Глава 116
25 июля 2026, 23:20Снейп ворвался в первое воспоминание, которое он нашел в странном лабиринте сознания Поттера, и нахмурился, увидев мальчика-младенца, лежащего в кроватке и смотрящего на вращающийся мобиль с маленькими деревянными звездочками и метлами. Он слишком хорошо помнил, как выглядела спальня Поттера в семейном доме в Годриковой впадине, и это было не то. Однако, прежде чем он успел задать какие-либо вопросы, он услышал вдали звук, который заставил его замерть.
— Сильнее, сильнее! — стонала Лили. — О, черт, Джеймс!
— Ааа! — закричал Снейп, чувствуя, что его тошнит, и отчаянно пытаясь вырваться из воспоминания.
Боль и паника мужчины дали Гарри прекрасную возможность переломить ситуацию, и он быстро нанес удар. Следуя за мужчиной обратно в его собственный разум, он усмехнулся своей изобретательности. У него было только одно воспоминание о голосе матери: момент, когда она отчаянно умоляла Волан-де-морта пощадить его. Это было ужасное воспоминание, вызванное дементорами в прошлом году, и он ненавидел тот факт, что это было все, что у него осталось от нее, но в данный момент оно идеально подходило для его целей.
Он был уверен, что позже будет чувствовать себя плохо и, вероятно, тошнить от того, что создал такое ложное воспоминание, но оно выполнило свою задачу и позволило ему заглянуть в разум Снейпа, когда тот был на мгновение ослаблен. Он проследил за переплетенными мысленными нитями Лили и боли, оглядываясь по уму мужчины, и взглянул на воспоминание, с которым эти идеи были наиболее тесно связаны.
— Нет, нет, нет! — рыдал Снейп, прижимая к себе мертвое тело Лили.
— Что, черт возьми? — подумал Гарри.
— Что я наделал? — кричал Снейп. — Прости меня, Лили, прости.
Он повторял это снова и снова, громко рыдая, а все его тело дрожало от явного горя. Гарри наблюдал за этим в ошеломленном молчании и почувствовал комок в желудке при виде тела своей матери. Судя по тому, что он чувствовал, это было одно из худших воспоминаний Снейпа, и весь момент был окутан ощутимой ненавистью к себе и чувством вины. Когда он почувствовал, что мужчина наконец осознал, что он делает, и попытался изгнать его, он вырвался из его сознания и последовал за потоком мыслей к источнику вины.
— Ты просил личной аудиенции, Северус, — прошипел Волан-де-морт, сидя на чем-то похожем на трон и взирая на преклонившегося перед ним мужчину. — Надеюсь, для твоего же блага это не пустая трата моего времени.
— Нет, мой господин, — ответил Снейп. — Вчера я случайно услышал нечто, что вам будет интересно узнать. Дамблдор был свидетелем пророчества, в котором говорилось о том, что придет тот, кто обладает силой победить Темного Лорда.
Снейп замолчал и напрягся. Он знал, что у него нет выбора, кроме как сообщить такую новость своему господину, но это было сопряжено с риском, так как не один Пожиратель смерти страшно пострадал за то, что предположил, что человек, которому они служат, может иметь такие слабости. Волан-де-морт напрягся, его алые глаза сузились, и он помолчал несколько секунд, прежде чем ответить.
— Передай мне каждое слово, которое ты слышал, — приказал его господин. — Ничего не упускай...
В этот момент Гарри был выброшен из сознания Снейпа, но по взгляду темных глаз мужчины он понял, что уже слишком поздно. Его палочка почти сама влетела в руку, и Слизеринцы, которые в этот момент приближались к ним, замерли, когда его аура взорвалась хаотичным пламенем, разгорячившись до неимения.
— Это ты!? — зарычал Гарри, кончик его палочки из падуба светился ярко-зеленым. — Из-за тебя они погибли!?
Снейп с впечатляющей скоростью вытащил свою палочку, и он был не единственным, кто это сделал, но так же быстро, как он ее вытащил, и она, и палочка Гарри вылетели из их рук и приземлились на вытянутую ладонь Дамблдора. Старый волшебник не походил на доброго старичка, которого все знали, его пронзительные голубые глаза светились силой. Его присутствие заполнило большой зал, заставив всех в комнате остановиться и посмотреть на него. В этот момент никто не мог отрицать, что это был тот волшебник, который победил Грин-де-Вальда, единственный смертный, которого когда-либо боялся Волан-де-морт.
— Все отложите палочки, — приказал он. Когда все подчинились, он продолжил: — Мистер Поттер, Северус, в мой кабинет; Поппи, позаботься о мистере Малфое; а Минерва, присмотри за всем здесь.
— Если вы уверены, — ответила Макгонагалл.
— Уже выполняю, — пробормотала Помфри, остановившись, увидев состояние Малфоя. — Боже мой.
Гарри схватил свои вещи и пошел к кабинету директора, так злясь, что едва мог дышать. Он провел четыре года, мучимый человеком, который натравил Волан-де-морта на его родителей, и Дамблдор, безусловно, знал об этом, но позволил этому случиться. Снейп произнес пароль, когда они подошли к знакомой горгулье, но Гарри не услышал его из-за шума крови в ушах.
— Северус, может, тебе лучше подождать здесь минутку, — тихо сказал Дамблдор.
— Альбус, я... ладно, — вздохнул Снейп, увидев взгляд старшего.
Гарри поднялся наверх, желая только одного — разорвать что-нибудь на куски, и Фоукс закричал, увидев его. Огненная птица мгновенно прилетела и приземлилась на его плечо, успокаивающе щебеча и уткнувшись головой в его висок.
— Похоже, ты ему понравился, — пробормотал Дамблдор, садясь.
— Ты знал? — спросил Гарри, не в силах вымолвить больше, чем шепот.
— Да, — грустно ответил Дамблдор.
— Почему? — Гарри задрожал, и его глаза наполнились слезами гнева.
— Самая большая слабость Волан-де-морта, как я уже говорил, — это любовь, — ответил Дамблдор. — Он принципиально не может ее понять, и это делает его склонным к ужасным ошибкам. Когда Северус рассказал ему о той части пророчества, которую он подслушал, он не знал, что она относится к тебе, и когда он узнал об этом, он был в ужасе.
— Так он был готов обречь на смерть целую семью, пока не узнал, что в ней есть человек, который ему когда-то был дорог? — выпалил Гарри.
— Он пришел ко мне, когда узнал правду, и умолял спасти ее, — ответил Дамблдор. — Моя реакция тогда была очень похожа на твою.
— Я в этом очень сомневаюсь, — прошипел Гарри, и Дамблдор прищурился.
— Твой гнев на Северуса понятен, но не думай, что я твой враг, Гарри, — мягко сказал он.
— Нет, ты просто приводишь сюда моих врагов, — выплюнул Гарри. — Как ты можешь оправдать то, что человек, который когда-то служил этому монстру, учит детей? Если то, что он делает, можно назвать обучением.
— Это возвращает нас к тому, о чем я говорил ранее, о любви как слабости Волан-де-морта, — ответил Дамблдор. — Он никогда не мог понять, что, преследуя твою семью, он создал себе ужасного врага, потому что не мог понять, что Северус чувствовал к Лили. Они были друзьями в юности, познакомившись до того, как попали сюда, и, несмотря на то, что учились в разных факультетах и были разного происхождения, они оставались друзьями в течение многих лет. В конце концов они разошлись, но Северус никогда не переставал заботиться о ней, и кроме тебя в замке нет никого, кто был бы более предан делу уничтожения Волан-де-морта, чем он.
— Ты в этом уверен? — спросил Гарри, прищурив глаза.
— Так же уверен, как никогда ни в чем, — ответил Дамблдор с ударением. — Я никогда не верил, что Том ушел навсегда, и всегда боялся, что он вернется. Теперь, когда он вернулся, мне нужны глаза и уши в его ближайшем окружении, и Северус будет выполнять эту роль.
— А когда он умрет? — спросил Гарри.
Дамблдор только вздохнул и ответил вопросом: — Он кажется тебе особенно счастливым здесь?
Гарри закрыл глаза и выдохнул дрожащим дыханием. Он был так зол, как никогда в жизни, даже злее, чем когда узнал, что Сириус предал его родителей в прошлом году, но успокаивающие песни Фоука и слова Дамблдора немного смягчили его гнев. Объективно он понимал, что шпион в лагере врага — это хорошо, и что вырвать все еще бьющееся сердце Снейпа и швырнуть его в озеро, как ему хотелось сейчас, было бы вредно, но он так сильно этого хотел. Если бы он не рассказал Волан-де-морту о пророчестве, этот монстр, возможно, никогда бы не пришел за его семьей, и он мог бы вырасти с родителями, а не с Дурслями.
Однако вины было достаточно на всех, и львиная доля лежала на том, кто их убил. Волан-де-морт должен был умереть, и он умрет, как только Гарри уничтожит последний крестраж и покончит с ним раз и навсегда. А до тех пор ему придется терпеть Снейпа, сколько бы желчи ни подступало к горлу при одной только мысли об этом.
— Сколько времени ты уже практикуешь окклюменцию? — спросил Дамблдор, сменив тему.
— Как долго ты уже практикуешь оклюменцию? — спросил Дамблдор, сменив тему.
— Крауч предложил мне это перед первым заданием, — соврал Гарри, добавив к тому, что сказал накануне вечером. — Я полагаю, он хотел занять моё время, и дал мне пару элементарных уроков. Я продолжал учиться после его побега и, к моему удивлению, довольно быстро освоил эту технику.
— Северус — опытный легилименс, — пробормотал Дамблдор. — То, что ты не просто вытеснил его из своего разума, но и последовал за ним в его собственный, говорит о том, что ты гораздо более продвинут, чем я ожидал. За этот год твои навыки выросли в разы.
— Удивительно, что происходит, когда человек прикладывает усилия, — ответил Гарри нейтрально.
— Урок, который я бы хотел, чтобы усвоили все твои сверстники, — усмехнулся Дамблдор. — С твоего позволения, я бы хотел сам проверить твою защиту. Тебе следует узнать содержание пророчества, но только если я буду уверен, что Том не сможет вырвать его из твоего разума.
— Но он уже знает его, — заметил Гарри, сбитый с толку.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!