Ложь

      — Меня сегодня не будет, лягу спать пораньше. Уже неделю Эна «ложится спать пораньше». И это было бы замечательно, если бы было правдой. Полночи она рисует, а в остальное время до утра лежит, втыкая в потолок. Сна нет, как бы не хотелось. И рисование спасти тоже не может. «Интересно, как там девочки?» — иногда думает она. Чат в «Найткорде» не смотрит, только предупреждает о ее отсутствии. Кажется, Мизуки что-то писала, может посмотреть? Или не стоит, ведь все равно не смогу ответить. А вдруг ей плохо из-за меня? Эна встала с кровати и подошла к столу. Взяв телефон, она села за стол и зашла в чат с Мизуки. — Привет!!! ^^ — Давно не говорили, ты совсем пропала куда-то… Что-то случилось? : с Подобных сообщений было около десятка. Кажется, Акияма действительно переживает. — Привет, прости, что пропала… Всё хорошо. Просто заработалась, да и в школе завал! Ха-ха-ха. — Я скоро вернусь к вам, не переживай. Мизуки сразу прочитала сообщение и начала печатать, но Эна была уже в кровати с закрытыми глазами. Хочется спать, сколько времени? Почему Мизуки не спит. Телефон на столе около минуты жужжал от уведомлений. Эна заснула. *** Мизуки сидела на кровати, погруженная в свои мысли о Эне. Она не могла избавиться от тревожного чувства, которое не покидало её с тех пор, как Эна перестала выходить на связь. «Точно ли всё в порядке?» — спрашивала она себя, пытаясь найти объяснение тому, что происходит. «Может, это всего лишь обычный завал в школе и ничего более?» Но в глубине души Мизуки знала, что это не так. Даже в те моменты, когда у Эны возникали трудности в учёбе — а такие ситуации случались довольно часто — она всегда находила способ прийти к ним или хотя бы ответить на сообщения. Сейчас же было что-то иное, что-то тревожное и непонятное. Но что? Светловолосая девушка встала с кровати и направилась к шкафу, решив, что не может больше сидеть без дела. Нужно одеться и пойти проведать Эну — ей явно нехорошо, и Мизуки не могла оставить её одну в такой ситуации. Вспомнив, что родители Эны и Акито должны были уехать почти неделю назад, Мизуки почувствовала ещё большую тревогу. «Она одна». Это было плохо. Что, если Эна решит сделать что-то с собой в таком состоянии? Мысли о том, что её подруга может оказаться в опасности, заставили Мизуки поторопиться. «Надо поскорее идти к ней», — решила она, быстро надевая одежду. *** Звонок. Звонок. Звонок. Пора на урок. Надо бежать… Не получается, ноги ватные. Бежать… Бежать… Урок… Я не могу. Я… Эна упала с кровати и проснулась. В дверь стучали и звонили. 4 утра… «Может, воду где-то не закрыла, и это соседи? Но я же вроде закрывала всё. Не может быть», — думала она, пока шла к двери. Заглянув в глазок, она увидела Мизуки. Ну, оставлять ее там было бы плохо… Нужно впустить. Даже если стыдно, даже если не хочется, даже если хочется побыть одной. Дверь открылась, и Мизуки посмотрела на Эну. — Я войду? — Я бы не открывала дверь, если бы была против этого. Мизуки вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Сняв верхнюю одежду, она вновь посмотрела на темноволосую. «Темно здесь… Как тут не впасть в депрессию, возможно», — задумалась Акияма, беспокойно смотря на Эну. — Что случилось? Ты бледная вся… — Амиа посмотрела в глаза старшей, пытаясь понять какие-то эмоции. Но у нее не получилось. Лицо совсем не выражало чувства или эмоции. Бледное, испуганное, с синяками под глазами. Под такими красивыми глазами… Она хотела бы смотреть на них вечно, если бы это было возможно. — Эй, ты тут? — девушка помахала рукой перед лицом подруги, пытаясь привлечь её внимание. Она заметила, что взгляд Мизуки был устремлён в никуда, и это её насторожило. — Со мной всё в порядке, а ты чего? Почему не предупредила… — Не ври мне! — внезапно крикнула младшая, её голос был полон эмоций, а ноги непроизвольно топнули по полу, словно они сами выражали её недовольство. — Ничего у тебя не хорошо. Я же вижу, зачем ты врешь? Почему ты не читаешь сообщения? Почему ты так выглядишь? — её слова сыпались, как из рога изобилия, и каждая фраза звучала всё громче и настойчивее. — Почему в квартире так холодно и грязно? Ты ведь всегда была против этого, всегда заботилась о порядке и уюте. Кажется, Амиа начала задыхаться от нахлынувших эмоций. Она почувствовала, как внутри неё поднимается паника — надо говорить помедленнее и тише, чтобы не усугубить ситуацию. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох… — Хватит врать, хватит… — произнесла она с трудом, стараясь взять себя в руки и не потерять контроль над своими чувствами. С лица Эны пропала маленькая, но улыбка. Глаза опустились в пол, а руки были скрещены за спиной. — Просто не было вдохновения, понимаешь? — произнесла она тихим голосом, в котором слышалась нотка отчаяния. — И всё… Я не знаю, что с этим делать, — добавила темноволосая девушка, глядя прямо в глаза своей собеседнице. В ее взгляде читалась глубокая печаль и желание быть понятой. — Пройдем? Мизуки не первый раз в этой квартире, она знает её наизусть. Поэтому найти комнату Эны было не сложно, даже в таком бардаке. Пройдя туда, глаза светловолосой девушки чуть увеличились. Наверное, она ожидала увидеть немного не это. Стены, окрашенные в пастельные темные тона, испачканы брызгами краски, а на полу разбросаны кисти и акриловые пятна. Стол завален художественными материалами, фантиками и пустыми чашками, а в углу стоит мольберт с недоделанной картиной. Был запах краски, поэтому Мизуки сразу прошла к окну, чтобы открыть его. После этого она открыла шторы и включила свет. Эна зашла в комнату и закрыла глаза. — Выключи, — сказала девушка в попытках найти выключатель с закрытыми глазами. Младшая ничего не ответила и, взяв девушку за плечи, отвела в комнату родителей. Кажется, это единственная убранная комната. — Что ты делаешь? — Ложись, пора спать, — сказала Амиа, слегка улыбнувшись. Эна легла в кровать родителей и укрылась одеялом, Мизуки села рядом и погладила её по спине. — Спи, ты сильно устала. Она ушла, оставив девушку одну с своими мыслями. Но на удивление, она заснула быстро.