СТС и до нас добралось (Школьный роман)

      СЦЕНА #7.       Обычный школьный класс. Ученики смирно сидят на партах. РОМА ВИСЛОВ сидит за партой один. Заходит учительница СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА с новой ученицей ГАЛИНОЙ СЕРГЕЕВНОЙ ГРЫЗУНЧИКОВОЙ.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Класс, познакомьтесь, это наша новая ученица, Галина Сергеевна Грызунчикова. Она не верит в то, что я настоящий предсказатель, поэтому она уже в моём чёрном списке.       Закадровый смех.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Но так как она является нашей лучшей ученицей за все двести лет существования нашего учебного заведения, чаще всего именуемого «шарага», которая в свои двенадцать лет с первого раза сумела сделать то, что большей части из вас удалось только с тридцать первого, (грубым сердитым голосом) то есть сдать ОГЭ и попасть в десятый класс, (ласковым тонким голосом) я не буду заваливать её на экзаменах, как это делаю с другими учениками, находящимися в чёрном списке.       Закадровый смех.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): А теперь, моя любимая карта Таро, мой хрустальный шарик, мои чаинки в чашечке, Галенька, милочка, расскажи о себе.       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Ну я…       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Я хотела сказать…       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Станислава Тимуровна, что это за смех?       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): О, понимаешь, дама пиковая ты моя…       Закадровый смех.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Дело в том, что наши сценаристы считают, что если добавить смех после каждой фразы говорящего, то она тут же станет смешной. А теперь садись, зеркальце волшебное ты моё, рядом вон с тем рыжим деби… оболтусом (указывает на РОМУ ВИСЛОВА), как там его, Рупер Гриб, кажется.       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА послушно садится рядом с РОМОЙ ВИСЛОВЫМ. РОМА ВИСЛОВ улыбается и протягивает ГАЛИНЕ СЕРГЕЕВНЕ ГРЫЗУНЧИКОВОЙ пирожок.       Закадровый смех.       РОМА ВИСЛОВ: Меня Рома зовут. Я люблю пирожки, есть и… и пирожки.       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА осторожно берёт в руки пирожок.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Здравствуй, стереотипный образ глупого пацана, любящего поесть.       Закадровый смех.       РОМА ВИСЛОВ (обиженно): Ну и тебе здравствуй, стереотипный образ заучки-отличницы.       Закадро…       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА вырубает людей, отвечающий за закадровый смех. СЦЕНАРИСТ в шоке, но продолжает писать сценарий.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Ты мне уже нравишься, округляя до сотых, где-то на семьдесят семь целых семьдесят семь сотых процента.       РОМА ВИСЛОВ: Ты мне тоже нравишься, почти также, как пирожки с яблоками.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Ох, это самое милое сравнение меня с вещью, что я когда-либо слышала.       РОМА ВИСЛОВ: А это первый раз, когда в меня ничего не кинули в ответ на комплимент.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Что ж, по всем законом общения мы должны рассказать друг другу о себе. Я Галина Сергеевна Грызунчикова, но все зовут меня просто Галина Сергеевна.       РОМА ВИСЛОВ: А меня зовут очень сложно, но ты постарайся запомнить, — Ромка. Я живу в очень большой семье, у меня есть пять старших оболтусов, которые называются «братья», младшая сестрëнка Женя и отец, он, типа, психолог. Раньше была ещё и мать, но её украли чекисты, и теперь отец три месяца пытается найти её и при этом воспитывает всех нас.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Какая трогательная, но при этом очень ёмкая предыстория. А я живу в самой обычной семье из трёх человек, то есть помимо меня в ней есть ещё два человека, настолько часто именуемые «родители гения», что я, даже несмотря на то, что тренировала свою долговременную память с трёх лет, уже забыла их настоящие имена.       РОМА ВИСЛОВ: Ничего не понятно, но очень интересно. Хочешь ещё один пирожок?       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА вежливо отказывается от ещё одного пирожка отрицательным покачиванием головы. Звенит звонок на урок.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (с широкой улыбкой, ласковым тонким голосом): Ну кто сегодня может рассказать сорокавосмичасовую лекцию авторства некого предсказателя под псевдонимом Сивилла Трелони про гадания на картах Таро?       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Рома, не мог ли ты сказать мне, какой это урок?       РОМА ВИСЛОВ: Ну так-то, это должен быть либо русский, либо изо. По правде говоря, я не знаю, она у нас в шараге на полную ставку как учительница изо работает, а подрабатывает как русичка, у нас, типа, дефицит кадров. Да и вообще, как бы пофиг, что у нас там в расписании стоит — всё равно урок будет посвящён сплошному прорицанию.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Но это нарушает все права обучающихся и законы РФ! Почему её ещё не уволили?       РОМА ВИСЛОВ: А у неё брат есть, так он вышел за двоюродную сестру какого-то там миллионера. Короче, увольнять её — всё равно, что сказать слово из трёх букв, начинающееся на «х», в присутствии директора.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Имеется в виду, что речь идёт о слове «хам»?       РОМА ВИСЛОВ: Вообще-то… А знаешь, считай, что ты права. Хоть кто-то из нашего класса будет интеллигентным.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА недоумевающе смотрит на РОМУ ВИСЛОВА.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Ну так кто готов рассказать?       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА (спокойно и громко): Я.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Ах, Галина Сергеевна, Венера в созвездии девы, ты моя. Иди, порадуй нас своими интелектуальными способностями. (грубым сердитым голосом) А вы учитесь, придурки недоразвитые, чтобы вам всем Юпитер в созвездии рака постоянно был.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА встаёт со своего места и выходит к доске.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Начнём с того, что карты Таро существуют уже несколько тысяч лет. Сам Гай Юрий Цезарь пользовался ими, чтобы узнать, сможет ли он наконец-то захватить Галлию в следующий части «Астерикса и Обеликса», однако…       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Достаточно, моя звёздочка, садись, пять.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА садится на своё место с крайне ошарашенным видом.       ЛАДА КОРИЧНЕВА (возмущённо): Но она же почти ничего не рассказала!       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Да, но, как я уже говорила выше, она является лучшей ученицей нашей школы за последние (грубым сердитым голосом) двести лет, Горшоков, а ну живо прекрати жевать жвачку! (ласковым тонким голосом) А теперь к доске пойдёт Лада Коричнева.       ЛАДА КОРИЧНЕВА выходит к доске и начинает говорить очень долго говорить какую-то ерунду.       ЛАДА КОРИЧНЕВА: Сам ты ерунда!       СЦЕНАРИСТ в шоке, но продолжает писать сценарий. ЛАДА КОРИЧНЕВА очень долго и подробно рассказывает лекцию. СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА притворяется, что внимательно слушает. ЛАДА КОРИЧНЕВА заканчивает рассказывать лекцию.       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (равнодушно): Садись, два.       ЛАДА КОРИЧНЕВА (крайне возмущённо): Почему два?! Я же всё рассказала!       СТАНИСЛАВА ТИМУРОВНА (ласковым тонким голосом): Но позавчера ты отказалась следовать моему предсказанию, по которому ты должна переписать свою квартиру на меня, и поэтому ты теперь в моём чёрном списке.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА (шёпотом своему соседу): Я осмелюсь предположить, что она не умеет принимать чужое мнение.       РОМА ВИСЛОВ: А я утверждаю, что она не умеет принимать чужое мнение. Может, ты придёшь ко мне сегодня домой?       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Я постараюсь выделить для этого немного времени между факультативом по электродинамике и лекцией про полный состав и историю звёзд и их планет из созвездия Девы.       РОМА ВИСЛОВ: Я ничерта не понял, но думаю, это значит «да».       СЦЕНА #8.       Старый, потрёпанный, но в целом самый обыкновенный и нормальный дом с собственным садом. ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА стоит у двери дома и звонит в звонок. Дверь открывает АРТУР ВИСЛОВ.       АРТУР ВИСЛОВ: А ты ещё кто такая?       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА (шёпотом, раздражëнно): Ну вот, они очнулись. (вежливо и во весь голос) Здравствуйте, Артур Сергеевич, я одноклассница вашего младшего сына. Наши отношения пока что ещё не определены, но я склоняюсь к «просто друзья».       АРТУР ВИСЛОВ (шëпотом): Значит, Рома пошёл не в батю, раз любит девушек помладше.       Закадровый смех.       АРТУР ВИСЛОВ (во весь голос): Заходи.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА заходит в прихожую. Она довольно скромно обставлена. Тут в прихожую входит РОМА ВИСЛОВ с букетом цветов и небольшой коробкой. РОМА ВИСЛОВ садится на колени, открывает коробку, в которой оказывается позолоченное кольцо.       РОМА ВИСЛОВ: Галина Сергеевна, выходи за меня.       Закадровый смех.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА в глубоком афиге.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Афиг — это некультурное слово, правильно говорить «в глубоком смятении».       СЦЕНАРИСТ уже сам в глубоком шоке, но продолжает писать сценарий. ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА в глубоком смятении.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Рома, мне всего лишь двенадцать лет, мне ещё нельзя выходить замуж по конституции.       РОМА ВИСЛОВ: Ну так перепишем её, ей уже не привыкать…       Закадровый смех сквозь слëзы.       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Рома, всё равно гораздо логичнее было подождать до моего восемнадцатилетия, а потом уже решать такие сложные вопросы.       РОМА ВИСЛОВ: Так это «да» или всё же «нет»?       ГАЛИНА СЕРГЕЕВНА ГРЫЗУНЧИКОВА: Это замедленное на шесть лет «да».       Закадровый смех.       РОМА ВИСЛОВ: Ура! Я так рад, что наши дети будут носить фамилию Сергеевны Висловы-Грызунчиковы!       Семиминутный закадровый смех.       КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ.