Света

Весной я окончила 11-й класс, но, увы, не так, как мечтала. Последние два года учебы стали для меня тяжелым испытанием — болезни не отпускали, а учителя, вместо сочувствия, лишь срывались на мне, будто я сама была виновата в своём слабом здоровье. Я мечтала поступить на архитектора в престижный университет, но, взвесив свои силы, поняла, что за полтора года просто не успею подготовиться к экзаменам так, как того требует выбранная специальность. Решение не мучить себя бесконечными занятиями и репетиторами пришло лишь в начале 11-го класса, и вскоре я осознала, насколько разочарована своим выбором. Но ведь колледж — это тоже начало пути, и он вполне мог стать прочной основой для будущей карьеры. Входные испытания я сдала успешно и поступила на платное обучение. Лето обещало быть насыщенным. Вместе с подругой я устроилась на работу, чтобы накопить деньги на поездку в Москву. Мы мечтали провести там хотя бы пять дней — за один невозможно прочувствовать и увидеть всё, что скрывает в себе этот город. Я продолжала жадно поглощать знания, книги не выпускала из рук. В голове всё крепче укладывалась информация, а новости о Шепсах я не пропускала ни одной. Всё моё внимание было сосредоточено на этом человеке и его невероятных способностях. Мы с подругой жили вместе почти месяц, пока её семья отдыхала на море. Было непривычно, но в то же время интересно — видеть друг друга каждый день, засыпать и просыпаться в одной квартире, вместе готовить, делить расходы и радоваться даже самым незначительным мелочам. Лето оказалось непростым, то у одной из нас возникали проблемы, то у другой, и порой мы обе задавались одним и тем же вопросом: почему именно со мной? Казалось, будто над нами висит проклятие, особенно в любви. Личная жизнь не ладилась. Я не могла открыть сердце для новых чувств, потому что всё ещё оставалась в плену прошлого. Разрыв с Никитой, случившийся осенью, продолжал преследовать меня. Я не могла отпустить его, а может, и не хотела. К тому же меня не покидали странные сны. Они приходили каждую ночь, без исключений. Порой это были пугающие кошмары, порой — параличи, иногда явления инкубов. Но случались и другие — яркие, романтические, в которых я вновь чувствовала себя живой. Однако после пробуждения оставалась лишь пустота. Так проходили дни, пока мы не получили первую зарплату. — Сорок пять тысяч на руки! — с восторгом объявила Ульяна, поднеся телефон к моему уставшему лицу. — Неплохое начало, — кивнула я, переводя взгляд на вечернее солнце, которое, несмотря на поздний час, всё ещё палило нещадно. Лето в этом году выдалось знойным. — Чего поникла? Опять о бывшем думаешь? — Ульяна склонила голову набок, внимательно вглядываясь в моё лицо. Я глубоко вздохнула. — В какой-то мере да… но дело не только в Никите. — Я слегка прикусила губу, глядя на подругу. — Тогда в чём? Опять сны? — она хитро прищурилась. — Именно. Мне приснился очень странный сон… там был Олег… Я не успела договорить, как Ульяна громко расхохоталась. Она всегда так реагировала, и в какой-то степени я её понимала. Действительно, звучало забавно — обычной 18-летней студентке снится 27-летний медиум, кумир сотен тысяч поклонников. Но этот сон не выходил у меня из головы. Возможно, это был знак. — Свет, да ты просто на него помешалась! Думаешь о нём слишком много, вот он тебе и снится! — пожала плечами Ульяна. — Нет, ты не понимаешь… Вот придём домой, и я расскажу всё. Я взяла её под руку, и мы направились к дому, постепенно забывая о разговоре, смеясь и болтая о пустяках. Ульяна жила на четвёртом этаже в просторной трёхкомнатной квартире. Как только мы вошли, сбросили обувь и, не теряя времени, отправились на кухню. Она устроилась за столом, лениво опершись щекой на ладонь, и наблюдала за мной, пока я готовила ужин. — Так что за странный сон тебе приснился? — спросила она с лёгким интересом. Я обернулась и усмехнулась. — Ты серьёзно хочешь узнать или просто из вежливости спрашиваешь? Достав овощи из холодильника, я принялась их промывать. — Николаева, не неси чушь, конечно хочу! Так что там у вас за роман с Олегом во сне был? — она пододвинула к себе миску с виноградом и стала неспешно отправлять ягоды в рот. Я выложила овощи на деревянную доску и начала нарезать. На мгновение кухня погрузилась в тишину — только звук ножа, скользящего по доске, разрезал её. — Ну? — напомнила о себе Ульяна. Я продолжала нарезать огурцы, задумчиво глядя в окно, выходящее на запад. Закатное солнце било мне в глаза, и я слегка прищурилась, заслоняя лучи рукой. Ульяна доела виноград и уже вскрывала плитку шоколада. — Эй, ты его хоть экономь! Нам ещё в Москву ехать, — проворчала я. Она лишь пожала плечами. — Сон я расскажу позже, когда закончу ужин. Сейчас мысли путаются. Но даже когда я вновь вернулась к овощам, мысли продолжали уносить меня в тот сон, который не давал покоя…