Часть 4, в которой бродят призраки прошлого

      Ишимура, хватаясь за стены и столы, медленно двигалась к выходу. Тёмные внутренности мастерской резко стали неприятными, давящими со всех сторон. Зрение плыло, передёргиваясь, словно испорченная запись, а в углах начало наливаться красное сияние символов.       Уже у самого выхода, ноги окончательно подвели девушку, и она завалилась вперёд, распоров кожу на ладони об острый угол какой-то железяки. В молчаливом исступлении Ишимура продолжила перебирать руками, стараясь хоть таким образом вытащить себя на свет из смыкающейся за спиной темноты. Фантомный образ доктора Мерсера исчез почти сразу же, как закончил свою речь, так что теперь ей приходилось всё делать самой.       Тонкие пальцы ухватились за край дверного проёма и корабль рывком наполовину выдернула себя на улицу, сразу же уронив голову на нагретый солнцем асфальт. Центральное ядро БК горело, словно его закинули в сталеплавильную печь, отдаваясь разрывающими импульсами боли, регистрируемыми через новые системы телеметрии. Из её лёгких вырвался сиплый, задыхающийся вдох, который едва смог пройти через плотно сжатые зубы.       – Тише, тише. Знаю, тебе плохо, но нужно потерпеть, – над ней склонилось лицо женщины в годах, обрамлённое короткими, светлыми, вьющимися у кончиков волосами. Гренье склонилась над лежащей на земле Ишимурой, аккуратно поддерживая её голову, – Не стоило тебе этого делать, мы должны были остаться пустыми воспоминаниями, – Ишимуру скрутил очередной спазм.       – Давай мы тебя повернём, – стоило бывшему начальнику мед. службы повернуть корабль на бок, как ту вырвало жельчью, – Всё будет хорошо, девочка. Только потерпи, – руки Жаннет гладили Ишимуру по голове, пока та в очередном приступе обламывала скребущие по асфальту ногти.       – Ты ведь гораздо сильнее нас. Мы созданы из мяса, костей и крови, а ты – из металлов и композитов. Не забывай про это. Не стоит слушать, что бормочет эхо, гуляющее среди труб и сервисных туннелей, – рука отпустила волосы и легла на покрытый холодной, липкой испариной лоб наконец успокоившейся девушки, – Мне нужно идти. Я… должна.       Она не могла точно сказать, сколько прошло времени, прежде чем функциональность хотя бы частично вернулась. Бортовой хронометр упорно доказывал, что девушка провела на земле девять минут и шестнадцать секунд, но судя по ощущениям, она не могла подняться с асфальта несколько часов. Верхние манипуляторы всё ещё плохо слушались, а их привода, судя по всему, и вовсе вышли из строя – подобрать другое объяснения к навалившейся на руки слабости Ишимура не могла. Она с трудом оттолкнулась себя подальше от отвратительно пахнущей лужи, перевернувшись на спину и уставилась в небо.       

***

      Айзек окончательно забился в угол. Ему не хватило каких-то пары метров, чтобы добраться до лифта, но образы экипажа полностью окружили его, прижав к стенам. Их голос гремел, отражаясь эхом от металла переборок, заставляя и так не понятную речь сливаться в психоделическую какофонию.       Инженер схватился одной рукой за шлем, под котором немилосердно болела его голова, словно мог хоть так заглушить накатывающие на него волны агонии, а другой – размахивал перед собой, не разбирая направления и целей. Всё ещё раскалённый на выходе резак ударялся по фигурам, заставляя их рассыпаться дымными облаками, который через мгновение вновь формировали безликую пародию на человека.       Новый приступ боли окончательно свалил его на пол, заставив упереться в качающиеся перед глазами панели уже тремя конечностями, пока четвёртая упорно продолжала махать резаком.       В висках грохотом отдавалось собственное сердцебиение, словно ещё чуть-чуть и они лопнут от напора крови. Мир вокруг уже не просто качался, а устроил настоящую пьяную пляску, грозясь устроить ему морскую болезнь. С очередным приступом боли справиться уже не получилось и Кларк окончательно рухнул на пол, зажимая руками голову, а после – всё вокруг померкло в спасительном забытие.       …       – Мне больше не холодно, Айзек, – голос, донёсшийся до него через пелену обморока, оказался до боли в груди знакомым.       Инженер открыл глаза. Через линзы шлема и ворох предупреждений о его здоровье от ИКС, он разглядел напольные плиты грязно-коричневого цвета. Мышцы нехотя повернули голову, и, хотя он прекрасно знал, что увидит, какая-то часть всё ещё слепо надеялась на то, что это просто иллюзия не до конца очнувшегося мозга.       Возле него стояла Николь. Такой, как он её запомнил, не на той проклятой записи – испуганной и потерянной. Такой она была, когда прощалась с ним перед отбытием на борт Ишимуры – с глазами, полными искр надежды и предвкушения. Женщина мягко улыбалась, смотря на него, и, словно невзначай, поправила короткие волосы, выбившиеся из-за уха. Айзек только захрипел. Чувство было такое, словно у него во рту не собственный язык, я вся марсианская пустошь.       – Знаешь, я ведь ждала нашей встречи. Мне правда хотелось снова тебя увидеть, – сказала Николь… нет, не Николь. Тварь, нацепившая её лицо, словно маску, – Я так скучала, – тварь потянула к нему руки.       Мужчина издал низкий рык, переходящий в кашель, и резко дёрнулся, откатившись в ближе к лифту.       – Почему ты… ты не веришь, что это я, да? – мягкая улыбка сменилась грустью и Айзеку даже показалось, что в уголках глаз заблестели слёзы.       – Не-кхк… нет… Нет… Третий раз я на это не куплюсь, – Кларк приподнялся, одновременно шаря рукой в поисках экрана вызова кабины.       – Но… – женщина перед ним поникла, – Но… это ведь и правда… я… – она неловко прикрыла рукой нижнюю часть лица.       Позади Айзека дружелюбно пиликнул интерфейс лифта, отворив за его спиной двери. Не спуская взгляд с всё ещё закрывающей себя рукой и потупившей взгляд твари, он начал идти спиной вперёд, пока не уткнулся в конец кабины лифта. Он снова вслепую нашёл консоль выбора этажа. Фигура, которая так и не сдвинулась с места, несмело подняла голову. Прежде чем створки успели закрыться, он увидел, как её плечи дёрнулись, а до него донёсся тихий всхлип.       

***

      Добраться до командной палубы… на удивление не сложно. Айзек ожидал, что теперь из-за каждой решётки СЖО на него будут снова валиться некроморфы или эти новые призрачные твари, но корабль вокруг него оставался всё таким же пустым.       Ввалившись в святая-святых, словно вернувшийся домой пьяница, он, пошатываясь и громыхая железными подошвами ботинок, прошёл до ближайшего кресла, в которое и рухнул. Как бы не хотел признавать это Кларк, но встреча с фантомом прошлого оказалась для него куда тяжелее, чем он хотел показывать кому бы то ни было. Ну или надеялся, что показал. Вариант того, что обелиск, который, теперь уже очевидно, находился где-то на борту, копается в его мозгах, оставался слишком вероятным.       – Ишимура… – отодвинув в сторону терзающие его чувства, он негромко обратился к новой личности старого корабля. Ответа не последовало. Айзек попытался достучаться до ИИ через внутреннюю сеть связи, но хоть сигнал и уходил, ответа всё равно не было. Тяжело вздохнув, он поднялся и пошёл в сторону основной части мостика, который была от него отделена двумя шлюзами и небольшим переходом.       Свет там шёл только от ламп, вмонтированных в потолок, а бронеставни обзорных панелей оказались закрыты.       – Ишимура! – Кларк уже закричал. Мысль о том, чтобы остаться одному, запертому во внезапно ожившем, а потом снова умершем корабле его пугала. Инженер с досадой саданул по столу, возле которого стоял, словно это могло вывести огромную груду металла вокруг него из транса.       – Мистер Кларк? – голос, хотя и шёл из расположенных по углам помещения громкоговорителей, оказался тихим. К тому же в нём вместо прошлой невозмутимости искусственного интеллекта отчётливо сквозило замешательство.       – Да. Что, чёрт возьми, произошло? – он в очередной раз вздохнул, на этот – для того, чтобы собраться с мыслями, – Откуда… нет… Почему… – мысли закручивались в его голове в странные вихри, никак не желая обретать форму чёткого вопроса.       – Корабль не может функционировать без команды, – Ишимура снова переключилась на свой монотонно-электрический голос.       – Знаешь, когда ты погнала меня снимать блокировку с жилой палубы, я думал, что это просто твоя блажь… – шлем сполз с головы, прячась в нагрудный и наспинный модули ИКС, а сам инженер залип на вращающийся на одном из экранов логотип CEC.       – Вынуждена признать, что произошедшие события не были мной запл…       – В любом случае, нам нужно сбросить обелиск за борт, а потом я попробую запитать литосферные резаки и уничтожить его ими, – Кларк отвлёкся от крутящейся буквы C, концы которой сжимали планету и начал раскидывать задачи, пусть больше и для себя одного.       – Объект отсутствует на борту, – бодро ответила ему ИИ, даже не обратив внимания на то, что инженер её перебил.       – И ты утверждаешь это, имея едва ли треть от систем телеметрии в рабочем состоянии? – Айзек поднял бровь, уставившись в область, где висел один из динамиков системы оповещения.       – В данный момент процент успешного опроса систем самодиагностики составляет семьдесят восемь процентов и продолжает повышаться. Все служебные посты отчитались о успешном начале работы, – теперь в голосе слышались нотки гордости, пусть и едва уловимые, – В данный момент аварийные команды заканчивают работу над системами питания автоматических средств сбора урожая в системе гидропоники.       Айзека кольнуло неприятное чувство, которое он с трудом мог расшифровать. В нём смешалось и ярое неприятие толи очередной чертовщины, устроенной проклятыми каменюками, толи окончательно слетевшего с катушек ИИ в корпусе корабля и теле девчонки, и замешательство относительно темпов работы и… странное чувство собственничества. За все его посещения Ишимуры, он был тут единственным, кто занимался чёртовым ремонтом.       

***

      Оставив мистера Кларка в задумчивости сидеть на мостике, Ишимура снова подняла бронеставни. Несмотря на то, что с восстановлением камер внешнего наблюдения этого больше не требовалось для ведения визуального наблюдения за окружающим пространством, данное действие всё равно ощущалось как правильное и необходимое.       Слабость стремительно отступала и теперь она смогла почти без проблем подняться. Она снова прогнала через блок анализа все имеющиеся на руках факты, но теперь вместо шатких предположений, у неё сложилась вполне стройная и даже частично подтверждённая картина текущего положения.       Во-первых – данное тело является проекцией её настоящего корпуса в этот слой реальности. Является он первичным по отношению к тому, в котором расположен корпус или наоборот – неизвестно. Аномалии восприятия, проявляющиеся в человеческом теле, не поддаются логическому обоснованию на основе имеющихся данных. Наиболее вероятная причина – накопившиеся ошибки в центральном ядре бортового компьютера. Косвенно подтверждается отсутствием других свидетелей их появления       Во-вторых – полноценное смещение корпуса в данный слой реальности невозможно, в связи с двумя факторами: крайне высокие энергозатраты и невозможность точного расчёта вектора смещения, так как тело не способно выступить в качестве опорной точки. Причины последнего требуется выяснить.       В-третьих – использование масштабированных копий деталей оригинального корпуса в применении к телу увеличивает проводимости канала связи и уменьшает энергозатраты. Согласно расчётам, уменьшение затрат имеет нелинейную зависимость от количества деталей, предположительно, в некоторой момент увеличение сходства с оригинальным корпусом не даст дальнейшего снижения.       В-четвёртых – одинаковое масштабирование деталей, как и их непосредственное копирование не являются минимально необходимым условием. Исходя из анализа обнаруженной технической документации, можно сделать вывод, что основой запуска процесса является смысловое соответствие или соответствие «духу». В дальнейшем необходимо произвести сравнительный анализ между техническим и «духовным» соответствием снаряжения человеческого тела в области снижения энергозатрат на частичное смещение корпуса.       В-пятых – наличие экипажа продолжает влиять на работоспособность корпуса и проекции. Степень зависимости не известна, в связи с невозможностью визуального обнаружения членов экипажа, при наличии отклика в сети от личных ИКС. Предположительно, действия экипажа влияют на её корпус, но не проекцию в виде тела. Требуется дальнейшее изучение.       Ишимура довольно кивнула, ещё раз проверив пункты своих выводов. План дальнейших действий построен и включает в себя несколько пунктов, но первый из них – изготовление подходящих деталей. А когда она получит возможность частично вернуть себе свой корпус, то можно будет что-нибудь выкопать…