Глава седьмая

Эмили весь день ждала ответа Карро. Ей хотелось обсудить все, что случилось за сегодня, поболтать и просто убедиться в том, что все делает правильно. Она была уверена, что друг ее поддержит.    Но он появился в сети ближе к ночи. Девочка вдруг подумала, что слишком давно не видела его. Нужно обязательно встретиться на выходных.     «Как вижу, твой день прошел очень насыщенно?»     Эмили улеглась поудобнее, быстро набирая ответ :     «Да да и еще раз да!! У меня уж точно да а что насчет тебя?»     Карро отвечал долго, каждые пару минут выходя из сети. Наверное, не так давно вернулся домой и старается сделать себе ужин и чай одновременно.     «Я рад слышать. В целом, мои мучения тоже можно назвать интересными. Когда-нибудь я точно сожгу препода по экономике. Какой же он отвратительный. Девчонке, что шла передо мной, этот маразматик выставил четыре автоматом, зато меня допытывал. Эмили, я ему чертов час пытался доказать, что все его несчастные задания выполнял самостоятельно, а потом еще полчаса отвечал пять билетов подряд. Пять. И я не шучу. Этот полудурок до талого не верил в мои способности. И ладно бы его старческий маразм - это конец моих пыток. Но в конечном счете я потратил еще час на то, чтобы дождаться своей очереди к преподше, от который мне была нужна только подпись. Мне казалось, что этому нет конца.»    Эмили читала, стараясь сдерживать улыбку. Это звучало так комично, что хотелось смеяться в голос, но друг ждал не этого. Он ждал поддержки и согласия.    Девочка тут же написала в ответ гневную, не самую читаемую триаду о том, какие ужасные преподаватели все-таки бывают и придумала им кучу обидных прозвищ.    Они общались и почти не упоминали Настю и сложившуюся ситуацию. Попросту не хотелось портить приятный разговор этим. День казался слишком сказочным и идеальным. Все не могло быть настолько хорошо, обязательно что-то пойдет трещинами.    Но утро не принесло хаоса, никаких новостей о плохом. Разве что одноклассница, впервые за все учебные года, написала одно единственное предложение :    «Я жду тебя около ларька»    Эмили не стала отказывать. Она еще раз проверила все чаты, удостоверилась, что все еще никто не думает о ней, как о плохом человеке. Эта мысль заставляла сердце вырываться из груди а дыхание замирать. Не от страха, как в ту ночь. От странной радости, от азарта и адреналина.     Настя действительно стояла и ждала ее у небольшого ларька, что расположился на углу школы. Наверное, этот небольшой магазинчик был богаче многих других - каждую перемену сюда сбегались и школьники, и некоторые учителя.    Одноклассница стояла и переминалась с ноги на ногу, натянув шапку почти что на глаза. Всем своим видом она пыталась быть незаметной, но некоторые все равно с глупыми улыбками оборачивались на нее.    Эмили быстрым шагом подошла к ней, стараясь выглядеть дружелюбно. Завидев ее Настя заметно расслабилась и кивнула. Они не обменялись и парой слов но двинулись в сторону школы одновременно.    В раздевалке ее одноклассница быстро сняла верхнюю одежду и хмуро подгоняла :    — Обязательно так долго копаться?    В ответ девочка буркнула что-то неясное и выскочила следом. Настя, несмотря на все свои попытки выглядеть спокойно и даже гордо, при каждом взгляде на нее чуть хмурилась, делай шаг к ней.     Вчера были одиночно брошенные фразы, шепот за спиной и смешки. Сегодня это ощущалось громче, виднее. Словно половина школы собралась здесь, чтобы просто посмотреть на Настю.     Услышав очередное, до невозможно мерзкое, выражение, Эмили обернулась :    — Делать нечего? —Приобняв одноклассницу за плечо, она повела ее дальше.     Смех позади не стих, стал лишь громче. Никто не воспринял ее всерьез.     В классе атмосфера была хуже. Увидев то, с каким выражением лиц сидят Катя и Злата, захотелось сделать что-нибудь такое, чтобы они тоже ходили глазами в пол.    Настя села за парту, не дожидаясь ее. Она уставилась в телефон, делая вид, что ничего не слышит и не видит. Эмили опустилась на стул рядом.    Учительница уже была на своем месте, сидела и проверяла тетрадки. Возможно, подними она сейчас взгляд, заметила, что именно сейчас Тимофей шепчется о чем-то с Мишей, показывая на них. Или услышала, как одноклассники при любой возможности шепотом обсуждают Настю.     Но женщина была слишком погружена в домашние задания других классов.     Девочка растерялась, когда увидела сообщение от соседки по парте. Она посмотрела на нее, но увидела лишь напряженное и чуть хмурое выражение лица.    «Они меня заебали. Я ненавижу их» - и после сообщения злой стикер.   «К сожалению понимаю тебя. Но все когда-нибудь забудут»     Эмили улыбнулась и, отложив телефон, мягко толкнула ее в плечо. Та глубоко вздохнула и кивнула, позволив себе чуть-чуть расслабиться.     Она не лгала. Рано или поздно каждый забудет, все покажется им глупостью. Возможно, некоторые попросят прощения и попробуют все исправить.      Но не сегодня, не завтра и не ближайший месяц.     Девочка записывала новую тему, параллельно стараясь вникать в монотонный голос учительницы. Пару раз хотелось лечь на парту и закрыть глаза, но она одергивала себя. В отличии от нее, Настя едва ли слушала.     Ручка перестала писать совершенно неожиданно. Эмили даже не сразу этого заметила. Сдержав ругательство за зубами девочка принялась копаться в пенале. Карандаш, цветной маркер, точилка, сломанная на три части линейка, разрисованный ластик. И ни одной запасной ручки.     Настя, заметив ее поиски, молча протянула свою.    — Спасибо большое! — Прошептала девочка, поспешно продолжив писать.    — Мгм. Пожалуйста.     Но Эмили успела заметить, как она улыбнулась и тоже стала что-то быстро записывать в тетрадке.    Несколько перемен их никто не трогал. Лишь в коридорах кто-то тыкал пальцем в сторону, но на большее не решались. Девочка не могла успокоиться от мысли, что это затишье перед бурей. Что-то обязательно должно случиться дальше.     И оно случилось.     Перед последним уроком Тимофей подошел к Насте. Она напряглась, сжав телефон в руке и пронзая его таким взглядом, словно вот-вот накинется. Только дай повод.     Но одноклассник перевел взгляд на Эмили :    — Не знаю, как тебе не мерзко с ней общаться, — пожал плечами мальчишка. — Даже для тебя, нáбожной добряшки, это как-то слишком, не находишь? Она же, ну...    — Такой же человек, как и мы с тобой.     Тимофей растерялся, на несколько мгновений даже перестал улыбаться.    — Она шлюха. Отвечаю, уже под половину школы легла!   Настя закусила губу, сдерживая злость. Боялась влезать в конфликт или не хотела.    — Она допустила ошибку! — Воскликнула Эмили.     Все, кто был рядом, вздрогнули и обернулись. Никто и никогда не слышал, чтобы робкая и всегда тихая одноклассница вдруг начинала повышать голос. Все так привыкли, что она просто есть.      — Как будто ты никогда не делал хуйню в жизни! Каждый может оступиться и вы все поступаете отвратительно! Вы... Вы твари! Бог завещал любить каждого, уважать!     Она не контролировала свои слова. И действия. Эмили сама не поняла, откуда взялась смелость и это странное желание. Показать, что Настя - ее подруга.      Девочка влепила Тимофею пощечину. Звонкую, неприятно отдавшую болью и себе и ему.     Она услышала выдох Насти. Растерянный, даже удивленный. Одноклассник разозлился. Несколько секунд Тимофей смотрел на нее, краснея от злости.     Он накинулся на нее. Началась неприятная потасовка, которую даже дракой едва ли можно назвать. Но для Эмили это ощущалась именно так. Вокруг них мгновенно столпились ученики, кто-то снимал, кто-то звал учителей, а кто-то пытался словесно разнять их. Или поддать масла в огонь.       Тимофей пытался ударить ее. Не сильно, но ощутимо. Эмили не умела драться или защищаться. Она действовала почти наугад, ощущая спиной холодную стену. Руками прикрывала лицо, ногой пыталась оттолкнуть одноклассника. Пару раз и сама умудрилась задеть его.    Их разняла классная руководительница. Елена Викторовна, в чистом ужасе, отвела в медпункт и прямо там начала отчитывать.    — Почему вы вообще подрались? — Ее голос дрожал. — Ну ладно Тимофей, мальчик же все-таки. Эмили, ты почему? Что на тебя нашло?     Девочка молчала, стараясь смотреть в пол. Она чуть пожимала плечами на каждый вопрос, чувствуя себя до ужаса глупо. Это не стоило того. Эти синяки и ссадины будут болеть дольше, чем хотелось бы.    Их отпустили лишь к концу урока, не забыв еще раз отчитать. Конечно, родителям уже было доложено. Эмили прекрасно понимала, что если здесь она смогла умолчать о чем-то, то дома, с родителями, не сможет.    Настя снова ждала ее. Сидела на скамейке, на первом этаже, и выглядела так, словно недавно плакала. А может, так и было. Едва увидев ее, одноклассница подбежала и крепко обняла.    — Зачем ты полезла в драку, дура! Не надо было, ясно?! Я бы и без тебя справилась! Покажи, сильно болит?..    Эмили чуть улыбнулась и позволила ей осмотреть свои царапинки. Тимофей прошел мимо, в раздевалку.    Девочка убедила подругу в том, что ей совсем не больно. Ну разве что самую малость.    — Знаешь, я хочу в церковь, — вдруг выпалила Эмили.    — В церковь? Ты серьезно?    Она кивнула. Конечно, можно было бы подождать выходных и пойти вместе с родителями, как и всегда. Но желание появилось сейчас. И девочка загорелась этой мыслью. На улицу они вышли вместе, Настя все еще ворчала, но уже не так недовольно. — Не хочешь со мной сходить? — Предложила Эмили, смотря на нее с искренним желанием. — Мне делать, что-ли, нечего? Это прозвучало резко. Девочка осеклась и вздохнула, подбирая слова. Она продолжила, уже мягче и спокойнее : — Эми, не пойми не правильно, я честно стараюсь... Уважать твою веру, — Настя пожала плечами. — Но это просто глупости. Бога нет, ангелов нет. Ни рая, ни ада тоже нет. Это все выдумки прошлого. Нет никаких других доказательств существования Бога, кроме книг и историй, которые нам рассказывают. Да даже книги в лицо хоть кто-то видел? Эмили хотела что-то сказать, ощущая, как внутри поднимается желание поспорить, доказать свою правоту. Но подруга подняла руки вверх, показывая, что не намерена ругаться. — Бога не существует. Это истории, которые были созданы только для того, что бы в далеком прошлом запугивать людей. Вот и все. Почему на истории нам не говорят о том, как волшебный дяденька с неба спас целый народ? Потому что народ спас себя сам. Эми, если ты так веришь в Бога, то я не верю абсолютно. — Ладно. До завтра. Девочка пошла в другую сторону, стараясь сдержать злость. Вся легкая симпатия и сочувствие к Насте испарилась, словно и не было. Сожаление о драке стало сильнее. Не стоило вообще заступаться за нее, нужно было просто промолчать, сделать вид, что ничего не слышит или не понимает. Ступив на территорию церкви Эмили замерла. Она глубоко вдохнула, отгоняя плохие мысли. Девочка и сама не понимала, почему так хотелось прийти сюда. Зайдя в святое здание она перекрестилась и медленно двинулась вперед. Ее взгляд цеплялся за горящие свечи, чей свет мягко освещал иконы Святых. Девочка почувствовала благоговейный трепет. Сколько раз она видела красоту церкви, сколько раз молилась здесь с родителями - и каждый раз, как первый. Эмили заметила пресвитера Михаила. Он чуть-чуть постарел, но оставался таким же снисходительным и хорошим. К нему было не страшно подойти за советом и просто немного поговорить. Если бы у нее спросили, кто верит в Бога сильнее, она или пресвитер, то девочка не задумываясь ответила бы - он, разумеется, он. Удостоверившись, что священник не занят, она подошла к нему. — Отец Михаил, — зашептала Эмили, опустив взгляд. — Мне... Мне нужен ваш совет. Скажите, что делать, если есть очень плохой человек, который делал плохие вещи и причинял другим боль, но... Но сейчас обижают его и ему нужна помощь. И я хочу помочь, но с другой стороны я не хочу этого делать, потому что этот человек был плохим очень долго... Может, стоит простить? Или нет? Мужчина молча смотрел на нее, ожидая продолжения. Но его не последовало. Тогда священник глубоко вдохнул и мягко, тихо ответил : — Дочь моя, помни, что Бог завещал возлюбить ближнего своего да простить грехи людские. На твоем месте стоит понять человека, отпустить его ошибки да протянуть руку помощи. Я не вправе указывать тебе, как поступить, но знаю, что Бог направит тебя на путь верный. Эмили кивнула, шепотом поблагодарив пресвитера Михаила. Перед тем, как уйти, девочка перекрестилась перед тихвинской иконой Божией Матери. Домой она шла с ясной головой. Внутри неприятно теснился стыд за то, что утаила некоторые подробности всей ситуации. Опускаться в глазах священника, который с детства относился к ней хорошо и которым она всегда восхищалась. Так чисто служить Богу, его идеалам... До этого уровня ей еще жить и жить. До квартиры Эмили дошла даже быстрее, чем обычно. На кухне ее уже ждали родители, которые выглядели обеспокоенными. И только тогда девочка вспомнила, что совершенно не предупредила родителей о том, что отправляется в церковь. Когда мама быстрым шагом вышла в коридор, она смущенно опустила взгляд в пол. — Я в церковь ходила, — стаскивая уличную одежду пробормотала девочка. — Забыла написать, прости... Я не хотела, чтобы вы волновались. Мама вздохнула и помогла ей повесить куртку. — Иди, переодевайся и на кухню. Чай будешь? Эмили кивнула и поспешила в комнату. Она старалась растянуть время, чтобы как можно позже пойти к родителям. У нее не было никаких объяснений для того, чтобы объяснить, почему вдруг подралась с одноклассником. Девочка подошла к зеркалу и осмотрела себя. Некоторые пластыри она отклеила, поэтому ссадины были видны во всей красе. Избегать разговора было невозможно. Эмили все-таки шмыгнула на кухню и села на свой стул. Кружка с горячим чаем уже стояла, рядом пара любимых конфет. Мама с папой не выглядели злыми, что радовало. — Покажи. — Попросил отец, указывая на ладонь. — Это этот твой Тимофей так? — Не болит. Правда! Все хорошо, в медпункте меня подлечили. Но мужчина лишь покачал головой. Мама же молчала, не зная, что сказать. Поэтому Эмили начала первая : — Это я начала драку! — Родители удивленно переглянулись, не ожидая такого откровения. — Он обзывал Настю! Она... Ну, мягко говоря сделала кое-что очень- очень глупое и теперь над ней смеются. И я... Ну... Ударила его. Пощечину дала... Я не хотела, но он меня разозлил, очень! Он глупый! Идиот. Я... Я просто не могла это слушать.. Хотя и Настя хороша, додумалась такое сделать... Наверное, по делом ей, но все-таки есть же какие-то границы! Ну мы и подрались с ним... Но ему достался нагоняй от классной! И мне, — девочка замолчала. Сделав глоток чая и переведя дыхание она выдохнула - простите. Я не хотела вас разочаровать.... Родители молча смотрели на нее, ошарашенные ее монологом. Она говорила сбивчиво, поспешно, на одном дыхании и сейчас ждала вердикта. Что ей скажут? Просто отчитают или накажут? Мама протянула руку и мягко погладила ее по волосам, улыбнувшись. Эмили подалась чуть вперед, довольно зажмурившись. — Не знаю, что сделала ваша Настя, но ты хотела ей помочь. Ты молодец. Но драться не обязательно, понимаешь? Можно решить любую проблему словами, потому что слова бьют не по лицу, а по сердцу оппонента. В следующий раз, если захочешь защитить кого-то, защищай словами, хорошо? Девочка закивала. Папа что-то пробубнил про то, что иногда кулаки все-таки имеют преимущества, если собеседник особенно глупый, но не стал развивать эту тему. Потому что мама глянула на него с укором. Эмили хихикнула, снова потянувшись к своей кружке с чаем. Они посидели все вместе, теперь обсуждая ее поход в церковь. Эта тема нравилась ей больше. Девочка с интересом отвечала на вопросы, рассказала, что с каждым разом это место все красивее, что встретила пресвитера Михаила и поговорила с ним. Поделилась тем, что не перестает восхищаться великолепием церкви и икон. Родители пошли смотреть какой-то скучный фильм, поэтому Эмили поспешила в свою комнату и написала Карро. «Фух я дома. Я сегодня была в церкви и подралась!» Ответ пришел спустя минуту : «Каждый день, как судный. А хронология событий точно была такой?» «Просто выходит, что ты пошла в церковь и избила там человека. Страшное дело.» : Эмили прямо слышала насмешливый тон друга. «Нет конечно откуда такие мысли!! Я подралась с одноклассником за то что обзывал Настю» «Не знаю зачем я это сделала» «Вообще я не понимаю что чувствую к ней» «Вроде бы я хочу ее за все все простить и подружиться но она тут же делает что-нибудь после чего я хочу сделать ей еще какую-нибудь гадость» Девочка вышла с чата и наскоро проверила, не писал ли ей кто-нибудь еще. Но, кроме Карро, все молчали. «Играешь с огнем. Как я понимаю, ты не остановилась на фотографиях? Не боишься, что все узнают?» «Боюсь» : призналась Эмили. И тут же написала : «Но не узнают я же в анонимке пишу и нигде не упоминаю что-то что может меня сдать. Я наверное еще чуть-чуть напишу и все больше не буду» Карро поставил на ее сообщение одобрительную реакцию и больше ничего не писал. Но даже несмотря на это девочка осталась довольна их коротким разговором. Где-то внутри закрутился легкий комок неуверенности. Стоит ли продолжать, если совсем недавно священник советовал обратное? Но, вспомнив, как Настя отзывалась о Боге, девочка мотнула головой. Она не делает ничего плохого, не принуждает никого травить ее. Словно прочитав ее мысли написал Карро : «Защищать веру не грех, грех веру оскорблять. Клин клином вышибают,да?» Эмили улыбнулась еще шире, растянувшись на кровати. У нее самый лучший друг, который всегда поддержит любое ее решение! О чем еще можно просить в этой жизни?