Часть 3

— Ну парень который просто разукрасил стену на улице как-то не очень солидно и не особо важно — высказал своё мнение Ломов. — Я согласна, и примерно так было неделю. А потом первое по настоящему важное дело маньяка. В общем все после недельного отдыха от маньков и убийц с кражами не очень хотели работать, им нравилось перешивать дела, я терпеть не могла это, и сейчас ненавижу. Только теперь я пишу постоянно отчеты, это ещё хуже. Через неделю, привыкнув к новой работе, Рогозина проходила мимо кабинета начальника и услышала спор Иванова и Савельева через приоткрытую дверь. Это было раннее утро вторника. — Михаил Петрович, объясните, зачем там Рогозина? А если её убьют, изнасилуют, изуродуют так, что родная мать не узнает? — явно обсуждался опасный выезд. Внутри Рогозиной вспыхнул азарт. Подслушивать нехорошо, особенно начальника, но ей было всё равно. Она осталась стоять. — Рогозина — криминалист и оперативник, — начал Иванов. — Она девушка! Вы не понимаете? Лёгкая жертва маньяка! К тому же неопытная. В СССР женщин-оперативников мало, и уже сам факт, что она едет на выезды, а не проверяет документы, для многих контор — шок! — перебил Савельев. — А это маньяк, и уж явно не слабый! — тут кто то постучался. — Входите — сказал Иванов и зашла Рогозина. — О, Галь, как раз тебя вызвать хотел. Едешь с Савельевым на место убийства, а то ты тут завянешь аж от скуки. — Ага, вернее, на места убийств. — пробормотал Вячеслав. — В смысле? — Три трупа женщин, у всех троих горло перерезано, есть признаки изнасилования, всем от 18 лет примерно, ну вы езжайте, изучите всё сами и после привезите улики и тела, в общем, Слава всё объяснить тебе, Галь, можете ехать Через четыре часа они добрались до третьего места, где был найден женский труп. Все жертвы оказались в разных районах Москвы. Работа была сложной, но кто виноват, что преступник решил спрятать их в разных местах? Очень жаль погибших девушек, им было всего по 20 лет. Галя нашла документы одной из них. — Громова Любовь Михайловна, 19 лет, жила на улице Декабристов… — она встала и огляделась в поисках Славы. Он подошел к ней тихо и незаметно, несмотря на свой рост. Галя испугалась, увидев его сзади. — Савельев! — Я знаю свою фамилию, спасибо. — Еще раз напугаешь так — будешь лежать, как она! — Ой, ну только не накаркай, а то меня случайно убьют. Кого тогда будешь избивать? — Никого. Представляешь? — А, ну да, потому что никто больше не думает о моей безопасности. — А наручники на меня надевать и запирать в машине — это, по-твоему, забота о безопасности? Тот парень вообще не был под наркотиком или алкоголем! — Он был сильнее и больше тебя, этого уже достаточно, чтобы беспокоиться о безопасности. — Да что ты все только о безопасности и говоришь?! — Потому что… — он не успел договорить, как их позвал сержант. — Ну вы там скоро? В участок ехать пора! — сказал сержант, и они прекратили спорить. Собрав улики, они поехали в участок. Улики передали криминалистам, тела их судмедэксперту Севбо, а Рогозина была вместе с Шумским и Савельевым в лаборатории. Шумский был сегодня один, а работы много было, поэтому оперативников отправили ему помогать, так как оба ещё трасологами. Вячеслав пытался на одежде найти отпечатки пальцев, Шумский искал информацию о убитых и сразу Рогозину обучал как работать за аппаратами, потому что она всю прошлую неделю только на выезде была под обучением Савельева. Она усвоила один урок из выездов с ним: Савельеву не говорить когда ты что то нашла, иначе тебе не дадут ничего сделать самой, даже если это просто ребёнку помочь. Он в каждом искал подвох, это было видно невооружённым глазом. Кому действительно хоть немного доверял Савельев, так это только Иванову. Он сам недавно пробормотался что доверяет Иванову, когда они снова ругались. «Тебя волновать моя жизнь не должна, если ты не Иванов», вот что сказал когда она огрызнулась по поводу того что он до неё докапывается, потому что у него девушки нет. Когда Савельев отошел куда то, то Рогозина спросила у Шумского: — Василий Сергеевич, а что с Савельевым вообще? — Ты в каком смысле? Про его странное поведение? Ну он таким не был сразу, только через год стал, до этого старался быть эмпатичнее, не умел особо проявлять эмоции, но не агрессировал. — Не особо заметила это — Ну это уже после года на службе. Что именно случилось, я не знаю, никто ничего не знает, и даже про детство он никогда не говорил, а когда спрашивали, отвечал: «я не хочу об вспоминать». Ну мы все и решили что родители какие-нибудь пьяницы, вот и не хочет о них вспоминать. — Так это было бы в личном деле бы, почему именно пьяницы? Может просто нелюбящие родители, у которых был младший или старший ребёнок, которого они любили? — Может, но ни братьев ни сестёр не было, как ни странно. А ты чего про него спрашиваешь? Влюбилась что ли? — Я?! В него?! Да чтобы его мои глаза не видели! — пока Шумский посмеивался, он нашел личное дело одной из девушек. — Опа, нашел! — он открыл личное дело девушки — Орлова Альбина Сергеевна, училась на юриспруденции в ВГУЮ, 19 лет, на второй курс перешла — Так я тоже его заканчивала! — сказала Рогозина. — Ну вот и встретишься с профессорами, надеюсь, у тебя с ними нормальные отношения? — Меня все любили, кроме профессорши истории, вот она меня терпеть не могла, зато наших парней обожала, даже тех кто прогуливал, всегда мне ставила только 4 за сессию! Ненавижу до сих пор — тут зашёл Слава, а следом и Иванов. — Ну что, что то нашли? — спросил довольно спокойно Иванов. На руках у него сидела его дочка. — Да, нашел одну из девушек; Орлова Альбина Сергеевна училась во ВГУЮ на юриспруденции, второй курс. — А что по семье? — Родителей убил маньяк которого поймали около полгода назад — Угу....значит Савельев и Рогозина пусть едут во ВГУЮ, Вася, продолжай изучать улики Когда они приехали спустя час во ВГУЮ, они пошли сразу к ректору этого университета. Прождать им пришлось ещё около 30 минут, потому что ректор ушел обедать и как назло, весь деканат. Галя уже вздремнуть успела, в отличии от Славы, будто не он сегодня был на ночной, а сегодня работал днем чисто из-за того что сам сказал, что с Рогозиной поедет. Иванов особо ничего не сказал, потому что был уверен в Савельеве. Уже было 15:30. Ректор только что появился. — Рогозина? — обратился к ней Иван Михайлович Кузнецов, ректор вуза. Он занял этот пост недавно, когда Рогозина перешла на последний курс. Девушка вздрогнула и проснулась. — Здравствуйте, Иван Михайлович, — ответила она, поднимаясь со стула вместе с Савельевым. После неудобных сидений всё тело болело. — А вы здесь зачем? — спросил ректор, взглянув на их удостоверения. — Расследуете что-то? — Да, — подтвердил Савельев. — Вы знаете студентку Екатерину Орлову? — Конечно, она очень милая и добрая девушка. А что случилось? — Её убили и изнасиловали, — спокойно сказал Савельев, словно сообщал время. Рогозина замерла в шоке. — Что?! — воскликнул потрясённый Кузнецов. — Савельев, нельзя так сразу! — Я старше тебя на два года, и служу настолько же больше— заметил Савельев. — Бесчувственный сухарь! — бросила Рогозина. — Бесчувственный?! — Прекратите ругаться! — повысил голос ректор. — Ругаться? — удивились они. — Да, не ругаться. — Это баба в штанах! — огрызнулся Савельев. — А это недомужик в погонах! — парировала Рогозина. — Ну всё, теперь будете ругаться до ночи. Они всё же взяли показания у ректора и нескольких преподавателей. Каждый преподаватель, как назло, вспомнил о Рогозиной и её учёбе в университете, но она быстро ушла от темы. В контору приехали только к 19:50. Рабочий день подходил к концу, поэтому они сразу пошли к начальнику, чтобы отдать отчёты, которые составляли в дороге. В этот раз они даже не называли друг друга «недомужиком» и «бабой в штанах». Пока стояли в пробке, которая в столице бывает редко, Савельев писал свой отчёт. Когда наконец-то выехали из пробки, Галя забрала у него отчёт и отдала свой, чтобы он проверил его на ошибки. Они пришли к Иванову и отдали свои отчеты. — Сядьте пожалуйста — Савельев и Рогозина по разные стороны сели — Так, Савельев, завтра у тебя выходной, потому что ты целый день на ногах считая и ночь, Галь, с тобой Арам едет на выезды, а еще вот что: Вася нашёл волосы на одежде жертв — ну значит ДНК тест— сказал Савельев — он будет только завтра, а еще от нашего паталогонатома, Павла Олеговича есть заключение — Иванов дал его Рогозиной и она прочитала вслух — «тело изначально пролежало либо уже мёртвым, либо жертва была без сознания на момент акт насилия. Были найдены потожировые на ногах жертв, все они индентичны, но более ничего не найдено» — прочитала Рогозина из заключения — стоп, но при изнасиловании в любом случае остаётся хоть что то, кроме потожировых — про средства контрацепции ты впервые слышишь, Галь? — спросил Вячеслав, впервые ее назвав по имени. Девушка удивилась — да и знаешь какие бывают извращенцы? — как ты, когда рассказывал мне про извращенку сокурсницу, которая тебе предлагала переспать? — сказала она с насмешкой — Да ты и не представляешь что она начала всем говорить вокруг... — Может личные отношения на потом отложите — сказал строго Иванов и они успокоились. — Нет, Савельев, ничего в нее из предметов не было — Значит, это просто изнасилование, а когда наступила смерть? — уточнил Вячеслав. — Время смерти может различаться не более чем на десять минут. Эпителий прошел ДНК-тест, и все образцы принадлежат одному человеку, — прочитала Рогозина заключение. Она и Савельев удивленно переглянулись. — Тройное изнасилование и убийство?! — У меня есть предположение, — сказал Савельев. — Их всех сначала похитили, а затем в одном месте убили и изнасиловали. — Может быть, но зачем тогда развезли тела по разным частям города? — спросила Галина. — Чтобы сразу милиция не поняла что это один и тот же человек делал — ответил Савельев. — Ладно, пока домой идите, пока ничего срочного не оказалось — сказал Михаил Петрович и Рогозина с Савельевым вышли из кабинета. — Какой добрый начальник — усмехнулась Жаровская — А я тебя уже не устраиваю? — Кто кого не устраивает? — спросила зашедшая в буфет Власова. — Нам тут Галина Николаевна рассказывает историю с начала службы — Сказал Ломов, запивая кофе. — О, мне теперь тоже интересно. На чем остановились? — она присела за стол. — В 1989 году начала службу, там познакомилась со своим будущим мужем, мы не очень ладили и только через неделю я начала по-настоящему стоящее дело для своей карьеры, ну это если в кратце — рассказала Рогозина — Что за спойлеры то сразу в начале, Галина Николаевна?! — возмутилась Рита, а Алиса и Толя начали смеяться.