Глава 1. Знакомство

София чудом успела на поезд, буквально запрыгнула в последний вагон за секунду до закрытия дверей. И ей ещё при этом несказанно, пусть и крайне сомнительно, повезло, ведь другого способа добраться до нужно места попросту не существовало. — И угораздило же найти работу именно там, — раздосадовано пробормотала себе под нос София. Ругать, конечно, стоило не работу (её-то нужно было только похвалить за то, что она вообще нашлась спустя столько времени!), а собственную забывчивость, граничащую, порой, чуть ли не с патологической потерей памяти. Специалисты, правда, почему-то отказывались признать её ни патологической, ни хотя бы просто потерей памяти, а только лишь отмахивались и говорили: «Да вы, милочка, в облаках витаете, в силу возраста. Замуж бы вам, и сразу забывчивость вся и уйдёт». — Вы что-то сказали, милочка? — тут же навострила уши старушка, занявшее соседнее место. — Нет-нет. Простите, что побеспокоила вас, — от набившего оскомину обращения Софию ощутимо передернуло, но она постаралась выдавить из себя как можно более вежливую и доброжелательную улыбку. Возможно, с доброжелательностью она всё же слегка переборщила, потому что глаза старушки сразу заблестели от предвкушения. С одинокими стариками, да и людьми вообще, такое случается, с виду словно ангелы, а стоит им решить, что они нашли в твоём лице благодарного слушателя, так уже вцепятся, как клещи, и сбежать от них, у сожалению, так просто не выйдет. Особенно, если ты заперт с ними в одном вагоне движущегося поезда, с уже купленным билетом в руках, и ехать тебе осталось, без малого, ещё три с половиной часа. Путь Софии лежал из самого Лондона до станции Шропшир в графстве с одноименным названием. А там уже ей предстояло пересесть на на попутку или автобус и ещё полчаса ехать, чтобы, наконец, добраться до Брунгертона, конечной точки её сегодняшнего маршрута. Итого, получалось, что дорога от Лондона до Брунгертона, где Софии предстояло работать, занимала бы, в лучшем случае, четыре часа, и то без учёта пробок по дороге от дома до вокзала и пересадку с поезда на автобус. Каждый день, понятное дело, так не наездишься, даже при всей любви Софии к поездам и путешествиям. Поэтому она предполагала лишь недельку пожить там, всё отфотографировать, замерить для дальнейших эскизов, выслушать пожелания клиента и после этого вернуться обратно домой, в Лондон. А потом уже в спокойной и знакомой обстановке подготовить финальный проект по ремонту дома, согласовать с заказчиком всякие мелкие детали и получить за свою работу и зарплату, и пополнение в портфолио, которое после окончания университета по-прежнему оставалось удручающе пустым. София, конечно, и раньше догадывалась, что выбранная ею профессия дизайнера — не самая лёгкая и не гарантирует быстрый успех, если у тебя нет никаких связей в этой области, но всё же хоть на какой-то успех рассчитывала. Однако позади остались уже и годы обучения в университете на архитектурном направлении, и дизайнерские курсы, и курсы повышения квалификации, а подходящих заказов все равно ни одного не нашлось. С последних курсов прошел уже целый год, и за весь этот год портфолио Софии не пополнилось ни одним выполненным проектом. Поэтому предложение работы дизайнером в Брунгертоне стало для Софии, своего рода, подарком судьбы — у неё наконец-то была хоть какая-то работа. Подробностей заказчик не сообщил, ограничившись скупым обещанием рассказать всё на месте, и вот теперь София в это самое место и держала путь. О существовании Брунгертона она до этого и слыхом не слыхивала и сначала подумала, что заказчик имел в виде Бриджнорт, тоже не самый известный город в графстве Шропшир, но всё же известный хоть кому-то. А оказалось, что нет, такой город, в самом деле, существовал и даже находился по соседству с Бриджнортом. Как минимум, это говорило о том, что основатели какого-то из этих двух городов не славились фантазией или были ярыми поклонниками игры «сделай, как у соседа, но не точь-в-точь». Впрочем, что это могло означать «как максимум», додумать Софии не дала старушка-соседка. — Ох, ну какое же тут беспокойство, милочка! На старости лет только в радость поговорить по душам с такой милой юной девушкой, как ты… София попыталась возразить, что она совсем не милая и, уж тем более, давным-давно не юная, но старушка ей такую возможность не дала. — Как тебя зовут, милочка? — София. — Чудесное имя, милочка, чудесное. Помню, была у меня подруга, которую звали так же… Дай бог памяти вспомнить, когда же это было, а то память на старости лет уже не та. Ох, уже совсем не та… София терпеливо молчала, а потом так же терпеливо слушала такой подробный монолог старушки о её молодости, что проблемами с памятью там и не пахло. Да София даже собственную юность, которая закончилась не так давно, настолько точно и со столькими деталями вспомнить не смогла бы! А её соседка помнила и в каком платье она была в какой день, и какое ожерелье надела, и какого цвета глаза у её кавалера были. София ей даже немного позавидовала, сама она свой собственный цвет глаз и не вспомнила бы, если бы не смотрелась в зеркало каждый день. В общем, говоря о своей плохой памяти, старушка явно прибеднялась и усыпляла бдительность слушателя, чтобы потом разом огреть его по голове таким количеством информации о прошедшей молодости, что мало не покажется никому! Закончила свой рассказ старушка только тогда, когда поезд прибыл на станцию Шропшир. Бодро подхватила свои нехилые пожитки и одной из первых выскочила из вагона. София проводила её ошалелым взглядом, кое-как собрала мысли в кучу и на ватных ногах тоже покинула вагон. Ощущения были такие, словно из неё все жизненные силы разом выкачали, и энергии не осталось уже совсем ни на что. Но впереди была ещё дорога до Брунгертона, а значит, нужно было найти нужный автобус и купить билет. Или поймать попутку, но при мысли о том, что ей придётся ещё полчаса слушать чью-то болтовню или, того хуже, болтать самой, Софии стало дурно. Поэтому было решено найти автобус и автобусные кассы, сесть на нужный рейс и поспать с чистой душой следующие полчаса. Благодаря этому решению София приехала в Брунгертон отдохнувшей, снова полной сил и с прежним энтузиазмом предвкушающей будущую работу. София вышла из автобуса, огляделась, пытаясь сообразить, что ей теперь делать и куда идти. Взгляд зацепился за одинокую фигуру, черным пятном выделявшуюся на общем довольно светлом фоне. Словно почувствовав её взгляд, фигура подняла голову и посмотрела прямо на неё, а потом приблизилась. — Вы София Баркли? — к ней подошла тёмная фигура, оказавшаяся молодым человеком в солнцезащитных очках, до этого ждущим возле автобусной остановки. Весь в чёрном, ещё и в очках с чёрными стеклами он, и правда, приковывал внимание. Возможно, конечно, дело было всё в том, что других людей на остановке, кроме него и Софии, уже не было. — Да, это я, — кивнула София. — Добрый день! Меня зовут Генри Невилл, мы с Вами общались по телефону. — О да, да, точно! — выпалила София. После разговора с той старушкой у неё совершенно вылетело из головы, что заказчик пообещал её встретить в Брунгертоне. Повезло, что забыла об этом только она одна, и что они не успели разминуться. — Очень приятно познакомиться! Молодой человек снял тёмные очки, и в его карих глазах на мгновение отразилось закатное солнце, из-за чего зрачки показались Софии кроваво-красными. Генри вежливо улыбнулся, а София, кажется, впервые в жизни поняла, почему та старушка из поезда даже полвека спустя всё ещё помнила цвет глаз своего кавалера. Некоторые вещи бывает очень сложно забыть, особенно если они попали тебе в самое сердце.