Как двойняшки в Хогвартс собирались...

1 сентября 1964 года, дом Блэков, площадь Гриммо, 12.       Беллатриса вошла в огромный тронный зал. Под сводами сияли витражные окна, золотой трон блистал на возвышении, а пол был полностью усыпан алыми лепестками роз. Из мраморных плит прорастали деревья, увешанные шоколадными тортами: стоило подойти — и сладость сама влетала в рот.       Зал был переполнен, но не людьми, а прекрасными лошадьми. Завидев её, они зашептались и начали грациозно кланяться.       — Вы… разговариваете? — изумлённо выдохнула Беллатриса.       — Конечно, наша королева, — поклонился самый большой и красивый чёрный конь с бесконечно длинной гривой.       — Королева? — Белла прищурилась, и её губы изогнулись в хитрой улыбке. На стенах висели её портреты: в мантии и с короной.       Она разогналась и легко запрыгнула на трон. Лошади восхищённо затопали копытами, и девочка заливисто рассмеялась.       — Где моя корона?       Лошади заметались по залу в поисках. Белла болтала ногами с трона, глядя, как некоторые скользили по лепесткам или врезались друг в друга при взлёте. Наконец её корону нашли: огромную, золотую, усыпанную бриллиантами. Белла торжественно возложила её себе на голову.       — А теперь праздник!       Перед ней накрыли длинный стол, ломившийся от её любимых сладостей. Лошади танцевали, пели песни, а одна — в фиолетовом берете — держа кисть в зубах, писала её портрет.       Внезапно возле уха Беллы пролетела муха, противно зажужжав. Девочка отмахнулась и, не придав значения, бросила горсть золота одной из лошадей — та тут же сделала сальто. Но назойливое жужжание вернулось.       — Белла…       Беллатриса нахмурилась. Ей чудилось, что муха произносит её имя. Она замахала руками, но крылья снова прошелестели над самым ухом.       — Белла! Белла! Белла!       Девочка зажмурилась от раздражения, а когда распахнула глаза — вместо золотого зала и танцующих коней увидела совсем другое: прямо перед её лицом склонилась сестра, а её длиннющие волосы щекотали нос.       — Белла, просыпайся! — крикнула Аврора ей в ухо, тряся за плечо.       Беллатриса помацала свою голову.       — Где моя бриллиантовая корона? Где мои лошади и торт?       — Какие ещё лошади? — приподняла бровь Аврора, стоя в розовой пижаме с кроликами.       — Мои! Жители моего королевства!       Аврора закатила глаза и рывком стянула с неё одеяло.       — Вставай! Мы опоздаем на поезд! А если не сядем вовремя, то в Хогвартс нас не пустят, — в её голосе прозвучала паника.       Беллатриса прищурилась и решила отыграться за то, что сестра вырвала её из сладкого сна.       — Тебе разве мама с папой не сказали? — загадочно произнесла она.       — Что не сказали? — насторожилась Аврора, крепче прижимая к себе Кряксона.       — Ты не едешь в Хогвартс, — невозмутимо бросила Белла. — Пришло письмо: место есть только для одной из нас. Родители решили, что это буду я — как самая красивая и умная, — она гордо вскинула подбородок.       — Врушка! — вскрикнула Аврора и расплакалась.       — А ты рёва! Рори-рёва, Рори-рёва! — запела Беллатриса.       Аврора швырнула в сестру подушку. Белла возмущённо вскочила и дёрнула её за волосы, ухитрившись вырвать пару тёмных прядей.       — Хм… — протянула она, разглядывая трофей. — Сварю-ка из этого зелье облысения. Будешь бегать лысой рёвой.       — Отдай! — завизжала Аврора, пытаясь выхватить волосы обратно.       Но Белла уже, смеясь, соскочила с кровати и вылетела в коридор.       — Не догонишь!       Аврора кинулась вдогонку. Белла, размахивая «волшебным ингредиентом», понеслась к лестнице.       — Кикимер, в сторону! — скомандовала она, и эльф, который протирал перила, взвизгнул и прижался к стене.       — Отдай волосы, воровка! — кричала Аврора.       — Догони, улитка! — захохотала Белла.       На верхней ступеньке она споткнулась и содрала коленку.       — Ай! — Белла скорчила гримасу, потёрла сбитую коленку, но останавливаться даже не думала. Не желая уступать сестре в этой гонке, она сорвалась с места и, громко топая босыми ногами, ворвалась в спальню родителей.       Следом, всхлипывая и прижимая к груди Кряксона, вбежала Аврора.       — Что происходит? — сонным голосом спросил отец, приподнимаясь на локтях.       — Она сказала, что меня не возьмут в Хогвартс! — сквозь рыдания выпалила Аврора, вскарабкавшись на кровать и спрятавшись между родителями. — А потом украла мои волосы и хочет сварить зелье, чтобы я облысела!       — А она разбудила меня и не дала досмотреть сон с лошадками! — возмущённо топнула ногой Белла.       — А ещё она меня р-рёвой обозвала, — всхлипнула Аврора, уткнувшись в грудь маме.       — Потому что ты и есть рёва! — парировала Белла, карабкаясь к отцу и обхватывая его шею. — И ещё я из-за неё коленку ободрала!       Мама с папой переглянулись поверх голов дочерей: одна ревёт, другая — держит волосы «как военный трофей».       — Во сколько поезд? — вздохнув, спросила мама, вытирая слёзы Авроры.       — Аж в одиннадцать, — мрачно пробормотал отец и наклонился к Белле, дунув на её сбитую коленку.

***

      Аврора сидела на стуле перед зеркалом, пока мама заплетала ей косы. Беллатриса, причёска которой уже была готова, тем временем складывала последние вещи в чемодан. Аврора наблюдала за ней через отражение, и вдруг Белла, заметив этот взгляд, скорчила рожицу и показала язык.       Аврора зло нахмурилась.       — Аврора, не вертись, — строго сказала мама, расплетая косу и начиная заново. — Зря ты не захотела подрезать волосы, ты о них спотыкаться скоро начнёшь.       — Капля зелья облысения — и проблемы нет, — пропела Белла, аккуратно укладывая в чемодан шкатулку со Звёздочкой.       — Мама! Она опять! — вскрикнула Аврора, и в её глазах блеснули слёзы.       — Беллатриса, прекрати издеваться над сестрой! — резко прикрикнула мама, затем обернулась к Авроре: — А ты перестань плакать из-за каждого её слова.       Она выпрямилась, обвела обеих дочерей строгим взглядом:       — Вы отправляетесь в Хогвартс. Там не будет ни меня, ни папы. Только вы вдвоём. Так что прекратите вечно ссориться.       — Хорошо… — в унисон протянули двойняшки, синхронно понурив головы.       Закончив с причёской Авроры, мама помогла дочкам одеться и в честь их первой поездки в Хогвартс даже разрешила им выбрать духи из своей коллекции. Двойняшки, сияя от счастья, непременно этим воспользовались.       — Ну что за принцессы! — воскликнул папа, появляясь в дверях и наблюдая, как они кружатся перед зеркалом.       Сёстры синхронно присели в реверансе, грациозно поклонившись ему.       — Орион, пора трансгрессировать. Возьми чемоданы и пошли, — сказала мама, подхватив дочерей под руки.       Папа легко поднял чемодан Беллы, но, дотянувшись до чемодана Авроры, тут же поморщился — тот едва сдвинулся с места.       — Доченька, а что ты туда напихала? — вскинув бровь, он попробовал поднять его второй раз, но безуспешно.       — Одежду, заколочки и Кряксона, — невинно отозвалась Аврора.       В тишине комнаты вдруг раздался отчётливый чих. Прямо из чемодана Авроры.       Мама с папой удивлённо переглянулись. Орион взмахнул палочкой, и замок на чемодане щёлкнул, крышка медленно распахнулась. Белла с Авророй синхронно вытянули шеи. Внутри, вместо аккуратно сложенных вещей, свернувшись клубочком, мирно лежал… Регулус.       — Реджи?! — мама всплеснула руками. — Что ты там делаешь?       Орион осторожно вытащил сына, поставил на ноги и, приглаживая его взлохмаченные волосы, строго посмотрел сверху вниз.       — Я… я хотел в Хогвартс вместе с Беллой и Рори, — пробормотал Регулус, краснея. — А Сириус сказал, что если спрячусь в чемодане, то попаду туда с ними.       — Сириус! — в один голос взревели родители.       По коридору тотчас раздался топот босых ног, а следом — громкий хлопок захлопнувшейся двери.

***

      — … будь осторожнее на лестницах. Они коварные, особенно с первокурсниками. Не гуляй один по подземельям — там легко заблудиться. Если будете ходить возле озера, держись подальше от воды. И ни в коем случае не связывайся с Пивзом, он тот ещё говн… негодяй. Что же ещё? Что же ещё?.. — Кассиопея судорожно вздохнула, крепко держа сына за руки.       — Милая, ты уже сказала всё возможное. Не волнуйся, Эван у нас умный мальчик, — мягко произнёс Этьен. Одной рукой он обнял жену за плечи, а второй удерживал проворного котёнка, который категорически не желал сидеть в переноске. Пришлось взять её на руки, хотя и там зверёк не собирался надолго задерживаться.       Вальбурга, бросив на едва не рыдающую сестру скептический взгляд, перевела глаза на дочерей:       — Просто постарайтесь не поубивать друг друга и не разнести школу.       — Хорошо, мама, — хором ответили двойняшки, хитро переглянувшись.       — Так, посадка уже началась, — заметил отец. — Давайте обнимемся на прощание и поспешите занять хорошие места, — он присел и широко распахнул объятия.       Толкнув Аврору, первой к нему бросилась Белла, крепко прижавшись к груди. Белла всегда была папиной любимицей, хоть он это и отрицал, но Аврора-то чувствовала, что её он любит больше. Она тоже подошла к отцу и поцеловала его в щёку.       Мать, не любившая объятий, а тем более на людях, ограничилась тем, что пригладила дочерей по волосам и пожелала хорошей дороги. Зато тётя Кассия расцеловала племянниц так, что на их щеках остались яркие следы помады, которые девочки с возмущением начали вытирать.       Эван, Белла и Рори стояли в ряд, махая родителям с улыбками на губах. Как только те скрылись с платформы, дети опустили руки.       — Ну что, mes étoiles, — с широкой улыбкой произнёс Эван, поглаживая в руках Виконтессу Царапку. Имя было дано не зря: только за утро она успела поцарапать его уже раз семь, не оставив живого места на руках. — Готовы к началу нашей школьной жизни? Ах, сколько приключений ждёт нас впереди. Я так рад, что выбрал Хогвартс, а не Шармбатон. Ведь здесь мы сможем учиться вместе, бок о бок…       — О, Ада! — воскликнула Аврора, заметив в толпе подругу.       Двойняшки, даже не взглянув в сторону Эвана, всучили ему свои вещи и, хохоча, побежали к подруге, обняв её.       — М-да… про «бок о бок» я, конечно, погорячился, — усмехнулся Эван и, тщетно пытаясь удержать в руках брыкающуюся кошку и два огромных чемодана, поплёлся следом за кузинами.