Часть 3

Список погибших был оглашён на следующий день. Двое авроров, трое маглов и родители Ханны были убиты. Несколько человек получили ранения и были отправлены в Больницу Святого Мунго. Стража Хогвартса в жёлтых мундирах заполнила залы и коридоры замка, словно огромный поток. Филч был возмущён их присутствием. Его главной задачей в школе всегда было донимать учеников, а теперь для этого существовала целая армия. Лишившись смысла своего существования, он предоставил Полтергейсту полную свободу, радуясь всякий раз, когда Пивз выливал вёдра холодной воды на членов Стражи.

***

В гостиной Слизерина Драко вскрыл письмо от отца. Оно было написано шифром. Безобидное на первый взгляд послание содержало тайное сообщение. Стража проверяла всю корреспонденцию, поступающую в Хогвартс, перехватывала сов и вскрывала печати, не останавливаясь ни перед чем, лишь бы поймать тех, кто мог поддерживать связь с Волан-де-Мортом или его сторонников. В письме говорилось, что Паркинсон поручено особое задание. Драко продолжил читать, пытаясь понять, что именно ей предстояло сделать. Чем дальше он вчитывался, тем сильнее закипал от ярости. Он не мог поверить, что её семья доверила ей столь важную миссию. Она ни за что не справится с этим. Он должен был отговорить её или убедить позволить ему самому взяться за дело. Он сжёг письмо и отправился на её поиски. В гостиной Гриффиндора Гермиона в это время расшифровывала собственное послание. Оно было в форме стихотворения. Летом Дамблдор сообщил ей, что в течение учебного года она будет получать несколько сообщений. В них содержались поручения, отправленные анонимно членами Ордена, самим Дамблдором или Гарри. Гермиона выписала каждую третью букву в первых пяти строфах и каждую вторую — в последних трёх. Так ей удалось расшифровать послание. В нём подтверждалось, что Панси Паркинсон доставляет письмо от своего отца члену Стражи Хогвартса — некому Джону Мёрдоку. Судя по всему, Орден подозревал, что Мёрдок работает на Пожирателей смерти. Гермиона продолжила читать. В письме говорилось, что крайне важно, чтобы послание Панси ни в коем случае не достигло адресата, иначе последствия будут катастрофическими. Дамблдор заранее предупредил Гермиону, что она никогда не будет получать полные сведения об операциях Ордена — лишь самую необходимую информацию, — ради её собственной безопасности и безопасности других участников. Недостаток ясности тревожил её, но она доверяла Дамблдору и старалась не зацикливаться на том, чего ей не рассказывали. Гермиона взяла своё расписание занятий. У неё и у Панси была общая Астрономия у профессора Синистры. Если Панси собиралась передать послание в полдень, то, скорее всего, сделает это сразу после урока. Гермиона направилась к Астрономической башне, твёрдо решив заполучить письмо. Занятие состояло в основном из когтевранцев, нескольких гриффиндорцев, одного пуффендуйца и двух слизеринцев — Панси и Малфоя. Малфой получал наивысшие оценки по этому предмету, тогда как Панси едва-едва справлялась. Гермиона подозревала, что Панси записалась на этот курс лишь для того, чтобы присматривать за Драко. В прошлом году она застала его за поцелуями с очень милой когтевранкой после занятия и устроила такую сцену, что учителям пришлось вмешаться. Гермиона села рядом с Невиллом и сосредоточила внимание на профессоре Синистре. У профессора были ясные голубые глаза и рыжевато-золотые волосы, собранные в изящную косу. Она прочистила горло и обратилась к классу: — Для тех, кто здесь впервые, добро пожаловать в изучение планет и звёзд. В этом году мы будем исследовать далёкие галактики… находящиеся на самых отдалённых рубежах вселенной, — она сделала паузу. — Галактики, о путешествии к которым маглы могут только мечтать. Профессор Синистра с лёгким презрением окинула взглядом маглорождённых в классе. Она была чистокровной и, хотя не отличалась той же откровенной жестокостью, что профессор Снейп, всякий раз находила повод подчеркнуть превосходство волшебного мира. — Теперь вы будете работать с соседом по парте и составите карту звёзд и планет галактики Алкивиада… Гермиона украдкой следила за Драко и Панси, которые шептались за своим столом. Казалось, они о чём-то ожесточённо спорили. — Ты что, совсем рехнулась? — вдруг слишком громко выпалил Драко, забыв понизить голос. «Неужели речь идёт о той самой записке?» — мелькнуло у Гермионы. Она скользнула взглядом по сумке Панси, где, скорее всего, письмо лежало в полной безопасности. Профессор Синистра быстро подошла к двум слизеринцам. — На моих занятиях требуется полное сосредоточение. Тишина и работа — вот что я жду от вас. Я удивлена тобой, Драко, — её бровь чуть приподнялась. Всё-таки он был одним из её любимых учеников. — Прошу прощения, профессор, — сказал он своим самым обаятельным голосом. В следующие десять минут Паркинсон и Малфой работали очень тихо. Гермиона отвернулась от них и сделала вид, что сосредоточена на своей карте. — Как думаешь, это здесь должна быть планета Горан? — спросил её Невилл. — Или всё-таки Танит? — Думаю, Танит, — рассеянно ответила Гермиона. Вдруг она услышала, как Паркинсон воскликнула: — Ты не можешь! Только не снова! — Что ж, — произнесла профессор Синистра, вновь направляясь к столу слизеринцев, — похоже, придётся вас рассадить… Её взгляд упал на Лаванду Браун и Падму Патил, сидевших вместе за дальним столом в углу. — Мисс Браун, выйдите, пожалуйста, вперёд. Вам придётся поменяться с… — Но, профессор, мы почти закончили нашу карту! — взмолилась Лаванда. — Это будет нечестно. Мы уже проделали всю работу. — Я поменяюсь с Малфоем, — предложила Гермиона, надеясь оказаться рядом с Паркинсон и стащить записку из её сумки, пока та не заметит. Невилл посмотрел на неё так, словно она вонзила ему нож в спину. — Но ведь мы тоже почти закончили, — прошептал он. — Нет, — отрезала профессор Синистра. — Ты будешь работать с Драко. Паркинсон — с Лонгботтомом. — Но, профессор!.. — Живо! Гермиона наблюдала, как Паркинсон схватила свои карты и с явной неохотой закинула сумку на плечо. Она двинулась к ним, и глаза Гермионы невольно прилипли к сумке. Та была так близко, что до неё можно было почти дотянуться… — Лучше уж Лонгботтому в напарники, чем грязнокровке, — пробормотала Паркинсон себе под нос. Гермиона вздрогнула, но промолчала. Она собрала свои вещи и направилась к парте Малфоя, кипя от злости на себя. Драгоценный шанс заполучить записку был упущен. — Грейнджер. — Малфой, — произнесла она ровным тоном. Он бросил на неё косой взгляд. — И не знал, что ты так мечтаешь оказаться в напарниках у Паркинсон, — протянул он. — Своих друзей не хватает? Должно быть, скучная жизнь, когда всё время сидишь носом в книжках. А теперь, когда Поттера рядом нет, остаётся только Уизли. Но он ведь не слишком сообразителен, не так ли? Гермионе нестерпимо захотелось врезать Малфою пощёчину, но вместо этого она ответила: — Я просто решила избавить вас с Паркинсон от лишнего позора. Всё равно никто не хотел брать слизеринца в напарники. — Какое самопожертвование, — протянул Драко, каждая капля сарказма слышалась в его голосе. — Никакое это не самопожертвование. — Начала Гермиона, решив расставить для него ловушку, которую давно задумала. Она собиралась подойти к нему позже, но сейчас был вполне подходящий момент. — Я даже рада, что нас поставили вместе. — И с чего же это? — спросил Драко, ожидая остроумного ответа. Повисла долгая пауза. Гермионе потребовалось всё её упорство, чтобы заставить себя вымолвить нужные слова. Она должна была это сказать, просто обязана. — Потому что я хочу извиниться, — наконец произнесла она. — За то, что сказала в поезде на днях. Внутри неё всё кричало от возмущения: никогда в жизни она не могла представить, что придётся извиняться перед Драко Малфоем, из всех людей именно перед ним. Но она напомнила себе — это ради более важного дела. Так нужно. — Прошу прощения, Грейнджер, мне показалось, ты сказала… — начал он. — Я вовсе не считаю тебя приятным человеком, — продолжила Гермиона. — У тебя отвратительные манеры, ты заносчивый, самодовольный, надменный… — Я думал, это было похоже на извинение? — перебил её Драко. — Но… — продолжила Гермиона. — Это вовсе не значит, что ты такой же, как твой отец, или что ты обязательно станешь Пожирателем Смерти, — закончила она, нарочно понизив голос, чтобы их не услышали окружающие ученики. Краем глаза она заметила, как Паркинсон внимательно за ними наблюдает. Драко нахмурился. Неужели в аду внезапно похолодало? Лицо Грейнджер было совершенно серьёзным, а свет из окон оттенял её волосы тёплым золотисто-каштановым сиянием, придавая ей почти ангельский вид. «Ангел с тайными, недобрыми намерениями», — подумал он. Вот только какими — пока не понимал. — Приятно слышать, что ты признала свою неправоту, — наконец произнёс он. — Знаю, как тебе это непросто… учитывая, что ты вечно всё знаешь лучше всех. Она сжала кулаки от злости. «Соберись», — сказала она себе. «Не теряй самообладание». Она отвела взгляд от него и схватила перо, готовая начать работу над диаграммой. — Но всё же, — сказал он, положив руку на её, чтобы остановить письмо, — я рад, что ты это сделала. — Его взгляд был настолько сосредоточен, что она потеряла концентрацию. Заклинание прервалось, когда профессор Синистра хлопнула в ладоши. Она подняла палочку, и из неё вырвался поток голубого света, который заполнил комнату, образовав точную копию галактики Алкивиад. Остальные студенты подняли головы с изумлением, заворожённо наблюдая за парящими звёздами. — А теперь, пожалуйста, обратите внимание на сферу тёмной материи этой галактики… — Драко отпустил руку Гермионы. Она украдкой взглянула на заднюю часть класса. Панси всё ещё наблюдала за ними, глаза сужены до тонких щёлочек. Оставшуюся часть часа они работали усердно, и в конце профессор Синистра объявила о завершении занятия: — Внимание! К следующему уроку хочу видеть на моём столе диаграммы галактики Загрос. Если вы сделали летнее чтение, это не должно быть слишком сложно. Весь класс проворчал. Гермиона повернулась к Драко: — Мы можем встретиться в библиотеке позже, чтобы закончить диаграммы, — предложила она. — Шесть часов. Не опаздывай. — Она бросила взгляд через плечо: Панси уже направлялась к двери. — А если я не приду? — усмехнулся Драко. — Тогда удачи найти другого партнёра, — сказала Гермиона и, не оглядываясь, покинула башню. Она мчалась по винтовой лестнице по коридору, пытаясь увидеть, куда направилась Панси. Она заметила её, идущую по следующему коридору и спускающуюся по лестнице. Гермиона последовала за ней до третьего этажа, где группа второкурсников только что вышла с урока истории магии. Гермиона протиснулась сквозь студентов и увидела, как Панси подошла к стражнице — высокой женщине с длинными светлыми волосами. — Я ищу Джона Мёрдока, — сказала Панси. — Сегодня он не дежурил, — ответила стражница. — Попробуйте завтра. — Вы не понимаете! Мне нужно увидеть его сегодня! — воскликнула Панси. — Его нет, — твёрдо повторила блондинка. — Это абсурд! Скажите, где его найти! — крикнула Панси, паника отразилась на её лице. — Если будешь настаивать, — сужая глаза, предупредила стражница, — придётся отвести тебя к Ромене Райт для допроса… — В этом нет необходимости, — фыркнула Панси и рванула прочь. Гермиона побежала за ней, но коридоры были заполнены студентами. К тому времени, как она догнала Панси в подземельях, та уже входила в каменную дверь, ведущую в общий зал Слизерина. Дверь с громким глухим стуком захлопнулась за Панси. Гермиона выдохнула. Придётся подловить её на следующий день. Если ей не удастся встретиться с Мёрдоком до занятий, она украдкой возьмёт записку на уроке Астрономии, но на этот раз устроит отвлекающий манёвр, чтобы все прошло успешно.

***

Поздним вечером Гермиона ждала Драко у библиотеки. Он опоздал на двадцать минут, и она начала сомневаться, придёт ли он. Нетерпеливо постукивая ногой, она наконец заметила его, идущего по коридору с метлой в руке. — Надеюсь, долго не ждала, Грейнджер, — сказал он, без следа искренности. — Зачем ты это принёс? — спросила Гермиона, указывая на метлу. — Не знаю. Подумал, почему бы не поработать на улице, где виден весь небесный свод? Гермиона рассмеялась: — Не думаю. — Где твоё чувство приключений? Или ты живёшь лишь через книги? — усмехнулся он. Она поморщилась — он попал в точку. Гермиона сердито посмотрела на него. В обычных условиях она бы отправила его к чёрту, но у неё была миссия, и она намеревалась её выполнить. — Ладно. — Сказала она, скрестив руки. — И как ты собираешься пройти мимо стражи? — Это несложно, — сказал он, делая шаг ближе. — Если будешь держаться рядом и делать, что тебе говорят. — Ты меня с эльфом-слугой перепутал, — сказала Гермиона ледяным тоном. — Никто бы не перепутал тебя с эльфом, — фыркнул он. — Ты слишком болтливая для этого. Он позволил себе минуту насладиться видом её лица, раскрасневшегося до ярко-фиолетового, а затем сказал: — Пошли. Они поднялись по большой лестнице. На первых этажах их никто не остановил. Когда они достигли Астрономической башни, их остановили два патрулирующих стража. Драко достал из кармана маленький золотой предмет с двумя красными полосами — тикающую бомбу. — Отойди, — прошептал он. Метнув устройство в сторону двери, он через три секунды вызвал громкий взрыв. Стражи пригнулись, ожидая обрушения потолка, но вместо этого красный туман заполнил коридор. Через несколько минут, когда видимость восстановилась, один страж побежал к двери, другой последовал за ним. Гермиона случайно задела доспех, который с грохотом упал на пол. Драко укрылся в нише, его взгляд смешивал раздражение и ужас. Он схватил её за талию, когда страж обернулся, но её уже не было на месте. Гермиона ощутила спину, прижатую к его груди. Он прошептал ей на ухо: — Не двигайся. Сердце Гермионы билось так, что, казалось, вот-вот выскочит. Его дыхание согревало её кожу, лёгкий холодок пробежал по позвоночнику. Страж, убедившись, что за доспехом никого нет, ушёл. Гермиона отошла от Драко: — Я не понимаю, зачем позволила тебе меня втянуть… — Ты сама чуть нас не выдала, — прошипел он, схватив её за руку. — Пошли. Они поднялись по винтовой лестнице, достигли класса и захлопнули за собой дверь. Драко открыл окно: — Пошли. Они перелезли на террасу. Мётлы стояли готовые, телескопы были направлены на ночное небо. — Мы полетим к озеру, — сказал Драко. — Почему бы не остаться здесь? — предложила Гермиона. — Можем использовать телескопы. — Стражи могут вернуться. Рисковать нельзя. Она уселась сзади него на метлу, осторожно обвив руки вокруг его талии. Он рассмеялся и сжал их, притянув её ближе. — Боишься, Грейнджер? — прошептал он. — Я не… — попыталась она ответить, но он оттолкнулся, и они взмчались в небо. Гермиона закричала, держась за Драко изо всех сил. Стражи на территории казались крошечными точками. Он кружил метлу, демонстрируя мастерство, и, убедившись, что поблизости нет охраны, мягко приземлился у озера. Гермиона вздохнула с облегчением, когда ступила на землю. Драко первым слез с метлы, протянув ей руку, которую она оттолкнула. — Не нужно было так летать! — возмутилась она. — Тише, — предупредил он. — Хочешь, чтобы стражи узнали, что мы покинули замок? Она слезла и отошла. Голова шла кругом, но он поддержал её, чтобы она не упала. — Спокойно, Грейнджер, — сказал он. Она села у озера, стараясь прийти в себя. Драко наблюдал издалека, понимая, что завоевать её доверие будет нелегко. Наконец, Гермиона достала диаграммы, учебник и перо, не поднимая взгляда. — Ну что, — сказала она, приглашая его сесть рядом, — начнём. Он сел и взглянул на диаграмму. Подняв глаза к небу, он сказал: — Здесь написано, что нам нужно найти планету Алкандер. Гермиона открыла книгу по астрономии, чтобы найти информацию о галактике планеты. — Не нужно, — сказал Драко. Он достал миниатюрный золотой телескоп с четырьмя линзами. — Смотри через четвёртую линзу, — сказал он. Гермиона ахнула: мир словно приблизился и устремился в ночное небо. Она увидела Алкандер — планета сияла бирюзой и золотом, окружённая кольцом белого света. — Невероятно… — прошептала она. — Её цвета заманивают ничего не подозревающего путника, — объяснил Драко. — Там обитают опасные существа, морские монстры и прочее. — Откуда ты всё это знаешь? — спросила Гермиона. — Мама рассказала, — ответил он. — Мы часами сидели на улице у поместья… Она рассказывала о звёздах, планетах, галактиках… Лучшие астрономы в Египте. Там самые продвинутые телескопы. С помощью Луксорского телескопа можно увидеть галактику Ластения — галактику на краю Вселенной. Никто туда не добирался, даже волшебники, но говорят, там невероятные планеты, цвета, которые сводят с ума. — Ты когда-нибудь туда поедешь? — спросила Гермиона. — Может быть, когда закончится война, — сказал Драко. — А твоя мама? Лицо Драко изменилось, и он несколько секунд молчал. — Её больше не интересуют звёзды. Она изменилась. — А твой отец? — тихо спросила Гермиона. Драко улыбнулся натянуто. — Скажем так, мы не сидим вместе за чаем. Они оба замолчали. Гермиона поняла, почему астрономия так важна для Драко: это напоминало ему о счастливых моментах с мамой. — Прости, — сказала Гермиона, — не могу представить, каково это — не иметь поддержки тех, кто должен быть рядом. — Но у тебя есть, — сказал Драко. — Что ты имеешь в виду? — Поттер, — сказал он медленно. — В итоге он спас себя, а не стоял рядом с тобой и Уизли. Всеми его «друзьями». Гермиона уставилась на него в неверии. Он выставлял Гарри трусом. — Ты ничего о нём не знаешь, — сказала она резко. — Гарри не слаб. Драко молчал, понимая, что задел слишком глубоко. Он сменил тактику: — Начинаю думать, что ты влюблена в него, Грейнджер. — Что? Нет! — воскликнула она. — Мы друзья. И это не твоё дело. — А Уизли? — спросил Драко, теперь искренне интересуясь. — Друг тоже или что-то большее? Она покраснела: — Это не твоё дело! Пойдём обратно в замок. Она встала, схватив сумку. Драко закатил глаза: — Сядь. Обещаю больше не спрашивать о твоей личной жизни. Она нахмурилась на него. — Честно, — сказал он, поднимая руки в знак капитуляции. Гермиона села рядом. Они закончили диаграммы и больше не говорили, пока не пришло время уходить. — Готова? — спросил он, когда они сели на метлу. Она кивнула. Гермиона закрыла глаза, когда Драко оттолкнулся и поднялся в воздух. Он летел ровно, без показухи. Минуты спустя они приземлились на террасе Астрономической башни. «Это была необычная ночь, — подумала Гермиона. — Самый долгий разговор с Малфоем за все годы в Хогвартсе, и он не был неприятным. Но сколько из сказанного им правда?» — Спокойной ночи, — сказала она. — Признаюсь, ты чуть лучше, чем Невилл, как партнёр по астрономии. Драко рассмеялся. — Только чуть? — Ну, — уступила она, — ты всё же справился с заданием. Гермиона повернулась, чтобы уйти, но Драко схватил её за руку и развернул лицом к себе. — Что? — удивлённо спросила она. — Давай, Грейнджер, ты ведь не ради этого сюда вышла, — сказал он. Гермиона побледнела. Не выдала ли она себя? — А для чего я здесь? — спросила она ровным голосом. Драко приблизился почти вплотную. — Если не скажешь, чего хочешь... — начала она. — Это, — сказал он, и, к её удивлению, наклонился и поцеловал её, обвив руками талию, так что она не могла вырваться.