Глава 17. Мистер Икс и леди Н

Во время ужина, которым были вчерашние пельмени, Егор Пузырёв потянулся к телефону. В его голове роились мысли об Анастасии Жуковой, о которой ему рассказал Игорь. Он нашёл в списке контактов её номер, присланный в чате, и несколько секунд колебался, прежде чем нажать кнопку вызова. В голове мелькали различные варианты приветствий и фраз, но все они казались слишком банальными, слишком официальными для того «мистера Икс», которого он должен был сыграть. В итоге он решил быть самим собой. Аргументировал он это тем, что Игорь сказал ему, дескать, «Настя — человек душевный», а значит, и общаться с ней нужно без лишних церемоний, искренне. «Игорь сказал быть проще, — размышлял Егор. — Никаких масок, кроме самого имени. Она сейчас, вероятно, на взводе, и фальшь ей не нужна. Я должен быть опорой, чистым звуком в её хаосе. Это как импровизация на сцене — нужно быть полностью в моменте, отдавать всего себя. Операция «Мистер Икс» начинается». Он глубоко вздохнул, представляя себе её голос, её лицо. Он чувствовал себя одновременно взволнованным и решительным. Это было не просто задание, а нечто большее, что-то, что захватило его целиком. Внутри него, обычно спокойного и рассудительного, проснулся азарт, который он, как музыкант, хорошо знал. Это был азарт творчества, и сейчас он должен был выступить в роли творца своей собственной жизни. Наконец он решился. Пошли длинные гудки, заставляя сердце биться немного быстрее. Егор постарался придать своему голосу спокойствие и уверенность, хотя внутри всё трепетало от ожидания. На том конце провода после нескольких томительных гудков наконец ответили. Раздался тихий, немного неуверенный, но мягкий женский голос: — Алло? Егор постарался сделать свой голос максимально мягким и приветливым: — Здравствуйте, Настя. Это Егор. Игорь просил меня вам позвонить. Надеюсь, я не отвлекаю вас от ужина? — Здравствуйте, Егор. Нет, что вы, я уже закончила ужинать. Спасибо, что позвонили. Игорь… он мне немного рассказывал. — Приятно познакомиться, Настя. Я бы хотел, чтобы вы мне рассказали, что вас беспокоит, тревожит. Я вас выслушаю и, возможно, помогу вам найти ответы на ваши вопросы. — Мне тоже очень приятно познакомиться с вами, Егор. Спасибо, что так быстро откликнулись на просьбу Игоря. Если честно, я немного волнуюсь, — в голосе Жуковой чувствовалась скованность, но и любопытство. Егор постарался развеять её опасения: — Пожалуйста, Настя. И совершенно не стоит волноваться. Игорь очень хорошо о вас отзывался, и мне действительно хочется вас поддержать, если это в моих силах. Расскажите мне, как вы себя чувствуете? Что вас сейчас больше всего беспокоит? Не стесняйтесь, я готов вас внимательно выслушать. — Начать я бы хотела с того, что я жена преподавателя основ конституционного права, Бориса Михайловича Рогова, если вам, Егор, о чём-то говорит это имя. — Конечно, говорит. Я учился в НГУ на юридическом факультете, но с подачи одного из преподавателей, который ныне там не работает, но в силу обстоятельств загорелся желанием вернуться и изменился в позитивную сторону, я оказался отчислен с третьего курса, — ответил Егор, понимая, что Анастасия немного колеблется, рассказывая это. — Ого, вот это поворот… — протянула Анастасия. В её голосе промелькнуло удивление. — То есть вы тоже учились на юрфаке? И вас… отчислили? А что за преподаватель? Это случайно не… — Нет-нет, не Борис Михайлович, — поспешил успокоить её Егор, улыбаясь про себя. — Это был другой преподаватель. Но, поверьте, я прекрасно понимаю, каково это, когда преподаватели ведут себя… некорректно. — Вы знаете… — тихо произнесла Анастасия. — Последнее время мне кажется, что я схожу с ума. Борис… он стал очень подозрительным. Постоянно меня в чём-то обвиняет, устраивает скандалы на пустом месте. Он стал очень раздражительным и… даже грубым. — Вот те нате, хуй в томате... — вырвалось у Пузырёва. — Прошу простить за выражение. Я в шоке с того, что вы говорите. А причину его психоза вы, конечно же, не знаете? Анастасия, услышав метко употреблённое, пусть и внезапное матерное выражение, хихикнула в трубку. Она не ожидала такой реакции от такого, казалось бы, интеллигентного молодого человека. Но именно эта непосредственность и искренность подкупили её. Она почувствовала, что Егор не просто играет роль, а искренне переживает за неё. — Причину? Да даже мой психолог не очень понимает, что с Борисом. Единственное, что я понимаю — это какая-то непонятная тревожность. — Непонятная тревожность? Это вы очень мягко сказали, Анастасия. Если ваш муж ведёт себя подобным образом, то это уже не просто тревожность, а скорее какая-то нездоровая паранойя. Вы не думали об этом? — осторожно поинтересовался Егор, стараясь не давить на Жукову. — Думала, конечно, — вздохнула Анастасия. — Но он категорически отказывается признавать, что с ним что-то не так. Говорит, что это я во всём виновата, что я его провоцирую своим поведением. А я… я просто устала от всего этого. Устала от постоянных упрёков, от его недоверия. Мне кажется, он меня совсем не слышит. — Мне очень жаль это слышать, Настя. Никто не заслуживает такого отношения. Поверьте, я понимаю, как вам сейчас тяжело. Но вы не должны оставаться с этим один на один. Именно поэтому Игорь и попросил меня с вами связаться. Он видит, что вы замечательный человек и не заслуживаете такого обращения. В голосе Анастасии послышались слёзы. — Спасибо вам, Егор. Мне очень приятно это слышать. Последнее время я чувствую себя совершенно одинокой и никому не нужной. Даже поговорить толком не с кем. Подруги, конечно, поддерживают, но они не до конца понимают, что на самом деле происходит. — Рассказывайте, что и как, Анастасия Олеговна. Я на ходу всё проанализирую и скажу вам, что тут к чему. Анастасия вздохнула, словно собираясь с духом, и продолжила свой рассказ. Её голос стал немного увереннее, хотя в нём по-прежнему чувствовалась грусть. — Вы знаете, раньше Борис был совсем другим. Когда мы только поженились, он был очень внимательным, заботливым, даже романтичным. Мы проводили много времени вместе, гуляли, ходили в кино, в театры… А последние несколько лет всё как будто перевернулось с ног на голову. Он стал всё чаще задерживаться на работе, стал каким-то отстранённым, холодным. А потом началась вот эта его… подозрительность. Сначала это были какие-то безобидные вопросы, вроде «Где ты была так долго?» или «С кем ты переписывалась?». Но потом всё стало хуже. Он начал проверять мой телефон, мои социальные сети, даже электронную почту. Он постоянно ищет какой-то компромат, какие-то доказательства моих… измен. Хотя я ему никогда не давала для этого ни малейшего повода. Вот сравните его раньше и сейчас, как будто два разных человека! В голосе Жуковой звучало искреннее недоумение и обида. — Это просто невыносимо, Егор. Я чувствую себя как под постоянным наблюдением. Я уже боюсь лишний раз выйти из дома или ответить на звонок подруги, потому что знаю, что потом меня обязательно ждёт очередной скандал и поток необоснованных обвинений. Я пыталась с ним поговорить, объяснить, что его подозрения совершенно беспочвенны, но он меня просто не слушает. Он уверен, что я ему вру, что я что-то от него скрываю. — Это ужасно, Анастасия. Мне искренне жаль, что вам приходится всё это переживать. Поверьте, я понимаю, как это тяжело — жить в постоянном недоверии и напряжении. Но вы совершенно правы, никто не заслуживает такого отношения. А вы пытались выяснить, с чем может быть связана такая резкая перемена в его поведении? Может быть, у него какие-то проблемы на работе или какие-то личные трудности? — Я пыталась, конечно, — вздохнула Анастасия. — Но он ничего не говорит. Он просто замыкается в себе, становится ещё более раздражительным. Иногда мне кажется, что он просто ищет повод для ссоры. А иногда… иногда мне даже кажется, что он просто хочет от меня избавиться. В голосе девушки снова послышалась дрожь. — Не говорите так, Анастасия. Я уверен, что это не так. Просто сейчас у вашего мужа, вероятно, какой-то очень сложный период в жизни, и он, к сожалению, вымещает своё недовольство на вас. Но это ни в коем случае не оправдывает его поведения. Вы не должны терпеть такое отношение. Вы заслуживаете того, чтобы вас любили, ценили и уважали. — Спасибо вам за эти слова, Егор. Мне сейчас это очень важно. Я уже просто устала чувствовать себя виноватой во всех его проблемах. А ведь я всегда старалась быть хорошей женой, поддерживать его во всём… — Я уверен в этом, Анастасия. Елена Николаевна мне рассказывала, какой вы замечательный и душевный человек. Поверьте, вы не одиноки в своей беде. У вас есть друзья, которые готовы вас поддержать. И я в том числе. Игорь не случайно попросил меня с вами связаться. Он видит, что вы заслуживаете лучшего. — А вы… вы действительно хотите мне помочь? Просто так? В голосе Жуковой звучало недоверие, смешанное с надеждой. — Абсолютно искренне, Анастасия. Мне небезразлична ваша ситуация, и я хочу сделать всё, что в моих силах, чтобы вам помочь. Вы очень приятный в общении человек, и я уверен, что вы заслуживаете счастья. — Но что вы можете сделать? Я даже не знаю… — Для начала, вы можете просто выговориться мне обо всём, что у вас на душе. Иногда это действительно помогает снять напряжение. А потом… потом мы вместе подумаем, что можно предпринять дальше. Может быть, вам стоит обратиться к психологу? Или, возможно, вам просто нужно немного отвлечься от всего этого негатива, провести время в приятной компании, почувствовать себя желанной и интересной. — Вы знаете, мне бы сейчас действительно не помешало немного отвлечься. Последнее время я чувствую себя как в клетке. — Тогда, может быть… Вы не будете против, если мы как-нибудь встретимся? Просто погуляем в парке, посидим в уютном кафе, поговорим обо всём на свете. Я думаю, это могло бы вам немного поднять настроение. На другом конце провода снова повисла короткая пауза. — Встретиться? Вы действительно хотите встретиться со мной? — Конечно, Анастасия. Я думаю, это было бы полезно для нас обоих. Вы сможете немного отвлечься от своих проблем, а я буду рад провести время в компании такой очаровательной и интересной девушки. Анастасия тихонько засмеялась. — Очаровательной? Вы мне льстите, Егор. — Нисколько, Анастасия. Игорь мне показывал вашу фотографию. Вы очень красивая и, судя по нашему разговору, ещё и очень умная и интересная собеседница. — Спасибо вам за такие приятные слова. Мне действительно давно никто не говорил ничего подобного. — Тогда как насчёт того, чтобы развеять все ваши сомнения лично? Может быть, завтра вечером? Как вы смотрите на это? — Завтра вечером… Хм… Вы знаете, я, пожалуй, соглашусь. Мне действительно очень хочется немного отвлечься. — Замечательно, Анастасия! Тогда я позвоню вам завтра днём, и мы договоримся о конкретном времени и месте нашей встречи. Спасибо, что уделили мне время. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Егор. И ещё раз спасибо вам за всё. Егор положил трубку, чувствуя, как по телу разливается приятное волнение. Разговор прошёл на удивление легко и непринуждённо. Анастасия показалась ему очень милой, ранимой и явно нуждающейся в поддержке. Её голос, несмотря на грусть, звучал мягко и интеллигентно. Егор улыбнулся про себя, предвкушая их завтрашнюю встречу. Он почувствовал, что действительно хочет помочь этой женщине, вырвать её из той тяжёлой ситуации, в которой она оказалась. — Короче, Игорь, мы побазарили, и она такая офигенная… — наговорил Егор в голосовое сообщение Радаеву. — Голос такой мягкий, спокойный. Она, конечно, очень расстроена из-за всего этого с мужем, но держится молодцом. Рассказала мне, как он её ревнует ко всем подряд, проверяет телефон, почту… Короче, полный набор параноика. Но она при этом такая… хрупкая, что ли. Её прямо хочется защитить. Она согласилась встретиться завтра вечером. Предложил ей просто погулять, посидеть в кафешке. Думаю, ей это сейчас действительно нужно. — Молодца! — ответил Игорь тоже голосовым сообщением. — Она тебе понравилась, да? Я же говорил, она очень приятная в общении девушка. Ну и отлично, что согласилась встретиться. Завтра вечером — это самое то. Ей сейчас действительно нужно немного отвлечься и почувствовать, что она не одна в этой ситуации. Что дальше планируешь? Куда пойдёте? — «Паб 500» на Ленина мне кажется топовым местом, — снова стал записывать голосовое сообщение Егор. — Там и атмосфера приятная, не слишком шумно, и выбор напитков хороший. Как раз для спокойной беседы. И музыка живая. Меня впечатляет. Думаю, ей понравится. Она такая… интеллигентная, что ли. Не думаю, что ей захочется в какой-нибудь шумный бар идти. Завтра после обеда ей позвоню, уточню время. Скорее всего, часов в семь вечера будет идеально. — Отлично, место с хорошей репутацией, — одобрительно отозвался Игорь в ответном голосовом сообщении. — Живая музыка — это вообще замечательно. Думаю, Насте действительно понравится такая спокойная и уютная атмосфера. Ну всё, Егор, держи меня в курсе завтра. Удачи тебе! Пузырь посмеялся и со спокойной душой лёг спать. В голове роились мысли о том, как он будет спасать Жукову от уныния и страданий.

***

После разговора с Егором Анастасия долго не могла уснуть. Она лежала в темноте, глядя в потолок, и прокручивала в голове их беседу. Его спокойный, уверенный голос, искреннее сочувствие, отсутствие осуждения — всё это было таким непривычным после долгих месяцев жизни с вечно недовольным и подозрительным Борисом. В её памяти всплыл недавний вечер, который стал одной из самых унизительных сцен в их браке. — Что-то ты сегодня долго из магазина шла, Настенька, — Борис встретил её в коридоре, прищурив глаза. Он стоял, скрестив руки на груди, и от него исходила волна холодного, давящего гнева. — Пакеты лёгкие. Не на полчаса же ты за ними ходила? Анастасия, сняв куртку, устало ответила: — Боря, я же сказала, что зашла в аптеку. У меня голова что-то разболелась. — В аптеку? — Рогов сделал шаг вперёд, вынуждая её отступить. — А ты знаешь, я тоже сегодня зашёл в аптеку, только в другую. И там мне сказали, что ты, милая, покупала не таблетки от головы, а… презервативы. Так с кем ты сегодня развлекалась, Настя? Отвечай! Его голос был как удар хлыста, и Анастасия почувствовала, как по её щекам катятся горячие слёзы. — Борис, о чём ты говоришь? Ты с ума сошёл! Я не покупала ничего подобного! Ты следил за мной? — Ещё скажи, что я сам их купил, чтобы тебя обвинить! — прорычал Рогов. — Признавайся, шлюха! Кто он?! Я же всё равно узнаю! Анастасия, задыхаясь от обиды и унижения, выбежала из коридора, заперлась в ванной и долго плакала, прислонившись спиной к холодной плитке. Перед этим она успела ему крикнуть: — Шлюха — это твоя мамаша! На следующее утро Рогов вёл себя, как ни в чём не бывало, и даже купил ей букет цветов. Но та сцена, полная несправедливых обвинений и унижений, глубоко въелась ей в память. «Я и правда схожу с ума…» — подумала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Но потом в голове прозвучали слова Егора: «Никто не заслуживает такого отношения». Эти слова стали для неё спасительным кругом, за который она ухватилась. Она не одна, есть люди, которым не всё равно. И это давало ей силы.

***

На следующий день Егор проснулся от жужжания уведомления в Telegram. К его удивлению, Анастасия решила написать первой. «Егор, доброе утречко! — писала Жукова, добавив к этим словам сердечко. — Пока я спала, я много думала...». Егор улыбнулся, прочитав сообщение. Сердечко после слов «Егор, доброе утречко!» показалось ему милым и обнадёживающим. Это был знак доверия и, как сходу посчитал Егор, симпатии. Значит, их вчерашний разговор действительно произвел на Анастасию впечатление. Он быстро напечатал ответ: «Доброе утро, Настя! Я тоже много думал о нашем вчерашнем разговоре. И очень рад, что вы написали. О чем именно вы размышляли?». Ответ пришёл почти сразу: «О многом. О том, что вы мне сказали, о том, как я себя чувствую... Мне стало немного легче после нашего разговора. Спасибо вам еще раз». Егор почувствовал тепло в груди. Он продолжил: «Я очень рад это слышать, Настя. Это самое главное. Если вам будет комфортно, мы можем сегодня вечером продолжить наш разговор лично. Как вы смотрите на «Паб 500» на Ленина часов в семь?». Анастасия ответила через пару минут: «Да, Егор, это звучит как отличная идея. Я буду там». Улыбка не сходила с лица Егора весь день. Он с нетерпением ждал вечера. После обеда он тщательно подошел к выбору одежды. Решил надеть свою любимую тёмно-синюю рубашку, хорошо сидящие джинсы и удобные замшевые ботинки. Он побрился, уложил волосы и даже немного побрызгался своим любимым одеколоном. Хотелось произвести на Анастасию хорошее впечатление. В назначенное время Егор уже ждал Анастасию в «Пабе 500». Он выбрал уютный столик в углу, рядом с небольшой сценой, и заказал себе чашку кофе. Через несколько минут в дверях появилась девушка, чьё описание Игорь присылал ему вместе с номером телефона. Это была Анастасия. Она выглядела немного взволнованной, но в то же время в её глазах читалось любопытство. — Привет, — кокетливо сказал Егор со своей фирменной улыбкой, которой обычно одаривал только фотографов и журналистов во время фотосессий с группой и интервью. — Настя? — Да, Настя, — кивнула Жукова, подсаживаясь к Пузырёву. Она была одета в простое, но элегантное платье пастельного оттенка, которое выгодно подчёркивало её стройную фигуру. Её тёмные волосы были аккуратно уложены, а в больших синих глазах читалась смесь волнения и любопытства. Она выглядела немного уставшей, но в то же время излучала какое-то внутреннее тепло и доброту. — Рад знакомству, — отхлебнул кофе Егор. — Я тоже очень рада, Егор, — ответила Анастасия, слегка улыбаясь. Она нервно поправила сумочку на плече. — Спасибо, что пригласили. — Не за что, Настя. Я рад, что вы согласились. Надеюсь, вам здесь понравится. Место, вроде, неплохое, — Егор обвел рукой уютный зал паба с приглушенным светом и негромкой живой музыкой. — Да, очень мило, — согласилась Анастасия, осматриваясь. — Атмосфера приятная. Подошла официантка, и Егор предложил Анастасии выбрать еду. Они заказали пасту, пиццу, мороженое, кофе и вино. — Ну что, Настя… Рассказывайте, как у вас дела? Как настроение? — мягко спросил Егор, стараясь создать непринужденную обстановку. Анастасия вздохнула и немного помолчала, словно собираясь с мыслями. — Если честно, не очень. После нашего вчерашнего разговора мне стало немного легче, но… всё равно очень тяжело. Постоянно думаю обо всём этом, о Борисе… — Я понимаю. Но вы не должны себя изводить. Помните, мы говорили, что вы не одиноки? И я действительно хочу вас поддержать. Расскажите мне всё, что у вас на душе. Не стесняйтесь. Анастасия благодарно посмотрела на Егора. Его спокойный и доброжелательный тон действительно располагал к откровенности. — Вы знаете, самое обидное, что я совершенно не понимаю, что происходит. Раньше у нас с Борисом были такие хорошие отношения… Мы столько всего вместе пережили… А сейчас как будто между нами выросла какая-то стена. Он постоянно злится, кричит, обвиняет меня в чём-то… Это просто невыносимо. — Вот же сволочь, блядь... — прошипел Пузырёв, ковыряя ложкой мороженое. Глянув на Анастасию, он будто забылся и внезапно засмеялся. — Извините, матюк сказал, — не в силах сдержать смех, произнёс музыкант. — Да и как тут не материться, когда про такое, пардон, говнище рассказывают, а ты внутри это переживаешь? Любому бы сложно было контролировать лексикон. Так, спокойно... Давайте я вам спою для начала. Егор сел за нестройный рояль у маленькой сцены. Размяв пальцы, он заиграл и запел неожиданно ярко: Жизни даль распахнув мне настежь, Ты явилась, весны красивей. Птицы в небе щебечут: «Настя», Травы вторят: «Анастасия». Счастлив я, покоренный властью Этих глаз васильково-синих. Губы с нежностью шепчут: «Настя», Сердце вторит: «Анастасия». Я хочу, чтоб эта песня, Эта песня не кончалась, И, ее услышав, ты спросила: «Не мое ли имя прозвучало?»* Анастасия, слушавшая песню с лёгкой улыбкой на губах и едва заметной влагой в глазах, тихонько прошептала, когда Егор закончил: — Какая красивая песня… И слова такие… трогательные. Спасибо, Егор. Мне действительно показалось, что вы поёте про меня. Егор вернулся за столик, чувствуя прилив тёплых эмоций. Его мотивы были просты и угадывались сходу: он хотел показать Анастасии, что в мире есть не только грубость и недоверие, но и красота, нежность и уважение. Он хотел, чтобы она почувствовала себя особенной. Выбор песни был неслучаен: он знал, что «Анастасия» Юрия Антонова — это классика, наполненная романтикой и искренностью. Эта песня, как и его образ «мистера Икс», должна была стать символом надежды и нового начала. — Так ведь Юрий Михалыч Антонов, видимо, про вас и писал, Настя, — улыбнулся Пузырёв. — Я играю в зеленоградской группе «Боль поколений», с недавних времён мы базируемся здесь, в Новосибирске. Просто в Зелике публика такая... Когда мы вышли впервые на сцену, нас не приняли, обосрали на чём свет стоит, ну, мы и обиделись. Вот теперь покоряем Сибирь. Запарит — в Москву махнём. Мы ребята, считай, московские. Ну, и, как уже понятно, думаю, по-московски мы играем, по-московски мы поём. Кстати, Настя, давай на «ты». Сколько тебе лет? — Мне двадцать девять, Егор. А тебе? — Двадцать, — ответил Пузырёв, — Я двухтысячного года выпуска, хех. — Я тоже иногда пою. А так я переводчица, — заговорила Жукова, переварив слова Егора. — Двадцать девять? Ого, ты старше меня на целых девять лет! А я думал, максимум года на три. Ты очень молодо выглядишь, Настя. Очень молодо и свежо. Потому что ты очень красивая... Переводчица, говоришь? А с какими языками работаешь? Анастасия слегка покраснела от комплимента. — Спасибо, Егор, мне очень приятно, — хихикнула она. — Я работаю с английским, испанским и польским. Занимаюсь переводом документов. В последнее время возможности наслаждаться жизнью у меня почти не было. Борис… он не очень любит, когда я чем-то занимаюсь вне дома. — Я ж тебе говорю, не человек, а сволочь... — вновь прошипел Пузырь, отправляя в рот очередную горсть пасты, после чего заговорил с нормальной интонацией. — И как ты только такую тварь терпишь? Он же в тебе убьёт личность. Это ж пиздец! — Да вот… терплю как-то. Наверное, просто привыкла. Или… или просто боюсь что-то менять. Знаешь, когда долго живёшь в таком состоянии, начинаешь думать, что это нормально, что ты сам во всём виноват. А потом… потом встречаешь таких людей, как вы с Игорем, и понимаешь, что это совсем не нормально, что ты заслуживаешь лучшего. — Ты действительно заслуживаешь лучшего, Настя. Твой Борис, на херу повис, тебя испортит. Он же, сука, не ценит такого светлого и доброго человека, как ты. Ты же просто лучик солнца, понимаешь? — горячо воскликнул Егор, глядя Анастасии прямо в глаза. — И ни один мудак не имеет права гасить этот свет. Никогда. А если какая-нибудь сука всё же попытается, я клянусь, всем пиздец будет. Анастасия растроганно улыбнулась. Её глаза снова наполнились слезами, но на этот раз это были слёзы благодарности. — Спасибо тебе, Егор. Мне правда очень приятно слышать такие слова. Я уже давно не слышала ничего подобного. — Да не за что, Настя. Ты действительно очень светлый человек, и мне искренне жаль, что тебе приходится переживать такое. Но я уверен, что всё обязательно наладится. Главное — не терять надежды и помнить, что ты не одна. У тебя наверняка есть друзья, которые тебя поддержат. И я тоже всегда буду рядом, если тебе понадобится моя помощь, — улыбнулся Егор. — Да, друзья у меня есть, конечно. Но… как-то не хочется их лишний раз беспокоить своими проблемами. Они и так за меня переживают. — Вот видишь, значит, ты не одинока. Ты можешь и на меня рассчитывать в любой ситуации. Мы ведь теперь друзья, верно? — спросил Егор, положив свою руку на руку Жуковой. — Верно, Егор, друзья. Спасибо тебе большое. Мне действительно стало намного легче после нашего разговора. И сегодня вечером тоже… твоя поддержка очень много для меня значит. Анастасия робко накрыла руку Пузыря своей, и Егор почувствовал, как по его телу пробежала лёгкая дрожь. Её прикосновение было нежным и каким-то очень трогательным. Он посмотрел в её большие синие глаза, полные благодарности и какой-то ещё неясной эмоции. Егор нежно сжал её ладонь в ответ. В этот момент между ними словно возникла невидимая нить взаимопонимания и поддержки. Анастасия впервые за долгое время почувствовала себя не одинокой в своей беде, ощутила рядом плечо человека, который искренне готов её выслушать и помочь. — Мне очень жаль, Настя, что ты это всё переживаешь, — заглянул в глаза Жуковой Пузырёв. — Как только мы с Игорем и ребятами из группы узнали, что у тебя такое происходит с супругом... Сказать, что мы, ещё раз извиняюсь, охуели — это практически ничего не сказать. — Да, Егор, я понимаю. Мне тоже было очень тяжело всё это осознавать и принять. Но… спасибо за поддержку. Мне сейчас это очень нужно. — Да не за что, Настя. Ты очень сильная женщина, раз смогла столько времени это терпеть. Но больше ты не должна этого делать. Мы с ребятами обязательно что-нибудь придумаем, чтобы помочь тебе. Ты не одна, запомни это. Они ещё долго просидели в уютном пабе, разговаривая обо всём на свете. Егор рассказывал Анастасии о своей группе, о музыке, о своих планах на будущее. Анастасия с интересом слушала его, иногда задавая вопросы. Она почувствовала, что рядом с этим молодым человеком ей спокойно и комфортно. Он не пытался её жалеть или давать непрошеные советы, он просто был рядом и внимательно слушал. Время пролетело незаметно. Когда они собрались уходить, Анастасия с благодарностью посмотрела на Егора. — Спасибо тебе за этот вечер, Егор. Мне действительно стало намного легче. Я давно так хорошо не проводила время. — И тебе спасибо, Настя. Я очень рад, что смог тебя хоть немного развеселить. И помни, если тебе что-нибудь понадобится, ты всегда можешь мне позвонить или написать. В любое время. — Хорошо, Егор. Я буду помнить. Они вышли из паба и немного прогулялись по вечерней площади Ленина, наслаждаясь прохладным воздухом и огнями ночного города. У подъезда её дома Егор остановился. — Ну вот и всё, пришли. Пока, Настя. И не грусти больше. Всё обязательно будет хорошо. — Пока, Егор. И ещё раз спасибо тебе за всё. Анастасия обняла Егора и неожиданно чмокнула его в щёку. — Ни фига себе... — протянул Пузырёв. — Настя, это что было? Это... неожиданно. — Это твоя благодарность, — улыбнулась Жукова. — Ты очень хороший человек. Она скрылась за дверью, открыв подъезд ключом от домофона, а Егор, вызвав в приложении такси, поехал домой. Доехал он без проблем, хотя ожидал лютых пробок. Пройдя в квартиру, клавишник по-быстрому приготовил омлет и завалился на диван за просмотр сериала. У него в голове до сих пор звучали отголоски благодарности Анастасии, а также его собственное «Ни фига себе», которое он выдал, когда та поцеловала его в щёку. Он коснулся пальцами того места, куда она его поцеловала, и на его лице появилась задумчивая улыбка. «Надо же... — подумал он. — Мистер Икс... и правда...». Он почувствовал, что эта игра становится чем-то гораздо большим, чем просто авантюра. Теперь это была не просто помощь другу, а его личная миссия. Он хотел, чтобы она была счастлива, и был готов на всё, чтобы этого добиться.