Часть 1. Глава 6

      Едва проснувшись, Никита понял, что проспал. В окно уже вовсю светило солнце, от ночной непогоды не осталось и следа. Его вчерашний импровизированный патруль опять не увенчался успехом. Весь вечер по небу бродили мрачные тучи, и ближе к ночи пошёл ненавистный ему зимний дождь со снегом. Не то чтобы это могло как-то помешать поиску, но быстро стало ясно, что в такую погоду никто на улицу не выйдет, и маньяку попросту не на кого будет охотиться. Поэтому Волков с чистой совестью отправился домой.       Взглянув на часы, он рывком поднялся с постели. Было уже начало десятого до встречи с Эмбер оставалось совсем немного времени. Нужно поторапливаться. Он наспех умылся и оделся, и, на ходу жуя бутерброд, заказал такси.       Когда он приехал на место, Эмбер уже ждала его у моста, от которого начиналась недавно построенная набережная. Девушка была одета в джинсы, ботинки мартинсы и ту самую кожаную куртку, что и в день концерта, только теперь из-под неё выглядывал плотный капюшон толстовки. Ещё издали увидев его, Эмбер приветственно помахала рукой, и он помахал в ответ.       — Привет. Прости, что опоздал, — виновато улыбнулся Никита.       — Привет. Ничего страшного, я тоже только что пришла.       — Ну что, пойдём посмотрим, на что потратили деньги налогоплательщиков? — произнёс он заранее заготовленную фразу.       — Пойдём, — улыбнулась ему в ответ Эмбер и взяла его за руку. Никита вздрогнул, когда их ладони соприкоснулись, но не стал противиться такому приятному поступку девушки. Так, держась за руки, они не спеша двинулись вдоль гранитной набережной.       — Что нового? — спросил Никита.       — Всё как обычно, — ответила девушка. — Ну, кроме командировки: много дел навалилось, приходится ехать не по графику.       — Далеко едешь?       — Нет, здесь по району. Сначала заскочу в несколько фирм, потом сразу собеседования, по тем вакансиям, где уже есть отклики, и ещё в паре мест нужно подписать договора. Полный набор, так что будет не до скуки.       — Может, тогда перенесём встречу? Я столик ещё не заказал. Представляю, какая замученная ты будешь к пятнице.       — Вот уж нет! — энергично возразила Эмбер, вырывая ладонь из его руки. — Это как раз то, что нужно, чтобы отдохнуть и разгрузиться после поездки. Если уж пригласил, не пытайся теперь соскочить.       — Вовсе я не пытаюсь, — начал было оправдываться Никита, и тут же запнулся: — Подожди, ты опять шутишь?       Девушка не смогла долго оставаться серьёзной и засмеялась:       — Ну конечно, привыкай уже.       — Ох, Эмбер, ты мне так расстроишь все мои сердечные нервы, — покачал головой Никита, делая вид, что расстроился. — Кстати, мне обязательно называть тебя Эмбер?       — А тебе не нравится?       — Звучит как-то слишком официально. Мне кажется, тебе идёт что-то попроще.       — Что, например?       — Катя. Чем тебя не устраивает настоящее имя?       Она поморщила носик и недовольно буркнула:       — Слишком детское.       — Котёнок? — решил подразнить её Никита, заранее зная ответ.       — Ну уж нет, — фыркнула девушка. — Если Эмбер слишком официально для тебя, можешь называть меня коротко: Эм. На это имя я тоже откликаюсь.       — Эм, — произнёс он, будто пробуя на вкус. — Что ж, Эм так Эм.       — Эм и Ник — звучит как название голливудской комедии про любовь. Кстати, Ник, а ты чего не на работе сегодня? Я тебя рекомендовала как исполнительного человека, а ты прогуливаешь?       — Взял отгул до конца недели. Нужно решить кое-какие личные дела, — не стал вдаваться в подробности Волков.       Они подошли к памятному знаку, сообщавшему, что новая набережная Припяти была сооружена два года назад и является подарком районной администрации местным жителям в честь пятисотлетия города.       — Как тебе подарок? — спросил Никита, когда они пошли дальше.       — Довольно-таки неплохо. Для такого городка, как этот, даже хорошо, — отозвалась девушка. — Хотя бы видно, что деньги не украли, а потратили по назначению.       — А что, сам город тебе не понравился?       — Город как город, — пожала она плечами. — Обычный райцентр на периферии. Знаешь, сколько я таких уже видела? Хотя этот, по-своему смог выделиться. Ты слышал, что произошло на стадионе?       — Наверное, весь город уже слышал.       — Жуть, правда? Как ты думаешь, это в самом деле был какой-то магический обряд?       — Трудно сказать, ты ведь знаешь, я далёк от магии, — осторожно ответил Никита. Он не хотел касаться этого вопроса.       — Прости, я совсем забыла, — смутилась девушка. — И как тебе?       — Что? — не понял, о чём речь, он.       — Ну, каково это — жить без магии?       Никита на минуту задумался и, пожав плечами, ответил:       — Мне не с чем сравнивать, но вообще я не вижу в этом проблемы. Нет ничего мне жизненно необходимого, чего я не могу сделать своими силами.       — И ты никогда не хотел попробовать научиться?       — Насколько я знаю, это невозможно без врождённой предрасположенности, — Никита нахмурился, ему всё больше не нравилась эта тема.       — Но нас ведь в институте как-то учили магическим словам, вдруг где-то есть целый список слов истинного языка? — мечтательным тоном произнесла Эм.       — Не знаю, я не задавался таким вопросом, — ответил Волков. Он-то знал, что такой список и вправду существует, но девушке об этом знать вовсе не обязательно.       — Но почему? Ты не задумывался, откуда появились истинные слова, откуда их знают преподы в институте.       Никита не задумывался, он точно знал, но, придерживаясь своей легенды о неспособности к магии, ответил:       — Это ведь госучреждения, наверняка где-то в академиях разработали и спустили по инстанциям.       — Скучный ты, — деланно насупилась девушка и вдруг схватила его за руку. — Смотри, какой красивый!       На лавочке, мимо которой они проходили, разлёгся чёрный кот. Его густая лощёная шерсть переливалась в лучах солнца. Кот одним глазом поглядывал на снующих вокруг лавочки воробьёв, но не шевелился. Эм подошла к нему и погладила. Кот сразу принялся довольно мурлыкать и подставлять подбородок для. Было видно, что он совсем не боится людей.       — Какой хороший котик, — ласково приговаривала Эмбер. — Иди, погладь, — обратилась она к Никите.       — Я больше собак люблю, — отказался он.       — С ними же неудобно, — поморщилась девушка.       Коту надоели ласки, и он всё-таки спрыгнул на землю и погнался за разлетающимися во все стороны воробьями.       — Зато они добрее котов, — указал Никита на чёрного хищника, — да и людей тоже.       – А кот может быть учёным. Я вот иногда думаю, что в сказках могли правду писать. Может, это такое отражение тогдашней действительности. Что, если та магия из сказок тоже существовала, и истинный язык — это древние заклинания, а не современные разработки? Было бы здорово отыскать какие-нибудь старинные рукописи и изучить их.       Никита занервничал. Ему не раз приходилось слышать подобное, и часто это приводило к спорам, а один раз к смертельной дуэли. Сейчас этот разговор был совсем некстати. И всё же он спросил:       — И что бы ты сделала?       — Не знаю. Вечную молодость бы себе наколдовала! — засмеялась Эмбер. — А ты?       — Я ведь говорил, что это невозможно.       — Ну а просто помечтать?       Никита задумался и после некоторой паузы серьёзно ответил:       — Вернулся бы в прошлое и исправил свои ошибки. А ты знаешь что-то на истинном языке?       — Я, ну-у… — теперь уже настала очередь девушки задуматься. — Говорят, у меня есть предрасположенность к слову огня, но я так и не освоила его до конца. Бросила курс практически в самом начале.       — Почему?       — А зачем оно мне? Не самая нужная для девушки способность, разве что сигареты друзьям поджигать, — как-то не слишком уверенно усмехнулась Эмбер.       Никита усомнился в искренности её слов, вспомнив, как ловко она обошлась со словом огня при первой их встрече. Внутри шевельнулась застарелая паранойя, пятнадцать лет заставлявшая его подозревать всех и каждого, но усилием воли он заставил её замолчать. Не сегодня. В конце концов, не только у него могут быть секреты.       — Ну вот, одно слово не захотела учить, а говоришь о целой книге, — свёл он разговор к шутке.       В ответ она показала ему язык.       За разговором они незаметно подошли к тому месту, где набережная заканчивалась и плавно перетекала в городскую улицу. Неподалёку виднелась небольшая кофейня.       — Может, кофе? — спросил Никита, указывая на уютное здание с вывеской в виде подмигивающей чашки.       — Не знаю, — Эмбер сделала вид, что задумалась, и через пару секунд вдруг выдала: — Не хочу кофе, хочу мороженого.       — Мороженого? Сейчас, в январе?       — Ты опять решил позанудствовать? Разве где-то написано, что зимой нельзя есть мороженое?       — Эм, ты не перестаёшь меня удивлять, — вздохнул Никита. — Идём, спросим, может у них и продаётся. — И первым направился в сторону кафетерия.       Внутри вкусно пахло кофе и свежей выпечкой. Кофейня представляла собой большой прилавок, занимающий чуть ли не половину пространства, и десяток стильных круглых столиков перед панорамными окнами. Над кофемашиной висела меловая доска с множеством наименований кофе. За стойкой стояла девушка и принимала заказы.       — Добрый день, чем могу помочь?       — Начну с главного, — Эмбер при этих словах тихонько прыснула. — У вас есть мороженое?       — Да, — невозмутимо ответила бариста, — мы подаём на десерты. Ванильное, фисташковое, шоколадное?       Никита вопросительно посмотрел на свою спутницу.       — Шоколадное, — сказала девушка.       — Самую большую порцию шоколадного мороженого для девушки и капучино с эклером для меня, — сделал заказ Никита.       — Хорошо, присаживайтесь, ваш заказ скоро будет готов, — кивнула бариста.       Раздевшись, они заняли свободный столик. Эмбер сегодня была в безразмерной толстовке с эмблемой Nirvana.       — Ты себе не изменяешь, — усмехнулся Никита, показывая на кофту.       — Конечно, — кивнула девушка. — Мне важно, чтобы в первую очередь было комфортно мне, а уже потом, что об этом подумают другие.       — У меня так не получается, — с лёгким сожалением произнёс Никита.       — Это потому что ты всё время думаешь, как ты выглядишь со стороны, — неожиданно серьёзно сказала Эмбер. — Я раньше тоже переживала из-за чужого мнения. А потом в какой-то момент я просто поняла, что устала соответствовать чьим-то представлениям о себе. Поэтому теперь я выгляжу так, как хочу, и веду себя так же. Попробуй, тебе понравится, я же помню, как ты веселился на концерте.       Никита слушал и не мог поверить, что это говорит она. Несмотря на внешность и образ, она умела быть серьёзной. В её словах был смысл.       — Ты права, просто…       — Просто с тобой приятнее разговаривать, когда ты перестаёшь себя контролировать и говоришь от сердца.       — Даже не знаю, что сказать, — Никита развёл руками.       — Скажи, что попробуешь измениться. Помнишь, ты просил, чтобы я тебя разморозила, думаю, речь как раз об этом.       — Я попробую, — тут же отозвался Волков.       Эмбер удовлетворённо кивнула и вновь в своей привычно жизнерадостной манере произнесла:       — Ловлю на слове.       Принесли их заказ, и на какое-то время они забыли о разговоре. Никита отпил кофе и остался доволен его вкусом, Эмбер же, закатав рукава, вовсю орудовала ложечкой, поедая мороженое из стеклянной креманки.       — Ну как? — спросил у неё Никита.       — Вкусно, — довольно ответила девушка. — Хочешь попробовать?       — Нет, спасибо.       Но Эмбер уже приподнялась со своего стула и принялась дурачиться, тыкая ему в лицо ложечкой с мороженым. Никита, смеясь, уворачивался. Закончилось всё тем, что Эмбер угодила-таки ложкой ему в лицо, и парень остался сидеть с кусочком мороженого на носу. Девушка звонко засмеялась, а Никита потянулся за салфеткой. Однако Эмбер его опередила. Быстро оглянувшись и убедившись, что на них никто не смотрит, она приблизилась вплотную к Никите и вдруг слизнула мороженое с его носа языком. Парень замер от неожиданности, и, воспользовавшись этим, Эмбер поцеловала его. На секунду замешкавшись, Никита ответил на поцелуй.       Их прервал раздавшийся телефонный звонок. Эмбер оторвалась от Никиты и принялась вытаскивать из кармана куртки телефон.       — Это по работе, — проговорила она, – надо ответить.       Никита отстранённо кивнул: он пока не понимал, как реагировать на случившееся. Девушка быстро поговорила и положила трубку.       — Прости, я должна идти, — сказала она Никите. — Мне перед отъездом нужно ещё заскочить в офис.       — Конечно, — кивнул Волков. — Эм, в пятницу всё в силе?       — Агась, так просто ты от меня теперь не отделаешься, — подмигнула девушка и принялась одеваться.       — Я позже сброшу тебе название кафе.       — Хорошо. Всё, я побежала. Пока.       — До встречи.       Махнув ему на прощание, девушка быстрым шагом направилась к выходу, а Никита остался допивать уже остывший кофе.       Домой он вернулся ближе к двенадцати. Эмбер уже должна была уехать из города. Воспоминание о девушке заставило его задуматься, чего же он ждёт от их встреч. Вряд ли каких-то серьёзных отношений, он уже и забыл что это такое, да и не мог сейчас себе их позволить. Эмбер, скорее всего, тоже не рассматривает его как возможный любовный интерес, просто очередное развлечение в новом городе. И всё же ему было необъяснимо приятно находиться рядом с ней, просто разговаривать. Вот и сейчас он уже представлял, как они пойдут в пятницу в кафе. Эмбер наверняка снова будет дурачиться в своей всегдашней манере, а он смеяться над её шутками и пытаться не выглядеть идиотом. Кстати, нужно ведь ещё решить, куда её пригласить.       Никита уселся за компьютер. Сперва быстро проверил новости и с облегчением узнал, что новых нападений за эти сутки не было. Затем принялся методично изучать местные гастрономические заведения. В итоге он остановил свой выбор на ресторане итальянской кухни с незамысловатым названием «Моя Италия». В меню у них значились классические пасты, ризотто, блюда из морепродуктов и итальянские вина. Судя по отзывам, место в городе популярное. Никита позвонил и заказал столик на вечер пятницы. После этого сбросил Эмбер название заведения, адрес и время встречи — восемь вечера. Через пару минут она ответила смайликом с танцующим человечком и несколькими большими пальцами вверх. Видимо, ей понравился его выбор.       В животе у него заурчало и, отложив телефон, Никита принялся готовить. С самого утра он ничего толком не ел и буквально набросился на пожареную на скорую руку картошку.       Когда он разобрался с обедом, за окном уже начинало темнеть. В запасе у него было ещё несколько часов. Раньше Никита с удовольствием потратил бы их на полуметровую модель корабля, стоявшую на столе в его комнате. Но сейчас любимым увлечением заниматься было просто невозможно. Расследование занимало все его мысли. Убрав тарелки, Никита снова сел за стол и попытался проанализировать всё, что ему было известно к этому моменту.       Он взял чистый лист бумаги и написал имя — Анастасия Ильина, далее способность — целительница. Вспомнив, как был обставлен ритуал на городском стадионе, Никита под именем нарисовал равносторонний треугольник с крестом у основания. Алхимический символ, который он увидел на месте преступления — сера, вездесущий дух жизни, один из трёх основных веществ согласно Парацельсу. Ниже на листе Никита изобразил ещё два символа. Круг, разделённый пополам — символ соли, базовой материи, и символ, напоминающий зеркало Венеры с рожками в верхней части: ртуть — жидкость, связующая небо и землю.       Несостоявшаяся жертва, Наталья Белоусова, владеет словом воды. Жидкость. Её имя Никита записал напротив ртути. Возможно, что и у новой жертвы маньяка должна быть способность к воде. Остаётся ещё один символ. Какое из основных слов этот безумец отнесёт к базовой материи? И причём здесь кровь? Кровь… Кровавый, кроваво-красный… Краснота… Рубедо. Никита едва не подпрыгнул, осенённый догадкой. Он ошибался всё это время, убийца вовсе не ассоциирует себя с вампиром. Этот отморозок ищет философский камень! Очевидно, в своём извращённом понимании этого элемента.       В учениях алхимиков философский камень даёт возможность к трансмутации веществ, а также духовному и личностному преображению. Рубедо же — последняя и самая важная стадия в magnum opus — буквально означает «краснота» и в алхимических текстах ассоциируется с кровью. Две другие стадии назывались нигредо — «чернота», в которой всё растворяется, чтобы затем в ней родилось что-то новое, и альбедо — «белизна», процесс очищения и принесения света в первичную материю. Что интересно, эти понятия нашли своё отражение в психологии. Нигредо в некоторых трактовках — это метафора столкновения человека со своей тёмной стороной, а альбедо — период выбора дальнейшего пути и преображения.       Философский камень — золотая мечта средневековых алхимиков, много позже превратившаяся в мечту о золоте, когда появилась сказка о том, что он превращает свинец в благородный металл, и прочие россказни. А что, если преступник решил, что философский камень — это не предмет, а некий ритуал, дающий всемогущество тому, кто прольёт кровь жертв с подходящими магическими способностями? Тогда всё встаёт на свои места. Чёрт, и почему он раньше до этого не додумался?       Не в силах усидеть на одном месте, Волков вскочил со стула и принялся шагами мерить комнату. Теперь он догадывался о мотивах маньяка и знал, каким словом тот владеет. Однако это знание никак не помогало определиться с местом, где убийца мог поджидать своих жертв. Никите опять оставалось действовать наугад и надеяться, что так называемый «чернокнижник» по-прежнему будет ограничиваться районом Новосёлок и окрестностями. В противном случае поиски могут длиться вечно. Кстати, пора бы уже выдвигаться: часы показывали половину восьмого вечера.       Вскоре он приехал на Красносельскую, с которой уже не раз начинал свои поиски. Никита проговорил комбинацию слов, составляющих поисковое заклятие, добавил к нему слово «ветер» и двинулся вперёд. Прохожих в это время было немного, и Волков шёл по практически пустому городу. Дойдя до перекрёстка с улицей Мира, он свернул налево. Около двух часов ушло на то, чтобы обойти по периметру весь район Новосёлок и вернуться. Дальше знакомым маршрутом он двинулся по Первомайской и вскоре оказался около той самой аптеки, где работала первая жертва.       Здесь он вдруг почувствовал, как его буквально потянуло в сторону. Поисковое заклятье, наконец-то, засекло использование слова ветра. Не веря своей удаче, Никита остановился и, желая проверить, покрутился на месте в разные стороны. Нет, его абсолютно точно тянуло в сторону парка. Едва он сделал первый шаг в этом направлении, как притяжение усилилось. Выброс магической энергии был явно нетипично сильным. Неужели убийца потерял осторожность и решил напасть прямо в парке? Времени на раздумья не было — Никита уже бежал. Заклятье, словно компас, вело его к спортивному манежу, расположенному на окраине парка.       Он увидел их сразу. Девушку, которая шквалистым ветром была прижата к ограждению баскетбольной площадки и не могла пошевелиться. И высокого мужчину в куртке с накинутым на голову капюшоном, который медленно приближался к жертве. Одной рукой он контролировал поток ветра, удерживая девушку на месте, а другой сжимал какой-то длинный, сверкнувший в свете фонаря металлом, предмет.       Никита ударил сразу. В полную силу, не раздумывая об осторожности или о том, что таким выплеском магической силы может привлечь чьё-то внимание. Это было сродни целительской магии, только вместо перенаправления потоков энергии, как делается при исцелении, он сконцентрировал её в одной точке и резко высвободил. Маньяк упал, как подкошенный и принялся кататься по земле, мучимый приступом дикой боли. Девушка, больше ничем не удерживаемая, медленно сползла по ограждению на землю. Волков подбежал к несостоявшемуся чернокнижнику. Тот перевернулся на спину и, превозмогая боль, попытался отползти в сторону. Капюшон при этом слетел с головы. Никита увидел его лицо и не поверил своим глазам — это был продавец из магазина магической литературы. Подумать только, он встретил убийцу в первый же день своих поисков и прошёл мимо.       Поражённый этим фактом, он не заметил, как психопат выставил вверх руки с открытыми ладонями. Никиту тут же накрыло самым настоящим бураном, наполненным сотнями острых ледяных игл, которые царапали лицо и разрывали одежду. Воющий ветер враз оглушил его и дезориентировал. Чтобы как-то с этим справиться, Никита свёл две ладони вместе, создавая очертания сферы. Одно слово — и между ними разгорелся огонёк, горячий, но не обжигающий руки того, кто им управлял. Никита развёл руки чуть шире, и пламя разрослось. Он резким движением раскинул руки в разные стороны, и волна огня разнеслась по воздуху, превращая ледяное крошево в пар. Никита испытывал буквально физическое наслаждение от того, что спустя столько времени использовал магию в полную силу, не сдерживая себя. Когда водяная пыль осела, Никита увидел, как маньяк бросился бежать прочь со спортплощадки. Видимо, он был из тех мужчин, которые проявляют смелость только с тем, кто слабее их.       — Сур-аэритэнар! — произнёс Никита слово заморозки, движением руки направляя заклятье в спину беглецу, и маньяк застыл на одном месте.       Волков тем временем подошёл к девушке, всё ещё сидящей на земле, в изнеможении прислонившись к ограждению.       — Как вы? С вами всё в порядке?       Девушка слабо кивнула. На лице у неё застыла гримаса ужаса, она судорожно дрожала, но была цела. Убедившись, что ей ничего не угрожает, Никита решил осмотреться. Возле входа на площадку стояла раскрытая спортивная сумка. В ней Никита обнаружил верёвку, целую связку свечей и баллончик с краской. Он огляделся по сторонам. Возле баскетбольного кольца ровно в круге света от фонаря на асфальте уже была нарисована пентаграмма, исписанная бессмысленным набором символов. Видимо, убийца собирался провести свой безумный ритуал сразу же и заранее подготовился. Он либо спешил, либо был уверен в собственной безнаказанности. Эта мысль окончательно вывела Никиту из себя. Он протянул руку с раскрытой ладонью в сторону застывшего психопата и произнёс длинную фразу на веритасканте. Какая-то сила подхватила маньяка и протащила по земле ровно до центра пентаграммы. Никита сжал ладонь в кулак и преступник, одним рывком раскинув руки и ноги в разные стороны, замер, будто привязанный за конечности невидимыми верёвками. Волков подошёл к этой искажённой копии Витрувианского человека и с удовлетворением сказал:       — Теперь ты побудешь на их месте.       — Ты не из ОМР, — просипел маньяк, вглядываясь в лицо Никите. Очевидно, он тоже узнал его. — Они так не работают. Ты кто, на хрен такой?! — сорвался он на крик.       — Тот, кто тебя остановил, — максимально хладнокровно попытался ответить Никита       Он услышал истерический хохот психопата, который постепенно переходил в визг. Сквозь смех доносились неразборчивые слова:       — Ритуал нельзя остановить! Это вечный процесс, уроборос, пожирающий свой хвост, всё связано в одно. Нельзя противиться естественному ходу вещей, это невозможно…       Слова становились всё безумнее, и Никита, не в силах больше его слушать, движением руки отправил убийцу в бессознательное состояние. Быстро обшарив карманы маньяка, он достал телефон «чернокнижника». Борясь с желанием устроить убийце кровоизлияние в мозг, Никита вызвал службу спасения и сообщил о нападении. На место также должен был приехать наряд для задержания преступника.       Волков подошёл к девушке.       — Я вызвал помощь. Они скоро приедут, и вас осмотрит врач.       — Спасибо вам, — тихо произнесла девушка. — Если б не вы…       — Ну что вы, не стоит, — поднял он руки в протестующем жесте. — Я просто оказался рядом в нужный момент.       — Побудьте со мной, я боюсь оставаться здесь одна.       — Он больше не опасен, — кивнул Никита в сторону распятого на земле мужчины.       — Всё равно мне страшно, — всхлипнула девушка.       Кажется, она вот-вот готова была разрыдаться, и Никите ничего не осталось, кроме как сесть рядом с ней и попытаться успокоить. Раз за разом он повторял ей, что всё будет хорошо, пока спустя какое-то время не услышал звук приближающихся сирен. Он поднялся на ноги. Встречаться с представителями власти никак не входило в его планы.       — Мне пора, — быстро сказал Никита и, не слушая возражений девушки, скрылся в темноте парка.