Часть 8, в которой Ишимура кусается во всех смыслах

      Оскар открыл глаза. Голова нещадно трещала и обещала все кары небесные, если он сдвинет её хотя бы на миллиметр.       – Вы очнулись, – в его поле зрения резко появилась женское лицо, с длинным спутанными волосами и жуткими бездонными глазами, – Ваша необоснованная реакция привела к непредвиденным последствия, выраженными в виде физических повреждений, – Меннинг пошевелился, но тонкая рука с длинными пальцами и абсолютно нечеловеческой силой, прижала его к дивану, – Я настоятельно не рекомендую двигаться. Для вашего же блага.       – Что, решила меня на потом оставить, сука, – зло процедил Оскар, кривясь от вспыхивающих в голове с каждым словом цветков боли.       – Оскар, ради всего святого, заткнись, – уставший голос Рамона донёсся из угла каюты, – Нам надо отплывать, так что сейчас ты послушно съешь все таблетки, которые тебе даст Ишимура, после чего поможешь мне.       – Да хрен я чт… – очередную тираду прервал отчётливый щелчок досланного патрона. Оскар скосил глаза и молча уставился в наведённый на него ствол пистолета, который таскал с собой Билли, а теперь держал Родригес.       – Либо мы сейчас вместе выводим «Фортуну» в море, либо я прямо сейчас пристрелю тебя, чтобы не мешался, заделаю дыру в корпусе, а потом всё равно выведу «Фортуну» в море, – голос испанца был смертельно спокоен, эхом отдавая куда-то в кости Меннинга.       – Ты серьёзно хочешь… – закончить ему опять не дали.       – Всё, чего я хочу – вернуться назад одним куском и вернуть стольких из своего экипажа живыми, скольких смогу. И выбирая между буйным психом на борту и управлением яхтой в одиночку – я выбираю второе. А ты уже и так наворотил, – Рамон мелким кивков обозначил направление. Англичанин ещё больше сместил взгляд в сторону, настолько, что где-то позади глаз налилась тупая тянущая боль, и увидел лежащего на второй койке Билла.       Нога, в которую попала отрикошетившая пуля была замотана бинтами из аптечки, а сам пострадавший, либо находился без сознания, либо самым бессовестным образом спал.       – Для осуществления требуемых согласно должностной инструкции действий вам необходимо принять эти препараты, – в области зрения снова появилось женское лицо, обладательница которого на этот раз ещё и пихала ему под нос ладонь с пригоршней каких-то таблеток.       – Они все из наших запасов, можешь даже не начинать, – сухо буркнул из своего угла Родригес.       Оскар было попытался отвернуть голову, но ему помешали, ухватив её свободной рукой, обтянутой странной прорезиненной тканью.       – Пациент, не сопротивляйтесь, – холодно приказал Ишимура, но заметив, что Меннинг сдаваться не желает попросту зажала ему нос.       Англичанин продержался чуть больше двадцати секунд, прежде чем жжение от недостатка кислорода в лёгких стало невыносимым. Вот только вместе с воздухом внутрь попала и пригоршня таблеток.       Он закашлялся, от, казалось, вставших поперёк горла пилюль и согнулся едва ли не пополам, стуча себя по груди.       – Вам стоит запить лекарства, – ему под нос ткнулась открытая пластиковая бутылка с водой. Оскар схватил бутылку и начал жадными глотками вливать в себя воду, стараясь протолкнуть ей чёртовы таблетки. – Примерно через тридцать минут они полностью начнут действовать. Постарайтесь до того времени сохранять стабильное горизонтальное положение.       С этими словами девушка отошла от его койки и начала подниматься наружу из каюты.       

***

      – Мы уже второй день в этой лоханке болтаемся…       – Мистер Кларк, я могу понять ваше негодование, однако…       – Я не к тому. За это время я не почувствовал ни жажды, ни голода, ни чувства усталости. У меня бывали случаи, когда я не спал несколько суток, но сейчас не замечаю никаких признаков переутомления.       – Это весьма необычное состояние.       – Да… это, пожалуй, самое мягкое слово, которое я могу подобрать для описания всего происходящего. Знаешь, я последние сутки сидел за камерами.       – У вашего интереса есть практический смысл?       – Да. На мостик всё это время приходили отчёты от экипажа. Не просто данные с датчиков, а… Ну, вот, например: замена повреждённой секции силового кабеля на участке 611-А, медицинской палубы. Это не может быть багом автоматики. Я проверил даты. Потом проверил логи контрольных датчиков. Кабель и вправду заменили. Но на камерах никого в этот момент там не было. На всём борту никого, кроме меня! Кто тогда отправляет отчёты? Кто меняет кабеля, датчики, даже чёртовы лампы?! Просто в однин момент кабель был перебит, а в следующий – уже цел! А я точно помню, что для того, чтобы добраться до этого кабеля нужно сначала снять панель пола, потом отключить гравитационную панель и снять её и только потом можно будет дотянуться до силового кабеля! Но на камерах нет ничего из этого!       – Ваше замечание весьма… интригующее. Однако в данном случае, я склоняюсь к тому, что отчёт формируется автоматически, а ремонт происходит в следствии неизвестных нам на данный момент процессов. Полагаю, вам требуется отдых. Возможно, вы хотите выйти на обшивку? Согласно моим данным, морской воздух благотворно влияем на психологическое состояние.       – Ага, ещё предложи мне надеть гавайскую рубаху и шорты.       – Если вам это необходимо для улучшения состояния, то это является целесообразным действием.       – …       –…       – Мистер Кларк?       – А что, если я… просто иллюзия Обелиска?       – Мистер Кларк, ваши подозрения беспочвенны.       – Нет… нет. Послушай. Я не ем, не пью, мне не нужен сон… И все мои теории относительно действия обелиска ты считаешь бредом… А что, если в этом его план? Чем больше бредовых теорий я излагаю, тем больше ты рационализируешь их невозможность, при этом всё больше отрицая возможность влияния обелиска. Но при этом, его влияние никуда не делось. Понимаешь?       – Мистер Кларк, в данном случае ваши утверждения ничем не обоснованы. Согласно вашим же утверждениям, обелиск использует для влияния наиболее близкие для цели образы. Как правило, личности, возникающие в следствии воздействия обелиска мертвы и сам обелиск основывает своё воздействие на чувстве утраты и естественном желание избавить от раздражителя, путём возвращения утраченного. Я не вижу необходимости в сожалениях о чьей-либо смерти.       – Неужели, нет никого, кого бы тебе хотелось увидеть снова?       – …       – Думаю, что есть. Однако их отсутствие не вызывает у меня негативных чувств, тем самым отсутствует раздражитель.              – Как думаешь, почему она пялится на море уже который час? – тихо спросил Рамона подошедший к нему Оскар. Сидящая возле носовой оконечности канмусу начинала всё больше напрягать его. Особенно тем, что вообще редко лишний раз двигалась.       – Не знаю и знать не хочу, – так же тихо ответил тот. – Ты Билли проверил?       – Да. Вроде всё с ним в порядке, но на земле надо будет всё равно оттащить его в «клинику».       – Ну это само собой, – тут испанец резко дёрнулся и начал вглядываться в море. – Справа, 45, посмотри.       Оскар мгновенно бросил разглядывать свой ботинок и тоже уставился в указанном направлении. Море лениво перекатывалось волнами, на которых иногда вздымались белые кромки пены, но вдруг между двумя из них мелькнуло что-то чёрное.       – Блять, блять, блять, – Оскар едва успел пригнуться от крутанувшегося гика, когда Родригес начал перекинул парус. «Фортуна», тяжело налегая левым бортом на воду, начала забирать в сторону от приближающейся опасности.       Вдалеке раздался глухой хлопок, который перешёл сначала в свист, а после превратился в расцветший брызгами взрыв. Благо, снаряд упал в паре сотне метров от яхты, но пристрелка тварей теперь была только вопросом времени.       – Нас атакуют? – будничным тоном поинтересовалась канмусу, которая успела сместиться от носа ближе к корме.       – Нет, блять, дают приветственный салют! – крикнул в ответ Маннинг, который в этот момент опускал двигатель.       Ишимура окинула внимательным взглядом океан вокруг. Внешние камеры нечего не фиксировали, кроме мельтешения воды.       – Секунду, сейчас перенастрою датчики, – Айзек сгорбился за одним из экранов, спешно внося поправки в критерии, по которым БК определял, что считать угрозой, а что нет.       Неподалёку раздался ещё один взрыв, поднявший фонтан брызг в воздух. На этот раз Ишимура успели зафиксировать полёт снаряда и теперь имела примерное представление о направлении, с которого ведётся стрельба.       – Да чтоб тебя! – инженер со злобой стукнул по боковой панели рабочего места, после чего вернулся к своему занятию. – Приведи пока орудия в готовность. Я почти закончил.       Ишимура молча прогнала основные тесты, которые показали, что противоастероидная оборона функционирует в штатном режиме и целей для наведения орудий не наблюдается.       В этот момент Рамон с ужасом наблюдал, как на спине костюма канмусу открываются люки, из которых появляются башни со спаренным пушками, которые тут же начали водить стволами в разные стороны.       Мотор наконец-то зарычал, и яхта прибавила ходу, но даже так оторваться от севшей на хвост стаи скорее всего не выйдет.       – Стреляй, мать твою, чё ты ими просто так крутишь! – крикнул оторвавшийся от двигателя Меннинг.       – Минуту. В систему наведения требуется внести правки, – спокойно ответила девушку, продолжая смотреть куда-то в сторону настигающих их глубинных.       – Да нет у нас этой ёбанной минуты! – ещё громче заорал англичанин, смотря то на канмусу, то назад, где всё отчётливее мелькали силуэты настигающих их монстров.       – Сука, она не воспринимает их как астероиды! – в этот раз Кларк ударил по пульту уже ногой. Бросив заниматься бесполезным делом, он начал дёргано чесать подбородок, после чего снова бросил взгляд на показатели сенсорного массива. – До них всего 1622 метра… При выстреле раз в полторы секунды… Стреляй в их сторону из всего! – крикнул он в потолок.       – Должна уведомить, что такой подход является вопиющим случаем растраты боеприпасов для …       – Потом подумаем о боеприпасах! Стреляй!        Ишимура ещё раз посмотрела на преследующих их существ, сверилась с полученными от сенсоров данными и быстро прогнала расчёт, для соотнесений оптической информации и магнито-гравитационного кластера. Орудия противоастероидной защиты пришли в движения, распределяя линии огня равномерно по всей площади, занятой глубинными.       Стволы тихо загудели на то мгновенье, пока в их стали гуляли вихревые токи. Ленты подачи синхронно загрузили в казённики болванки, которые тут же повисли в магнитных полях, чтобы спустя секунду, которую заняли последние проверки, сорваться следом за убегающим вперёд полем. Оглушающие хлопки переходящих на сверхзвук снарядов оповестили об открытии ответного огня. Чтобы через полторы секунды повторить снова. Ленты подачи мерно прокручивались, доставляя в стволы всё новые и новые болванки, которые тут же улетали в сторону преследователей. Море позади яхты превратилось в кромешный ад из разлетающейся в сторону воды и снующих через него снарядов.       Система, созданная для того, чтобы позволить Ишимуре двигаться через остатки распотрошённых ей планет, никогда не подразумевалась как военная. Боевые корабли EarthGov имели на борту куда как более разрушительные средства убийства. Но сейчас, когда глубинные, созданные на основе кораблей времён, которые для Ишимуры были не более, чем сноской в истории, столкнулись с более чем полутысячелетием прогресса в разрушении всего и вся, которым так упорно занималось человечество…       Тела глубинных прошивались насквозь, заливая воду вокруг их кровью. Ни одного шанса уклониться, ни одного шанса уцелеть при попадании. Люди на борту с канмусу бессильно зажимали уши руками, чтобы хоть как-то защититься от адской какофонии выстрелов. Спустя почти две минуты непрерывного огня, шум наконец-то прекратился.       – Дева Мария… – Рамон убрал руки от ушей, не уверенный, не оглох ли он.       – Мистер Родригес, разверните лодку, пожалуйста, – девушка смотрела на него с пустым выражением лица, пока стволы её орудий искрили коронарными зарядами, сбрасывая остатки заряда.       – Чёрт, надо будет потом что-то сделать с изоляцией. А то мы там все обмотки пожжём…       – Что?! – он почти не смог разобрать слова – в ушах всё ещё звенело.       – РАЗВЕРНИТЕ ЛОДКУ! – крикнула ему канмусу.       – Зачем?! – он даже пропустил мимо низведение яхты до лодки, столь велико было его удивление.       – ОТ НИХ ОСТАЛОСЬ МНОГО ПОЛЕЗНОГО! – плюнув на споры с съехавшей с катушек девой моря… или космоса, Рамон начал разворачивать «Фортуну».       

***

      – Почти всё утонуло, пока мы добирались… – в голосе Ишимуры отчетливо проглядывала грусть от этого факта. Она, свесившись с борта яхты, руками вылавливала плавающие в воде ошмётки глубинных, после чего закидывала их в гудящую за спиной дробилку.       Действо продолжалось под немым укором всей человеческой части экипажа, пока девушка не увидела под водой довольно крупный обломок, но стоило ей ухватить его, как обломок начал активно сопротивляться, пытаясь остаться в воде.       – Там что, кто-то живой остался? – по такому случаю Кларк даже подошёл поближе к обзорным панелям мостика.       Борьба довольно быстро закончилась и Ишимура вытащила наверх брыкающуюся человеческую фигуру. Оторванные на середине бедра ноги, и отсутствующая правая рука явно не добавляли ей прыти.       – Интересно… – инженер опёрся на ближайший к нему стол, рассматривая улов, который планетарный потрошитель удерживала за последнюю оставшуюся руку.       Обрубок тела дёрнулся и начал было выскальзывать из хватки девушки и Ишимура, следуя какому-то странному наитию, попросту вцепилась в пальцы улова зубами, при этом поудобнее перехватываясь за остатки одежды на своей добыче.       Всё ещё сопротивляющееся тело снова начало дёргаться в хватке, от чего канмусу сильнее сжала зубы. Палец от такого напора быстро сдался и, хрустнув костью, полностью оказался во рту у девушки. Ишимура удивлённо моргнула, пока остальные на палубе с ужасом смотрели на её перемазанное кровью глубинной лицо.       Девушка подтянуло замершее от произошедшего тело поближе и перехватила его, прижал к себе обеими руками, после чего пару раз задумчиво хрустнула пальцем, пережёвывая его.       – Обычная сталь, но лишней точно не будет, – заключила она, проглотив остатки и начала уже было примеряться, как поудобнее закинуть тело в дробилку, как на её плече появился Кларк.       – Стой! Мы не будем её жрать! Или дробить! – Ишимура повернула голову к нему, а в её взгляде читалась боль предательства.       – Послушай, нам же нужна информация о нашем текущем состоянии, так? – он дождался утвердительного кивка со стороны девушки-корабля, после чего продолжил. – А это, – он махнул рукой в сторону успокоившегося тела, – прямой её источник. Так что я предлагаю провести вивисекцию. Заодно проверим, кто был прав на счёт литосферных резаков, – тело задёргалось с новой силой.