Глава 4 Цена артефакта

Первое условие исправления — сознание своей вины" --- Конфликт остановил, ну, по крайней мере, прервали два одновременных, для кого-то долгожданных вздоха, из-за чего все взгляды были адресованы на них, кроме Сильвии. Не то чтобы ей было всё равно и она пыталась показать свою «крутость» перед другими, тем самым вызывая неопределённость со стороны наездников и охотников, что возможно когда-нибудь могло понадобиться в определённой ситуации. Черноволосая видела, как отростки ночной фурии начали шевелиться, и понимала, что время на исходе. Девушка просто знала, что бояться или, тем более, как-то паниковать ей точно не нужно, по крайней мере, это точно не для неё. Ей всегда было симпатичнее спокойно отнестись к ситуации, какой бы она ни была, стараясь не выдавать своих эмоций или идей врагу своей паникой. Сильвия, до этого опиравшаяся на чешуйчатую голову своей верной подруги, решила поменять позу на более расслабленную и незаинтересованную, чтобы открыто показать, что не боится и не считает их себе равными. Девушка оперлась подбородком на кисть руки, а другой рукой расслабленно поправляла собственные ногти — то несуществующую грязь из-под них уберёт, то начнёт просто их рассматривать. Естественно, такое поведение не могло остаться незамеченным для Астрид, которая была уже готова убить на месте вожака Лан Дэна за такое неподобающее поведение, но быстро отвлеклась на своего друга. — И что вы собираетесь делать сейчас… мм?? — всё так же скучающе спросила девушка, но теперь в её вопросе были нотки заинтересованности. — Может, чаепитие тут устроите или… — Не дал договорить черноволосой свою колкую фразу, — две девушки на престиголове, а рядом с ними ещё один всадник на красном ужасном чудовище. Они коллективно атаковали охотников, но не черноволосую, из-за чего парень на ужасном чудовище возмутился — Почему вы не атаковали её?! Она же рядом с охотниками! — отлетая от своего же огня, спросил крупный парень, только вместо жира были мышцы. — Ну… она на драконе… нет? — неуверенно спросил парень, которого перепутала Сильвия из-за расстояния. Он подлетал на двухголовой рептилии и одновременно с этим поправлял свой шлем, который нелепо съехал с головы. В надежде на подтверждение своих слов он посмотрел на свою сестру. — Да, мне тоже так показалось, — активно согласилась девушка, не забыв при этом гордо сложить руки на груди. Но из-за взгляда другого всадника — как назвала его Сильвия, «квадратный метр» ведь он был мелкого роста, а его накачанность лишь делала его более «квадратным» , был тяжелом и пристальным и скептически поднял бровь, задавая немой вопрос «и ты хочешь что бы я в это поверил?» из за чего блондинка слегка засмущалась от собственного ответа. — Или это что… парень? — беззлобно переспросила блондинка, явно надеясь исправить ситуацию, но «квадратный метр» лишь озадаченно на неё посмотрел, будто сам начал сомневаться в своих же словах, а его взгляд направился на неизвестного для него наездника. Нейа тем временем ловко отпрыгнула от газа престиголова, который всё же успел слегка подобраться к ней, из-за чего «атака» была совершенно безобидной, но всё равно оскалила клыки, показывая свою готовность не только к защите, но и к атаке, пока Сильвия на свой страх и риск мигом ринулась к зажатому в углу дракону, игнорируя его рычание, а после мигом поднесла к его носу свою ладонь, будто тем самым успокаивая, а затем рывком сняла намордник. — Вы чуть нас не убили, идиоты! — начала возмущаться Астрид, ведь взрыв был довольно близко от других наездников. Из-за этого её пальцы сжались в крепкий кулак, а плечи поднялись, показывая всю серьёзность и злость. Но, несмотря на эмоции, она всё равно ловко запрыгнула на своего голубого змеевика. Её действие повторили другие наездники, оставшиеся на земле — самом уязвимом месте как для них, так и для драконов. —Ну, не убили же! — активно протестовала пара на престиголове, но быстро заменила своё оправдание на весёлый смех, ведь из-за газа их собственного дракона образовался огромный взрыв. — Давай, девочка, — на удивление Вигго, спокойно приказала Сильвия, подбегая к дракону и садясь, видя, как охотники направили на неё оружие. Из-за чего Нейа, дождавшись, когда хозяйка сядет и почувствовав тяжесть на спине, дракон, словно лиса, прыгнула вверх, выпуская плазму, тем самым дезориентируя врагов и давая себе больше времени для ухода. Ловко запрыгнув на клетку — что не осталось незамеченным для Рыбьенога и Вигго, который, к её сожалению, был в другой части от атаки. Нейа, по крайней мере, как вообразила Сильвия, словно не дракон, а лёгкая птица, птица, у которой необычное оперение — а переливалось всеми оттенками ночи, но самая красота была бы не в чёрном, как смоль, оперении, а в том, что на свету её крылья переливались бы с чёрного на фиолетовый, иногда на изумрудный. Был бы стройный, как кинжал на поясе Сильвии, клюв, а невероятно длинные лапы придавали бы ей аристократичную хрупкость, но в то же время и определённую опасность. Черноволосая за своими мечтами не заметила, как Нейа оттолкнулась от железа. Мощные крылья без проблем подняли тяжёлую тушу дракона, унося их обеих подальше от вооружённых охотников и их предводителя. Девушка из-за неожиданности наклонилась назад, слегка падая, но всё же успев схватиться за седло — она бы всё равно не упала, но реакция даёт своё. Почувствовав необычное для хозяйки движение, дракон уркнул, привлекая внимание, но не смея отвести свои фиолетовые, как лепестки фиалки, глаза, продолжая следить за обстановкой. — Давай наверх, нам нужно спрятаться и улететь, чтобы наездники и охотники обратили внимание друг на друга, — привычно объяснила свою задумку Сильвия и так же привычно похлопала дракона по шее. Крылатый ужас, не зная, что делать и куда бежать, из-за паники решил полететь за той, кто его спас, хоть до этого и использовал. Почувствовав знакомый и одновременно чужой запах, Нейа повернулась назад и, увидев другого дракона, зарычала, но ладонь, потёршая её нос, заставила дракона в миг успокоиться и следить за маршрутом. — За нами решил полететь? — спросила наездница, не забыв при этом сменить тон на более нежный. Получив в ответ тихое рычание, черноволосая улыбнулась и кивнула, позволяя тому лететь с ними. Этой новости явно была не рада Нейа, продолжая скалить клыки и рычать, но тут же быстро замолкала, чувствуя родную руку. Широкие крылья Нейи совершали мощные, размеренные взмахи, едва слышно рассекая воздух, но «спрятаться» им не дал всадник ночной фурии — Иккинг. Его чёрный дракон совершал такие же взмахи, но уже не спокойные, как у Нейи, а суетливо, стараясь догнать и перекрыть проход дальше. Услышав взмах чужих крыльев, наездница и дракон синхронно обернулись. — Я не знаю, кто ты и что хочешь, но давай поговорим и… — не успел тот договорить, так как в них стремительно летела стрела, но все трое успели от неё отлететь. — Хорошо, мы поговорим, но давай сначала отлетим подальше, — на удивление шатенка, спокойно согласилась Сильвия. Не ожидая от того хоть какой-то реакции, девушка отдала приказ отлететь подальше, ведь знала, что тот последует за ней. Заметив, что ночная фурия и крылатый ужас еле поспевают за ней, так как у одного мышцы ещё не привыкли после заморозки, а у другого просто не хватало физических данных, черноволосая недовольно поморщилась и похлопала по шее дракона, из-за чего та недовольно фыркнула, но послушно сбавила темп. —Я прекрасно знаю, что у тебя много вопросов, но отвечу сразу на самые интересующие, — неуважительно перебила Иккинга Сильвия, боковым зрением видя, как тот уже открыл рот, чтобы задать вопрос. — Первое: моего имени ты не узнаешь. Второе: артефакт ты не получишь. — Слыша это, Иккинг лишь удивлённо приоткрыл рот, сначала не зная, что ответить. — Слушай, мы не хотим стать твоими врагами, но нам нужен… — стоял на своём Иккинг. Это вызвало уважение со стороны вожака, но с другой стороны, это раздражало. — Я сказала, что артефакт ты не получишь, — нетерпеливо перебила того снова девушка, махая указательным пальцем, , не желая что-то доказывать или разъяснять тому. Но такое резкое изменение можно объяснить не только «генами», но и таким фактом, что она начала уставать — не физически, а эмоционально. Такое скопление людей она может вытерпеть, но разговаривать, объяснять и отстаивать своё мнение она не собиралась, прекрасно осознавая, что это тратит её и так неполную «энергию», которую она экономит как может, поэтому сразу же поставила того перед фактом, что его настойчивость может погубить не только его, но и близких. — Не ищи меня, не интересуйся мной как личностью и моим драконом как «новым» экземпляром, не думай, зачем мне понадобился этот артефакт. Ты всё равно ничего не узнаешь, — стояла на своём Сильвия, понимая, что это возможно не сработает, но для собственной уверенности предупредила того еще раз Не дожидаясь ответа Иккинга, Нейа, получив приказ, начала отлетать, при этом не забывая иногда смотреть назад — не только чтобы следить за крылатым ужасом, но и чтобы убедиться, что хозяйке ничего не угрожает. Иккинг чувствовал непонимание и некую злость, из-за чего шатен нахмурил брови и сильнее сжал седло своей ночной фурии — Беззубика. Его ногти неприятно впивались в кожу седла, создавая неприятные ощущения. — Нет, братец, мы так не оставим, — серьёзно заявил шатен, чувствуя, как дракон непонимающе урчит в его сторону, ведь прекрасно видел, как неизвестные улетают. После этих слов он приказал Беззубику лететь за ними. Шатен был уверен в своём драконе, ведь ночная фурия не только одна из быстрых, но и сильных видов драконов в мире. Нейа, услышав чужой взмах крыльев, мигом обернулась и оскалила клыки, не забыв при этом злобно выдохнуть пар из носа. Сильвия, видя эту реакцию, даже не обернулась — это было логично: парень явно расстроен тем, что его обыграли, и он за это даже не получил то, за чем прилетел, и всеми силами будет стараться вернуть вещицу обратно. Разрешив тому подлететь ближе, девушка задала странный, но всё же вопрос: — Ты всегда такой эмоциональный и чувствительный? — спросила Сильвия, поворачивая к тому голову и видя непонимание шатенка. Наездница лишь усмехнулась. — Слушай, давай ты вернёшь драконий глаз или лети с на… — сначала опешил, но после так же упорно продолжил стоять на своём шатен. Сильвия, услышав продолжение, слегка удивилась и снова перебила его — Лететь с вами, серьёзно? Я говорила, что у тебя слишком импульсивные поступки и доводы? Если я полечу с вами, то ты гарантируешь своим друзьям безопасность? — язвительно спросила девушка и, не желая слушать дальше, мигом отдалилась от того. Хотелось позволить своему дракону лететь с полной силой, но она не могла оставить крылатого ужаса — он уже ей доверился, ведь полетел с ней. Конечно, девушка могла оставить дракона другим наездникам, но на самом деле она не была уверена в них, поэтому взяла ответственность на себя. Видя, как тот настойчиво и раздражительно следует за ней, почувствовала лишь больше злости и разочарования. — Иккинг, ты меня разочаровываешь! — крикнула наездница и наклонилась ближе к Нейе, будто кто-то другой ещё может услышать. Мощные крылья мигом остановили тушу дракона, а огромные лапы схватили крылатого ужаса, который ещё не успел остановиться вслед за Нейей, — реакции не хватало. Дракон начал брыкаться, но свист Сильвии успокоил его. Этот факт нравился черноволосой. В отличии от своих предков, которые использовали специальный свисток для успокоения драконов, она научилась быстро успокаивать и как то контролировать их сама, парадируя вопль альфы. Отдалившись от назойливой компании, Сильвия почувствовала себя позорно и ужасно. Не от того, что нагло своровала важный для некоторых артефакт из-за своей личной прихоти и опозорила одного из главарей… главаря Гриммборнов… Одна мысль о подобном заставляла девушку мысленно биться собственной головой об деревянный стол, наплевав на приличия великих «вожаков». Мысли снова начали путаться, как клубок ниток, который ты стараешься распутать, но он лишь сильнее запутывается в узлы. А ещё ей было мерзко от своих же слов. Вот ненавидела она своё поведение, которое некоторые считали правильным и вдалбливали в голову практически с самого рождения. ——————————————————————— —Почему я просто не могу быть собой? — невинно спросила маленькая девочка, сидя на драконе своего отца — Йорвете, пока глава семейства продолжал чистить своё же оружие, а именно — копьё. Отец считал, что дистанция — это главное оружие воина, позволяющее ему в нужное время не только приблизиться и тупо атаковать, но и отдалиться, позволяя противнику тратить больше сил для того, чтобы приблизиться, из-за чего отец был в выигрыше. — Потому что мы не простой люд, дочь… — нежно начал пояснять Бьёрт — что означает «медведь». — Мы — лицевая часть Лан Дэна, отвечающие за репутацию нашей стаи, поэтому обязаны быть всегда хладнокровными и язвительными, не позволяя нашим эмоциям взять верх над нами и… — устало стал повторять вожак, медленно поворачивая голову к собственной дочери. Он явно повторял это не один раз, из-за чего тема уже раздражала. — Как над дедом Ламбертом? — так же невинно перебила отца малышка Сильви, одновременно с этим теребя отростки Йорвета и ложась верхней частью тела на его голову. Но Бьёрт не придал этому какого-то особого значения, видимо, привык, что старшая дочь такая непоседа. — Да, как над дедом Ламбертом, — грустно согласился глава семьи, явно не желая вспоминать, как его отец умер от собственной импульсивности и эмоций, которые не давали ему нормально соображать, не позволяя хладнокровности взять верх над чёртовой гордостью. Из-за этого он не мог позволить дочери умереть по такой, как считал вожак, глупой ошибке. ——————————————————————— Опомниться снова помогла Нейа, заметившая, как за ними продолжали погоню. Обернувшись и увидев, как всадник ночной фурии летит за ней, явно не желая отпускать драконий глаз, Сильвия почувствовала ещё больше разочарования и злости. Пальцы сильнее сжали седло, плечи поднялись, а брови будто угрожающе сдвинулись к переносице. «Не дай импульсивности завладеть твоим разумом», — вспомнила советы отца девушка, поэтому заставила себя успокоиться, не давая эмоциям выйти наружу, когда они кипели внутри, так же как и вода в железной бочке. Хотелось наорать на него, доказать, что её слова — не просто звук, к ней нужно прислушаться, но тот резко остановился и провожал её взглядом, а после, явно не желая, но всё же отпустил, позволяя ей улететь, явно что-то переосмысливая. — Ну… это уже прогресс, — как-то на удивление весело прокомментировала этот момент наездница, из-за чего Нейа вопросительно уркнула. — Возможно, он понял, что не нужно быть настолько импульсивным, не член же… — начала разъяснять наездница, не забыв при этом так же нелепо жестикулировать, но получив легонький удар отростком, мигом замолкла. — Ну и ладно, — наигранно обиделась Сильвия, из-за чего сложила руки на груди, будто дракон мог её увидеть в таком положении. Но до ушей девушки всё равно дошёл драконий смех, как бы странно ни звучало, а лапы, что до этого держали тушу крылатого ужаса, разжались, позволяя дракону лететь уже самому. Иккинг не знал, что и думать. Слишком много навалилось в последние дни, из-за чего голова болела практически постоянно, намекая на усталость организма и на то, что существует такая базовая вещь, как отдых, и вообще, нужно им воспользоваться. Но шатен упрямо это игнорировал, сначала желая доказать Вигго свою силу, что это не он на шаг впереди, но теперь… теперь он снова не знает, что делать, что думать и какие делать выводы. Чувство «незнания» заставляло парня злиться и паниковать одновременно. Шатен чувствовал себя уязвимым, хоть и не хотел признавать это. Мужские пальцы с силой сжали кожаное седло, из-за чего послышался характерный звук, а сам Иккинг хотел кричать от злости и от того факта, что его опять обыграли, только теперь — человек, о котором он никогда не слышал, на совершенно неизвестном для них драконе! Эта мысль навеяла на парня лишь больше раздражения, которое он сам не мог описать . — Иккинг! — донёсся до молодого парня голос подруги, из-за чего он обернулся, совершенно забыв о своей злости, а его лицо — до этого серьёзное и задумчивое — мигом изменилось на беспокойное и интересующееся. — Что случилось? — задал тупой вопрос парень, надеясь хоть как-то отвлечься от самого себя. А Астрид указательным пальцем показала на картину сзади себя, где царил лишь хаос между уже усталыми драконами и такими же усталыми охотниками. — Пока ты тут развлекался, у на… — начала Астрид, но её резко перебили. — Да, ты права, улетаем, — охотно согласился парень и глупо улыбнулся, чтобы хоть как-то сгладить ситуацию. Ночная фурия мигом полетела к своим товарищам. Его полет был подобен грозовой туче — неотвратимый и полный мощи. Солнце, до этого скрытое за облаками, решило показать себя, из-за чего Беззубика накрыло светом. Сквозь тонкую кожу на крыльях теперь можно было увидеть тёмные прожилки, как на витражном стекле. Видя летящую в них стрелу, дракон мигом уклонился. Он замер в небе, лишь изредка взмахивая крыльями. Его крылья, которые были похожи больше на огромные крылья летучей мыши, заслонили собой солнце. Дракон, словно катапульта, сложил крылья и спикировал вниз — ближе к воде. В самый последний момент он резко распахнул крылья, прекращая своё падение и превращая его в полет. Теперь его намного сложнее достать. С каждой секундой приближаясь всё ближе и ближе к острову, а после — резко взмыл вверх с угрожающим ревом, от которого стыла кровь в жилах, а глаза в страхе искали место, где можно спрятаться. Мышцы на спине и у основания крыльев напряглись, и он упорно продолжал лететь вверх — ближе к острову. Наконец, достигнув хорошей дистанции, дракон с ревом кинулся к другим драконам. В такт взмахов собственных крыльев из глотки вырывались фиолетовые языки пламени, руша катапульты и заставляя охотников, стоявших рядом уже со сломанным оружием, в страхе убежать от неё намного дальше, боясь, что следующей целью могут стать они. Охотников было слишком много, и наездники, забрав с собой Хэддер, которую смогли освободить, усталые и раздражённые, полетели на Драконий Край, желая наконец-то отдохнуть и набраться сил. — Я не могу понять, Рыбьеног… ты… ты серьёзно веришь в эти сказки для детей? — осуждающе воскликнула Астрид, явно не собираясь успокаиваться, пока не услышит правду от своего друга. — Ага, кто-то ещё верит в подобное? — подтвердил всадник ужасного чудовища, который с одной стороны хотел поддержать Астрид, чтобы та обратила на него внимание, а с другой стороны — ему самому было интересно услышать версию Рыбьенога, хотя, на самом деле, эта легенда была одной из его любимых. — Тебя не спрашивали, Сморкала, — ответила тому блондинка, а после сложила руки на груди. — Да и с чего ты решил, что она вожак Лан Дэна? — снова спросила девушка. — Ну… — начал мямлить пухляш. — По легендам, такой дракон может быть только у вожаков. Фиолетовая линия, начиная с шеи и заканчивая на хвосте, глаза такого же цвета… плавники необычные, тело такое же, как у ночной фурии, но больше… да и…—начал парень,но был перебит — Всё, всё, мы поняли, вам действительно интересны легенды? Мне вот лично интересно, насколько смертоносная плазма у этого дракона, — перебил Рыбьенога всадник престиголова. Он опёрся на рога собственного дракона, наполовину повернувшись к Рыбьеногу и Сморкале. Из-за ветра волосы небрежно развивались, и одна наглая прядь выпала из «косы», поэтому парень постоянно сдувал её, совершенно не злясь и будто даже не реагируя на неё. Взгляд блондина выдавал желание узнать ответ на свой вопрос. — Согласна с Задиракой! Эй, а может, у него вообще вместо плазмы дыхание как у Барса и Вепря?? Как думаете, насколько ядовитый яд у него в жале? — поддерживала своего брата наездница другой головы. — У него одна голова! — воскликнул Сморкала, но близнецы совершенно не обращали на него внимание. — Вообще-то мне пришла идея узнать, насколько опасен дракон, Забияка! — воскликнул брат и повернулся уже к собственной копии, только женской версии. Забияка хотела уже ответить брату что-то колкое, но их перебил Иккинг — Давайте не ссориться. Нам всем нужно отдохнуть, особенно Хэддер, а после можно будет обсудить нашего нового друга, — успокоил близнецов шатен, явно не желая слушать перепалки. — Друга? Она разве не подруга? — спросил Задирака, снова поворачивая голову и прекращая обращать внимание на сестру. — А почему она уже наш друг? — задала похожий вопрос Забияка, выглядывая из-за головы брата. — Великий Тор… — простонала оставшаяся часть команды. Вигго смотрел на улетающих наездников с ненавистью, сжимая пальцы в собственный кулак. Ногти впивались в тонкую кожу на ладони, оставляя красные вмятины и причиняя хоть какой-то, но дискомфорт, на который мужчина не обращал никакого внимания. Хмурые брови, напряжённые плечи и сжатые в кулак пальцы выдавали всю злость черноволосого, из-за чего от него хотелось держаться подальше. Кратковременный ступор, мир будто на секунду завис для него, и чувство ярости, непонимания — это всё, что держало его в хоть каком-либо здравии. Старший брат Вигго — Райнер — всё же подошёл к нему, испытывая волнение. — Это та, о которой я думаю? — на удивление самого себя спокойно спросил Райнер, подходя к тому сзади. — Да, — так же спокойно ответил Вигго, но Райнер знал, что у брата всё кипит внутри. — Это она… — добавил мужчина будто самому себе, всё ещё не веря в происходившее, а не брату, стоявшему сзади. Успокаиваясь и опуская голову вниз, всё ещё не веря своим глазам. Пальцы разжали кулак, а руки мужчина привычно сложил за спиной, скрестив пальцы. — И что ты будешь делать сейчас? — уже более уверенно спросил Райнер после недолгого молчания. — Ещё не решил, — быстро отрезал Вигго, поднимая голову вверх и не желая как-то особо на данный момент разговаривать. Его, на удивление, не раздражало незнание, как многих, наоборот — он считал, что так можно тренировать свой мозг, ища разные способы и обдумывая, что будет, если он примет определённый вариант. Это давало ему чувство азарта. Сознание мужчины отказывалось принимать эту информацию — слишком неожиданно. Мысли, на удивление, путались. «Точно ли это она?» — противоречило собственное сознание, пытаясь найти подвох от возможного разочарования. Выдохнув тёплый пар, мужчина повернулся к старшему брату — Дай ее портер всем наемников которых знаешь и развесь на Северных рынках, что бы принесли живой и здоровой , — выдвинул свою идею Вигго, смотря в глаза Райнера. — Погоди, откуда у тебя её портрет? — задал логичный вопрос мужчина, но Вигго лишь озадаченно поднял бровь. — Нарисовал пару лет назад, теперь понятно? — раздражительно объяснил банальную вещь младший, а после, чувствуя очередную вспышку злости, повернулся обратно, молча говоря, что разговор окончен. А Райнер вольно отдалился, не желая злить младшего ещё больше. Если Райнер побаивался своего младшего брата, то охотники — тем более. Слыша, как шаги старшего брата отдаляются, Вигго почувствовал, как с плеч будто свалился камень. Сознание всё ещё не могло поверить, но уже дарило идеи, как можно использовать девушку. «Только сначала нужно поговорить», — сказал сам себе черноволосый, смотря вверх, где расплывчатые облака становились всё темнее, будто сливаясь с потемневшим небом. Опомнившись, Вигго сам не заметил, как простоял долго, теряя драгоценное для него время. В последний раз выдохнув и развернувшись, черноволосый ушёл с края скалы с гордой походкой, не забыв при этом улыбнуться, ведь прекрасно знал, что делать дальше. Сильвия не могла точно сказать, сколько часов они летели, да и на самом деле ей было всё равно. — Щас бы в кровать тёплую… а перед этим выпить травяной чай… мм, — мечтательно протянула черноволосая, прикрывая глаза и ложась на спину дракона, а руки — за голову. На самом деле она любила разговаривать сама с собой, это давало чувство, что тебя не только слушают, да и ты просто выговариваешься. Нейа, кажется, совсем не реагировала и спокойно летела, иногда поглядывая за крылатым ужасом. Конечно, вот исправленный и отредактированный вариант текста: — Надо бы тебя назвать как-то, — сказала наездница с закрытыми глазами, явно не желая покидать свои мечты. Но навязчивые мысли по поводу дракона не дали ей утонуть в мечтаниях, поэтому пришлось отвлечься. — Как насчёт… эм… не знаю… Альмод? — после недолгого раздумья предложила черноволосая. Не получив никакого ответа, даже тихого рыка, наездница неохотно, но подняла голову, смотря назад. Увидев, как туша Альмода чуть ли не падает от усталости, она почувствовала вину из-за своей невнимательности. — Нейа, бери его и ищи хоть какой-нибудь остров! — быстро отдала приказ Сильвия. Нейа, не раздумывая, схватила тушу в свои лапы и полетела намного быстрее, чем ранее, не обращая внимания на собственную усталость. Наконец-то найдя остров, Нейа сложила крылья и спикировала вниз, не желая больше тратить силы на полёт. Ловко приземлившись, дракон почувствовал боль не только в мышцах, но и в лапах, из-за чего помахал ими по отдельности. Найдя хоть какое-никакое, но укрытие, все трое разместились там. Драконы уснули сразу, а Сильвия, сложив руки за голову, думала о своём, пока усталое тело не взяло своё, и черноволосая так же мирно уснула, укрытая, словно пледом, крылом дракона.