Глава 12

Риттер не помнила как провалилась в сон, голова все еще раскалывалась от рыданий, которым, казалось, не было конца. Она редко видела сны, где все было чуточку лучше, чем в реальном мире, чаще ее мучали кошмары, в них возвращались страх и боль, которые сознание рисовало ужасающе извращенно. Борьба со своим разумом никогда не заканчивалась победой Амалии, ее больное воображение не могло даже допустить вероятность того, что она сможет противопоставить что-то своим внутренним страхам. В своей пижаме Риттер брела по туманной пустоте, босые ноги ступали по холодному полу, но чем он был выстлан девушке было абсолютно безразлично. Глаза все еще щипало от слез, а нос предательски шмыгал при каждом вздохе, однако она продолжала идти вперед, надеясь, если уж не прийти куда-то, то хотя бы не повстречать “монстров” из своих фантазий. Бежать было некуда, кругом абсолютно одинаковая туманная дымка и чернота, в которой не разобрать ничего. Спустя пару минут хождения в пустоте, Амалия почувствовала как что-то слегка дернуло ее за штанину. Брюнетка повернула голову, одновременно боясь увидеть то, что находится за ее спиной, и готовясь бежать дальше, в самую глубь тумана, который, как ей казалось, стал сгущаться. Однако, позади себя, Риттер обнаружила маленькую девочку с черными кудрявыми волосами, одетую в кофту, юбку и совсем уж нелепые резиновые сапожки. Большие голубые глаза смотрели на нее с радостью, словно девчонка встретила кого-то очень близкого, кого долго искала. Восьмилетняя Амалия смотрела на почти тридцатилетнюю себя, широко улыбаясь и, словно совершенно не замечая подавленного состояния старшей, потянула ее за штанину снова. - Тебе от меня что-то нужно? - спокойно спросила девушка, повернувшись к ребенку всем телом, но продолжая смотреть сверху-вниз. - Да! Я так долго искала тебя. Нам нужно столько всего успеть, а ты ушла не пойми куда! - маленькая ручка потянулась к штанине, когда брюнетка отошла, и пальцы сжали пустоту, голубые глазки с удивлением уставились на Амалию. - Я не хочу никуда идти. Мне это неинтересно, я устала и не хочу тратить время на всякие глупости, - она сделала шаг назад, увеличив расстояние между ними. - Но это вовсе не глупости! Это очень важно! Ну, давай, пойдем, не упрямься, - воскликнула маленькая Риттер, уперев кулачки в бока и недовольно, надув губки, упрекая взрослую себя. - Хватит! Мне надоело с тобой перепираться! Мне сегодня уже сказали все, что обо мне думают! Я хотела решить все спокойно, и к чему это привело?! Так что отстань от меня! - крикнула брюнетка, надвигаясь на девочку в сапожках. - Я... Я только хотела тебе показать кое-что. Пожалуйста, пойдем со мной, я же не хочу тебя обидеть, - малютка протянула дрожащие ладошки, показывая, что она совершенно беззащитна, улыбка на лице выглядела натянуто, а в глазах стояли слезы, которые она так старалась сдержать. - Ты меня не поняла? Проваливай отсюда! - девушка показательно топнула босой ногой перед маленькой Риттер, отчего та упала, запнувшись о собственную ногу, губы задрожали, а затем раздался громкий плач, совершенно невыносимый для ушей. - Почему? Почему ты так со мной поступаешь? - сквозь рыдания спрашивала девочка, вытирая слезы рукавами кофты, она поджала ноги, сжимаясь как можно сильнее, но старшая Амалия продолжала смотреть на нее сверху-вниз не выражая никаких эмоций, кроме раздражения. - Потому что ты слабая. От тебя нет никакого толку, ты только и умеешь, что плакать, - ответила девушка, отвернувшись от жалкого, по ее мнению, зрелища. - Но я - это ты! Я - твоя часть, ты не можешь от меня избавиться! Так почему же ты ненавидишь меня как все остальные? - слова летели вслед брюнетке, но та даже не остановилась, продолжая идти в туман, - Ты ненавидишь маму и папу за то, что они не любили тебя, а что делаешь ты? Ты говоришь мне те же слова! Ты кричишь на меня как они! И чуть не ударила Робби! Ты и правда монстр, которым себя считаешь! - кричала Риттер себе, продолжая плакать, глаза покраснели от колючей пряжи. - Я ненавижу себя, потому что не знаю как любить! Я кричу, потому что не знаю, как еще донести до других то, что я хочу сказать! Я потратила свою жизнь на людей, ненавидящих меня, и теперь до ужаса боюсь их! Я верила людям, а они предавали меня! Что ты хочешь от меня?! Я люблю и ненавижу Робби одновременно, я знаю, что ему было не слаще моего, но мама никогда не бегала вокруг меня так, как вокруг него! Я хочу, чтобы меня кто-нибудь любил, хочу знать, что, когда умру, кто-то будет грустить, и мне безумно страшно остаться одной! Ты знаешь, что с этим делать?! - Амалия подошла к девчонке, нависнув над ней большой тенью, когда маленькие ручки обняли ее ноги. - Не знаю... Я не знаю, что с этим делать. Я знаю, что я очень тебя люблю, хоть и не могу тебе ничем помочь. Я хотела вырасти и купить домик с садом, как у дедушки, и выращивать там цветы, помнишь? У тебя ведь есть дом и сад! Ты такая молодец, значит, у тебя все получилось! Мне правда жаль, что все сложилось так, как сложилось, но, мы ведь с тобой уже ничего не сделаем, правда? А цветочки... Их еще можно вырастить! Ты помнишь? Дедушка очень любил цветы, - Риттер опустилась на пол, возле маленькой себя, детские ладошки гладили ее по щекам, успокаивая, - Прости меня, пожалуйста. Я очень сильно обидела тебя своими словами, я не хотела, ты совсем не монстр, ты - хорошая, просто тебе делали больно, я это знаю, - девушка смотрела в голубые глаза со ступором, она никогда и ни от кого не слышала этих слов, хотя они были ей необходимы как ничто другое. - И ты прости меня. Я просто глупая, делаю всем больно своими словами, и постоянно переживаю из-за этого, а что делать потом - совершенно не понимаю... - Амалия обняла маленькую девочку, погладив ее по спине, кофта ощущалась такой же колючей как в детстве, но чувство объятий было одновременно чем-то новым и очень старым, почти забытым. - Ты всегда можешь поговорить, - прошептала маленькая Риттер, перебирая пальчиками черные пряди, - Это ведь лучше, чем молчать. А если они тебя обидят - то это они - дураки, а не ты, - хохотнула брюнетка, - Дедушка очень нас любил, а ты говоришь так, будто этого никогда не было. Наверное, ему было бы очень обидно, поэтому, не забывай, пожалуйста, что нас когда-то очень сильно любили, а сейчас тебя люблю я. А еще я все-все про тебя знаю и всегда буду на твоей стороне, договорились? - девочка протянула мизинец, остатки слез еще текли по ее щекам, но губы растянулись в по-детски наивной улыбке, а голос почти не дрожал. - Договорились, - ответила Амалия, протянув мизинец в ответ.