Первый патруль

— То есть никто его странности не понимал? — спросил Ломов. — Да — А спросить не дано? — Его постоянно спрашивали, никому не говорил, я вас уверяю, если бы его пытали даже, он промолчал как партизан. — Ааааа Через час, после собрания, Рогозина сидела на стуле и начала ждать Савельева. Тот подошёл к ней через минут 10. — Недомужик в погонах, едем — сказал он грубо. Она повернулась к нему и была возмущена прозвищем. — Я недомужик в погонах?! Ты тогда баба в штанах! — Да пожалуйста! Едем — она пошла за ним в машину. Они сели в автомобиль и поехали патрулировать город. Она была зла на Савельева. Около часа они ездили по городу. Она была зла, ему будто срать хотелось на обидное прозвище. Честное слово, вмазала бы ему сразу же, да вот она умела сдерживать себя, да и у неё против высокого, крепкого и сильного парня мало что было, поэтому она обидчивая сидела и молчала, внимательно смотря что на дорогах и на улицах. — И хватит дуться — буркнул Слава. Она посмотрела на него. — Хватит дуться?! Не ты ли меня назвал недомужиком в погонах?! — Успокойся! Вот Рогозина по-моему, а ведёшь себя как будто ты моя девушка, которая очень обидчивая. — У тебя девушка есть? — Спросила Рогозина, как-то не верюще тому, что Савельев мог с кем то быть, с его то характером. — Нет, зато есть бесячая бывшая однокурсница, которая Слава Ленину в другом отделе работает, хотя до сих пор на меня вешается эта дура — рассказал Слава. Галя хмыкнула. — А что она в тебе нашла? Не, ну если бы мы с тобой не были знакомы, я тоже вешалась на тебя — Ага, и хотела секса что ли в первую же минуту? А то эта дура мне такое наговорила когда она умудрилась меня однажды напоить — Сказал он случайно в слух. Этими словами Галя так разозлилась, что была готова его убить тут же. — Остановись — Он остановил машину и она дала ему сильную пощёчину. — АЙ! — Я похожа что ли она шалаву по твоему?! — Да я не это имел в виду! — Ах не то ты имел в виду?! А что?! — он не смог объяснить за пару секунд и секунд так через 10 он получил еще одну пощёчину, еще сильнее. — Рогозина, прекрати! А то Иванову доложу! — рявкнул на неё Савельев и только тогда Рогозина уселась. Они поехали дальше. Сейчас был злым и сам Савельев. Вот кто кто, а так унизиться перед девушкой он никогда не позволял себе, а тут пришла новенькая совсем и вот так вот уже унизила его. Ладно, сам виноват, сказал вслух свои мысли, которые естественно молодой девушке не понравились… И все равно она недомужик в погонах. Рогозина же была готова убить тут же его из пистолета, даже из его собственного. Она смотрела в окно машины, чтобы успокоиться. А вот тут уже она издалека заметила что какой то хулиган, подросток наверное, или только недавно выпустился из школы, он красил стены красками. — Савельев, первый нарушитель — сказала Рогозина и Савельев во второй раз остановил машину. Галя вышла из машины и пошла в сторону парня. А тут ее догнал и сам Слава. — Ну и куда пошла?! — Ну уж точно не красить стены краской! Тебя окунуть в краску хочу, в красную! Чтобы все видели издалека, что к тебе нельзя приближаться! — Рогозина, выведешь же. — Ну и что сделаешь? В машине что ли запрешь и меня изнасилуешь? — саркастично спросила она. А он взял ее на руки, перекинул ее на свое плечо и понёс ее в машину. — Эй! САВЕЛЬЕВ! Я НЕ СОГЛАШАЛАСЬ НА ТАКОЕ! — Да мне всё равно, знаешь ли — он посадил ее в машину на то место где она сидела, за спиной он ей надел на руки наручники, которые он взял у нее. — САВЕЛЬЕВ! Я ЧЕСТНОЕ СЛОВО УБЬЮ ТЕБЯ — Да не ори ты! — он куда то ушёл, наверное этого хулигана арестовывать, а Рогозина попыталась освободиться от наручников. Конечно же она не смогла и только через пять минут Савельев пришёл с нарушителем и посадил его в машину. Нарушитель тоже был в наручниках. — Савельев, сними с меня наручники! — он снял как будто не он ей же и надел и Галя дала ему пощёчину. — Ты совсем что ли страх потерял?! — Нет, просто мне не надо чтобы тебя убили — ОН ТРЕЗВ И БЕЗ ОРУЖИЯ, ЕСЛИ ТЫ СЛЕПОЙ! — Он может быть и трезв и без оружия, но рукопашный бой никто не отменял. Тебя могли избить и в трезвом виде. И кстати, тебе надо научиться двигать руками даже в наручниках, а то иначе тебе сложнее же и будет. И не ори так, голос сорвешь, недомужик — он сел в машину за руль и они поехали в участок. А Рогозина на него орала как ненормальная. Голоса наверное не будет уже к вечеру. Когда они приехали, то Рогозина пошла к Иванову. — Михаил Петрович! Скажите Савельеву что я не маленькая девочка! — с порога она начала кричать. — Галь, успокойся! Что он сделал? — ЧТО СДЕЛАЛ?! ОН МЕНЯ ЗАПЕР В МАШИНЕ И НАРУЧНИКИ НАДЕЛ, ЧТОБЫ МЕНЯ ЯКОБЫ НЕ УБИЛИ ПО СЛУЧАЙНОСТИ! — Рогозина, ты оглушить меня хочешь?! Можно и спокойнее сказать! — Вы реально так громко орали? — спросила Алиса. — Ага, а на следующий день я еле еле разговаривала. Больше так не орала, а Савельев меня еще и чаем поил как будто он хотел чтобы я напилась чаем как алкоголем — То он устраивает БДМС вечеринку в машине, то чаем поит как ненормальный, это что у него за поведение то такое нестабильное? — спросил Ломов. — Очень похоже на ПРЛ — Либо бесчувственный сухарь, который не знает как проявлять нормально заботу и эмпатии нет. Как у Ломова — пробурчала Жаровская. — Да что сразу как у Ломова?! — Так, успокойтесь! — строго сказала начальница — Ну скорее как Алиса сказала, сухарь который не знает как заботиться, потому что все его эмоции примерно…ничего не означали. Но не прям совсем бесчувственный, за Авророй же следил внимательно и заботился, это он от фамилии понял что с характером моим. В общем то не ошибся, вот прям чётко понял мой характер. Сам не умел показывать эмоции, зато всех мог прочитать по взгляду, что с настроением или с характером. — А как ваш отец то отреагировал потом на это? Или вы ему не рассказывали? — спросила Алиса. — Конечно я ему рассказала, как тут без этого? Поздний вечер. Рогозина пришла где то в 11 вечера наконец то домой, наевшаяся пирожков и пирога бабы Маши, которая приготовила уж очень вкусную выпечку. Она даже отдала Гале немного и для её отца, попросив от неё передать привет, как от старой знакомой. — Пап, ты дома? — громко спросила Рогозина, когда зашла в дом. Никто не отозвался и она пошла на кухню. На кухне тоже его не было. Она из сумки достала выпечку, которую дала Баба Маша. Галя поставила чайник и уже доставала чашки, как тут зашёл Николай Иванович. — Галка, а я думал ты сегодня вообще не появишься дома, первый день как никак! — Галя повернула голову в сторону отца. — Привет пап, нет, сегодня сказали идти домой пораньше, это я просто опоздала на электричку — она подошла к отцу и обняла его, мужчина тоже обнял ее в ответ. — Ну как первый день в милиции? — Они сели за стол. — Примерно так: не дали нормально работать — это как? — ДА ПОТОМУ ЧТО САВЕЛЬЕВ ТВАРЬ НЕ ДАВАЛ МНЕ РАБОТАТЬ! — Галка, не ори! Что за Савельев то? — А, да так, я с ним теперь работаю. А уже бесит до ужаса — Как именно? — Ведёт себя так, как будто я маленькая девочка и мне надо на кухне быть и борщи готовить! — Ага, так наваришь, отравишь всех случайно — пробурчал Николай Иванович. Галя посмотрела недовольно на отца. — Ну пааааап — Ладно ладно, Галка, а от кого пирожки? — От нашей уборщицы, бабы Маши, попросила тебе передать — Ааааа, Мария Степановна, да? Передай ей от меня спасибо завтра — Конечно, пап Они продолжили пить чай с выпечкой и Рогозина младшая начала рассказывать про первый рабочий день самой девушки и конечно немного и про рабочий день отца