Он её обидел?

13 декабря 1969 года, Хогвартс.       Рудольфус с Лиллиан всё же решили прогуляться вечером. Погода стояла поистине сказочная: под волшебными фонарями снег искрился и переливался, в заледеневшей глади озера отражались луна и яркие звёзды, а лёгкий мороз приятно щипал кожу.       Весь вечер они катались по озеру. Лиллиан уверенно держалась на коньках, хотя всё же изредка падала и каждый раз заливисто смеялась. Накатавшись вдоволь, они, обнявшись, направились обратно в гостиную.       — …Раби с Блэком вчера так достали бедную Шарлотту, что та поочерёдно заманила их в чулан и заперла там. В итоге освободили их только под ночь домовые эльфы. Ах, сколько приятных часов они вместе провели, — наигранно восторженно сказал Рудольфус.       — Знаешь, а я верю в Рабастана. Думаю, они с Шарлоттой были бы красивой парой, — хихикнув, произнесла Лиллиан.       — Можешь сделать ставку у Нотта.       — Вы что, принимаете ставки на то, кто очарует Шарлотту? — удивилась Лиллиан, приподняв бровь.       — Ну да, — пожал плечами Рудольфус и, поймав её осуждающий взгляд, поспешил добавить: — Не смотри на меня так, я деньги не ставил. А вот Раби да. Целых пятьдесят галлеонов на самого себя.       Они с Лиллиан рассмеялись.       — Только ты Раби не выдавай, что я тебе подробности его личной жизни докладываю. В принципе, они и так уже достояние всей школы, но всё же не хочу терять авторитет старшего брата.       — Даже не знаю, — протянула Лиллиан, останавливаясь, когда они дошли до входа в гостиную. — Как-то не убедил ты меня.       Рудольфус хитро поднял бровь и чмокнул её в губы.       — А так?       — Неа, — мотнула головой Лиллиан.       Тогда он притянул её за талию и глубоко поцеловал. Их языки встретились, переплетаясь. Лиллиан тихо выдохнула и мягко провела ладонью по его шее. После прогулки её пальцы были холодными, но прикосновение — привычно нежным и тёплым для него.       Они нехотя разорвали поцелуй, когда за спиной послышался скрип открывающейся двери. В проёме показались Розье и Забини.       — Oh, pardon, monsieur, mademoiselle, — галантно склонился Эван. — Не хотели отвлекать.       — Вы куда намылились? — лениво поинтересовался Лестрейндж, даже не выпуская Лиллиан из объятий.       — На кухню, — ответил Розье.       — И что вам там понадобилось среди ночи? — усмехнулся Рудольфус.       — Что нам там понадобилось… — Забини многозначительно прокашлялся и вытащил из кармана клочок пергамента. — Сыр, побольше фруктов, оливки, шоколад и… что-то сладкое, обязательно с кремом, — зачитал он.       — У кого-то намечается вечеринка? — приподняла бровь Лиллиан.       — Ну, не совсем, — Эван почесал затылок и тяжело вздохнул. — В общем, Белла разошлась с Шафиком. Девчонки решили её поддержать, Ада достала вино… ну а нас, как обычно, отправили за закусками.       — Подождите, — перебил его Рудольфус, мгновенно посерьёзнев. — Как это «разошлась»? Он что, её обидел?       Рудольфус изо всех сил пытался удержать себя в руках, но внутри всё клокотало, рвалось наружу. Злость, возмущение, и, как ни странно, страх. Да, именно страх за Беллу. Днём он видел, как она уходила на свидание с этим когтевранским ушлёпком, и она выглядела счастливой. Слишком счастливой. А ведь если всё складывается хорошо, люди просто так не расстаются.       Мерлин, если этот Шарфик посмел её обидеть… если из-за него Белла прольёт хоть одну слезу… он заплатит. Жизнью заплатит.       — Со мной подробностями отказались делиться, — мрачно заключил Эван.       — Я пойду в гостиную, наверное, а то здесь холодно, — Лиллиан мягко высвободилась из объятий Рудольфуса и махнула ребятам на прощание.       — Я… сейчас догоню тебя, — сказал ей Рудольфус. Он проводил её взглядом, пока дверь за ней не закрылась, и лишь тогда резко повернулся к Розье: — Ну хоть что-то же она тебе всё-таки сказала?

***

      — Повтори ещё раз, что ты видел, — Лестрейндж сел на край кровати и испытующе посмотрел на Нотта.       — Мы с Гринграсс шли на ужин. Ну, в смысле, не вместе, а просто по дороге столкнулись. Короче, — Майкл отмахнулся, — у выхода из подземелий встретили Беллу. Она сказала, что они с Шарфиком расстались, и пошла в гостиную. Ну, Гринграсс и кинулась за ней.       — А ты?       — А я пошёл есть, — невозмутимо ответил Майкл, расправляя постель.       — В смысле есть? — Лестрейндж приподнял брови. — Ты даже не попытался расспросить её?       — Нет, это же не я на ней помешан, — усмехнулся Нотт, пытаясь согнать Вику с одеяла. Кошка упрямо возвращалась обратно.       — Я не помешан, — пробурчал себе под нос Рудольфус, но тут же оживился: — Ну и как она выглядела, когда ты её видел? Заплаканная, взволнованная, подавленная? Или, может, счастливая, пританцовывающая?       — Обычная. У Беллы одно выражение лица на все случаи жизни — вечно недовольной психопатки, — ухмыльнулся Майкл, за что в него полетел тапок Рудольфуса.       Двери спальни распахнулись, и вернулся Розье. Рудольфус тут же вскочил с кровати и в один шаг оказался рядом.       — Ну? — спросил он, стараясь скрыть волнение.       — Что «ну»? — вскинул бровь Эван, направляясь к шкафу, чтобы переодеться.       — Розье, не ломай драму! Как там Белла? Ты её видел?       — Её нет. Только Рори. Она спустилась за едой. Сказала, что Белла расстроена, но не до истерики. В целом логично, если учесть, что это она сама предложила расстаться, — спокойно ответил Эван.       — Что? Значит, это Белла всё-таки этого осла кинула? — Рудольфус не удержался от широкой усмешки.       — Господин Лестрейндж, лыбу убери, — лениво протянул Нотт, демонстративно прикрывая лицо ладонью. — А то сияешь так, что ослепнуть можно.       — А что ещё Рори сказала? — не обращая внимания на Нотта, спросил Рудольфус.       — Эван, отстань. Мне не до тебя. Там мой мартини греется, пока я с тобой разговариваю, — передразнил голос кузины Розье.       — Ну а ещё? — Рудольфус нахмурился, не желая отступать. — Почему Белла решила его бросить? Он её… обидел? Изменил? Ударил?! — в голове тут же начали складываться самые мрачные картины.       — Слушай, если бы хоть что-то из этого было правдой, он уже давно бы покоился на дне Чёрного озера, — спокойно заверил Эван и хлопнул его по плечу. — Причём отправила бы его туда сама Белла.       Рудольфус понимал, что друг, скорее всего, прав. Но страх за Беллу никуда не исчезал — он сидел внутри, не давая ему покоя.       — Так, ладно, — Рудольфус заходил по комнате, рассуждая вслух. — Если от Беллы мы ничего не узнали, придётся зайти с другой стороны. Пойдём допрашивать Шарфика!       — Лестрейндж, милый, а с каких пор ты говоришь о себе во множественном числе? — усмехнулся Майкл, пытаясь устроиться на кровати. Но едва он случайно задел Вику, та тут же царапнула его лапой.       — От тебя я помощи и не ждал, знаешь ли, — фыркнул Руди и встал в дверях ванной, где Том чистил зубы. — Тебе никогда не хотелось побывать в гостиной Когтеврана? — с надеждой спросил он.       Том посмотрел на него через зеркало, мотнул головой и продолжил полоскать рот, зачерпнув ладонью воду.       — Ну пожалуйста! — не унимался Рудольфус. — Чтобы попасть туда, надо решить загадку. А ты объективно самый умный из моих друзей.       — Спасибо, — в один голос откликнулись Майкл и Эван.       Том промокнул лицо полотенцем, повесил его на крючок и, проходя мимо Рудольфуса, коротко бросил:       — Я спать.       Он направился к кровати. Вика, завидев его, мигом соскочила с постели Нотта и запрыгнула к Тому на подушку. Устроившись поудобнее, она довольно замурлыкала. Том почесал её за ухом, улёгся и накрылся одеялом.       В конце концов Розье сумел убедить Рудольфуса не горячиться и не принимать поспешных решений. Тот нехотя уступил и, следуя примеру соседей, отправился в постель.       Стрелки на часах неумолимо двигались. Часовая уже почти завершала второй круг, а сон так и не приходил к Рудольфусу. Он вертелся с боку на бок, не находя удобного положения. В спальне царила тишина, которую нарушали лишь звуки озера за окном да довольное мурчание Вики, по-хозяйски развалившейся на подушке рядом с Томом пузом кверху.       Рудольфус скинул с себя одеяло и бесшумно поднялся. Подкрался к кровати Розье, опустился на колени и принялся трясти его за руку.       — Розье, Розье! — зашептал он.       Эван с трудом разлепил глаза, хотя по выражению лица было ясно: его сознание всё ещё блуждало где-то во сне.       — Ч-что случилось? — пробормотал он, не отрывая головы от подушки.       — У меня есть план, — возбуждённо зашептал Рудольфус. — В спальню девочек по лестнице мы всё равно не попадём — она сразу превращается в горку. Но что, если применить Левитационные чары и взлететь прямо на балкон? Ты должен мне помочь. Ты же мой друг.       — Давай дружить только в дневное время, — заплетающимся голосом ответил Эван и перевернулся на другой бок.       Рудольфус недовольно шлёпнул его по ноге и пополз дальше к кровати Нотта.       — Майки, — позвал он, дёргая того за свисающую руку.       Нотт скривился сквозь сон:       — Иди нахуй.       — Ты даже не выслушал!       — Это про Беллу? — Майкл приоткрыл один глаз.       — Да, я…       — Иди нахуй, — повторил он и накрылся подушкой.       Рудольфус зло зашипел, но, едва направился к кровати Тома, как услышал спокойный голос из темноты:       — Даже не пробуй.       Он тяжело вздохнул. Осознав, что поддержки здесь не найти, накинул халат и решительно направился в комнату Забини и Паркинсона.       «Жаль, что Малфоя нет, — с досадой подумал он. — Его бы точно удалось развести».       Только он встал у двери, как в неё постучались. Рудольфус удивлённо приподнял брови и открыл её. На пороге стояла Маргарет — с растрёпанными волосами и видом человека, который только что пережил маленький апокалипсис.       — Простите, я не хотела вас будить, но одна не справлюсь, — сказала она с ноткой отчаяния.       — Что случилось? — встревоженно спросил Рудольфус. Остальные парни, которые из-за него и так уже не спали, дружно повставали с кроватей.       — Мне нужно, чтобы вы помогли остановить Аду и двойняшек, — Маргарет тяжело вздохнула. — Они… немного перебрали. Ну ладно, много. В общем, они сейчас собрались в Египет кататься на верблюдах по пустыне и строить пирамиды.       — Чего? — в один голос спросили все четверо.       — Они выпили все запасы вина Ады и мартини Рори. Логики в их действиях не осталось никакой — только чистый алкоголь. Пожалуйста, помогите, — почти взмолилась она. — Они уже чемоданы собрали и пытаются содрать гобелен в гостиной, чтобы сделать из него ковёр-самолёт.       Парни переглянулись и вместе с Маргарет спустились вниз. Но едва они вышли к лестнице, как остановились на балконе, заворожённые открывшейся картиной. Внизу царил полный разгром. Белла, Ада и Рори, обнявшись, мирно спали на диване, укрытые гобеленом с изображением гордого рыцаря. На девушках красовались летние платьица и широкополые шляпы, но по какой-то нелепой прихоти на ногах у всех троих были тяжёлые зимние сапоги.       У выхода громоздились чемоданы, половина из которых уже раскрыта. Внутри них с азартом рыскал Чикко, вытаскивая то чулки, то кофточки, то какие-то безделушки и разбрасывая добычу по всей гостиной.       — А алкоголик всё равно я, — сухо заметил Нотт, опираясь о перила и лениво наблюдая за хаосом.       — Твою ма-а-ать! — радостно выкрикнул Чикко и, расправив крылья, пронёсся прямо над их головами, сбросив чьё-то кружевное нижнее бельё.       Маргарет быстро подхватила его на лету и прикрыла лицо руками, обречённо качая головой.