Глава 4 - Паутина

      — Как ваши успехи с нашим Хайдом, Рейчел? — спросила Джуди, отпив чаю и с шуршанием развернув третью по счёту шоколадную конфету. — Вы подавали заявку на изменение условий его содержания, значит, мальчик пошёл на контакт?       — С тех пор, как он встретился с этой девочкой, мисс Аддамс, всё стало гораздо лучше. Он стал более открытым и податливым для терапии. Но мы ещё далеки от успеха, — доложила доктор Фейрберн и добавила: — К тому же у меня есть определённые опасения, поскольку его фиксация на мисс Аддамс только усиливается.       — Опасения? — Джуди отправила конфету в рот и смерила Рейчел спокойным, изучающим взглядом. — Вы же помните, Рейчел, что ваша задача не просто «помочь мальчику», а выяснить, как именно можно получить контроль над Хайдами, что именно в их ДНК заставляет подчиняться и формирует связь с хозяином. Это редкий и загадочный вид изгоя, и за все годы изучения мы даже не узнали, как разорвать предыдущую связь и сформировать новую. Последняя попытка сделать это… — она сделала многозначительную паузу, — закончилась провалом.       — Я помню, — кивнула Фейрберн. — Пока я мало что могу сказать однозначно… Однако именно встреча с Аддамс стала катализатором для прогресса Тайлера. Его гиперфиксация на ней была очевидна с самого начала. Разговор с ней и что-то вроде романтической связи между ними заставили его кардинально изменить поведение.       — Их взаимоотношения — это переменная, которую мы не контролируем, — отрезала Джуди, её голос оставался мягким, но в нём появилась сталь. — Мы до сих пор понятия не имеем, как формируется связь Хайда и хозяина. Это химический, психологический или эмоциональный процесс? Что, если связь, которая нам нужна, случайно и неконтролируемо сформируется с ней? Мы не можем этого допустить.       Она взяла четвёртую конфету, задумчиво повертев её в пальцах, и заключила:       — Он нужен нам управляемым и уязвимым, Рейчел. Мужчина-Хайд — уникальный экземпляр, полностью зависимый от хозяев. Мы не можем упустить его.       — И что вы предлагаете? — спросила Фейрберн, догадываясь, каким будет ответ.       — Полностью изолируйте его от девчонки. Аннулируйте её пропуск под официальным предлогом «негативного влияния на терапевтический процесс».       Усмехнувшись, Джуди протянула Фейрберн конфету:       — Хотите?       Та отрицательно покачала головой. Джуди продолжила:       — И я знаю, что вы против этой идеи, но единственный доступный нам человек, который успешно сформировал связь с Хайдом — это Лорел Гейтс. Я думаю, нам всё же стоит обратиться к ней. Я уже отправила заявку в колонию святой Лорелеи.       Она развернула конфету, и хруст фольги прозвучал в тишине кабинета.

***

      Охранник с вечно скучающим лицом вёл Тайлера по знакомому маршруту к кабинету доктора Фейрберн. Шаги гулко отдавались в стерильной тишине коридора. Но, когда они подошли к нужной двери, она оказалась заперта. Джеймс недоумённо постучал, но никто не открыл.       Бросив беглый взгляд на Тайлера, словно обдумывая, что теперь с ним делать, охранник перевёл взгляд на соседнюю дверь и постучал туда:       — Минуточку! — раздался изнутри приглушённый мягкий голос, и дверь открыла Джуди в пушистом розовом кардигане. — Рейчел задерживается на совещании. Не стоять же тебе в коридоре, Тайлер. Проходи ко мне, я сделаю нам кофе.       Джеймс пожал плечами, не видя в этом нарушения протокола, и жестом указал Тайлеру войти в кабинет той самой ассистентки Фейрберн, в окно которой влетал ворон. Для Тайлера это был шанс узнать о ней больше.       Кабинет Джуди был полной противоположностью стерильной строгости кабинета доктора Фейрберн.       Тайлера словно окунули в облако сахарной ваты. Розовые стены, заваленный бумагами и папками стол, цветы в вазах, бесчисленные фарфоровые фигурки кошек на полках и столе, каждая из которых смотрела на него стеклянными глазами. Воздух был пропитан запахом дешёвого парфюма и чего-то кондитерского.       Пожалуй, это было бы идеальное место, чтобы привести Уэнсдей в ужас. Интересно, ей приходилось бывать здесь, когда она приходила к нему? Тайлер усмехнулся, подумав, что примерно так выглядела бы её комната страха.       Тайлеру же кабинет казался лишь слишком нелепым и выбивающимся из общей атмосферы больницы.       — Присаживайся, дорогой, — пропела Джуди, лавируя между стопками документов к кофемашине. — С молоком, без сахара, я помню.       Тайлер сел на краешек стула, его взгляд хищно сканировал хаос на столе. Это был шанс — неожиданный, рискованный, но, возможно, единственный, и Тайлер обязан был им воспользоваться.       Когда Джуди поставила перед ним чашку с дымящимся кофе, он благодарно кивнул и потянулся за ней. В этот момент его локоть совершил лёгкое, почти незаметное, но идеально выверенное движение. Чашка наклонилась, и тёмно-коричневая жидкость хлынула на стол, заливая бумаги.       — Ох, чёрт! — воскликнул Тайлер с самым искренним раскаянием, на какое был способен. — Простите, Джуди, я такой неуклюжий! Давайте я помогу!       — Ай-яй-яй, ничего страшного, с кем не бывает, — запричитала она, хватая салфетки.       Не дожидаясь разрешения, Тайлер вскочил и тоже принялся собирать промокшие листы, якобы спасая их. Его пальцы двигались быстро, а глаза ещё быстрее. Графики, расписания, какие-то служебные записки…       Верхний лист из стопки, на котором отчётливым машинописным шрифтом было выведено: «Ассистент главного врача Джуди Стоунхёрст».       Стоунхёрст.       Взгляд Тайлера метнулся дальше. Под стопкой спасённых им бумаг лежала тонкая папка тёмно-бордового цвета, выделявшаяся на фоне остального беспорядка. На её обложке стоял единственный гриф, напечатанный красными буквами: «Секретно».       Сердце заколотилось в груди. Он уже было протянул руку, чтобы приподнять уголок обложки, когда Джуди мягко, но настойчиво перехватила стопку бумаг у него из-под носа.       — Спасибо, милый, дальше я сама, — её улыбка не изменилась, но в глазах на долю секунды промелькнул холодный блеск. — Ты уже достаточно помог, Тайлер.       В этот момент в дверях появилась доктор Фейрберн.       — Прошу прощения за задержку. Тайлер, мы можем начинать.       Тайлер молча поднялся. Его мозг лихорадочно работал, складывая куски головоломки. Ворон, влетающий в окно кабинета Джуди. Вентиляция, ведущая к отделению генетики. Пропущенное техническое помещение на схеме. И теперь Джуди Стоунхёрст, явно связанная родством с тем самым доктором, на которого указала Уэнсдей. Тем самым доктором, что проводил кремацию его матери.       Разгадка, которую он так долго не мог разглядеть, наконец-то начала обретать очертания.       Войдя в кабинет доктора Фейрберн вслед за ней, Тайлер всё ещё ощущал на языке привкус дешёвого кофе. Он постарался придать лицу нейтральное выражение, чтобы не выдать свою радость от столь удачно полученной информации.       — Ты выглядишь взволнованным, — заметила Фейрберн, садясь в своё кресло и открывая блокнот. Звук щёлкнувшей ручки был привычным сигналом к началу сеанса. — Что-то случилось в кабинете Джуди?       — Просто… пролил кофе. Чувствую себя идиотом, — он опустил голову, изображая стыд, а затем поднял на неё тяжёлый, измученный взгляд. — Доктор, я стал слишком плохо спать.       Это была почти правда. Последние ночи Тайлер спал урывками, проваливаясь в тревожное, вязкое забытье, из которого выскакивал при малейшем шорохе. Но сейчас он решил использовать эту полуправду в своих целях.       — Я просто лежу и смотрю в потолок. Думаю, но не о чём-то конкретном, и постоянно тревожусь из-за Уэнсдей. Её нет уже почти три недели…       Фейрберн сочувственно поджала губы.       — Это ожидаемая реакция на стресс, Тайлер… В твоей жизни много всего произошло в последнее время, — констатировала она.       — Я не могу так больше, — перебил он, вкладывая в голос нотки отчаяния. — Мне нужно просто отключиться, хотя бы на одну ночь…       Она смотрела на него несколько секунд, оценивая. Затем кивнула, делая пометку. — Хорошо. В твоём случае я не сторонница медикаментозного вмешательства, потому что Хайды слишком мало изучены, и мы не знаем, как на тебя подействуют медикаменты, и как правильно подобрать дозу. Но в качестве временной меры я выпишу тебе лёгкое снотворное. Тебе будут выдавать по одной таблетке каждый вечер перед отбоем. Но мы должны продолжить работать над причиной твоей тревоги, а не только над симптомами.       — Спасибо, доктор, — прошептал он. — Спасибо.       В тот же вечер Джеймс принёс ему пластиковый стаканчик с водой и одну маленькую белую таблетку. Тайлер послушно взял её, поднёс ко рту, сделал вид, что запивает водой, и, отвернувшись, ловко спрятал в ладони. Когда охранник ушёл, он осторожно просунул её в крошечный разрез, который сделал клыком во внутреннем шве своего матраса. Оставалось повторить это ещё несколько раз, и таблеток хватит, чтобы реализовать новую часть его плана.       Тайлер прикинул, что трёх-четырех таблеток должно хватить, чтобы на несколько часов вырубить охранника. Он прекрасно знал, что тот берёт себе кофе перед ночной сменой, как раз после вечерней прогулки, а потом медленно его пьёт, читая газету. Если отвлечь его, уличить момент и добавить в кофе таблетки, то это может сработать.       Если удастся усыпить охранника, то он сможет забрать его ключ-карту и выбраться из этого крыла. Но дальше начинались сомнения. Бежать? Куда?       Пока побег был лишь запасным вариантом на случай, если всё пойдёт наперекосяк. Но его настоящая цель явно была здесь, в стенах Уиллоу Хилл. Он должен был понять, что Джуди Стоунхёрст скрывает в подвалах этого здания не только ради расследования, но и ради матери.       Тайлеру не терпелось рассказать Уэнсдей всё, что он узнал, но она так и не появилась. Каждый раз, когда по коридору раздавались шаги, часть его надеялась, что в дверном проёме появится Уэнсдей, что она найдёт способ прорваться, как делала это всегда. И он должен быть готов к её появлению, имея на руках не только вопросы, но и ответы.

***

      Уэнсдей вместе с дядей Фестером стояли на верхнем этаже башни Яго, глядя друг другу в глаза с полным пониманием и лёгким вызовом.       — Если кто и мастер попадать в дурдомы, так это я, — ухмыльнулся Фестер.       — Мне нужно найти некую Лоис. Она связана с бывшим главным врачом Августусом Стоунхёрстом. Также попробуй найти Тайлера Галпина, мы с ним заключили сделку о сотрудничестве, после чего мой пропуск аннулировали. Может быть, он что-то выяснил, а возможно, снова предал меня и скомпрометировал расследование, — Уэнсдей усмехнулась, пытаясь скрыть за небрежным тоном подобие волнения или даже несвойственной ей обычно заботы. Фестер знал её слишком хорошо, а отвечать на вопросы о Тайлере и их не самых простых взаимоотношениях она совсем не была готова. — И будь осторожен. Мне кажется, там происходит нечто более зловещее, чем стандартная карательная психиатрия.       Когда Фестер ушёл, Уэнсдей усмехнулась. Игра перешла на новый уровень. Если они закрыли для неё парадную дверь, она войдёт через палату для буйных, а её троянским конём станет дядя Фестер.

***

      Доктор Фейрберн смерила Лорел долгим взглядом. Её оранжевый тюремный комбинезон смотрелся чуждо на фоне светло-бежевой формы пациентов Уиллоу Хилл, но подчёркивал коротко стриженные рыжие волосы.       Разговор с хозяйкой Тайлера был почти таким же тяжёлым, как с ним самим в первые месяцы терапии.       — Так вы поможете мне или нет? — строго спросила Фейрберн, поднимаясь и глядя на Гейтс сверху вниз.       — Только если вы переведёте меня сюда на постоянной основе как пациентку, а не как заключённую, — парировала Лорел, глядя на Фейрберн с кривой усмешкой.       — Это предстоит решить присяжным. Жаль, что нам не удалось договориться. Значит, я найду более инвазивный метод лечения для Тайлера, — отрезала Фейрберн. Её терпение иссякло, и она обратилась к охраннику: — Организуйте её перевод обратно в тюрьму. Рекомендую поместить её в одиночную камеру до самого суда.       Охранник согласно кивнул, лицо Гейтс изменилось.       — Ладно, убедили, — бросила та резко, а потом почти заискивающе попросила: — Только позвольте мне увидеться с Тайлером лицом к лицу. Всего разок. Прошу…

***

      Когда Джеймс сказал ему, что назначена «внеплановая встреча», сердце Тайлера пропустило удар.       Отец был мёртв, так что лишь один человек мог захотеть прийти к нему. Он ждал, с надеждой и нетерпением смотря на дверь и почти не дыша от предвкушения. Тайлер представлял, как вот-вот увидит её тёмный силуэт, две косички, непроницаемое лицо, в котором он научился читать больше эмоций, чем кто-либо.       Но когда дверь открылась, за ней появилась вовсе не Уэнсдей.       Воздух застыл в лёгких, превратившись в острые ледяные иглы. Перед ним стояла Лорел Гейтс.       Его хозяйка. Та, кто заставил его пройти через ад. Та, из-за кого он оказался здесь…       На секунду мир сузился до её лица: безумный взгляд, приторная улыбка. Шок был настолько сильным, что парализовал его, и Тайлер забыл, как дышать и двигаться. Но его Хайд отреагировал быстрее, чем разум. Рука дёрнулась, потянувшись к ней. Монстр встрепенулся внутри, ища одобрения хозяйки, а связь зазвенела, как туго натянутая струна.       Лорел увидела это движение, и её улыбка стала шире.       — Мой мальчик, — прошептала она мягко и властно. — Что они с тобой сделали? Клянусь, я вытащу тебя отсюда…       Её вид и голос пробуждали в Тайлере самые тёмные, глубинные воспоминания: боль, унижение, запах химикатов, её холодные пальцы на его теле. Образы хлынули потоком, затапливая сознание. Запах крови ударил в нос, и его на миг снова отбросило в ту пещеру, где она впервые обратила его.       Тело выгнулось и начало преображаться, кости затрещали, меняя форму.       Прежде чем Лорел успела отшатнуться, он бросился на неё. Её самодовольная улыбка сменилась страхом с примесью безумия и восхищения. Его когтистые пальцы сомкнулись на её горле, и Лорел захрипела. Он видел в ней причину своей боли и хотел стереть её с лица земли. Где-то вдалеке, как сквозь туман, слышался голос доктора Фейрберн.       — Тайлер, отпусти, — приказала Лорел, и Хайд не смог сопротивляться. Он никогда не мог сопротивляться её приказам, даже если ненавидел их. Тайлера как будто разрывало изнутри от ненависти к ней и к себе и от необходимости подчиняться. До сих пор, после всего, что было, она всё ещё имела над ним власть…       Хватка монстра ослабла, и Лорел, кашляя и хватая ртом воздух, упала на пол. Хайд рухнул следом, его тело начало уменьшаться, возвращаясь в измученную оболочку человека. Последним, что увидел Тайлер, было лицо Лорел с горящим в глубине глаз триумфальным, безумным огнём.

***

      Тайлер очнулся от запаха антисептика и тупой боли в затылке. Он быстро понял, что лежал на кровати в своей камере, а его правое запястье было пристёгнуто цепью к металлическому борту кровати. Рядом стояла капельница, подключенная к вене. Видимо, мощное успокоительное.       Воспоминания нахлынули мутной, яростной волной: лицо Лорел, её самодовольная улыбка, хруст её костей под его пальцами…       — Доброе утро, Тайлер.       Доктор Фейрберн стояла с другой стороны решётки, держа в руках планшет. Её лицо было спокойным и непроницаемым, как и всегда.       Он дёрнул рукой, проверяя цепь.       — Что это было? — прохрипел он, горло саднило. — Какого чёрта вы привели её, не спросив меня?       — Это была необходимая часть терапии, — ответила она ровным лекторским тоном. — Конфронтация с источником твоей травмы. Твоя реакция, хоть и была экстремальной, показала нам, насколько глубока ваша связь. К сожалению, расстояние не слишком ослабило её, вопреки моим ожиданиям.       — Я пациент или подопытный? — гневно прохрипел Тайлер, но голос сорвался и перешёл в кашель. — Вы могли хотя бы предупредить! Вы знаете, что я ждал Уэнсдей! И точно не был готов столкнуться с бывшей хозяйкой!       Он попытался встать, но всё вокруг поплыло. Видимо, его накачали слишком сильным успокоительным, ведь конечности ощущались буквально свинцовыми.       — Уэнсдей больше не придёт, Тайлер, — почти сочувственно констатировала доктор Фейрберн. — Я встретила её пару дней назад, и она сказала, что решила двигаться дальше. Её можно понять, Тайлер...       — Что? Нет! Это ложь… — прошептал Тайлер, мотая головой. Всплеск адреналина заставил почти подскочить с кровати, но цепи остановили его.       Это не могло быть правдой… Она не могла предать и бросить его, не могла просто так отступить. — Она бы сказала мне это в лицо… — упрямо произнёс Тайлер, будто убеждая в этом самого себя. В глазах неприятно защипало, и он несколько раз моргнул.       — Может быть, она просто не смогла, — с фальшивым сочувствием вздохнула Фейрберн. Тайлер уставился на неё, глотая ртом воздух и не веря ни единому слову.