытается достичь выхода. Сегодня видел, как они собрались в группу, сделали даже самодельное оружие из того, что смогли найти в номерах. Они сказали, что собираются пробиваться к выходу. Пробиваться через кого? Там ведь... Вообще никого нет. Через какое-то время один из той группы проснулся в соседнем со мной номере. Он вышел оттуда в серой одежде, с серыми глазами и пошёл по коридору. Снова перемещение. Люди всё ещё присутствуют, но теперь они все такие испуганные, такие... параноидальные. Будто ожидают, что на них набросятся стены. Кто знает, может и набросятся. Разорвут, растолкут в кашицу и будут ждать нового жильца. Ужас. Нет, больше так продолжаться не может. Выхожу из номера в очередной день и вижу, как в соседний номер стучится человек в пиджаке. А меня он игнорирует, часто пропускает мой номер. Ещё чаще даже не появляется. Возвращаюсь в номер, сажусь на небольшой диван и размышляю. Если он приходит и уходит каждый раз, да ещё и часы во всех номерах синхронизированы с этим, значит он связан с остальным персоналом отеля. А если связан, значит может выйти когда захочет. Но почему он может, а мы все нет? Наверное есть какая-то особенность... Перчатки! Точно. Его чёрные как смоль перчатки, кто его знает из чего сделанные. Почему именно они? Тут как раз всё просто. У сотрудника на ресепшене были такие же. И когда он мрачно на меня смотрел, он расположил руки так, будто боялся, что перчатки могут стянуть. Как интересно. Я в этом мире умудрился победить самого себя, так что этот отель меня даже не пугает. Выхожу в коридор. Светло-серые стены неподвижно и тихо взирают на мои намерения. Лампы на потолке источают бесполезность, ведь никогда не горят, когда темнеет за окнами. У меня в руках деревяшки, сколоченные гвоздями в что-то типа дубинки. Это куски тумбочек из номера, гвозди и шурупы оттуда же. Те группы "пробивающихся к выходу" рассказали мне, как такие штуки делать. А ещё оказалось, что в хаосе гораздо легче что-то с чем-то скреплять. Человек в пиджаке наконец достучался и входит в соседний номер. Слышу, как он объясняет кому-то, что надо передвинуться в соседний номер. Судя по голосу человека внутри, он напуган, даже очень. Отказывается передвигаться. А дверь-то открытой осталась. Тихо вхожу в номер и нахожу, где стоит тип в пиджаке. Ну, гвозди острые, деревяшки деревянные. Со всей силы бью по его голове, он падает на пол, только вот никаких ран не видно. Интересно. Даже в таком положении я всё равно не могу разглядеть его лицо, как бы ни старался. Человек, что отказывался передвигаться, поражённо смотрит на меня. — Ты чего наделал? — Спокойно, я тут ближе всех вас к выходу — Какому ещё выходу? Ты его прибил что ли? И что теперь будет? — Мне просто нужны его перчатки. Такие есть у персонала и они их берегут. Наверное не просто так берегут. Снимаю перчатки с типа в пиджаке и надеваю на свои руки. Они мягкие и удобные, и конечно чёрные как ночь. — Слушай, я ожидал чего-то большего — Да ты поехавший! Как вообще можно выбраться отсюда после такого? А если... А если и мы все теперь не выберемся? — Может и не выберетесь, может быть. Но нельзя терять надежду. И вообще... ААААА — ЧТО ЭТО!? — ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ, О ГОСПОДИ Мои руки. Они... Что с ними? Нет кожи, не чувствую мышц. Но чувствую что-то другое. Они теперь выглядят как лоскуты космического неба, туманности, звёзды, сверхновые. Они мерцают и сияют далёким светом на моих руках. Всё до локтей теперь в таком состоянии. Кусок неба, но всё ещё подчинённый моей воли, двигающийся как я скажу. Если это не поможет мне выбраться, значит я просто сделал что-то очень глупое и скоро буду завидовать толпам серых, что бредут по коридору. Выхожу в коридор и вижу, как края стен едва заметно выгибаются в сторону моих изменённых рук. А вот это можно использовать. Вытягиваю руку в ту сторону, где раньше был выход и коридор начинает складываться как гормошка, комнаты накладываются друг на друга, окна сливаются во что-то совершенно странное. И вот я наконец вижу изменение в форме коридора— поворот к ресепшену. — Да, это место оказалось совсем не таким смешным, как я думал.