Глава 5

Какое-то время Спортакус продолжал сидеть на траве, прокручивая в голове все возможные результаты, но совпадения были слишком очевидны, чтобы продолжать их игнорировать. Имя Амалии Риттер фигурировало в сфере высшего спорта довольно долгое время, и даже человек, абсолютно не посвященный во всю эту стезю, так или иначе, слышал о ней. Признаться, спортивная ниша брюнетки мало интересовала мужчину, но даже так, он знал о ней из газет и новостей, обсуждавших ее перспективы, поражения и успехи. В общем-то, герой никогда не обременял себя вопросом, как же выглядит обладательница этого имени, оттого в первую их встречу не сложил два и два. Поднявшись на дирижабль, Спортакус любезно попросил бортовой компьютер предоставить ему всю информацию по имени Амалии Риттер. И, спустя пару минут ожидания, перед героем оказалась увесистая на вид папка, полная фотографий и газетных вырезок. Мужчина не любил терять время даром, из-за чего им было принято решение ознакомиться с материалами в процессе занятий на беговой дорожке. Пока ноги пробегали километр за километром, глаза выцепляли из обилия желтой прессы что-то действительно интересное, составляя в голове образ девушки. Амалия стала известна возрасте тринадцати лет, дебютировав на соревнованиях с прекрасным результатом, что позволило ей в дальнейшем обучаться у лучших тренеров. В первом интервью маленькая спортсменка ответила, что ее тренером являлся собственный отец Генрих Риттер, известный олимпийский чемпион по фехтованию, имевший порядка пяти золотых медалей. В глазах девочки с фотографии горел огонь, а широкая улыбка выглядела по-детски милой. Большое количество статей поднимали вопрос нормальности восприятия собственного родителя в качестве “тренера”, но к общему мнению не приходили. Далее следовали заметки о появлении девочки на мелких конкурсах, в которых были неплохие результаты, по сравнению со сверстниками, однако на фотографиях лицо уже не выглядело особо счастливым. Впрочем, интервью с Амалией за этот период отсутствовали полностью, на вопросы журналистов отвечал ее отец, его фотографии так же прилагались к заметкам. На просьбы пообщаться с девочкой, Генрих отвечал, что день маленького дарования расписан по минутам, и девочке некогда отвечать на неуместные вопросы репортеров. Так же на паре снимков была особенно заметна худоба девочки, становясь рассадником слухов об отсутствии нормального питания у малютки Риттер. В подростковом возрасте начались попытки Амалии пробиться в сборные страны, не увенчавшиеся особым успехом. В СМИ отмечали, что среди учителей девушки числились звезды спорта из России, Италии, Венгрии и Франции. Однако печальные результаты никак не вязались, в глазах журналистов, с великими именами, звучавшими из уст Генриха. Девушка теряла сознание, допускала глупейшие ошибки, но не переставала рваться к желаемой цели. Фотографии Амалии с того промежутка времени выглядели, по меньшей мере, неприятно. Худое вытянутое лицо, пустые глаза и мешки под ними, что шло в разрез с ее возрастом. На снимках, сделанных папарацци, девушка выглядела понуро, на большинстве из них, она отрабатывала какие-то приемы, пытаясь добиться идеальных и точных движений. Один из кадров демонстрировал удар учителя по руке, заголовок статьи гласил: “Насилие за деньги: на что готов отец ради достижений дочери?” За этим следовало первое, за долгое время, интервью с Амалией, одетой в кофту с длинным рукавом и худым лицом. В интервью она отвечала, что спорт высоких достижений, безусловно, трудный и не подходит всем, однако для нее нет ничего предосудительного в действиях учителя, ведь, он делает это для ее же блага. Наконец, по достижению двадцати лет, Амалии удалось попасть в сборную команду по фехтованию, что значительно повысило интерес к ее персоне. Дальнейший пласт фотографий и статей Спортакус предпочел пропустить, так как папарацци стали следить за Амалией как умалишенные, фотографируя ее в раздевалке, душе и даже на улице, демонстративно задрав юбку девушки. Это выглядело ужасно, будто все человечество в один миг сошло с ума, гоняясь за снимками обнаженной брюнетки в повседневной жизни. Один из снимков, который краем глаза заметил герой, демонстрировал спящую в кровати девушку, в статье было написано, что неадекватный фанат нашел способ пробраться к ней в дом, чтобы заполучить фотографию спящей красавицы. Впрочем, теперь Спортакус как никогда понял реакцию Амалии на его предложение помочь с чемоданом. Последняя часть досье была посвящена достижениям на региональных и олимпийских соревнованиях. Результаты были хороши, однако девушка отмечала их унизительными для себя, твердила о необходимости постоянного совершенствования, чтобы оставаться “нужным” членом сборной. За подобные высказывания в СМИ ее прозвали “черствой леди”, которая метко и уверенно орудует шпагой, но в ее сердце нет мягкости даже к самой себе. В возрасте двадцати пяти лет, сборная Амалии заняла бронзу на Олимпийских играх. Команда девушек улыбалась и позировала с медалям, светясь от счастья, в то время как брюнетка натягивала на себя дежурную улыбку, для хорошего кадра. Три года спустя, в ходе несчастного случая, Риттер сломала левую руку. В статье написали, что перелом был очень серьезным и, вероятно, девушку не допустят до новых Олимпийских игр, что, в скором времени опровергла сама же Амалия, заявив, что к сезону соревнований перелом успеет окончательно зажить и никак не повлияет на ее способности. Однако, этому не суждено было состояться. Девушка не дождалась полного срастания костей и возобновила тренировки, дополнительно нагружая себя, в попытках наверстать упущенное время. Это привело ее к печальным последствиям, в виде сместившейся кости, задевшей несколько нервных волокон, из-за чего рука, как предполагают медики, уже никогда не сможет нормально функционировать. После этой разгромной статьи следовала новость об отстранении девушки из сборной по фехтованию и пожелания скорейшей реабилитации. Тренер сборной заявил, что девушка была очень сильна духом и, он уверен, она бы и сама не хотела тянуть команду на дно, так что свою победу в этом сезоне они посвятят Амалии. Мужчина закрыл папку так резко, точно пытался прихлопнуть надоедливую муху, бегавшую по странице. Голова болела от обилия информации, а в ушах стоял непонятный шум. “Разве можно так поступить с человеком?” - последнее, что крутилось в голове у героя. Он медленно дошел до кресла капитана дирижабля, и, усевшись в него, принялся искать глазами дом девушки. Впрочем, это не составило ему никакого труда, он уже довольно хорошо знал этот городок. На душе у Спортакуса скребли кошки, хотелось пойти и извиниться перед Амалией, в конце концов, он необдуманно причинил ей столько боли. Однако сейчас ему показалось, что он принял для себя самое правильное решение за эти пару дней - оставить ее в покое.