Света

Утром меня разбудил настойчивый звон будильника, который я забыла отключить накануне. К счастью, Ульяна его не услышала — видимо, крепко спала. А вот мне пришлось буквально броситься к телефону, который вчера вечером остался на полу среди вещей, разбросанных при сборе чемодана. Выключив надоедливый сигнал, я тяжело вздохнула и поднялась на ноги. На часах было шесть утра. Ложиться обратно уже не имело смысла — сон прошёл. Решив не терять времени, я взяла сменную одежду и отправилась в ванную. Скинув с себя ночную пижаму, я шагнула в ванну и включила прохладную воду. Напор скользнул по телу, заставляя кожу покрываться мурашками. Закрыв глаза, я наслаждалась бодрящей свежестью, мысленно прокручивая предстоящий день. Сегодня мы наконец отправляемся в Москву — поездка, ради которой столько работали и ждали. И вот, этот момент настал. Долго стоять под прохладной водой я не любила, поэтому спустя десять минут выключила душ, насухо вытерлась полотенцем и переоделась. Бросив старую одежду в стиральную машину и слегка просушив волосы, я вышла из ванной. Заглянув в комнату Ульяны, убедилась, что она всё ещё спит. Дверь её спальни была приоткрыта, и я увидела, как она, свернувшись клубком, мирно дремлет, повернувшись спиной к окну, плотно занавешенному шторами. На носочках я прокралась на кухню и принялась готовить завтрак. Остановила выбор на воздушных японских панкейках — простых в приготовлении, но невероятно вкусных, к тому же их точно хватит на двоих. Чтобы скрасить процесс готовки, я включила телевизор и зашла в видеосервис. Решив пересмотреть 21-й сезон Битвы экстрасенсов, я с улыбкой запустила первую серию. Соскучилась по испытаниям Олега, а новая Битва сильнейших выйдет только вечером. Поэтому, пока на экране разворачивались мистические события, я принялась за готовку, погружаясь в уютное утро перед большим днём. Я стояла у плиты, босиком на прохладном деревянном полу, и аккуратно отделяла желтки от белков. Яйца были свежими, холодными на ощупь, и ложились в прозрачные миски мягкими, упругими комками. Белки застыли в чаше, подрагивая, как жидкий свет, а желтки растеклись густым золотом, обещая мягкость и нежность будущего теста. Я взяла венчик и медленно, почти церемонно, начала взбивать желтки с сахаром. Смесь густела, становилась бледной, насыщенной воздухом. В отдельной чаше белки под быстрыми движениями превращались в мягкую, блестящую пену, которая постепенно становилась плотнее, превращаясь в шелковистые пики. Смешивая компоненты, я двигалась осторожно, будто складывая в тесто само утреннее тепло, легкость первых солнечных лучей. Сковорода уже разогрелась, и, когда она выложила на неё первый пушистый ком теста, раздалось тихое шипение, словно панкейк вздохнул от удовольствия, касаясь горячей поверхности. Пока один слой схватывался, я добавляла сверху ещё теста, придавая панкейку высоту, воздушность. Он медленно рос, будто дышал, наполняясь невесомостью летнего утра. В какой-то момент я настолько увлеклась происходящим на экране, что полностью выпала из реальности. Олег Шепс как раз проходил своё первое испытание — искал человека, спрятанного в багажнике. Захватывающее зрелище... пока меня не вернул к действительности резкий запах с плиты. — Чёрт, панкейки! — панически вырвалось у меня. Я быстро развернулась, подскочила к сковороде и, к счастью, успела спасти первую партию. Они чуть не сгорели, но всё же остались воздушными, упругими, слегка подрагивающими от малейшего прикосновения. Ещё немного сливочного масла, капля сиропа — и утро заиграло сладкими, нежными нотами. Решив не ждать, пока проснётся Ульяна, я заварила себе кофе и устроилась за столом, пролистывая ленту на телефоне. На экране мелькнуло уведомление от Олега — он выложил кружочек, где упаковывал свои изделия и талисманы в мешочки, а заодно напомнил подписчикам, где их можно приобрести. Мне всегда нравились его работы, но позволить себе такую покупку пока было сложно. Тяжело вздохнув, я вернулась к просмотру шоу. Время приближалось к девяти утра, но Ульяна всё ещё крепко спала. Спешить нам было некуда — поезд отправлялся только в одиннадцать вечера. Будить подругу я не собиралась, поэтому спокойно блуждала по квартире: то почитаю, то снова вернусь на кухню досматривать серию, то просто посижу в телефоне. К одиннадцати утра Ульяна наконец появилась в дверях кухни. Я сидела за столом и, увидев её, не смогла сдержать смех. — Доброе утро, — сквозь слёзы произнесла я, вытирая уголки глаз. Подруга зевнула, хмуро цокнула языком и пробормотала: — Да иди ты в баню, родная. Её волосы были перепутаны, глаза прищурены из-за яркого света, а футболка сползла с одного плеча. Несмотря на сонное состояние, она с интересом посмотрела на тарелку с панкейками. — Ну какая же вкуснятина... — восхищённо протянула она, беря один в руки. — Тебе кофе сделать? — Если не сложно, то давай. Я усмехнулась, наблюдая, как Ульяна медленно жует, довольно мурлыча себе под нос. Налив ей кофе и разбавив молоком, я поставила кружку перед ней. Но подруга смотрела не на завтрак, а на телевизор. — Ну я не удивлена, Светлана! — протянула она, закатывая глаза. Я подняла бровь, не сразу поняв, о чём она. — Олежку всё смотришь, красотка, — хмыкнула Ульяна. Я лишь улыбнулась, и мы рассмеялись. — Ну подумаешь, пересматриваю сезон с Олегом, что такого? — Мы снова теряем Свету! Срочно вызываем скорую! Она достала телефон, сделала вид, что набрала номер и, приложив его к уху, трагично воскликнула: — Девочке плохо! Один кадр с Олегом Шепсом — и она падает в обморок! — Не правда! — засмеялась я, подыгрывая ей. Завтрак прошёл, как обычно, за разговорами и шутками. Мы решили выходить в восемь вечера, поэтому новую серию Битвы сильнейших я уже не успевала посмотреть в нормальном темпе. Ульяна доедала свой завтрак, а я ушла в комнату проверять вещи и документы. Убедившись, что всё на месте, я взяла Странствия души Майкла Ньютона и полностью погрузилась в чтение, не заметив, как пролетело два часа. К часу дня решила скоротать время за компьютером, запустила Sims 4 и начала строить дом. — Мне скучно одной, что делаешь? — раздался голос Ульяны, когда она зашла в комнату и плюхнулась на диван рядом. — Как видишь, дома строю. Тренируюсь. — Главный герой сто процентов Олег, — заявила она, закатив глаза, и шлёпнула меня по ягодице. Я лишь покачала головой. Это её фирменное действие, к которому я давно привыкла. Мы ещё три часа провели за игрой, параллельно запустив какой-то сериал фоном. К пяти вечера решили приготовить лёгкий ужин. — Что будем делать? — спросила я, лениво перебирая пальцами по столешнице. — Давай плова бахнем. Он и сытный, и на двоих с головой хватит. — Ну давай, — согласилась я. На кухне царил уютный хаос: шорох пакетов, глухие удары ножа о разделочную доску, ленивый плеск воды в глубокой миске с промытым рисом. солнце за окном медленно склонялось к горизонту, окрашивая кухню мягким золотистым светом. — Ты уверена, что лука хватит? — спросила я, бросая в кастрюлю горсть янтарных ломтиков. — Достаточно, но ещё можно чуть-чуть, — ответила Ульяна, поправляя волосы, чтобы прядь не падала на лицо. Она ловко перемешивала лук в раскалённом масле, слушая, как тот начинает шкворчать, источая сладковатый аромат. Крупные куски мяса уже лежали рядом, источая лёгкий розоватый блеск. Я подхватила их и осторожно выложила в казан, который тут же зашипел, окутывая пространство терпким запахом поджаренной баранины. — Вот теперь началось самое главное, — улыбнулась я, отступая на шаг и наблюдая, как поверхность мяса покрывается аппетитной румяной корочкой. Чеснок, морковь, специи — всё ложилось в казан слоями, будто вплеталось в единый ароматный узор. Куркума рассыпалась тёплой золотой пылью, зира наполняла воздух пряной глубиной. Когда пришла очередь риса, мы действовали слаженно: я высыпала его ровным слоем поверх мяса, Ульяна аккуратно разравнивала ложкой, чтобы зёрна впитали в себя аромат зирвака, но не перемешались. Последний штрих — тонкие струи воды, чтобы всё томилось медленно, наполняясь вкусом. Теперь оставалось ждать. Мы переглянулись, довольные собой, и рассмеялись. На кухне уже царил тёплый, пряный аромат плова, обещая, что ужин будет по-настоящему домашним, насыщенным вкусом и теплом нашего дружеского вечера. Мы сели за стол и молча поужинали. Плов получился на удивление удачным — рассыпчатым, ароматным, с нежными кусочками мяса. Мы с Ульяной довольно переглянулись, наслаждаясь ужином. Когда тарелки опустели, я вызвалась заняться посудой, а подруга ушла в душ. Скользя руками по мыльной керамике, я задумалась о предстоящей поездке. Москва... Что нас там ждёт? Я долго копила деньги, чтобы купить что-нибудь в ларьке Александра Шепса, и втайне надеялась встретить там не только его, но и Олега. Мысли кружились, переплетаясь с тихим журчанием воды в раковине, пока меня не вывел из размышлений звонок телефона. На экране высветилось: «Мамочка». Я быстро вытерла руки о полотенце и приняла вызов. — Алло, мамуль. — Привет, как у вас дела? — раздался в трубке слегка уставший голос. Как всегда, мама работала без отдыха, но всё равно находила время, чтобы переживать за меня. — Всё хорошо, — улыбнулась я. — Только что поужинали, скоро начнём собираться. Ульяна пока в душе. — Понятно... Ну вы там осторожнее, ничего не теряйте, документы держите при себе, деньги рассчитывайте, — привычно наставляла мама. Я слушала её с тёплой улыбкой. — Мамуль, всё под контролем. Буду звонить, писать, фото присылать и отчитываться. В ответ послышался её мягкий смех: — Вот правильно! Отчитываться — это очень хорошо. Берегите себя, ведите себя прилично. Не буду отвлекать, напиши, когда сядете в поезд. — Хорошо, мамуль. Звонок завершился, и я отправилась в комнату, чтобы собрать вещи. Краситься смысла не было — ночью в автобусе мы будем спать, а утром приедем в Москву. Через некоторое время из ванной вышла Ульяна — с румяными щеками и влажными волосами. Она быстро собралась, и ровно в восемь вечера мы вызвали такси. До вокзала ехать всего полчаса, и уже ближе к девяти мы стояли в людском потоке. Толпы людей спешили кто куда, суетливо пробираясь между чемоданами, сновали проводники, раздавая указания. Пока нас проверяли на входе, казалось, что прошла целая вечность. — Вечная проблема Санкт-Петербурга, — буркнула Ульяна, когда нас в очередной раз кто-то толкнул. — Толкучка? — Толкучка и тотальное отсутствие личного пространства. Мы с ней переглянулись и синхронно выдохнули. Наконец, мы добрались до зала ожидания. Скамейки, конечно же, были заняты, но это нас не остановило — мы привычно устроились прямо на полу. — Два с половиной часа торчать... Надо было позже выезжать, — ворчала Ульяна. — Зато без опозданий и нервов. Может, и скучновато, зато скоро мы будем в Москве, — я протянула ладонь, и подруга со смехом хлопнула по ней. Чтобы хоть как-то скоротать время, я купила нам по кофе. Цены, как всегда на вокзале, были заоблачными, но выбора не оставалось. В ожидании поезда я снова погрузилась в соцсети Олега, пересматривая его интервью, изучая его мысли, идеи и магию. Это увлекло меня настолько, что время пролетело незаметно. Наконец, объявили посадку. Мы подхватили чемоданы и направились к выходу. Народ двинулся к платформе плотной массой, пробираясь через узкие двери. Как только мы вышли наружу, нас обдало прохладным вечерним ветром. По коже побежали мурашки, но ноги уже сами несли к вагону. Наш вагон оказался десятым, и нам повезло — он располагался в середине состава, а не в самом конце. Очередь на посадку с каждой минутой становилась всё длиннее, но, к счастью, мы пришли одними из первых. Предъявив паспорта и билеты, с облегчением шагнули в вагон. Мы заранее выбрали купе — хотелось немного уединения и тишины. Нам достались нижние полки, и это было настоящей удачей: с нашим ростом постоянно забираться наверх и спускаться было бы утомительно. — Как думаешь, верхние места уже выкупили? — спросила Ульяна, доставая телефон, чтобы проверить. Я пожала плечами: — Скорее всего, да. Сейчас сезон путешествий, поезд забит под завязку. Я спрятала чемодан под сиденье, села и выдохнула. На столике уже лежал стандартный железнодорожный бокс с лёгким перекусом и завтраком — приятный бонус к поездке. В этот момент я заметила, как у Ульяны неожиданно расширились глаза. — Что случилось? — спросила я, приподняв брови. Она перевела на меня сияющий взгляд и сдержанно, насколько это было возможно, произнесла: — Места не выкупили. Мы едем вдвоём! На радостях она вскочила и начала танцевать, махая руками в воздухе. Я рассмеялась, но её выступление внезапно прервала появившаяся в дверях проводница. Ульяна вздрогнула и ойкнула, а я только сильнее рассмеялась. — Простите, что потревожила ваши танцы, но можно я представлюсь? — улыбнулась девушка. Ей на вид было не больше двадцати одного года — молодая, возможно, только на практике. — Меня зовут Злата, сегодня я буду вашим проводником. Она коротко рассказала о расположении удобств, наличии горячих напитков и правилах поезда, проверила билеты и вежливо предложила нам чай. Мы с Ульяной охотно согласились — чашка чая перед сном казалась отличной идеей. Немного расслабимся, поговорим, а потом ляжем спать — ведь подъём в пять утра. Поезд дёрнулся и плавно тронулся с места. Мы переглянулись и улыбнулись друг другу. Ульяна не удержалась и радостно захлопала в ладоши, визжа, как ребёнок. Я быстро написала маме сообщение: «Мы сели, едем». Ответ пришёл не сразу, но когда я его увидела, мне стало тепло на душе: «Хорошо, берегите себя. Позвонишь завтра. Доброй ночи, доча». Я положила телефон в сторону. Злата вскоре принесла наш чай. Мы поблагодарили её и закрыли за ней дверь. Наступила тишина. Такая тишина, которую не хотелось нарушать словами. Мы просто сидели, глядя в окно, наблюдая, как ночной пейзаж медленно уходит за горизонт, слушая ровный перестук колёс по рельсам. Внутри разливалось приятное чувство умиротворения. Глоток за глотком горячий чай согревал изнутри, но вместе с этим сердце всё равно замирало в предвкушении. Что ждёт нас в этой поездке? Мы допили чай и решили лечь спать — до утра оставалось всего пять часов. Разложив постель, забрались под тёплые одеяла. — Спокойной ночи, — пробормотала Ульяна. — Спокойной, — ответила я, закрывая глаза. Поезд мерно покачивался, убаюкивая нас, и вскоре мы провалились в глубокий сон.