3.Но всё это подождёт

Вечер вторника.

Запах свежей зелени и жареного мяса наполнял кухню. Эмили быстрее пыталась закончить приготовление салата и именно поэтому её движения были быстрыми и очень уверенными. —Пап, попробуй. Я не переборщила с солью? — Эмили протянула маленький кусочек помидора на кончике ножа. Отец, всё ещё держа щипцы над сковородой, наклонился и осторожно взял овощ губами. —Хм… идеально, — с улыбкой кивнул он. — Ты у меня настоящий кулинар. Девушка улыбнулась и начала заправлять салат маслом. —Правда? А то ты всегда жалуешься, что я пересолила. —Сегодня ты сделала всё идеально, — сказал отец и, сняв мясо с огня, положил его на деревянную доску. — Вот увидишь, гости твой салат съедят куда быстрее моего стейка. Они оба рассмеялись, и в этот момент кухня наполнилась не только запахами ужина, но и ощущением какой-то тихой, настоящей близости. За окном уже темнело, но здесь, под жёлтым светом лампы, было тепло и очень спокойно — словно весь мир суетился где-то далеко, а они готовили вместе и разговаривали о пустяках. —Ладно, ты тогда разложи еду по тарелкам, а я займусь сервировкой стола. Отец приложил руку ко лбу, выпрямился, будто настоящий солдат, и серьёзным тоном произнёс: —Как скажите, командир Эмили! Девочка хихикнула и даже остановилась в дверном проёме задержав взгляд на самом дорогом на всём белом свете для неё человеке, но время не позволяло наслаждаться семейными моментами, ведь гости должны были совсем скоро прийти, а к их приходу всё должно быть идеально. На кухне зазвенели тарелки, а в зале длинный обеденный стол накрылся скатертью и потихоньку заполнялся блюдами. В подобные моменты дом превращался в маленький театр, где их двоих связывала тёплая роль — дочка-командир и её верный помощник-«солдат».

***

Стук в дверь. — Эмили, открой верь, я сейчас подойду! — крикнул Роберт из спальни, застёгивая темно синюю рубашку. Блондинка поставила бутылку вина на стол, пригладила волосы и не торопясь направилась к двери. Щёлкнул замок, и створка мягко отворилась. На пороге стояла семья из четырёх человек. Двоих Эмили уже знала. Билли и Сьюзан, ту самую приветливую женщину из магазина. Рядом с ними стоял мужчина, тот как типичный строгий, консервативный американец, с совершенно не примечательной внешностью. Позади всех, чуть в стороне, стояла рыжеволосая девочка. Её яркие пряди так и бросались в глаза, и Эмили вдруг вспомнила, как в детстве заплетала косички своей сестрёнке и восхищалась тем, как солнце играет в её волосах. — О, Эмили! — первой заговорила Сьюзан, радостно улыбнувшись. — Какая неожиданная встреча! Я и не знала, что ты — дочь Роберта! Эмили немного растерянно улыбнулась: — Да уж... мир тесен, ну а Хоукинс еще теснее. Проходите, пожалуйста. — Как у вас уютно, — заметила Сьюзан, проходя внутрь. — И пахнет просто восхитительно! — Спасибо, — тихо ответила Эмили. — Отец тщательно готовился к вашему приходу. В этот момент появился Роберт со своей сияющей улыбкой. — Вот вы где! — сказал он с улыбкой и протянул руку мужчине. — Рад, что пришли. Эмили, знакомься: это Нил и Билли. Нил крепко пожал руку и осмотрел комнату цепким взглядом. — Рад знакомству, — произнёс он сдержанно. Сьюзан обернулась и мягко подтолкнула рыжеволосую девочку вперёд. — А это Макс. — Привет, — сказала та, смущённо улыбнувшись. — Привет, — ответила Эмили бросая недовольный взгляд на парня. Билли стоял чуть позади всех, совершенно незаинтересованный разговором. Он мельком взглянул на Эмили и практически тут же отвёл глаза. На его лице не было улыбки, лишь лёгкая тень раздражения. Он кивком поздоровался с Робертом и продолжал рассматривать фото которые висели в прихожей. Эмили сделала шаг вправо лишая блондина возможности изучать свои детские фото. Парень закатил глаза и вновь отвёл взгляд в сторону. — Что ж, — Роберт хлопнул в ладони, — раз все в сборе, предлагаю начинать вечер, прошу всех к столу!

***

Каждый занял место за столом и взял по порции горячего, в то время как Сьюзан не останавливаясь продолжала нахваливать интерьер дома и изысканно накрытый стол. — Ну что ж, — начал Роберт, разливая вино по бокалам, — за новое знакомство! И с этого момента за столом стало очень шумно, настолько шумно, что было сложно слышать даже собственные мысли. Роберт и Нил тут же нашли общую тему и начали громко дискутировать, а Сьюзан внимательно слушала и иногда даже давала весьма уместные комментарии, в то время как младшие радовались тому что их не заваливают глупыми вопросами и не заставляют давать комментарии по поводу политики. Однако это не особо то и радовало Эмили, девушка была совершенно не довольна тому что к ней в гости, в её святое жилище пришёл этот Харгроув, а то что он сидел напротив неё и ковырялся в еде так, будто это была не говядина, а жаренный кожаный ремень, привадило Бакли младшую в ярость. Но и это не было главной причиной. Всё внутри было сжато от мысли, что после ужина ей придётся сказать отцу о приезде матери. Она уже несколько дней носила эту новость в себе в поисках подходящего момента, но теперь блондинка чувствовала, что момент приближается, ведь откладывать дальше- просто не имеет смысла. Эмили смотрела на Роберта, который в отличном настроении — смеётся, спорит, распивает вино… Ну а Эмили знала то, что стоит рассказать эту новость и вечер закончится совсем иначе... Из раздумий девушку вытащил голос Билли: — Извините, а где тут уборная? —Эмили, не проводишь? — Спросил Роберт. Эмили тяжело выдохнула, но всё же натянув на себя улыбку поднялась с места. — Конечно. Они вышли из столовой, и шум за спиной будто стал только громче. Поднявшись на второй этаж Эмили показала рукой на дверь: — Вот туда. Вторая дверь справа. Билли кивнул, но вместо того, чтобы пойти туда, сделал шаг в другую сторону. Она уже открыла рот, чтобы остановить его, но он, будто не слыша, толкнул соседнюю дверь и вошёл. — Эй! Это не— — Твоя комната? — спокойно спросил он, оглядываясь по сторонам,—Ну как и ожидалось, вокруг одни книжки и кассеты...Мадонна, серьёзно? Билли с пренебрежением кладя взятую кассету на место. —Ты вломился в мою комнату и оцениваешь мой музыкальный вкус, тебе не кажется это немного, ну...наглостью?—возмутилась Эмили стоя в дверном проёме. Блондин проигнорировал ту взяв розового плюющего мишку с кровати в руки, и сам устроился на кровати. — А вот кровать зачётная.— усмехнулся Билли кинув в Эмили медведя, откидываясь назад и положив руки за голову. — Удобно тут у тебя, Роберт наверное не мало потратился на такой роскошный дом. Кем же он работает?— спросил Билли приподнявшись на локтях. Эмили ловко поймала игрушку и положила её на край стола. — Во-первых это самый обычный дом, во-вторых не бросай мои вещи и в-третьих слезь с моей кровати!— Эмилии сложила руки на груди и косо посмотрела на парня. Билли проигнорировал просьбу Эмили и продолжил: — Ого! интересно узнать что же в твоём понятии "роскошный дом", если это "обычный". — Что же тут такого роскошного? — переспросила Эмили, чувствуя, как раздражение растёт. — Книги на полках? Или то, что у меня стены не облезлые? Билли пожал плечами, но в его взгляде мелькнуло что-то — не насмешка, а скорее растерянность. —Да ладно тебе, чего ты взъелась? —Я не взъелась, просто ты задаёшь тупые вопросы и вообще, кое-кто просился в уборную. —Мне надоело слушать дискуссии на тему "Какой президент разрушит Америку?"— Билли закатил глаза. — Вот и ушёл. У тебя тут хотя бы тихо. —Ладно, признаю, я тоже не в восторге от разговоров за столом.— сказала Эмили, присаживаясь на край стола и отодвигая плюшевого медведя в сторону бедром. Билли ухмыльнулся краем губ. —Твой отец, конечно, жжёт. Я думал, мой отец чемпион по бреду… но твой уверенно занимает второе место. —Эй, не говори про него так. Он просто...очень весёлый и добрый человек. —Ну да, когда вливаешь в себя пол бутылки вина автоматически становишься о-очень весёлым.—усмехнулся билли разглядывая постер с группой "Kiss" —Он не выпил и четверть, максимум 2 бокала,—Эмили на секунду замолчала, а затем немного обдумав продолжила. —Да если даже и выпил, что с того? Неужели человек не может просто расслабиться? —Ага, — протянул Билли, не поворачивая головы. — «Расслабляется». Конечно. Знаю я этих «расслабляющихся». —Ты вообще иногда можешь просто… промолчать? — Эмили скрестила руки на груди. — Я даже не понял, что хуже: разговор о политике или то, как твой батя хлопает по спине моего, будто они на родео.— лениво бросил Билли, всё ещё изучая постер. Эмили закатила глаза. —Это они просто… общаются. В этот момент снизу раздался громкий хохот, настолько искренний и одновременно пугающий, будто кто-то рассказал лучшую в мире шутку. —Похоже пьяный марафон подходит к концу,—сказал Билли и поднявшись на ноги и вышел из комнаты, ну а Эмили последовала за ним. Спустившись вниз, они увидели, как Нил и Роберт стоят почти нос к носу, держась друг за друга так крепко, будто один без другого упадёт. Лица обоих раскраснелись, а улыбки были слишком широкими, чтобы казаться трезвыми. —Вот что я тебе скажу, Роб, — произнёс Нил, произнося слова чуть длиннее обычного, но голос его звучал на удивление искренне. — Ты… ты нормальный мужик. Прямо… редкость. Роберт хлопнул его по плечу, чуть не отправив обоих на пол. —А ты, Нил… ты… я уважаю тебя, слышишь? —Класс. Теперь они лучшие друзья. Осталось только клятву крови дать, — пробормотала Эмили. Девушка подошла к отцу сади и аккуратно положила свои руки ему на плечи. —Пап, кажется, гости уже собирались уходить. — Хороший вечер… лучший,-сказал Нил, пытаясь попасть рукой в рукав куртки, которую держала Сьюзан, но попадая в воздух рядом. Путь до выхода занял дольше, чем должен был: каждый шаг сопровождался то попыткой сказать тост, то желанием ещё раз пожать руку, то забыванием, где находится дверь. Но постепенно, почти чудом, они вывалились наружу. На пороге, когда Нил и Билли миновали границы дома Бакли, Сюьзан и Максин попрощались с Эмили и ели стоящим на ногах Робертом.

***

Роберт был на столько пьян, что даже не смог дойти до собственной постели, и именно поэтому он развалился на диване в гостиной. Роберт был не из любителей напиваться до потери сознания и валяться где попало, но подобные вечера случались чаще, чем хотелось бы. И Эмили не осуждала его за это- наоборот, она старалась не лезть к отцу в душу, просто поддерживая его, будучи благодарной ему за то, что он сам смог вырастить дочь и не остался висеть где-нибудь на люстре после ухода женщины, которую он любил больше всего на свете. Сейчас белокурая просто стояла рядом с ним, рассматривая его усталое лицо, отмечая мелкие морщинки, шрамы и весёлые привычки, которые проявлялись даже в пьянстве. В голове мелькали сотни вопросов, но озвучивать их она не хотела. Девушка укрыла отца пледом и погладив того по голове произнесла: —Спасибо тебе, пап... Роберт сквозь сон неразборчиво пробурчал: —Что бы я делал без тебя, Эмили?... Эмили чуть кивнула, чувствуя тепло и надёжность, исходящие от отца, и на душе стало немного легче.

***

О да, среда. Самый ненавистный день для Эмили. С утра первым уроком её ждала химия — предмет, который она терпеть не могла. Даже мысли о пробирках и формуле кислотно-щелочного равновесия вызывали у неё лёгкую дрожь. Эмили сегодня на удивление встала вовремя и ей даже не нужно бежать на улицу, и как можно быстрее ехать в школу. Сегодня тот день, когда можно постоять на светофорах, ехать за еле ползущими по дороге машинами и просто наслаждаться поездкой. Разъезжая по улицам Хоукинса практически на автомате ведя машину, не всматриваясь в дорожные знаки, а в белой голове, как всегда бурлили мысли. "Сегодня опять на работу, опять подносить вонючие бургеры голодным школьникам и улыбаться во все 32 зуба. Хорошо, что хоть отец у Хоппера на ночь останется и я смогу принять горячую ванну не слушая чужие недовольства." Стоя на светофоре возле Мейпл Стрит, Эмили барабанила пальцами по рулю, лениво наблюдая, как на противоположной стороне дороги кто-то выгружает коробки у закусочной в которой она работает. И тут из Мейпл Стрит вывернула машина, уж слишком резко и уверенно. Только по манере езды уже было ясно что за рулём BMW 7 E23 сидит Стив, и судя по всему он наверняка заезжал за Нэнси, чью болтающуюся голову можно было видеть через заднее стекло. Эмили проводила машину взглядом, окончательно падая духом, а в голове крутился лишь один вопрос "Почему она а не я? Неужели у Увилер есть что-то особенное, чего нет у меня?" И, конечно же, зациклившись на собственных амурных делах, Эмили благополучно забыла о том, что свет уже сменился. Она сидела, глядя в одну точку, пока сзади кто-то крайне вежливо напомнил ей, что зелёный свет это вообще-то сигнал ехать, а не думать о романтике. Из клаксона она узнала о себе много нового, в основном нецензурного. Эм пробормотала что-то себе под нос и фыркнув, тронулась вперёд, снова переключаясь на дорогу, хотя мысли упорно возвращались к Харрингтону.

***

      Умело завернув на практически пустую школьную парковку Эмили заняла своё любимое место и заглушив машину выдохнула, кладя голову на руль. До начала первого урока было достаточно времени, но Эм уже которую неделю хотела навести в своём шкафчике порядок и наконец выкинуть все ненужные бумаги, тетради и использованную канцелярию, которую она постоянно складировала там. Наконец собравшись с духом, Эмили накинула сумку на плечо и зашагала в сторону школы, но буквально через пару метров её взгляд зацепился за весьма занятную картину. У старого зелёного «Шевроле» стоял Эдди Мансон — местный сумасшедший, как все его называли. Его тёмные волосы падали на лицо, и он резко отбрасывал их назад, глядя по сторонам так, будто участвовал в съёмках дешёвого шпионского фильма. Рядом маячил какой-то парень, которого Эмили никогда раньше не видела. Не школьник, старше, примерно лет двадцати. Они пожимали руки слишком долго — так, словно в ладонях лежало что-то, что нужно было скрыть от чужих взглядов. И Эмили не понадобилось быть Шерлоком, чтобы понять, что именно. Пакетик мелькнул в пальцах незнакомца, блеснул в утреннем свете и исчез в его кармане. Эдди что-то буркнул, кивнул, парень развернулся и ушёл быстрым шагом, будто проворачивал подобное каждое утро. Как только он скрылся за углом, Эмили тут же подошла к Манcону, уперев руки в бока. —Серьёзно? — даже не поздоровавшись, сказала она. — С самого утра? У школы? Ты вообще башкой думаешь? Эдди вздрогнул, резко обернувшись. —Оу, о, привет, Бакли… Ты как тихо подкрадываешься, знаешь? Можно инфаркт словить. —Можно словить тюремный срок, — парировала Эмили. — Что ты только что провернул? Ещё скажи, что это был обмен марками. Эдди прищурился, демонстративно закатив глаза. —Расслабься. Это не героин, не кокаин, не что там ещё у тебя в фантазиях. Всего лишь… лёгкая трава. Мягкая, как подушка. Даже бабушки бы такое курили, если бы у них были деньги. Эмили скрестила руки. —Это не делает это нормальным. —Да не продаю я школьникам, — вздохнул он, подняв руки, словно сдавался. — Парень просто знакомый знакомого. Мне нужны деньги на гитару, вот и всё. Без криминала, Бакли. —Тебе бы учебники купить, а не гитары.—фыркнула она. —Учебники не помогут мне играть соло, которое заставит мир любить рок, — глубокомысленно заявил Мансон, указывая пальцем в небо. — А вот гитара — да. Эмили уже собиралась развернуться, но вдруг спросила: —И… что она делает? Вот эта твоя трава. Эффект какой? Эдди удивлённо поднял бровь. —Ты чего, Бакли… Интерес проявляешь? Это… неожиданно. — Он наклонился чуть ближе, будто боялся быть услышанным. — Расслабляет. Снимает тревогу. Мозг становится мягким, а мысли медленные. Будто убавляет громкость всему миру. Несколько секунд Эмили просто молча смотрела на него, чуть прищурившись, словно взвешивая что-то важное. Потом она просто сказала: —Поняла. И, ничего не объясняя, молча развернулась и пошла в сторону школы. Эдди провожал её взглядом, недоверчиво мотая головой. —Эй, ты там только не вздумай… — начал он, но Эмили уже исчезала за углом, утопая в собственных мыслях.

***

      Не успев разобрать даже половины шкафчика девушка отправилась на химию. Сегодня урок был ещё более ужасным, ведь Сабрина по какой-то наверняка очень важной причине решила прогулять первый урок. Она сидела за партой и методично выводила на полях тетради рисунок какого-то монстра, который выглядел гораздо умнее её самой. Эмили даже не пыталась слушать, что тот бормотал у доски, потому что знала, что всё равно ничего не поймёт. —Итак, ребята, — начал учитель, захлопнув журнал так, будто пытался этим кого-то напугать. —Ваше задание… ммм… — он поправил очки, склонившись к своим записям, — будет создать макет молекулярной структуры выбранного вещества, а также подготовить плакат с описанием свойств этого вещества и его реакции в различных условиях. Эмили медленно подняла глаза от тетради. "О, ну конечно. Ещё один шедевр для школьной выставки, которую никто никогда не смотрит." —Работа будет в паре, — продолжил учитель. Класс глухо загудел. Все ненавидели работать в парах, кроме тех, кто ходил по школе исключительно группами. Учитель начал читать фамилии: —Грин и Мидоу… Холл и Джейкобс… Мартина и Кларк… Эмили надеялась на чудо. На Сабрину. На вторжение инопланетян. На пожар, в конце концов. Но чудо, как обычно, проигнорировало её. —Бакли… — протянул учитель. Эмили напряглась. Пожалуйста, только не… —…в паре с Харгроувом. Эмили закрыла глаза, медленно выдохнув. "Ну конечно. Конечно. Почему бы не отправить меня работать с человеком, который выглядит так, будто молекулы должны от него бояться? Не известно ещё ко из нас больше разбирается в химии. Я или его пакли" Билли, сидящий ближе к окну, лениво повернул голову в её сторону, словно услышав приговор, который его абсолютно не удивил. Один угол его рта дернулся вверх, ухмыляясь над Бакли и её отчаянным выражением лица. Эмили сжала карандаш. Среда становилась всё «лучше и лучше».

***

      Как только прозвенел звонок, Эмили швырнула тетрадь в сумку и поспешила к выходу, пока учитель ещё что-то выкрикивал вслед. И как только та покинула кабинет и подошла к своему шкафчику мимо прошёл Билли. —Эй, Билли,— окликнула блондина. Тот, в свою очередь, неохотно обернулся и смерил Эмили надменным взглядом. —Чего тебе?—спросил он подходя ближе к девушке. —Мне ничего, а вот проект по химии очень ждёт твоего внимания. Хотела спросить, когда у тебя есть свободное время? Билли фыркнул, уголок губ приподнялся в его фирменной полунасмешке. —Для тебя я всегда свободен, — усмехнулся он и провёл языком по верхнему ряду зубов, восторгаясь своей наглостью. — Приходи завтра. Эмили приподняла бровь так, будто он только что предложил что-то незаконное: —К тебе? —Мне по-барабану, Бакли. Можешь и не приходить, — бросил он лениво. — Для меня это всё равно не первая и не последняя двойка. —Между прочим, я ещё не отказалась, — холодно заметила она. —Мне всё равно, — фыркнул Билли, уже отворачиваясь. — В 17:00 жду. И не опаздывай. Он пошёл прочь, даже не дав ей возможности что-то добавить или возразить. Эмили только выдохнула, качнула головой. "Вот же придурок…Как таких только земля носит?" И только Эмили захлопнула дверцу шкафчика, как за ней возник Джейсон Карвер. —Ну привет, Бакли. Она уже по голосу узнала, кто это. Джейсон Карвер — золотой мальчик школы, баскетболист, любимчик учителей, местный герой и ходячее воплощение американской мечты. И всё бы ничего… если бы не его характер. Слишком громкий. Слишком уверенный. Слишком привыкший получать всё, что захочет. Эмили всегда могла поддержать разговор, но сам факт его присутствия рядом вызывал у неё стойкое желание бежать в противоположную сторону. Она обернулась и увидела его фирменную ухмылку — от неё хотелось закатить глаза настолько сильно, что они бы улетели в потолок. —Карвер, как же я рада тебя видеть— саркастично заметила Эмили. Он облокотился на соседний шкафчик, будто был в рекламном ролике школьной формы. —Недавно смотрел на твою подружку, — хмыкнул он, явно имея в виду Сабрину. — Тренировка шикарная. Она, как всегда, в своём стиле — вся такая леди-босс. Она отличный чирлидер. —Она старается. Ну говори уже, что ты хочешь? Забросать Сабрину комплиментами можешь лично. Джейсон улыбнулся шире, будто её спокойный тон — приглашение продолжать. —Но вообще я хотел поговорить… о тебе. "О, Господи. Только не это." —Да? — всё ещё любезно откликнулась Эмили, хотя внутри уже кипела злость. —Что там с тобой и Чэнсом? — спросил он так непринуждённо, будто обсуждал расписание автобусов. — Он тяжело это переживает, знаешь ли. Вы были нормальной парой. Может... ты подумаешь насчёт того, чтобы всё вернуть? Она слегка улыбнулась, устало и вежливо, хоть внутри и вспыхнуло раздражение. —Джейсон, я понимаю, что ты хочешь как лучше. И я знаю, что Чэнс хороший парень… — "слишком хороший, чтобы тратить жизнь на такого идиота", — …но наши отношения закончились не просто так. —Ты уверена? Он бы принял тебя обратно. Сразу.—заметил Джейсон Эмили кивнула: —Я уверена.— спокойно сказала Эмили, а затем не убирая с лица ухмылка наклонилась ближе к парню и прошептала,— И если ты не отойдёшь, я уверена, что запущу в тебя чем-то тяжёлым. Джейсона это даже немного забавляло, но он притворно вздохнул, будто это ему только что отказали в важном контракте. —Ну… как знаешь. Я попытался. Она уже хотела развернуться, но он добавил: —Знаешь, Бакли… Ты бы могла быть чуть менее упрямой. Иногда ты делаешь вещи сложнее, чем они есть. —Спасибо за совет, Джейсон. Он дернул уголком губ, не решив — обиделась она на него или просто шутит. —Ты странная, Бакли. —Поверь, ты не первый, кто мне так говорит. Оба развернулись в разные стороны — он с ощущением, что сделал что-то полезное, а она с новым камнем на душе. "Иногда ты делаешь вещи сложнее, чем они есть." Чёрт. Ненавидя его всей душой, Эмили всё равно понимала, что Джейсон прав. Она шла по коридору, чувствуя, как раздражение медленно превращается в неприятное осознание. Да, она усложняет. Всегда. И с Стивом. И с Чэнсом. И со всем, куда только успевает влезть её упрямый характер. —Гениально, Бакли, — пробормотала она себе под нос. — Даже пустоголовый Карвер это видит, а ты- нет. И от этого становилось только хуже.

***

Учебный день подошёл к концу и теперь Эмили предстояла рабочая смена в забегаловке "Benny's burger". Это место, которое когда-то казалось ей уютным и домашним, но после смерти Бенни стало напоминать фабрику стресса. Хозяин заведения погиб в начале прошлого года при странных, до сих пор нераскрытых обстоятельствах. Теперь забегаловку держала его жена — Мэри Тэлбот. Женщина со стальными "яйцами", строгим пучком и голосом, который был способен заставить даже самых смелых подростков задуматься о жизни. Мэри не повышала голос, в этом не было нужды. Её тонкие, отточенные замечания били точнее любого крика, женщина умела задеть за живое не переходя на личности. Коллектив держался на расстоянии от неё, потому что каждый понимал, что стоит допустить ошибку и Мэри не станет воздерживаться от язвительного комментария. Когда Эмили толкнула дверь заведения, её тут же встретил запах жареного мяса, дешёвого кофе и моющего средства - букет запахов, который врезался в память навечно. С кухни доносились стук металлическими лотками, кто-то закрывал холодильник. За прилавком стояла коллега - Дженни, которая уже набирала заказ для скучающего дальнобойщика, а из зала доносился скрип старых барных стульев. —Ты опоздала, — раздался за спиной холодный, как ледяная вода по спине, голос Мэри. Эмили вздрогнула. —На две минуты, миссис Тэлбот. —На две минуты позже, чем положено. Переоденься и марш за работу. И скажи Бобби, чтобы перестал жечь бекон, я чувствую запах даже в зале. Эмили молча кивнула и принялась за работу.

***

      Смена тянулась бесконечно. Клиенты приходили и уходили, каждый оставляя за собой крошки, пятна кетчупа и ни капли чаевых. Мэри то и дело проходила мимо, цепляя взглядом каждую мелочь: не так поставленный поднос, чуть криво вытертый стол, слишком медленный шаг. Эмили не спорила просто делала и чем дальше, тем сильнее она чувствовала: ноги гудят, плечи наливаются тяжестью, требующие отдыха.       К десяти вечера забегаловка наконец начала пустеть. Последний посетитель забрал заказ навынос, Дженни устало стянула волосы в более тугой хвост, а Мэри, проверив кассу, коротко бросила: —Выключите свет через пятнадцать минут. И скрылась у себя в кабинете. Эмили помогла Дженни собрать мусор, переставить стулья, протереть стойку. Когда они вышли на улицу, ночной воздух был прохладным и удивительно чистым по крайней мере, без запаха жареного масла и плавленого сыра. Она взглянула на часы. Пол-одиннадцатого. —Я так устала, как ты? — спросила Дженни, натягивая куртку. —Нормально, но сегодня посетителей было как никогда много. — ответила Эмили накидывая на плечо сумку с формой. —Ага, ну ладно, до встречи. —Увидимся,— Эмили тут же запрыгнула в машину. Эмили хотела просто… тишины. Сесть в свою машину, включить радио ровно настолько громко, насколько та сама хочет, и разрядиться после тяжелого дня.       Эмили повела рукой по лицу, смахивая усталость, и наконец повернула ключ в замке зажигания. Двигатель загудел мягко, почти успокаивающе. Она включила радио. Тихо, едва слышно и позволила музыке заполнить пространство. Она выехала со стоянки, оставляя позади тусклый свет забегаловки. Город медленно проплывал мимо, редкие прохожие, закрытые витрины, вывески, мигающие усталыми лампами. Эмили одним пальцем постукивала по рулю в такт музыке, позволяя своему телу наконец расслабиться.       Эмили наконец подъехала к дому и заглушила двигатель. Пару секунд она просто сидела в тишине, слушая, как остывающий мотор тихо потрескивает, потом вздохнула, взяла сумку и выбралась наружу. Она огляделась. Улица была пустынной, будто в городе совершенно никто не жил. Дома по обе стороны дороги сверкали оранжевыми гирляндами, на крыльцах стояли вырезанные тыквы, пауки из тонкой проволоки висели на кустах, а в окнах мерцали фигурки призраков. Всё напоминало о приближающемся Хэллоуине. Только дом Бакли стоял мрачным пятном среди всей этой яркости, без единой гирлянды, без тыквы, без малейшего намёка на праздник. Эмили усмехнулась, чуть пожав плечами. «Займусь этим на выходных», — решила она.       Она поднялась по ступенькам, открыла дверь и вошла внутрь. Тепло дома тут же охватило её, словно заставляя её отдохнуть. Сбросив обувь и сумку, Эмили направилась в ванную. Тёплая вода быстро смыла с неё усталость, шум дороги и напряжения в плечах. Она позволила себе задержаться под душем чуть дольше, чем обычно, наслаждаясь ощущением чистоты и покоя.       Вытершись и переодевшись в мягкую пижаму, она забралась в кровать. Тело приятно ныло от усталости, но в голове впервые за день стало тихо. Завтра будет новый день со своими заботами, планами, мыслями. Но всё это подождёт. Эмили закрыла глаза, позволив себе раствориться в мягкой тишине ночи, и вскоре уснула.