Глава 4

Утро начиналось с кружечки кофе, что, за прошедшие пару дней, стало уже своего рода традицией. Все это время девушка бродила по дому, открывая шкафчики и тумбы, попутно составляя список того, что нужно будет купить. До этого момента брюнетка и не задумывалась о том, насколько практично выписывать вещи для дома из почтовых журналов, безусловно, вопрос о том, насколько товар в действительности соответствует ожиданиям, все ещё стоял. Но до ближайшего крупного города на поезде ехать не менее часа, не говоря уже о необходимости нескольких таких вылазок, в связи со сломанной рукой. От почты можно заказать курьера, и эта возможность не выходить из дома поселила в Амалии чувство спокойствия и облегчения. За минувшее время никто не пытался стучаться в двери, да и мэр больше не докучал своими внезапными вечерними визитами, и девушка надеялась, что людям хватит ума просто отпустить эту ситуацию. Периодически детские голоса долетали до ее ушей, но брюнетке на них было глубоко плевать, пока они где-то там, далеко, и не хотят из глупого детского любопытства забраться к ней в дом. Вчера девушка застала возле своего дома почтальона, который принес рекламные листовки и попросила, за соответствующую плату, принести ей каталоги магазинов на диване. Телевизор она не включала, опасаясь увидеть там себя и лицемерные улыбочки тех, кто смакует любую грязную сплетню, ожидая признательности. Сегодня этот миловидный парнишка, лет шестнадцати, положит в почтовый ящик заветные журналы, и можно будет спокойно наполнять дом уютом. Хотя, понятие уюта у Амалии было весьма расплывчато. Ей хотелось почувствовать интерес хоть к чему-нибудь, что не было связано с прошлым, и занятость обустройством дома действительно имела терапевтический эффект. Два дня назад, в кладовке, на втором этаже, девушка обнаружила небольшой проигрыватель и пару запылившихся пластинок к нему. Амалия видела, когда была малюткой, как дедушка включал такой же. Для той девочки все это казалось волшебством, и эту детскую сказку она помнила до сих пор. Тех самых пластинок из детства, правда, не было в коробке, но это было и не важно. Включив проигрыватель, девушка довольно уселась за столик, чтобы выпить кофе, окна кухни выходили в небольшой сад, поросший сорняками, но до него у брюнетки ещё не дошли руки. Солнце нежно выглядывало из-за облаков, будто само ещё было в полудрёме, одна из птиц вторила пластинке своей мелодией. И казалось, ничто не в силах разрушить эту идиллию. Из коридора раздался звук разбивающегося стекла. Амалии хватило пары секунд, чтобы выскочить в коридор, пол которого украшали осколки окна. Подняв взгляд, брюнетка увидела испуганное лицо девочки с тремя хвостиками, явно не ожидавшей, что ее так быстро обнаружат. Она запищала, точно пойманная мышь, и ринулась убегать. Амалия, чудом обойдя осколки, выскочила через дверь за ней, намереваясь воспитать эту мелкую девчонку. - Она была дома! - кричала Трикси, стараясь убежать от настигающей угрозы, однако та оказалась быстрее, - Ой-ой! Мне больно! - вскрикнула девочка, когда ее схватили за ухо. Амалия нависла над ней, в пижаме, посреди утренней улочки, ее босые ноги переступали от холода асфальта. Она смотрела по сторонам, и выцепила взглядом фигуры остальных детей, шепчущихся за забором. - Отпустите меня! Мне же больно! - вскрикнула девчонка, а на глазах выступили слезы. - Моему окну тоже было больно. Пойдем и поговорим с твоими родителями, сколько они хотят мне вернуть, чтобы я не пожаловалась в нужные места? - холодный взгляд Амалии встретился с карими детскими глазками, - Друзья тебя бросили, а я за ними не побегу. В следующее мгновение из-за угла послышался неприятный звук, отдаленно похожий на сигнал тревоги, а следом за ним выскочил Спортакус. Амалия мысленно выругалась, наблюдая за его очередными трюками, но хватки не ослабила. - Я смотрю, кто-то сегодня встал не с той ноги, - мужчина улыбнулся, но ответной реакции не получил, - Ну что же вы, отпустите ее, она всего лишь ребенок. Вы видите? Ей больно. -Она разбила мое окно, - констатировала брюнетка, Спортакус смерил взглядом девчонку. -Да, и мне очень жаль! Очень! - пищала Трикси - Мне не интересны твои сожаления, - Амалия присела на корточки, чтобы смотреть Трикси в глаза, - Кто готов заплатить за проказы этого ребенка? Мне нужно новое окно, и кто же хочет его вставить? Быть может, мы спросим у героя нашего городишки? - она перевела взгляд на Спортакуса. - Хорошо, я помогу вам с новым окном, но в вопросе финансов я, к сожалению, ограничен. Мы можем обратиться к мэру Милфорду, думаю, он вам не откажет. - Я не собираюсь идти и просить финансирования моего разбитого окна у мэра. Моё имущество испортила эта маленькая девочка, поэтому отвечать должны ее родители, - отчеканила девушка. - Ладно, я покрою все затраты на окно, только, пожалуйста, отпустите Трикси, - мужчина поднял руки в примирительном жесте. - Стойте! - из-за ограды выбежала Стефани, - Почему покрывать расходы за ваше окно должен Спортакус? Мы ведь просто играли, это произошло случайно. Неужели, вы настолько жестокая, что не сможете простить нас? - эти слова больно укололи Амалию, она никогда не хотела быть жестокой, она была сострадательной, и что стало с ней теперь? - Потому что ребенок не может нести ответственность за свои действия, если ты убьешь человека - в тюрьму сядешь не ты... - Довольно! - резко оборвал фразу мужчина, - Спасибо тебе за желание помочь, Стефани. Но, в этом случае, Амалия... - брюнетку передёрнуло от своего имени, произнесенного героем, - Всё-таки права. Кто-то должен взять на себя ответственность за действия ребенка. Я здесь, чтобы помогать всем жителям Лентяево, поэтому взять на себя ответственность - мой долг, - девушка разжала пальцы на ухе Трикси. Девчонка, почувствовав это, побежала к друзьям, и веселой громкой толпой они ринулись подальше от страшной женщины. Брюнетка проводила их равнодушным взглядом и развернулась, чтобы босыми замерзшими ногами пойти домой. Уборка стекла все ещё ждала ее, и девушке хотелось как можно быстрее разобраться с этой проблемой. Спортакус сделал сальто и оказался рядом с Амалией. Не ожидав такого, брюнетка резко дернулась, встав в стойку и, с испугом, взглянула на мужчину. Голубые глаза округлились, герой никак не ожидал такой реакции на, уже привычные всем, акробатические трюки. Лицо девушки приняло задумчивый вид, но она не произнесла ни слова, только направилась в сторону дома. В ее голове одна за другой роились вопросы, ответы на которые не были ей известны. Когда ей было тринадцать лет, отец нанял учителя из Италии, чтобы тот обучил Амалию всему, что знал сам. Она помнила, как тяжело давались ей тренировки и бесконечные диеты, чтобы оставаться в выгодной весовой категории. Учитель был вечно ей недоволен, причитая, что никогда в жизни он не видел настолько бестолковой девчонки. Брюнетка искренне верила, что за все ее старания она удостоится хоть одного слова похвалы. Но, когда настало время контрольного взвешивания, Амалия с ужасом обнаружила, что набрала дополнительные килограммы, фигуры родителей и учителя нависли над ней ужасающими монстрами, срываясь на громкий крик о ее бездарности и бестолковости. От их слов руки начали трястись, а в глазах читался ужас загнанного зверя, хотелось закрыть уши, чтобы их не слышать, но по рукам непременно бы ударил отец, заставляя слушать и стыдиться. И Амалия считала себя виноватой, а со временем решила, что достойна всех этих криков, раз она не способна понимать простых слов. И сейчас привычный уклад вещей в ее голове рушился. “Почему мужчина встал на сторону ребенка, ведь, Трикси определенно заслужила хорошую трепку? Почему другая девочка назвала ее жестокой, ведь, она абсолютно права? Почему ей противно от самой себя, хотя ничего плохого она не сделала? Почему она сейчас ощущает себя как тогда, когда ей было тринадцать? Почему родители не встали на ее сторону?” - на этой мысли Амалия остановилась на месте. Липкая тягучая зависть схватила ее за горло, от осознания, что она старалась быть самой идеальной, но на ее сторону так никто и не встал. Наверное, она настолько противна всем людям этого мира, что не заслужила даже этого! Амалия села на траву, закрыв лицо правой рукой, левая, в гипсе, покоилась на ногах. Капельки росы впитались в пижаму, что немного привело девушку в чувство. Она глубоко вздохнула, чтобы не заплакать, старая привычка из детства никогда ее не подводила. В голове, точно надоедливая муха, продолжал крутиться вопрос: “Почему?” И это могло продолжаться бесконечно долго, если бы на брюнетку не упала тень. - Я думаю, сидеть на мокрой траве - не самая удачная идея, - сказал над головой знакомый голос. - А я думаю, что вас ждут в другом месте, - выдала девушка, открыв глаза. - Ну, мне же нужно оценить масштаб разбитого окна... - Не нужно, - прервала его брюнетка, - Я сама все сделаю. - Но вы же только что говорили совсем другое! - Я передумала. Спасибо вам за искреннее желание всем помочь, но я справлюсь сама, - сказала девушка, сидя на траве. - Слушайте, - мужчина присел рядом, - С вами все в порядке? Вы выглядите подавленной. - Какая разница как я выгляжу? - Амалия повернула лицо к мужчине, - Вам - то какое до этого дело? Мне кажется, работа героя не включает в себя любопытство ко всему подряд. - Это не совсем так. На самом деле, большее количество проблем можно решить разговором, поэтому я не только “спасаю” всех, но и разговариваю. Потому что некоторых людей просто нужно услышать, чтобы понять, как им можно помочь. - Мне не нужна помощь, - отрезала брюнетка. - Помощь нужна мне, - выдал Спортакус, - Я все гадаю, почему я вызываю у вас такую неприязнь? Я не сказал вам ни одной грубости, искренне хотел помочь и узнать вас как человека. Я даже не знаю вашей фамилии, хотя мэр определенно ее знает, мне нужно знать как к вам обращаться, - мужчина улыбнулся, ожидая хоть какого-то ответа. - Если я отвечу вам, какая у меня фамилия, вы отстанете от меня? - спросила Амалия, поднимаясь с травы. - Я постараюсь больше вас не донимать, - ответил мужчина, примирительно поднимая руки. - Моя фамилия - Риттер, - Спортакус застыл с лицом, полным удивления, пока фигура девушки удалялась по дорожке.